НАШИ ПАРТНЕРЫ

 

Статьи по юридической психологии



 

А. В. Ревягин

КРИМИНОЛОГО-ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЛИЦ, СОВЕРШИВШИХ НАСИЛЬСТВЕННЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

Психопедагогика в правоохранительных органах, 2012, № 3, стр. 59-61.

 

Необходимость изучения психологических особенностей лиц, совершающих преступления, является непременным атрибутом многих криминологических исследований. Соответствующие вопросы рассматриваются в рамках проблемы личности преступника, которой посвящены не только самостоятельные главы большинства учебников по криминологии1, но и монографические издания2.

Практически неизученными остаются социально демографические и нравственно-психологические особенности тех, кто не попал в поле зрения правоохранительных органов (неустановленные преступники), в том числе не подвергшихся осуждению судом. При таком положении правоохранительная деятельность изначально ориентирована не на всю массу преступников, а лишь на ту их часть, которая включает осужденных, иногда и обвиняемых.

Совершение любым человеком преступления a priori позволяет говорить о качественном своеобразии его личности3, которая в наиболее широком понимании означает совокупность свойств, присущих человеку. Поэтому личность преступника можно определить как специфическую совокупность свойств человека, совершившего общественно опасное уголовно-противоправное посягательство. Данная специфика по мере развития науки усматривалась в ее криминогенности4, общественной опасности5, а в последнее время — в антиобщественной направленности, криминальной «зараженности»6. Обладание такого рода качеством в настоящее время уже не считается фатальной предрасположенностью к преступному поведению, но дискуссии о его содержании, появлении, изменении и исчезновении продолжаются7.

Разнообразие присущих каждому человеку (включая преступников) свойств позволяет говорить о структуре личности, которая может рассматриваться на индивидуальном, видовом и общем уровнях. Она образуется из совокупности свойств, формирующихся в процессе многообразных взаимодействий с другими людьми и делающих личность субъектом деятельности, познания и общения, в том числе криминального. При этом в структуре личности преступника предлагается выделять различные группы свойств8.

В большинстве уголовных дел, приостановленных по пп. 1-3 ч. 1 ст. 208 УК РФ, преимущественно не содержатся сведения, необходимые для полноценного изучения тех свойств личности, которые традиционно считаются предметом криминологического исследования. В частности, они практически отсутствуют в уголовных делах по так называемым неочевидным преступлениям. Несмотря на это, была предпринята попытка составления обобщенного криминологического «портрета» лиц, совершивших насильственные преступления, которые остались нераскрытыми.

Исследование возрастных особенностей является важным элементом криминологического изучения личности преступника, так как позволяет не только объяснить некоторые закономерности поведения данных лиц, но и оптимизировать предупредительную деятельность. Сравнительный анализ возраста лиц, совершивших преступления указанных категорий, показал следующее: 20% насильственных деяний, оставшихся нераскрытыми, совершено лицами в возрасте от 14 до 20 лет; 26 — от 21 до 30 лет; 30 — от 31 до 40 лет; 16 — от 41 до 50 лет; около 8% — старше 51 года. Наиболее часто подобные преступления совершают лица в возрасте от 20 до 40 лет; средний их возраст — 38,4 лет.

Следует отметить тенденцию роста числа нераскрытых насильственных деяний несовершеннолетних. Лица старше 30 лет чаще совершают преступления — 57% от общей массы преступлений; лица в возрасте 18-

24 лет — 21,9; лица в возрасте 25-29 лет — 15,0%. Наибольшей криминальной активностью характеризуются лица молодого (18-24 лет) и зрелого возраста (30-39 лет), что в целом не характерно для других видов нераскрытых преступлений.

Характеризуя род занятий лиц, совершающих насильственные преступления, следует указать на неоднородность соответствующих показателей в зависимости от мотивов совершения преступлений. Особое внимание необходимо обратить на то, что трудовую деятельность до совершения преступления не вели 36% преступников, для 43% данной категории лиц характерна частая смена места работы и учебы, большие перерывы в трудовой деятельности. Более половины изученных лиц нарушали трудовую дисциплину, меняли места работы, недобросовестно относились к своим обязанностям. Каждый пятый на момент совершения преступления не работал. Значительная часть лиц ранее подвергались мерам общественного и дисциплинарного воздействия.

В целом социально-демографические параметры лиц, совершивших насильственные преступления, которые остались нераскрытыми, существенно не отличаются от характеристик лиц, совершивших насильственные преступления, раскрытые впоследствии. К этому следует заметить, что на индивидуальном уровне ни пол, ни возраст, ни иные социально-демографические качества сами по себе не приводят лицо к совершению преступления. Лишь преломляясь через иные, являющиеся основными для совершения противоправного посягательства личностные качества, они обусловливают совершение преступления.

По мнению большинства криминологов, доминирующей мотивацией совершения насильственных преступлений служит осознанное или подсознательное стремление субъекта к насильственно-эгоистическому самоутверждению, переносу психофизиологических внутри-личностных конфликтов на окружающих9. Для человека, ориентированного на насильственное решение конфликтных ситуаций, юридические признаки состава преступления не всегда имеют решающее значение. При наличии тех или иных условий установочная мотивация может реализовываться в любых насильственных преступлениях против личности: от убийства до причинения незначительного вреда здоровью10.

Вряд ли можно оспорить положение, что каждый, кто совершил насильственное (равно как и иное другое) преступление, имеет серьезные проблемы, связанные с нравственным состоянием его личности. Факт совершения человеком уголовно наказуемого деяния сам по себе уже является свидетельством если не значительной нравственной распущенности, то, во всяком случае, отсутствия должных нравственных императивов, которые лежат в основе большей части сознательных поведенческих актов.

Говоря о лицах, совершивших насильственные преступления, исследователи традиционно отмечают их особую опасность и своеобразие, выражающееся в исключительном эгоизме, предельной распущенности, грубости, дерзости, жестокости, цинизме, явном пренебрежении к людям и правопорядку и попрании элементарных требований морали. Кроме того, следует указать ряд изменений, увеличивающих опасность лиц рассматриваемой категории.

Изучение сведений о личности совершивших насильственные преступления, раскрытые и не раскрытые впоследствии, показало, что лицам, совершившим преступления, оставшиеся нераскрытыми, чаще присущи нравственно-психологические и социально-демографические свойства, которые определяли их поведение до, во время и после совершения посягательства:

— более высокий интеллектуальный уровень (хотя он и не отражается в документах о соответствующем образовании, но отмечается экспертами, в том числе сотрудниками, осуществлявшими розыск виновных и расследование соответствующих преступлений, родственниками, потерпевшими и др.);

— гибкость, а иногда и неординарность мышления, позволявшие тщательно планировать совершение преступления, а также скрывать их следы;

— конкретизация целей преступного поведения (особенно при совершении насилия по найму);

— инициативное установление либо наличие доверительных отношений с представителями правоохранительных органов (включая коррупционные отношения, а также попытки сотрудничества в целях получения конфиденциальной информации);

— наличие опыта совершения аналогичных (оставшихся нераскрытыми) преступлений, в том числе «серийных», а также длительного общения с лицами, ранее судимыми;

— умение маскировать свое поведение благодаря ведению внешне правопослушного образа жизни;

— наличие способностей оказывать сильнейшее психологическое воздействие на потерпевших, особенно по делам частного и частно-публичного обвинения;

— обладание знаниями об оперативно-розыскной деятельности и следственной практике, «оптимальных» орудиях, средствах и ситуациях совершения преступлений.

Наиболее ярко перечисленные свойства проявляются в особом типе преступника, который условно можно назвать криминально конструктивным. Конструктивные личности тщательно планируют свои преступления, они хитры, педантично относятся к подготовке, совершению и сокрытию совершенных посягательств. В социуме они могут считаться аккуратными, внимательно относящимися к своей внешности, одежде, манерам поведения, окружающим вещам (дому, автомобилю, рабочему месту и пр.), умеют создать благоприятное впечатление, тем самым понизить уровень осторожности у будущих потерпевших. Наибольшее удовлетворение такие лица находят в «приведении в порядок» людей, которые, по их мнению, не могут справиться с собой или считают себя сильнее, чем они есть на самом деле. Слабые люди в качестве объекта посягательства являются не столь привлекательными, не вызывают желаемого удовольствия. В процессе совершения преступления они даже могут предложить потенциальной жертве привести себя в «надлежащий вид». Криминально конструктивные преступники не обязательно производят пугающее впечатление с самого начала, они могут использовать обаяние и хитрость для реализации своих преступных умыслов.

 

1 Криминология : учебное пособие / под ред. С. Я. Лебедева, М. А. Кочубей. М., 2007. С. 57-59.

2 Ломброзо Ч. Преступный человек. М., 2005. С. 34 ; Сахаров А. Б. Актуальные вопросы учения о личности преступника // Теоретические проблемы учения о личности преступника. М., 1979. С. 134 ; Овчинский В. С. Криминология и биотехнология. (Начало) // Журнал российского права. 2005. № 1. С. 82-97 ; Бурлаков В. Н. Личность преступника и назначение наказания : учебное пособие. СПб., 2002 ; Чахов Г. Н. Личность современного насильственного преступника как объект криминологического изучения : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Краснодар, 2004. С. 89 ; и др.

3 Леонтьев А. Н. Личность. Деятельность. Сознание. М., 1975. С. 37.

4 Ломброзо Ч. Указ. соч. С. 46-47.

5 Филимонов В. Д. Общественная опасность личности преступника. Томск, 1978. С. 44.

6 Антонян Ю. М. Личность преступника. М., 2006. С. 47.

7 Горяинов К. К., Овчинский В. С. Антропология преступления. М., 2005. С. 93.

8 Криминология. М., 1994. С. 95.

9 Калманов Г. Б. Патопсихологические механизмы насильственного преступного поведения : автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2002. С. 26.

10 Лунеев В. В. Системный подход к изучению мотивации преступного поведения // Вопросы борьбы с преступностью. М., 1980. Вып. 33. С. 112.