Сайт Юридическая психология
Учебная литература по юридической психологии

 
Майерс Д.
ИЗУЧАЕМ СОЦИАЛЬНУЮ ПСИХОЛОГИЮ

Учебник
Москва, 2002

 

ЧАСТЬ III. СОЦИАЛЬНОЕ ВЛИЯНИЕ

Глава 17. Групповое принятие решений


Какой результат — положительный или отрицательный — чаще порождает групповое взаимодействие? Жестокость полиции и склонность толпы к насилию демонстрируют его деструктивный потенциал. Меж тем лидеры групп поддержки, консультанты по менеджменту и специалисты по педагогике неустанно восхваляют достоинства группового взаимодействия. А социальные и религиозные движения вдохновляют своих членов усиливать их идентичность путем общения с единоверцами.

Исследования помогают прояснить наше интуитивное понимание этих эффектов. При изучении поведения людей в малых группах был установлен принцип, способный объяснить полученные результаты, как деструктивные, так и конструктивные: обсуждение в группе чаще всего усиливает изначальные установки ее членов — как положительные, так и отрицательные. История открытия этого принципа, названного «групповой поляризацией», может служить иллюстрацией того, как обычно идет процесс познания: чаще всего интересные открытия сначала приводят исследователей к поспешным и ошибочным выводам, и лишь спустя некоторое время они вытесняются более точными заключениями. Как разгадывалась конкретно эта загадка, я могу поведать вам из первых рук, так как в свое время сам пытался ее разгадать.


Сдвиг к риску


Список литературы, посвященной данной теме (включающий отчеты о более чем 300 исследованиях), начинается с удивительного открытия Джеймса Стонера (James Stonier, 1961), в то время аспиранта Массачусетсского технологического института. В своей диссертации на степень магистра, посвященной теме менеджмента в промышленности, Стонер сравнивал степени риска, на который готовы пойти люди, действующие в одиночку, и люди, объединенные в группу. Для того чтобы проверить, справедливо ли распространенное убеждение, что люди, объединяясь в группы, становятся более осторожными, Стонер сформулировал несколько дилемм, с которыми сталкиваются вымышленные персонажи при принятии решений. Задача участников эксперимента состояла в том, чтобы посоветовать персонажу, до какой степени ему стоит рисковать. Поставьте себя на место участников эксперимента: какой совет вы бы дали в следующей ситуации?

Элен — писательница, за которой признают значительные творческие способности, но которая до сих пор зарабатывала себе на вполне обеспеченную жизнь дешевыми вестернами. Недавно ей пришел в голову сюжет серьезного романа. Если этот роман будет написан и признан читателями, он может стать значительным событием в литературе и сыграет важную роль в карьере Элен. С другой стороны, если ей не удастся воплотить свою идею или если роман не будет иметь успеха, она потратит массу сил и времени без всякой отдачи.

Представьте себе, что вы советчик Элен. Как по-вашему, при каких наименьших шансах на успех Элен все же стоит взяться за написание романа?

Элен следует попытаться написать роман, если шансы на его успех составляют:

__________ 1 из 10,

__________ 2 из 10,

__________ 3 из 10,

__________ 4 из 10,

__________ 5 из 10,

__________ 6 из 10,

__________ 7 из 10,

__________ 8 из 10,

__________ 9 из 10,

__________ 10 из 10

(поставьте пометку здесь, если вы считаете, что Элен стоит попытаться написать роман только в случае полной гарантии успеха).

Приняв решение, попробуйте догадаться, что в свою очередь посоветовал бы типичный читатель вестернов, написанных Элен.

Дав советы, как решить еще дюжину подобных проблем, пятеро испытуемых должны были затем обсудить их и добиться общего согласия в каждом случае. Как, по-вашему, соотносится групповое решение с усредненным решением всех членов группы, теоретически выведенным до начала обсуждения? Склонны ли люди, объединяясь в группу, советовать пойти на больший риск? Или они становятся более осторожными? Или обсуждение в группе никак не влияет на результат?

Ко всеобщему изумлению, групповые решения обычно оказывались более рискованными. Этот результат, названный феноменом «сдвига риска», вызвал волну новых исследований. Во время проведения экспериментов было выявлено, что данный эффект наблюдается не только в тех случаях, когда требуется выработать общее групповое соглашение: после непродолжительного обсуждения люди меняли также и свои индивидуальные решения. Результаты Стонера подтвердились практически во всех проведенных исследованиях, в которых были задействованы люди разных возрастов, профессий, национальностей и мест проживания.

Во время обсуждений мнения сближались. Небезынтересно, однако, что точка, к которой они сходились, обычно располагалась ниже (точка большего риска), чем усредненное исходное мнение всех членов группы. Удивительная головоломка. Несмотря на то что эффект небольшого сдвига риска весьма устойчив, он кажется неожиданным и не имеет очевидных объяснений. Что порождает его? И насколько он распространен? Может ли обсуждение различных вопросов в суде присяжных, в деловых комиссиях и военных штабах также склонить его участников к большему риску?

После нескольких лет экспериментальных исследований и теоретических размышлений на тему группового риска стало известно, что эффект сдвига риска не является универсальным. Можно придумать такие дилеммы, после обсуждения которых люди становятся более осторожными. В одном из подобных сюжетов фигурирует Роджер, молодой отец семейства с двумя детьми школьного возраста, имеющий надежную, но скудно оплачиваемую работу. Денег Роджеру хватает только на самое необходимое, и он не может позволить себе ничего лишнего. Как-то он услышал, что акции одной сравнительно малоизвестной компании могут вскоре подскочить в цене раза в три, если новый товар хорошо пойдет на рынке, или же значительно упасть, если товар не пойдет. Сбережений у Роджера нет. Чтобы вложить деньги в акции, ему придется продать свой полис страхования жизни.

Можете ли вы сформулировать общий принцип, который позволил бы обосновать как тенденцию давать более рискованный совет после обсуждения ситуации Элен, так и тенденцию давать более осторожный совет после обсуждения случая Роджера?

Скорее всего, вы, как и многие другие, даже до группового обсуждения посоветуете Элен пойти на больший риск, чем Роджеру. А после обсуждения вы еще сильнее укрепитесь в своем первоначальном мнении.

Следовательно, мы начинаем понимать, что данный групповой феномен не является, как поначалу представлялось, постоянным сдвигом риска. Скорее имеет место тенденция усиления исходных склонностей индивидов после группового обсуждения. Эта идея привела исследователей к признанию явления, которое Серж Московичи и Мариса Заваллони (Serge Moscovici & Marisa Zavalloni, 1969) назвали «феноменом групповой поляризации»: обсуждение обычно усиливает усредненную предрасположенность группы.


Как изменяются личные мнения в группе?


Эксперименты по групповой поляризации


Этот новый взгляд на изменения, вызванные обсуждением в группе, подсказал постановку следующего эксперимента: люди должны были обсуждать утверждение, с которым большинство из них оказалось согласно или, наоборот, не согласно. Укрепит ли групповое обсуждение их первоначальные убеждения, как это происходит при решении вышеописанных дилемм? Ведь именно такой результат предсказывает гипотеза групповой поляризации (рис. 17-1).

Рис. 17-1. Гипотеза групповой поляризации предсказывает, что обсуждение усилит первоначальные установки, общие для членов каждой подгруппы. Если люди изначально склонны высказываться «за» (например, при решении вопроса, пойти ли на риск в серьезном деле), обсуждение только укрепит их позицию. Если они высказывались «против», то после обсуждения будут возражать еще сильней.

Десятки экспериментов подтвердили проявление групповой поляризации. Московичи и Заваллони установили, что после обсуждения французские студенты только укрепились как в своем исходно позитивном отношении к премьер-министру, так и в своем исходно негативном отношении к американцам. Мититоши Исозаки (Mititoshi Isozaki, 1984) обнаружил, что после группового обсуждения дорожного происшествия японские студенты университета более уверенно произносили: «виновен». А Глен Вайт (Glen Wyte, 1993) сообщает, что в группе обостряется так называемый феномен «безудержного инвестирования до победного конца», так дорого обошедшийся многим компаниям. Канадским студентам, изучающим бизнес, предложили представить себе, что им нужно принять решение, стоит ли компании продолжать вкладывать деньги в спасение провалившихся проектов. Были получены типичные результаты: 72 % студентов соглашались на повторную инвестицию, на которую они вряд ли пошли бы, если бы рассматривали ее как новый независимый проект. Принимая то же самое решение в группе, за повторную инвестицию голосовали 94 % студентов.

Рис. 17-2. Обсуждение повышает поляризацию внутри однородных групп — как в группе с высоким уровнем предубеждения, так и в группе с низким уровнем предубеждения. Обсуждение расовых тем усиливает предубежденность в группе с высоким уровнем предубеждения и уменьшает предубежденность в группе с низким уровнем предубеждения (по данным Myers & Bishop, 1970).

Можно было провести исследование и такого типа: собрать вместе людей, которые высказывали бы по какому-то вопросу противоположные мнения, а затем объединить тех, кто придерживался одинаковых взглядов, изолировав их от оппонентов. Укрепит ли обсуждение с единомышленниками общие взгляды внутри каждой подгруппы? Увеличит ли оно разрыв между установками обеих групп?

Этим заинтересовались Джордж Бишоп (George Bishop) и я. Мы набирали группы студентов с расовыми предрассудками и без них и просили их высказываться — до и после группового обсуждения — на темы, затрагивающие их расовые установки; в частности, обсуждалось противоречие между правом собственности и правилом «открытого жилого фонда» [Открытый жилой фонд» — запрет на расовую дискриминацию при продаже и сдаче в аренду жилья. (Прим. переводчика)] (Myers & Bishop, 1970). Мы обнаружили, что обсуждение в среде единомышленников действительно увеличивает изначальный разрыв между двумя подгруппами (рис. 17-2). Эта поляризация помогает объяснить другой, раз за разом повторяющийся результат: группы сильнее конкурируют и меньше сотрудничают друг с другом, чем отдельные индивиды между собой (Schopler & others, 1991).


Естественно возникающая групповая поляризация


В повседневной жизни люди обычно объединяются с теми, чьи установки близки их собственным (посмотрите на свой круг друзей). Интересно было бы узнать, укрепляет ли ежедневное общение с единомышленниками наши общие установки? В реальных ситуациях иногда бывает трудно понять, где причина, а где следствие.

Но феномены, наблюдаемые в исследовательских лабораториях, практически всегда имеют свои параллели в реальной жизни.

В качестве примера такой параллели можно привести явление, которое специалисты по педагогике называют «феноменом подчеркивания»: со временем исходные различия между двумя группами учащихся еще более усугубляются. Если студенты колледжа X изначально были более интеллектуальны, чем студенты колледжа Y, то к концу срока обучения этот разрыв увеличится. Сходным образом за время пребывания в колледже усиливаются различия и между студентами-общественниками, неизменными членами университетских клубов, и студентами, стремящимися к полной независимости (Pascarella & Terenzini, 1991). Исследователи полагают, что такой результат отчасти можно объяснить взаимным подкреплением разделяемых убеждений (Chickering & McCormick, 1973; Feldman & Newcorab, 1969; Wilson & others, 1975).

Поляризация также наблюдается в местных общинах. Во время конфликтов среди населения происходит объединение единомышленников. Это усиливает их общие тенденции. Гангстерская преступность растет в процессе взаимного подкрепления соседских банд, члены которых имеют одинаковое социально-экономическое и этническое происхождение (Cartwright, 1975). Проанализировав множество террористических организаций во всем мире, Кларк Мак-Коли и Мари Сегал (Clark McCauley & Mary Segal, 1987) пришли к выводу, что терроризм возникает не на пустом месте. Он взрастает среди людей, которых объединяет общее недовольство. По мере того как эти люди взаимодействуют в изоляции от сдерживающих влияний, их настроения постепенно становятся все более экстремистскими. На выходе социального усилителя возникает мощный сигнал. Результатом становятся акты насилия, которых индивиды в отрыве от группы, возможно, никогда бы не совершили.


Объяснение групповой поляризации


Почему же группа приходит к более радикальной позиции, нежели усредненное мнение ее членов? Исследователи надеются, что разгадка тайны групповой поляризации приведет к новым открытиям. Ведь разгадка, казалось бы, несерьезных головоломок иногда дает ключ к решению серьезных проблем.

Среди нескольких предложенных теорий групповой поляризации только две выдержали научную проверку. В одной речь идет об аргументах, приводимых во время обсуждения, в другой — о том, как члены группы видят себя vis-a-vis с другими. Первая теория основана на идее информационного влияния (влияния, основанного на восприятии реальных фактов); вторая — на идее нормативного влияния (влияния, основанного на желании человека быть принятым и одобренным остальными членами группы).


Информационное влияние


На данный момент имеются веские доказательства того, что во время группового обсуждения закладывается общий банк идей, большая часть которых согласуется с доминирующей точкой зрения. Идеи, входящие в базовый запас знаний членов группы, часто будут высказываться во время обсуждения — более того, даже не будучи упомянутыми, они так или иначе все равно повлияют на результаты обсуждения (Godone & Hastie, 1993; Larson & others, 1994; Stasser, 1991). Другие идеи могут включать убедительные аргументы, которые предварительно членами группы не рассматривались.

Например, при обсуждении сюжета с писательницей Элен кто-то может сказать: «Элен следует рискнуть, потому что она ничего не теряет: если ее роман провалится, она всегда может вернуться к сочинению дешевых вестернов». Такое утверждение представляет из себя не выражение своей позиции по данному вопросу, а просто приведение аргументов. Но когда люди слышат веские аргументы, они могут изменить свою позицию даже без знакомства с позицией говорящего (Burnstein & Vinokur, 1977; Hinsz & Davis, 1984). Аргументы значимы сами по себе.


Нормативное влияние


При втором объяснении поляризации учитывается прежде всего процесс сравнения себя с другими. Как доказывал Леон Фестингер (Leon Festinger, 1954) в своей известной теории социального сравнения, человеку от природы свойственно стремление оценивать свои убеждения и способности, а это можно сделать только сравнивая их с чужими. Наибольшее влияние на нас оказывают представители той группы, с которой мы себя идентифицируем (Abrams & others, 1990; Hogg & others, 1990). Более того, стремясь понравиться кому-то, мы можем сильнее настаивать на своем мнении, если обнаруживаем, что этот человек его разделяет.

Вероятно, вы сможете припомнить случай, когда все в группе держались настороженно и сдержанно, пока кто-нибудь не ломал лед своим заявлением: «Честно говоря, я считаю» И вскоре все вы с удивлением обнаруживали, что находите друг в друге сильную поддержку своих взглядов. Когда людей просят (как я просил вас ранее) предсказать реакцию других на проблемы, сходные с той, что должна была решить писательница Элен, они обычно демонстрируют социальное неведение: они понятия не имеют о том, как много людей поддерживает социально предпочтительный выбор (в данном случае — написать роман). Типичный человек посоветует написать роман, даже если шансы на успех последнего составляют всего лишь 4 из 10, но он будет считать, что другие потребуют 5 или 6 из 10. Когда начинается обсуждение, большая часть людей с удивлением обнаруживают, что вовсе не обгоняют остальных по предлагаемой степени риска, как им думалось ранее. На самом деле некоторые даже опережают их, занимая более рискованную позицию. Не ограничиваясь ложно понятой групповой нормой, люди дают себе волю выражать собственные предпочтения более откровенно.

Теория социального сравнения побуждает исследователей ставить эксперименты, в которых люди знакомятся не с аргументами других, а с их позицией. Это, грубо говоря, похоже на то, что мы переживаем, знакомясь с результатами опроса общественного мнения. Как вы думаете, если люди узнают о позиции других без обсуждения каких-либо аргументов, будут ли они подгонять свои ответы под социально предпочтительную позицию? Когда люди не имеют определенных обязательств дать тот или иной ответ, знакомство с позициями других стимулирует легкую поляризацию (Goethals & Zanna, 1979; Sanders & Baron, 1977). Такая поляризация, порожденная простым социальным сравнением, обычно слабее поляризации, возникающей в результате оживленной дискуссии. И все же удивительно, что, вместо того чтобы ограничиться конформистской подгонкой к усредненному мнению группы, люди идут еще дальше.

Изучение групповой поляризации иллюстрирует всю сложность социально-психологических исследований. Если мы будем упрощать наши объяснения, они вряд ли учтут все имеющиеся данные.

Поскольку люди — создания сложные, на них обычно влияет не один, а несколько факторов. На групповых обсуждениях убедительные аргументы доминируют при рассмотрении фактов («Она ли совершила это преступление?»). Социальное сравнение может сместить оценочное суждение в ту или иную сторону («Какого срока наказания она заслуживает?») (Kaplan, 1989). Многие темы содержат как фактические, так и оценочные аспекты, в таких случаях оба фактора действуют совместно. Открытие того, что другие разделяют наши чувства (социальное сравнение), позволяет нам более свободно высказывать аргументы (информационное влияние) в поддержку того, к чему втайне все склоняются.


Группомыслие


Наблюдаются ли социально-психологические феномены, рассматриваемые нами в 3-й части, в таких ответственных группах, как правление корпорации или кабинет министров? Имеет ли там место самооправдание? Пристрастие к игре в свою пользу? Встречается ли конформизм и отказ от разногласий? Приводит ли принятие личных обязательств к сопротивлению изменениям? К групповой поляризации? Социальный психолог Ирвинг Джанис (Irving Janis, 1971, 1982а) заинтересовался тем, помогут ли эти феномены объяснить удачные и неудачные групповые решения, принятые в недавнем прошлом американскими президентами и их советниками. До этого он проанализировал процедуры принятия решений, приведших к полному провалу.

Пирл-Харбор. В течение нескольких недель перед атакой Пирл-Харбора, которая произошла в декабре 1941 года и вовлекла США во Вторую мировую войну, военное командование на Гавайях постоянно получало информацию о том, что японцы готовятся нанести Соединенным Штатам удар где-то на Тихом океане. Затем военная разведка потеряла радиоконтакт с японскими авианосцами, которые направились прямо к Гавайям. Авиационный поиск мог бы обнаружить противника или, по крайней мере, обеспечить раннее предупреждение. Но благодушно настроенные командиры были против таких предосторожностей. В результате тревогу объявили только тогда, когда на практически беззащитную базу уже началась атака, что привело к гибели 18 кораблей, 170 самолетов и потерям в 3700 человек.

Фиаско в заливе Свиней. В 1961 году президент Кеннеди и его советники попытались свергнуть Фиделя Кастро, забросив на Кубу 1400 кубинских эмигрантов, прошедших спецподготовку в ЦРУ. Почти все десантники сразу же были перебиты или взяты в плен. Тем самым престижу США был нанесен большой урон, а Куба еще более сблизилась с Советским Союзом. Узнав о результатах вторжения, Кеннеди вслух удивился: «Как мы могли быть так глупы?»

Война во Вьетнаме. С 1964 по 1967 год президент Линдон Джонсон и его политические советники из «Группы ленча по вторникам» наращивали военные действия во Вьетнаме, предполагая, что американские бомбардировки, обработка лесов дефолиантами и тактика «найти и уничтожить» будут одобрены населением Южного Вьетнама, а правительство Северного Вьетнама окажется вынуждено сесть за стол мирных переговоров. Они продолжали эскалацию войны, несмотря на предупреждения со стороны правительственных разведывательных служб и почти всех союзников США. В результате бедствия войны унесли жизни 46 500 американцев и свыше 1 миллиона вьетнамцев, президент лишился своего кресла в Белом Доме, а огромная нехватка бюджетных средств усугубила инфляцию 70-х годов.


Джанис предположил, что столь грубые ошибки были вызваны стремлением людей, принимающих решения, подавить свое несогласие в интересах групповой гармонии. Он назвал это группомыслием. [Неологизм, часто встречающийся без перевода в отечественной специальной литературе. Поскольку сам Джанис признавал, что к введению этого термина его подтолкнул Джордж Оруэлл со своим знаменитым «двоемыслием», трактовка «groupthink» как «группомыслие» кажется наиболее точным и богатым ассоциациями вариантом перевода.]

Обычно при работе в команде поддержка товарищей повышает производительность (Mullen & Copper, 1994). Кроме того, «командный дух» улучшает моральный климат. Но когда принимаются решения, за проявленную солидарность иногда приходится очень дорого расплачиваться. Джанис предположил, что почва, на которой произрастает группомыслие, — это дружеская сплоченность группы, ее относительная изоляция от людей, высказывающих противоположные мнения, и сильный лидер, отчетливо дающий понять, какое решение ему по душе. При планировании злополучного вторжения на Кубу только что избранный президент Кеннеди и его советники сильно прониклись «чувством локтя». Критические доводы всячески подавлялись или замалчивались, и вскоре президент собственноручно подписал приказ о вторжении.


Симптомы группомыслия


Изучая исторические архивы и мемуары наблюдателей и участников событий, Джанис выявил восемь симптомов группомыслия. Эти симптомы являются следствием коллективных попыток избавиться от диссонанса, возникающего в тех случаях, когда члены группы, сталкиваясь с угрозой разногласий, пытаются защитить свои позитивные групповые чувства (Turner & others, 1992, 1994). Первые два симптома группомыслия ведут к тому, что члены группы переоценивают свои возможности и права.

Иллюзия неуязвимости. Все исследованные Джанисом группы проявляли излишний оптимизм, который не позволял им видеть признаки приближающейся опасности. Узнав, что радиоконтакт с японскими авианосцами потерян, адмирал Киммел, старший морской офицер на базе Пирл-Харбор, пошутил, что японцы, наверное, огибают сейчас мыс Алмазная Голова в Гонолулу. Так оно и было, но шутка адмирала перечеркнула всякую возможность рассматривать эту идею всерьез.

Никем не оспариваемая вера в нравственность действий группы. Члены группы верят в неотъемлемо присущую им добродетель и отвергают любые попытки обсуждения, насколько этичны и нравственны их поступки. Члены группы Кеннеди знали, что у его советника Артура Шлезингера-младшего и сенатора Уильяма Фулбрайта имеются некие сомнения морального характера относительно вторжения в маленькую соседнюю страну. Однако группа никогда не затрагивала эту тему на своих обсуждениях.

Как показывают два следующих симптома группомыслия, члены группы становятся «интеллектуально глухими»:

Рационализация. При принятии решений группа ограничивает свой выбор коллективными оправданиями принятого ими варианта. «Группа ленча по вторникам» во главе с президентом Джонсоном гораздо больше времени тратила на рационализацию (объяснение и оправдание) своих решений продолжать войну, чем на их обдумывание и пересмотр. Каждая инициатива превращалась в акцию по самозащите и самооправданию.

Стереотипный взгляд на противника. Завязшие в болоте группомыслия члены группы рассматривают своих противников либо как неисправимых злодеев, с которыми невозможно вести переговоры, либо как слишком слабых и неразумных, чтобы защитить себя от планируемых действий. Группа Кеннеди убедила себя в том, что армия Кастро настолько слаба, а его поддержка в народе так призрачна, что одна-единственная бригада сможет легко свергнуть режим.


И наконец, как показывают следующие симптомы, группы страдают от давления, приводящего к единомыслию:

Давление конформизма. Тем, кто выказывает сомнения относительно идей и планов группы, ее члены дают отпор, иногда даже прибегая не к аргументам, а просто к насмешкам, задевающим личность. Однажды, когда Билл Мойерс, помощник президента Джонсона, пришел на совещание, президент огорошил его приветствием: «А вот наконец-то появился и наш министр Прекратите-Бомбить». Большинство людей, столкнувшись с такими насмешками, быстро перестраиваются.

Самоцензура. Так как разногласия зачастую дискомфортны, в группе поддерживается видимость консенсуса, ее члены предпочитают скрывать или отбрасывать свои опасения. В месяцы, последовавшие за вторжением на Кубу, Артур Шлезингер (Arthur Schlesinger, 1965, p. 255) упрекал себя «за то, что молчал во время решающих обсуждений в совещательной комнате, хотя чувство вины смягчалось пониманием того, что все мои высказывания "против" не принесли бы мне ничего, кроме репутации "зануды"».

Иллюзия единомыслия. Самоцензура и конформизм не дают нарушить консенсус, создающий иллюзию единомыслия. Более того, кажущееся всеобщее согласие подтверждает правильность группового решения. Видимость консенсуса явно присутствовала в трех рассмотренных нами провалах и еще многих других, случавшихся и ранее, и позже. Альберт Шпеер (Albert Speer, 1971), советник Адольфа Гитлера, описывает сложившуюся вокруг фюрера атмосферу как такую, где конформизм подавлял любую попытку уклониться в сторону. Отсутствие разногласий создавало иллюзию единомыслия.

В нормальных условиях люди, поворачивающиеся спиной к реальности, быстро приходят в себя благодаря насмешкам и критике со стороны окружающих, которые свидетельствуют об утрате ими правильного положения. В третьем рейхе никто не мог тебя поправить — особенно тех, кто принадлежал к «ближнему кругу». Напротив, любой самообман только приумножался, как в кривом зеркале, постепенно превращаясь в бесчисленное повторение уже созданного мира фантастических грез, не имеющего ничего общего с жестоким миром реальности. В тех зеркалах я уже не мог разглядеть ничего, кроме собственного, многократно воспроизведенного лица. Никакие внешние факторы не нарушали единообразия сотен застывших лиц, каждое из которых было моим (р. 379).

Умохранители. Некоторые члены группы защищают ее от информации, которая могла бы поднять вопросы морального характера или поставить под сомнение эффективность групповых решений. Перед вторжением на Кубу Роберт Кеннеди отвел Шлезингера в сторону и шепнул: «Никому ни слова». Государственный секретарь Дин Раек умалчивал о протестах дипломатов и разведчиков, выступающих против вторжения. Эти люди выступали в качестве президентских «умохранителей», защищая его не от покушений на его жизнь, а от фактов, идущих вразрез с принятым решением.


Группомыслие в действии


Из-за синдрома группомыслия могут не состояться поиск и обсуждение противоречащей информации и альтернативных возможностей (рис. 17-3). Когда лидер выдвигает идею, а группа изолирует себя от людей, высказывающих противоположные мнения, группомыслие может привести к принятию несовершенных решений (McCauley, 1989).


Рис. 17-3. Теоретический анализ группомыслия (по данным Janis & Mann, 1977)

С трагической очевидностью группомыслие проявилось в процессе принятия решения, согласно которому НАСА отправило космический корабль-челнок «Челленджер» в его роковой полет в январе 1986 года (Esser & Lindoerfer, 1989). Специалисты компаний Motion Thiokol, изготовившей ракетный двигатель на твердом топливе, и Rockwell International, сконструировавшей сам орбитальный корабль, возражали против запуска. Они предупреждали, что вследствие низкой температуры воздуха оборудование может отказать. Инженеры Morion Thiokol опасались, что из-за мороза резиновые уплотнители между четырьмя секциями могут стать слишком хрупкими и не выдержать давление раскаленных газов. За несколько месяцев до гибельного полета ведущие специалисты компании в докладной записке сообщали, что возможен «эффект прыгающего мяча» и, если прокладки не выдержат, «в результате произойдет катастрофа высшего порядка» (Magnuson, 1986).

В ночь перед стартом, буквально обрывая телефон, инженеры пытались доказать свою правоту сомневающимся менеджерам своей компании и сотрудникам НАСА, стремившимся во что бы то ни стало осуществить давно откладывающийся запуск. Один из инженеров Thiokol позднее вспоминал: «Мы погрузились в размышления, как найти способ убедить их, что ускоритель не выдержит, но так и не смогли гарантированно доказать это». В результате возникла иллюзия неуязвимости.

Давление конформизма также имело место. Один из сотрудников НАСА недовольно отвечал работникам Thiokol: «Боже мой, когда же, по-вашему, запускать челнок? В следующем апреле?!» Высший руководитель Thiokol заявил: «Мы должны принять решение, достойное звания менеджера», а затем посоветовал своему вице-президенту по техническим вопросам Роберту Ланду «снять кепку инженера и надеть шляпу менеджера».

Для создания иллюзии единомыслия этот руководитель затем провел голосование только среди менеджеров, полностью игнорируя инженеров. После того как решение произвести запуск было принято, один из инженеров запоздало пытался переубедить представителя НАСА. «Если что-нибудь случится на старте, — пророчески произнес он, — я определенно не хотел бы быть тем человеком, которому придется стоять перед комиссией по расследованию и объяснять, почему он решился на запуск».

И наконец, благодаря «умохранителям» высшие руководители НАСА, принимавшие окончательное решение, ничего не знали ни о тревогах инженеров, ни о сомнениях представителей Rockwell. Защищенные от неприятной информации, они, не колеблясь, дали свое согласие на трагический запуск «Челленджера».


Предотвращение группомыслия


Подразумевает ли наш неутешительный анализ, что групповое принятие решений неизбежно ущербно? Какой из пословиц верить: «У семи нянек дитя без глаза» или «Ум хорошо, а два лучше»?

Джанис проанализировал также два весьма успешных групповых решения: принятый труменовской администрацией план Маршалла, призванный поставить Европу на ноги после Второй мировой войны, и противостояние администрации Кеннеди попытке Советского Союза установить в 1962 году ракетные базы на Кубе. Для предотвращения группомыслия Джанис (1982) рекомендует многие из эффективных групповых методов, применявшихся в обоих вышеупомянутых случаях:

— Будьте беспристрастны — не занимайте предвзятую позицию. — Поощряйте критические оценки; назначайте «адвоката дьявола».

— Время от времени разбивайте группу на части, а затем вновь собирайте ее вместе, чтобы выявить разногласия.

— Приглашайте партнеров и экспертов со стороны.

— Перед реализацией решения соберите «совещание второго уровня», для того чтобы люди могли поделиться оставшимися у них сомнениями.


Подобные процедуры принятия решений могут занять больше времени, но в конечном счете они всегда доказывают свою эффективность.


Понятия для запоминания


Групповая поляризация (Group polarization) — вызванное влиянием группы усиление тенденций, ранее присущих ее членам; усиление усредненной тенденции членов группы, не приводящее к расколу внутри нее.

Группомыслие (Groupthink) — «способ мышления, приобретаемый людьми в ситуации, когда поиск согласия становится настолько доминирующим в сплоченной группе, что начинает пересиливать реалистическую оценку возможных альтернативных действий» (Janis, 1971).

Социальное сравнение (Social comparison) — оценка своих убеждений и способностей путем сравнения себя с окружающими.





Предыдущая страница Содержание Следующая страница



НАВЕРХ