НАШИ ПАРТНЕРЫ

 

Статьи по юридической психологии



 

Зверев В.О.

Социально-психологический феномен массового (преступного) поведения в психологической науке

Психопедагогика в правоохранительных органах, № 2, 2011, c. 52-54.

 

Возрастающий интерес к психологическому феномену массового (преступного) поведения - специфическому субъекту социального и исторического действия - в современном обществе очевиден. Он становится предметом изучения гуманитарных наук, в том числе, социологии, культурологии, философии, всеобщей и отечественной истории, юридической психологии. Повышенное внимание ученых обусловлено рядом разнородный и взаимозависимых причин. Во-первых, увеличением численности человечества. Из десятилетия в десятилетие народонаселение нашей планеты укрупняется в геометрической прогрессии. Еще X. Ортега-и-Гассет с удивлением подчеркивал, что «за все двенадцать веков своей истории, с шестого по девятнадцатый, европейское население ни разу не превысило ста восьмидесяти миллионов. А за время с 1800 по 1914 гг. - за столетие с небольшим - достигло четырехсот шестидесяти» [1]. Между тем сейчас, с известной долей настороженности, приходится констатировать: счет (правда, не европейцев, а человечества в целом) идет на миллиарды.

Во-вторых, умением отдельных людей управлять и манипулировать народными массами. С ростом человечества индивидуальность многих его представителей, к сожалению, стирается. Утрачивая свою идентичность, каждый из них отождествляется с одной из разновидностей массовый образований, вершащей будущее своей страны - будь то «чернь», штурмовавшая Бастилию, или немецкая нация, одурманенная идеями своего фюрера, или советский народ, фанатично веривший в идеалы коммунизма, или так называемый политический электорат, порой бездумно голосующий за своего кандидата, и, наконец, социум, становящийся объектом скрытого информационно-психологического воздействия со стороны средств массовой информации. При этом руководящей и направляющей силой эволюционного и революционного развития общества были и всегда будут лишь те (вожди, главы государств, политики и др.), кто в совершенстве овладел инструментарием психологического влияния на сознание народонаселения и готов применить его на практике.

В-третьих, значимостью народных масс во всеобщей (а также и отечественной) истории. Не умаляя роли субъективного фактора в контексте мировых и российских событий, подчеркнем, что все они проходили при непосредственном участии народа: бунты, восстания, революции, войны или же процесс мирного созидательного труда и научно-технического прогресса.

И, в-четвертых, причиной является повышенная степень общественной опасности преступной толпы - крайней, временной и неустойчивой формы проявления народной массы. Исторический опыт и реалии сегодняшних дней подсказывают, что люди, объединенные в группы, точнее, ситуативные толпы, способны в порыве ярости быть не просто агрессивными, а безжалостными к своим идейным противникам. Примерами обоюдной ненависти могут стать многочисленные столкновения участников неформальных движений (например, «скинхедов» и «антифашистов») или же «войны» фанатов футбольных клубов, исход которых, как правило, предрешен - они влекут разрушения и погромы, тяжкие увечья здоровью или гибели людей.

Впервые в мире потребность в осмыслении психологических аспектов массового поведения, а если уже - преступной толпы, возникла во второй половине XIX в. В Российской империи широкую известность получили труды крупнейшего социального психолога Н. К. Михайловского. Опубликованные им статья «Сила подражания» (1879 г.) и двухтомник «Герои и толпа» (1882 г.) положили начало новому направлению в мировой науке - массовой психологии - той области, в которой стало возможным открыты различные патологические явления личности и заданный внешними условиями (внешней властью) психический и социальный автоматизм человека. Анализируя природу массовидных явлений, автор выделил хаотичную массу (толпу), а также руководящую и направляющую силу (героя) в ней. При этом герой, а им мог стать кто угодно -вождь, полководец, унтер-офицер, простолюдин - очеловечивался, что было само по себе неожиданно и удивительно для сословного менталитета и публицистики того времени. Н. К. Михайловскому также принадлежит новаторство в описании природы подражания у людей.

Великая французская революция, вселившая небывалый страх перед возможными масштабами и последствиями народного гнева, явилась поводом для пристального внимания к феномену массовидных явлений в Западной Европе и предметом их первичного анализа. Свет увидели произведения Г. ле Бона, Г. Тарда и С. Сигеле, на страницах которых авторы, не скрывая пережитого эмоционального потрясения (кстати, это не могло не повлиять на степень объективности предложенных ими умозаключений), предприняли попытку умозрительного (т. е. основанного на наблюдательности и интуиции) изучения ранее незнакомых проявлений толпы [2].

Тем не менее, - как точно заметил В. Ю. Большаков, - обладая высоким интеллектом и сказав о толпе все или почти все, эти мыслители не имели возможности вести экспериментальные исследования, так как не было социального заказа на их проведение, а следовательно, денег и возможностей осуществлять широкомасштабную работу [3].

На рубеже Х1Х-ХХ вв. научный мир узнал имя В. М. Бехтерева, крупнейшего отечественного психиатра, внесшего заметную лепту в психологию массового поведения4. Получившие широкую известность его произведения заставили читателя по-новому взглянуть на психологию социальных общностей и такие их отрицательные проявления, как рефлексы паники и безмотивного (коллективного) нападения. Иллюстрацией к своим выводам автор сделал описание поведенческих реакций народных масс в ходе революционных потрясений в мире.

Отдельной строкой в этой связи упомянем имена основоположников и последователей учения о перманентной революции: К. Маркса, Ф. Энгельса, В. Ульянова-Ленина, Л. Троцкого, предложивших свое видение роли народных масс в контексте межклассовый противоречий.

Психоаналитическую интерпретацию взаимоотношений личности и толпы дал З. Фрейд в своей работе «Психология масс и анализ человеческого “Я”» (1920 г.). В развитие представлений о феномене внушения и подражания, озвученных Г. ле Боном и Г. Тардом, автор полагал, что именно любовные отношения (эмоциональные привязанности) составляют сущность массовой души, а «эрос» является силой, объединяющей массу [5].

Спустя десять лет всемирную славу получил испанский философ X. Ортега-и-Гассет. Его труд «Восстание масс» был переведен на многие языки мира и не утратил популярности по сей день [6]. Автор отказался от традиционного для своего времени разделения общества на классы и предложил новую классификацию - двух типов людей: элиту (духовную аристократию) и массу.

Поисками в области изучения определенного поведения масс занимались И. П. Павлов и И. М. Сеченов, предпринявшие шаги к превращению психологических знаний о толпе в экспериментальную естественнонаучную дисциплину.

В 1981 г. в Париже была опубликована монография «Век толп». Она стала одной из первых попыток обобщения и анализа изысканий основоположников психологии социальных общностей, а также заметно расширила область изученного оригинальными идеями ее автора С. Московичи [7].

В последние десятилетия советской эпохи появились эпизодичные публикации о психологии массового поведения, авторы которых в излишне политизированном и идеологизированном ключе пытались выработать единственно правильную (на их взгляд), «социалистическую платформу» понимания природы и предназначения народных масс в историческом процессе [8]. Пожалуй, единственным исключением в череде подобных работ стала монография Д. В. Ольшанского, где впервые была показана не только психология неформальных объединений, но и признан сам факт их существования в СССР [9].

Современная психологическая (психолого-юридическая) наука, вобравшая в себя накопленные предыдущими поколениями учёных эмпирические и теоретические знания, представлена перечнем разноплановый трудов по проблемам массового (преступного) поведения.

Наряду с отдельными изданиями, заслуга авторов которых состояла в перепечатывании уже озвученных мыслей основоположников и крупных знатоков учения о толпе, бесспорную ценность представляют исследования ученых, предпринявших попытку комплексного осмысления феномена стихийного поведения масс [10]. Одни из них изучали психологические проблемы возникновения и функционирования толпы, а также особенности противодействия ее негативным проявлениям [11]. Интерес других был сосредоточен на психологической структуре террористической деятельности и специфике массового поведения объектов террора [12].

Наконец, пристального внимания требуют усилия специалистов, сузивших область своих изысканий до детализации самостоятельных компонентов массового поведения. Из результатов их научной деятельности особо выделим публикации, посвященные анализу природы агрессивности [13], слухов в жизни общества [14], манипуляции человеческим сознанием [15], заметно дополнившие имевшиеся в этой области наработки прошлых лет [16].

В завершение нашего обзора остановимся на трех выводах. Во-первых, мыслители прошлого Н. К. Михайловский, Г. ле Бон, Г. Тард и С. Сигеле, внесшие заметную лепту в мировую сокровищницу социальной психологии, заложили фундамент учения о (преступной) толпе.

Во-вторых, осмысление предмета массового и тем более противоправного поведения в отечественной до- и послереволюционной психологической школе носило бессистемный и фрагментарный характер. Можно предположить, что эта проблематика не вызывала в русской и советской культурной традиции оживленного интереса потому, что она еще не была злободневной. Жесткая сословная система самодержавия не давала возможности возникать толпам. «Инерция культурных стереотипов и авторитетов, - справедливо замечает С. Г. Кара-Мурза, - была столь велика, что даже выдавленные из общества разночинные люди (бродяги, босяки и т. п.) восстанавливали своеобразные общественные структуры с определенными правами и обязанностями» [17]. В советском обществе также довольно быстро возродилась «сословность», другими словами, общество было сильно структурировано, так что не было пространства для «толпообразования». Проблема толпы стала возникать позже, в ходе резкой урбанизации в конце 60-х гг. XX в., что повлекло возникновение «массового человека» и «массовой культуры», послужив толчком для пробных научный поисков.

В-третьих, на современном этапе социально-психологические аспекты массового поведения, осмысление которых с каждым годом приобретает все большую актуальность и прикладное значение, стали объектом акцентированного интереса российских ученых, и, прежде всего, юридических психологов. Опираясь на опыт своих предшественников, а также мировые достижения, заметно расширившие границы познания о преступной толпе, они внесли весомый вклад в учение о ней, придав ему профильный, адаптированный к специфике правоохранительный органов, характер. Новые психологические знания обогатили психолого-юридическую науку и повысили профессиональный уровень сотрудников правопорядка при решении сложных вопросов в обычных и экстремальных условиях служебной деятельности.

 

1 Ортега-и-ГассетX. Восстание масс / пер. с исп. А. М. Гелескул, С. Л. Воробьев, А. Б. Матвеев. М., 2006. С. 115 ; Сигеле С. Преступная толпа / отв. ред. О. А. Донских. Новосибирск, 2006. С. 2.

2 Ле Бон Г. Психология толп // Психология толп. М., 1998. С. 15-257 ; Тард Г. Мнение и толпа // Там же. С. 257-408 ; Сигеле С. Указ. соч.

3 Большаков В. Ю. Эволюционная теория поведения. СПб., 2001. С. 12.

4 Бехтерев В. М. Избранные работы по социальной психологии. М., 1994. 290 с. ; Его же. Объективное изучение личности : в 2 т. СПб., 1999. Т. 2. 369 с. ; и др.

5 Психология толпы: социальные и политические механизмы воздействия на массы / сост. К. Королев. М., 2003. С. 342; Фрейд 3. Психология масс и анализ человеческого «Я» // Преступная толпа. М., 1998.

6 Ортега-и-Гассет X. Указ. соч.

7Московичи С. Век толп. Исторический трактат по психологии масс / пер. с фр. Т. П. Емельяновой. М., 1996. 356 с.

8 Грушин Б. А. Массовое сознание: феномен информированности // Вопросы философии. 1971. № 6. С. 24-31 ; Шерко-вин Ю. А. Психологические проблемы массовых информационных процессов. М., 1973. 250 с. ; Грушин Б. А. Масса как субъект исторического и социального действия // Рабочий класс и современный мир. 1984. № 5. С. 14-20 ; Дилегенский Г. Г. Феномен массы и массовые движения: социально-психологический аспект // Рабочий класс и современный мир. 1987. № 3. С. 29-33 ; и др.

9 Ольшанский Д. В. Неформалы: групповой портрет в интерьере. М., 1990. 192 с.

10 См., напр.: Хевеши М. А. Толпа, массы, политика : историко-философский очерк. М., 2001. 214 с. ; Иванов И. Е. Психология терроризма. Предупреждение и пресечение террористических актов. СПб., 2005. 245 с.

11 Назаретян А. П. Агрессивная толпа, массовая паника, слухи. СПб., 2004. 189 с. ; Почебут Л. Г. Социальная психология толпы. СПб., 2004. 230 с. ; Чернов Г.Ю. Социально-массовые явления: исследовательские подходы. М., 2005. 207 с.

12 Ольшанский Д. В. Психология масс. СПб., 2001. 230 с. ; Безносов Д. С., Почебут Л. Г. Психология толпы и терроризм. СПб., 2007. 176 с. ; Горбунов К. Г. Психология терроризма. Омск, 2007. 350 с. ; и др.

13 Вельдер Р. К вопросу о феномене подсознательной агрессивности // Общественные науки и современность. 1993. № 3-4. С. 25-29 ; Ревенко Е. М. Агрессивное поведение в зависимости от уровня фрустрированности // Психопедагогика в правоохранительных органах. 2006. № 2. С. 93-96 ; Федорова Н. В. Особенности проявления агрессии у подростков-делинквентов // Психопедагогика в правоохранительных органах. 2006. № 2. С. 8384 ; Шабалин О. М.Агрессивность как комплексная характеристика индивидуальности // Там же. 2008. № 2. С. 33-35 ; и др.

14 Почепцов Г. Г. Информация и дезинформация. Киев, 2001. 252 с. ; Беззубцев С. А. Слухи в реализации управленческих функций // Вестник Моск. ун-та. Сер. 14. 2002. № 2. С. 18-23 ; Его же. Слухи, которые работают на вас. СПб., 2003. 192 с. ; Караяни А. Г. Слухи как средство информационно-психологического противодействия // Психологический журнал. 2003. № 6. С. 20-24 ; Горбатов Д. С. Сплетня как средство социализации// Вопросы психологии. 2007. № 3. С. 106-115 ; Его же. Психологические закономерности изменения содержания слухов // Там же. 2008. № 2. С. 94-102 ; Его же. Микрогрупповой анализ факторов распространения слухов //Психологическийжурнал. 2010. № 5. С. 30-39 ; и др.

15 Павлова Е. Д. Характер информационного воздействия на сознание и его характеристику (системный подход) // Мир психологии. 2006. № 3. С. 99-108 ; Кара-Мурза С. Г. Манипуляция сознанием. М., 2008, 367 с. ; и др.

16 Шерковин Ю. А., Назаретян А. П. Слухи как социальное явление и как орудие психологической войны // Психологический журнал. 1984. № 5. С. 18-23 ; и др.

17 Кара-Мурза С. Г. Указ. соч. С. 141.