Сайт Юридическая психология

Хрестоматия по юридической психологии. Особенная часть.



 

А.М. Бандурка, С.П. Бочарова, Е.В. Землянская
Юридическая психология.
Харьков, 2002, стр. 532-597.

 

Глава 13 Психология несовершеннолетних правонарушителей

13.1. Социально-психологические детерминанты преступного поведения несовершеннолетних

13.1.1. Общая психологическая характеристика причин и условий девиантного (отклоняющегося) поведения несовершеннолетних

Нарушениями поведения или социальной дезадаптацией называются такие состояния, в которых появляются социально неодобряемые формы поведения. Как бы ни были разнообразны эти формы, они почти всегда характеризуются плохими отношениями с другими несовершеннолетними и взрослыми, которые проявляются в драках и ссорах, или, например, агрессивностью, демонстративным неповиновением, разрушительными действиями или лживостью. Они также могут включать антиобщественные и противоправные поступки, такие как прогулы занятий в школе, бродяжничество, поджоги, хулиганство, воровство и т.д.

Чаще всего преступления совершают так называемые «трудные» подростки.

Наличие значительного контингента таких несовершеннолетних требует разработки действенных методов всестороннего изучения личности трудных подростков с целью психодиагностики и психокоррекции.

Еще А.С.Макаренко, например, указывал, что каждому воспитателю необходимо не только знать общепринятые методы воспитания и обучения, но также и учитывать своеобразие их преломления через восприятие личности подростка – объекта воспитания. Идея комплексного подхода к исследованию личности уже давно утвердилась в русле общепсихологической теории (Б.Г.Ананьев, Б.Ф.Ломов и др.)1. Необходимость такого подхода к изучению личности трудных подростков диктуется в настоящее время фактами, свидетельствующими о малой диагностической и прогностической ценности разрозненных и узкоспециальных обследований, когда отдельные характеристики личности не могут объяснить целостной природы противоправного поведения. Комплексный подход представляется наиболее эффективным при рассмотрении личности подростка как сложной системы, образуемой сочетанием различных по уровню сформированности и содержанию психологических свойств и находящейся в динамике своего онтогенетического развития.

Личность подростка – сложное единство общего и индивидуального. Общими являются особенности нервно-психической организации, закономерности протекания познавательных и эмоционально-волевых процессов, формирования характера, резко возрастающая активность, стремление к самостоятельности, к самоутверждению, пониманию сложных отношений в окружающей социальной среде. Эти общие особенности психического развития подростков всегда проявляются с индивидуальным своеобразием в структуре потребностей, становлении жизненных целей, идеалов. При неучете этих особенностей, при наличии конфликтов в семье, отрицательных примеров, проявлениях лжи, равнодушия и формализма в школьном обучении и воспитании, неумении включать подростков в доступные их возрасту содержательные и социально полезные формы деятельности, неумении организовать систему правильных отношений в коллективе возникают предпосылки для педагогической запущенности детей и их дальнейшего перехода в категорию «трудных». Основные общие дефекты поведения трудных подростков проявляются в отрицательном отношении к нравственным нормам отношений между людьми (грубость, упрямство, лживость, жестокость, недисциплинированность и т.д.), в отрицательных проявлениях в учебной работе (лень, постоянная невнимательность, интеллектуальная пассивность, отсутствие познавательных интересов и др.), а также в одновременном проявлении отрицательных качеств обоих видов. Эти общие дефекты поведения получают у конкретных подростков самые разнообразные формы проявления, в связи с чем выделяются различные основания для типологии трудновоспитуемости: по уровням нравственно-правовой сформированности личности, фиксирующим различные поведенческие позиции; по форме сопротивляемости ребенка педагогическим воздействиям; по конкретным проявлениям характерологических и интеллектуальных особенностей подростков в деятельности и общении и т.д.

При отсутствии своевременной психологической коррекции трудные подростки могут перейти в категорию, характеризующуюся устойчивым асоциальным поведением и склонностью к правонарушениям. Существующие типологии подростков-правонарушителей строятся на выделении их роли в структуре асоциальных групп и дефектов характеров:

1. Инициаторы, организаторы асоциальных групп, циники (с устойчивым комплексом асоциальных установок: жестокостью, агрессивностью, деспотизмом, паразитизмом, стяжательством, стремлением к лидерству любым путем и т.д.).

2. Подверженные власти примитивных потребностей (пищевых, половых, алкогольных, наркотических и др.) при готовности удовлетворять их любыми недозволенными средствами. В силу слабости самоконтроля они охотно подчиняются подросткам первой категории и тиранят более слабых.

3. Неустойчивые, которые испытывают конфликт между аморальными и позитивными побуждениями. Способны осознавать противоправность своего поведения, однако эгоизм и неумение противостоять ситуации стимулируют их антиобщественные поступки.

4. Безвольные, не имеющие собственных нравственных чувств и убеждений и выступающие как полные конформисты и исполнители чужой воли.

5. Аффективные, переживающие постоянное чувство обиды, фрустрации, переоценивающие себя и проявляющие заносчивость, претенциозность, агрессивность к окружающим и т.д.

Разноплановость и большое количество имеющихся типологий связаны с решением частных задач перевоспитания трудных подростков и одновременно – с отсутствием единого комплексного психологического критерия для оценки их противоправного поведения. Поэтому целесообразно отказаться от узкопрагматического подхода к определению отдельных свойств личности подростков-правонарушителей, наблюдающегося в практике следствия, судебно-психологической экспертизы и т.д. и перейти к более сложной, нелинейной стратегии изучения личности подростков во всей совокупности их психологических свойств, различных по качеству, генезису и уровню сформированности. В основу выбора общего критерия сформированности нравственных качеств личности подростка следует положить степень соответствия субъективных личностных смыслов общественно выработанным значениям (нормам) поведения: полное соответствие, преимущественное соответствие, ситуативное соответствие (или несоответствие), расхождение, противопоставление. Создаваемая на основе такого критерия классификация трудных подростков должна сопровождаться выделением соответствующих специфических признаков при характеристике более частных групп и подгрупп. Это позволит более четко и полно отразить реальную структуру психологических свойств личности, а также их генезис.

В практике работы с трудными подростками, в научных исследованиях, а также при диагностике состояний и свойств личности при психологической экспертизе обычно используются различные методы: наблюдение, беседа, естественный эксперимент, биографический анализ, изучение продуктов деятельности, тестирование, социометрия и т.д. Однако в большинстве случаев имеет место изолированное использование отдельных методов, т.е. переоценка одних и неоправданное игнорирование других, что нарушает требование комплексного подхода к изучению личности.

Часто единственным методом выступает наблюдение, которое, в силу присущих ему ограничений, не обеспечивает полноты и объективности в оценке личности подростка и не может служить достаточным обоснованием программы его коррекции в процессе перевоспитания. Не разработаны пути использования в практике работы с подростками естественного эксперимента.

Фактически полностью исключен из практики работы с трудными подростками лабораторный эксперимент, необходимый для точной диагностики психологических и психофизиологических свойств личности (особенно при обследовании акцентуированных и психопатических личностей, при необходимости определения типа нервной системы и т.д.). В практику вернулось психологическое тестирование, однако преимущественно в целях научных исследований и судебно-психологической экспертизы. Применение личностных и интеллектуальных тестов требует высокого профессионализма как в использовании, так и в интерпретации тестовых данных (так как тесты не обладают высокими прогностическими возможностями), а также сочетания тестовых обследований с другими методами психологического изучения личности, что фактически отсутствует в практике работы с трудными подростками. Результаты применения тестов зависят: от конкретного состояния подростка в момент обследования, обусловленного множеством объективных и субъективных факторов; от уровня развития подростка; от его отношения к экспериментатору и условий общения и т.п.

Зачастую не учитываются возрастные, интеллектуальные, социально-психологические, мотивационные черты личности подростков, применяются неадаптированные к этим особенностям тесты, что приводит к серьезным ошибкам в диагностике (например, в определении соответствия умственного развития возрасту, отнесение к категории дебильности и т.д.) и дискредитации психологического обследования в целом. Это становится особенно очевидным при неадекватной интерпретации результатов интеллектуального тестирования (по Векслеру, Бине-Симону и др.), приводящей к неразличению педагогической запущенности и природных дефектов, так как указанные и многие другие тесты базируются на концепции врожденности, биологической обусловленности психологических свойств личности.

Для получения полных, достоверных и практически значимых результатов психологического обследования трудных подростков необходимо как квалифицированное и методологически правильно обоснованное применение личностных и интеллектуальных тестов в отношении подростков, так и использование их в комплексе с другими методами. В частности, только сочетание адекватно подобранных тестов с анализом мотивационно-целевой, операционной структуры деятельности подростка и ее объективных результатов может обеспечить правильную оценку содержания и причин противоправного поведения.

Правильно подобранный и умело использованный комплекс методов изучения личности обеспечивает также создание полной и объективной психолого-педагогической характеристики подростка, которая становится не просто формальным документом, а подлинной программой индивидуального подхода и коррекции формирующейся личности. Такая характеристика должна включать: биографические сведения о подростке, содержание совершенных асоциальных поступков, оценку уровня интеллектуального развития (качеств мышления, речи, восприятия, памяти, внимания, воображения), эмоционально-волевой сферы, свойств темперамента и характера, направленности, способностей (общих и специальных), социальной роли подростка в структуре формальных и неформальных групп.

Все отмеченные психологические свойства подростка должны получить качественную оценку. Также следует дать оценку соотношения положительных и отрицательных проявлений и перспектив их дальнейшего изменения и развития. Без этого невозможно правильно определить степень педагогической запущенности и социальной деградации подростка, а также конкретные пути его перевоспитания.

Психокоррекция трудных подростков и подростков-правонарушителей – это сложный процесс перестройки, ломки уже сложившихся систем поведения и отношения к жизни. Поэтому, наряду с констатацией психологических свойств личности, необходимо решать целый комплекс задач, обусловливающих адекватный выбор методов индивидуального подхода в психокоррекции. К таким задачам следует отнести:

1. Выявление основных мотивов совершаемых асоциальных и противоправных поступков, конкретных причин моральных дефектов в структуре личности несовершеннолетнего, т.е. того, что подлежит изменению и ломке. Выявление истинной мотивации позволяет установить диагноз нравственной болезни и меру наказания. Известно, что сходные по внешней форме асоциальные действия разных подростков могут быть следствиями разных причин: озлобленности с детства, чрезмерной избалованности, эгоизма, убеждения, что «все позволено». Принято выделять две категории причин асоциального поведения подростков: объективные и субъективные. К важнейшим объективным факторам асоциального поведения подростков прежде всего относятся те влияния, которые оказывает на них семья, – первичная микросреда, в которой начинается формирование личности. Родители несут моральную и правовую ответственность перед детьми и перед обществом за их воспитание. Психологами проводились исследования, включающие тщательный анализ объективных факторов макро- и микросоциальной среды, действующих на подростка. Так, в исследовании Г.Г.Бочкаревой отрицательные влияния окружающей его микросреды выражены тринадцатью показателями, которые объединяются в четыре неблагоприятных средовых фактора: неблагополучное положение в формальной группе, взаимодействие с асоциальной группой, дефицит общения и воспитания в семье, деструктивное воздействие семьи на ребенка. Выделение, тщательный анализ и классификация объективных факторов противоправного поведения подростков является в настоящее время актуальной задачей педагогической и юридической психологии.

Преломляясь через деятельность и сознание несовершеннолетнего, объективные влияния макро- и микросреды приводят к формированию субъективных факторов – индивидуально-психологических свойств, выступающих мотивами определенных асоциальных действий. К важнейшим субъективно-мотивационным компонентам поведения подростков следует отнести: состав сформировавшихся потребностей, интересов, чувств, идеалов, уровень их развития и устойчивости. Если мы не сумеем выявить имеющихся у подростка эгоистических, узкопотребительских, корыстных и других примитивных потребностей, не сумеем преобразовать их, заменив системой более содержательных, социально полезных мотивов, то мы не достигнем положительных результатов. Субъективно не отказавшись от своих асоциальных установок, подросток может временно маскироваться, с тем чтобы впоследствии снова стать на путь привычного противоправного поведения.

2. Выявление наиболее значимых для подростка жизненных целей: к чему он стремится, в чем видит смысл своей жизни, своего будущего. Эти цели видны в поступках подростка, в его отношении к выполняемым видам деятельности: учению, труду, общению и т.д., в его высказываниях, сочинениях, результатах деятельности. Состав жизненных целей прямо связан с мотивацией, поэтому ломка ложных мотивов способствует преобразованию целей. В плане практической реализации этой задачи важна организация социально ценных форм деятельности и общения подростков, сопровождающихся наглядным восприятием получаемых положительных результатов.

3. Определение уровня готовности подростка к изменению своего поведения и сознательному выбору социально положительных форм поведения. Эта задача связана с решением первых двух. Только ломка социально негативных мотивов и целей, замена их положительными интересами и социально ценной ориентацией дает гарантию, что у подростка сформировалась система субъективных стимулов к дальнейшему самовоспитанию и самоконтролю, не допускающая рецидивов асоциального поведения. Подросток не только объект, но и субъект воспитания, он должен сам осознавать необходимость изменить свое поведение и научиться им управлять на основе содержательных идеалов. Для осуществления этой задачи школа и другие воспитательные учреждения должны обеспечить подросткам достаточное образование и трудовую квалификацию, позволяющие найти правильный путь в самостоятельную жизнь, достаточно высокий уровень интеллектуального развития, а также сформировать прочные моральные устои, обеспечивающие понимание и правильную самооценку своих ошибок, адекватное отношение к наказанию – понимание его правомерности, желание и умение совершать социально положительные поступки.

Важен комплексный подход к изучению и воспитанию трудных подростков со стороны всего педагогического коллектива. Воспитатели, учителя, мастера производственного обучения должны изучать подростков в сфере руководимых ими форм деятельности, где каждый из них имеет возможность выявить те положительные качества и задатки своих воспитанников, опираясь на которые можно более успешно разрабатывать программу перевоспитания подростка с наибольшей эффективностью.

В настоящее время причины и условия преступности несовершеннолетних следует искать и в противоречиях государственной молодежной политики и, прежде всего, в сфере трудовой занятости и профессионального образования, семейного, школьного воспитания, организации спорта и досуга молодежи, профилактического контроля со стороны правоохранительных и учебных систем.

Социально-экономические и социально-психологические противоречия перехода к рыночным отношениям привели к глубинной переориентации молодежи от коллективистских духовных ценностей, пропагандировавшихся и декларировавшихся (хотя далеко не всегда реализовавшихся в реальной жизни) в советский период, на корыстно-индивидуалистические ценности постсоветского периода. Как и в капиталистическом обществе, в психологию молодежи внедряется культ денег и силы, девизы, веками прививаемые в западном мире, – «деньги не пахнут», «каждый за себя, один Бог за всех», «богатство – цель и смысл жизни», и эта цель оправдывает любые средства, в том числе откровенно преступные. Сильнее и больнее всего переориентация на корыстолюбие и индивидуализм ударила по несформировавшейся психике несовершеннолетних. За последние десять лет выросло целое поколение молодежи, которое занимается явочной и посреднической коммерцией, охранной деятельностью в сомнительных учреждениях, которые грубо попирают не только административно-правовые, финансовые, налоговые, гражданско-правовые и иные запреты, но и уголовно-правовые.

Материальное расслоение общества за время криминального рынка привело к социальной конфликтности между богатыми и бедными, на что остро реагируют несовершеннолетние. Это привело к «робингудовской» психологии мести за несправедливость в отношении не защищенных государством подростков. Оправдательная мотивировка «грабь награбленное» психологически облегчает вымогательства (психологическая защита), кражи, угоны автотранспорта и т.п.

Существующая безработица затрудняет устройство на работу молодых граждан в новых структурах, требующих высокой квалификации.

Разрушились прежние механизмы трудоустройства молодежи, в том числе лиц, освободившихся из воспитательно-трудовых колоний. Это создает криминогенные условия для формирования криминальной психологии и совершения несовершеннолетними преступлений, их рецидива.

13.1.2. Психологические особенности личности несовершеннолетних правонарушителей

Личность несовершеннолетнего правонарушителя, как правило, характеризуется низким уровнем социализации.

Социализация – это процесс и результат включения индивида в систему социальных отношений. Она осуществляется путем усвоения индивидом социального опыта и воспроизведения его в своей деятельности. В процессе социализации индивид становится личностью и приобретает необходимые для жизни среди людей знания, умения, навыки, т.е. способность общаться и взаимодействовать с другими людьми.

Правовая социализация личности – это процесс вхождения человека в систему объективно существующих социально-правовых связей и отношений.

В психологическом аспекте она тесно связана с формированием системы свойств и качеств, а также механизмов саморегуляции поведения личности, необходимых для ее адаптации к специфике поведения и взаимоотношений в сфере действия права и для обеспечения ее социально-активного правового поведения.

Содержанием процесса правовой социализации является усвоение личностью:

  • социальных ценностей, одобряемых и охраняемых правом;

  • системы действующих правовых норм как правил поведения и критериев социально-правовой оценки фактов, явлений и поступков, имеющих юридическое значение;

  • знаний, навыков и привычек, необходимых для правильной ориентации в социально-правовой среде, саморегуляции правового поведения и организации общения в рамках правовых отношений;

  • элементов правовой культуры (представлений, настроений, установок и стереотипов общественного и группового правосознания и т.п.);

  • функций, ролей, статусов и соответствующих субъективных прав и обязанностей, присущих человеку в связи с местом, занимаемым им в системе правового регулирования.

Правовая социализация как часть общего процесса социализации включает усвоение субъектом необходимого объема правовых знаний, правовых требований, определяющих меру возможного и должного поведения. В ходе правовой социализации усваиваются критерии оценок юридически-значимых ситуаций, складывается определенное отношение к правовым явлениям, вырабатываются навыки и формируется готовность к правомерному поведению. Конкретизация известной формулы детерминизма – внешние причины действуют, опосредуясь внутренними условиями, – применительно к правовой сфере означает, что в качестве внешних факторов детерминации выступают правовые требования, образцы должного поведения, нормы, санкции, которые оказывают большее или меньшее воздействие на сознание личности, а в качестве внутренних факторов – сформированная в ее сознании ценностно-нормативная модель, которая включает в себя собственную концепцию прав и обязанностей, норм и стандартов поведения, возможных и ожидаемых санкций. Из сказанного следует, что правовая социализация может быть определена как процесс овладения субъектом правовой практикой и правовым опытом для приобретения, использования навыков правомерного поведения, для правильной оценки поведения окружающих и содействия нормальному функционированию правовой системы.

Из общего понятия правовой социализации ясно, что в этом процессе решающая роль принадлежит сознанию субъекта. Поэтому для обеспечения необходимого нашему обществу уровня правовой социализации граждан требуется формирование их правосознания в соответствии с задачами повышения правовой активности граждан.

В правовом сознании личности объединены когнитивные (познавательные), оценочные (выражение отношения) и регуляторные сферы психики (см. гл. 4).

Процесс социализации может осуществляться как в специальных социальных институтах, так и в различных неформальных объединениях. К специальным социальным институтам, одной из важнейших функций которых является социализация личности, относятся школа, профессиональные учебные заведения, детские и молодежные организации и объединения.

Ответственность является важнейшей характеристикой личности – это то, что отличает социально зрелую личность от социально незрелой. В психологии в настоящее время распространена концепция (теория локуса контроля) о двух типах ответственности. Ответственность первого типа (интернальность) связана с тем, что личность считает себя ответственной за все происходящее с ней, и хорошее, и плохое. Во втором случае (экстернальность) все, что происходит, человек связывает не с собой, а с другими людьми, обстоятельствами, судьбой и т.д. Легко заметить, что это, скорее, безответственность.

Среди социально незрелых подростков чаще наблюдается экстернальность. Очевидно, это не случайно, так как внешний локус контроля по существу означает снятие субъектом ответственности с себя за все происходящее с ним. При определенных условиях такая ситуация «облегчает» выход на совершение преступления.

К факторам формирования как внешнего локуса контроля, так и делинквентного поведения можно отнести: перенесенную в детском и подростковом возрасте эмоциональную изоляцию или отвержение, влияние неблагоприятного психологического климата семьи, постоянные негативные оценки деятельности и поведения.

Стремление сохранить самоуважение (да и просто психоэмоциональную стабильность) может привести к формированию внешнего локуса контроля. В данном случае он играет роль защитного механизма, который, снимая ответственность с личности за неудачи, позволяет адаптироваться к постоянным внешним негативным оценкам и сохранить самоуважение.

Формирование ответственности прямо связано с предоставлением личности свободы и самостоятельности в принятии решений относительно самого себя. Мы хотим «научить человека самостоятельно ходить, но все время туго пеленаем», т.е. детское бытие не может определить зрелого сознания.

Такой тип воспитания называется гиперопекой, в школе он наблюдается еще и при обучении.

Понятие девиантного (отклоняющегося от нормы) поведения связано прежде всего с понятием «норма».

Норму определяют как среднестатистический показатель, функциональный оптимизм и т.д. Только в медицинской литературе этих определений около двухсот. Норма – понятие относительное.

На заре психиатрии существовало только два полярных понятия: помешательство (отсутствие психического здоровья) и здоровье (отсутствие помешательства). Затем выделились различные направления и учения: конституциональное, о неврозах, психопатиях, заложившие основу «малой» психиатрии.

Сейчас появились такие понятия, как факторы риска, кризисные состояния, акцентуации характера и т.п., которые лежат между нормой и патологией.

Характер в узком смысле слова определяется как совокупность устойчивых свойств индивида, в которых выражаются способы его поведения и способы эмоционального реагирования. Очень важно понимать различие между личностью и характером. Уже в «житейской психологии» определения, которые применяются для описания этих понятий, сильно различаются. Говоря о характере, используют слова «скверный», «мягкий», «тяжелый», «прекрасный» и т.п. В отношении же личности используются выражения: «выдающаяся», «творческая», «серая», «преступная» и т.д.

Когда даются оценки характера и личности одного и того же человека, то они могут не только не совпадать, но и быть противоположными.

Например, в истории известны личности выдающиеся, но с плохим или даже психопатическим характером. Тяжелым, «крутым» характером отличались Ф.М.Достоевский, И.П.Павлов и многие другие известные исторические личности.

Черты характера отражают стиль поведения и эмоционального реагирования, т.е. то, как действует человек, а черты личности – то, ради чего он действует. То же самое относится и к личности, и к характеру преступника (может быть немало хороших черт характера в сочетании с преступным деянием).<...>

<...>В качестве критериев различения патологических и нормальных характеров можно рассматривать критерии психопатий Ганнушкина-Кербикова.

Патологический характер имеет следующие черты:

  • относительная стабильность во времени, т.е. мало меняется в течение жизни;

  • тотальность проявлений; одни и те же черты характера проявляются в любых обстоятельствах: и дома, и на работе, и на отдыхе, и среди знакомых, и среди чужих;

  • социальная дезадаптация – самый важный признак психопатий; заключается в том, что человек постоянно испытывает жизненные трудности, не может приспособиться, причем эти трудности испытывает или он сам, или окружающие его люди, или и тот и другие одновременно.

В чем же отличие акцентуаций характера от психопатий?

В случае акцентуаций характера может не быть ни одного из перечисленных выше признаков психопатий, по крайней мере никогда не присутствуют все три признака сразу.

Отсутствие первого признака выражается в том, что акцентуированный характер проявляется не всю жизнь, но часто обостряется в подростковом возрасте, а по мере взросления сглаживается. Второй признак – тотальность, также не обязателен, черты акцентуированного характера могут проявляться не в любой обстановке, а только в особых условиях. Социальная дезадаптация может не наблюдаться или бывает непродолжительно.

Поводом для временных разладов с собой и с окружением являются не любые трудные условия (как при психопатиях), а условия, создающие нагрузку на место наименьшего сопротивления характера, своеобразная «Ахиллесова пята» (слабое звено).

Основные типы акцентуаций характера (по А.Е.Личко): гипертимный, циклоидный, лабильный, астено-невротический, сенситивный, психастенический, шизоидный, эпилептоидный, истероидный, неустойчивый и конформный 3.

Гипертимный тип. С детства отличаются большой шумливостью, общительностью, чрезмерной самостоятельностью, склонностью к озорству, недостатком чувства дистанции в отношении ко взрослым. Любят командовать в детских играх. Воспитатели жалуются на их неугомонность. Несмотря на хорошие способности, живой ум, умение все схватывать на лету, в школе учатся неровно из-за неусидчивости, отвлекаемости, недисциплинированности.

Главная черта в подростковом возрасте – почти всегда хорошее, даже несколько приподнятое настроение. Оно сочетается с хорошим самочувствием, нередко цветущим внешним видом, высоким жизненным тонусом, активностью и брызжущей энергией. Всегда хороший аппетит и крепкий сон. Лишь изредка солнечное настроение омрачается вспышками раздражения и гнева, вызванными противодействием окружающих, их стремлением подавить слишком бурную энергию, подчинить чужой воле. Реакция эмансипации очень сильна: рано стремятся к самостоятельности и независимости. На гиперпротекцию со стороны родителей и воспитателей с ее непрестанным контролем, повседневной опекой, наставлениями и нравоучениями, «проработкой» дома и на собраниях за мелкие проступки реагируют крайне бурно. Плохо переносят жесткую дисциплину и строго регламентированный режим. В необычных ситуациях не теряются, находчивы, умеют ловчить и изворачиваться. К правилам и законам относятся легкомысленно, легко проглядывают грань между дозволенным и запрещенным.

Всегда тянутся в компанию, тяготятся одиночеством, среди сверстников всегда стремятся к лидерству. При общительности неразборчивы в выборе знакомств. Легко могут оказаться в неблагоприятной среде, любят риск, склонны к авантюрам. С приятелями охотно выпивают, предпочитают неглубокие эйфоризирующие стадии опьянения, но часто не могут удержаться от излишней дозы и легко привыкают к выпивкам. Могут проявить интерес к наркотикам. Обладают хорошим чувством нового. Новые люди, новые места, новые предметы живо их привлекают. Легко увлекаясь всем новым, часто не доводят начатого до конца. Увлечения, «хобби» часто и легко меняются. Плохо справляются с работой, требующей усидчивости, аккуратности, кропотливого труда. Аккуратностью не отличаются ни в выполнении обещаний, ни в денежных делах. Часто залезают в долги. Любят шиковать, прихвастнуть. Будущее свое склонны видеть в радужных красках. Неудачи могут вызвать бурную реакцию, но неспособны надолго выбить из колеи.

Половое чувство рано пробуждается и бывает сильным. Поэтому нередки ранние сексуальные связи. Подростковая сексуальная девиантность бывает мимолетной, склонность к фиксации на сексуальных девиациях не обнаруживается.

Склонны к переоценке своих способностей и возможностей. Хотя большинство особенностей своего характера хорошо знают и не скрывают, однако стараются выставить себя более конформными к окружению, чем это есть на самом деле.

Отходчивы, с кем только что были в ссоре, быстро мирятся и даже дружат.

Циклоидный тип. В детстве не отличаются от сверстников или производят впечатление гипертимов. С наступлением пубертатного периода (у девочек нередко с первых месячных) возникает первая субдепрессивная фаза. В дальнейшем эти фазы чередуются с периодами подъема и периодами относительно ровного настроения. Длительность периодов меняется: сначала– дни и недели, с возрастом они удлиняются.

В субдепрессивной фазе отмечается вялость, упадок сил, все валится из рук. То, что раньше давалось легко и просто, теперь требует неимоверного усилия. Труднее становится учиться и работать. Людское общество раздражает, компании избегают, приключения и риск теряют привлекательность. Подростки в это время становятся вялыми домоседами. Мелкие неприятности и неудачи, которые нередко случаются в этот период из-за падения работоспособности, переживаются очень тяжело. На замечания и укоры часто отвечают раздражением, грубостью, но в глубине души впадают в еще большее уныние. Чувства безысходной тоски или беспричинной тревоги, свойственного психотической депрессии, не бывает. Не приходится также от подростков слышать идей самоуничижения. Однако серьезные нарекания и большие неудачи, если они унижают самолюбие, с точки зрения подростка, свидетельствуют о его безволии, неполноценности, ненужности, могут вызывать острые аффективные реакции с суицидными попытками.

В период подъема циклоидные подростки выглядят как гипертимы. Бросаются в глаза несвойственные им ранее рискованные шутки над старшими и желание везде и всюду острить.

Местом наименьшего сопротивления является коренная ломка жизненного стереотипа (например, переход от опекаемой школьной учебы к относительной свободе высшего учебного заведения). Эти ломки могут затягивать субдепрессивные фазы.

Эмансипационные стремления и группирование со сверстниками особенно проявляются во время подъемов. Обычно они выражены умеренно, а в субдепрессивной фазе вовсе блекнут. Хобби циклоидов отличаются неустойчивостью – в субдепрессивные периоды их забрасывают, а в периоды подъема часто находят новые. Сексуальная активность возрастает в периоды подъема, но в субдепрессивной фазе может усиливаться онанизм. Делинквентность, побеги из дома, знакомство с наркотиками циклоидным подросткам не свойственны.

Склонность к алкоголизации в компаниях бывает только в периоды подъема.

Самооценка у циклоидных подростков формируется постепенно по мере накопления опыта «хороших» и «плохих» периодов. При недостатке такого опыта она может быть очень неточна.

Лабильный тип. В детстве по характеру обычно не отличаются от сверстников или обнаруживают склонность к невротическим реакциям. Подвержены простудам, часто болеют ангинами, ревматизмом, хроническими пневмониями, пиэло- и холециститами и другими инфекционными заболеваниями, принимающими затяжное и рецидивирующее течение.

Главная черта в подростковом возрасте – крайняя изменчивость настроения, которое меняется слишком часто и чрезмерно круто от ничтожных и даже незаметных для окружающих поводов. Кем-то нелестно сказанное слово, неприветливый взгляд случайного собеседника, оторвавшаяся от костюма пуговица способны погрузить во мрачное расположение духа при отсутствии каких-либо серьезных неприятностей или неудач. И наоборот, приятная беседа, интересная новость, мимолетный комплимент, удачно к случаю одетый костюм, услышанные от кого-то заманчивые, хотя и малореальные перспективы – все это способно поднять настроение, возвратить веселость и жизнерадостность и даже отвлечь от действительных неприятностей, пока те чем-либо не напомнят о себе. Во время откровенных и волнующих бесед можно увидеть то готовые навернуться на глаза слезы, то радостную улыбку.

От настроения момента зависит все: и самочувствие, и сон, и аппетит, и работоспособность, и общительность. Соответственно настроению и будущее то расцвечивается радужными красками, то представляется серым и безнадежным, и прошлое предстает то как цепь приятных воспоминаний, то кажется сплошь состоящим из неудач и несправедливостей. И повседневное окружение кажется то милым и интересным, то скучным и безобразным.

Маломотивированные смены настроения могут создавать впечатление поверхностности и легкомыслия. Но это не так. Лабильных подростков отличают глубокие чувства, искренние привязанности к тем, от кого они видят любовь, заботу и внимание. Привязанности эти сохраняются несмотря на легкость и частоту мимолетных ссор. Утраты переносятся очень тяжело и переживаются долго.

Не менее свойственна лабильным подросткам и преданная дружба. Они предпочитают дружить с тем, кто в минуты грусти и недовольства способен отвлечь, утешить, рассказать что-нибудь интересное, при нападках – защитить, а в минуты эмоционального подъема разделить радость и веселье, удовлетворить потребность в сопереживании.

Чуткость ко всякого рода знакам внимания, благодарности, похвалам и поощрениям, которые доставляют искреннюю радость, не сочетается однако с заносчивостью и самомнением.

Эмансипационные устремления выражены умеренно. Им хорошо в семье, если там царит любовь и уют. Тогда эмансипационная активность ограничивается короткими вспышками, связанными с капризами настроения. Реакция эмансипации становится сильной, если ее подогревает неблагоприятная семейная ситуация. Тяга к группированию со сверстниками целиком зависит от настроения: в хорошие минуты ищут компании, в плохие – избегают общений. В группе сверстников на роль вожака не претендуют, а ищут эмоциональных контактов, охотно довольствуясь положением опекаемого и защищаемого другими любимца и баловня. Хобби ограничивается информативно-коммуникативным типом (любовь к свободному общению), иногда художественной самодеятельностью, да еще некоторыми домашними животными (особенно привлекательна собственная собака), которые служат громоотводами для эмоций при перепадах настроения. Сексуальная активность долго ограничивается флиртом и ухаживаниями. Влечение остается малодифференцированным, возможно отклонение на путь транзиторного подросткового гомосексуализма. Но сексуальные эксцессы всегда избегаются.

Своеобразная избирательная интуиция позволяет им сразу чувствовать, как к ним относятся окружающие, безошибочно при первом контакте определяя, кто к ним расположен, кто безразличен, а в ком таится хоть капля недоброжелательности или неприязни. Ответное отношение возникает незамедлительно и без попыток его утаить.

Самооценка отличается искренностью и умением правильно подметить черты своего характера. Часто выглядят моложе своих лет.

Астено-невротический тип. С детства нередко обнаруживаются признаки невропатии – плохой сон и аппетит, капризность, пугливость, плаксивость, иногда ночные страхи, ночной энурез, заикание и т.п. В других случаях детство проходит благополучно и первые признаки астено-невротического типа обнаруживаются только в подростковом возрасте.

Главными чертами являются повышенная утомляемость, раздражительность и склонность к ипохондричности. Утомляемость особенно проявляется при умственных занятиях и при физических и эмоциональных напряжениях, например, в обстановке соревнований. Раздражительность проявляется внезапными аффективными вспышками, возникающими нередко по ничтожному поводу. Раздражение, легко изливаемое на окружающих, порою случайно попавших под руку, легко сменяется раскаянием и даже слезами. Склонность к ипохондризации может выступать особенно ярко. Такие подростки внимательно прислушиваются к своим телесным ощущениям, охотно лечатся, укладываются в постель, подвергаются врачебным осмотрам. Наиболее частым источником ипохондрических переживаний у мальчиков становится сердце.

Обычные подростковые нарушения поведения (делинквентность, алкоголизация и т.п.) этому типу не свойственны. Реакция эмансипации обычно ограничивается маломотивированными вспышками раздражения в отношении родителей, воспитателей, старших вообще. К сверстникам тянутся, ищут их компании, но быстро от нее устают и предпочитают одиночество или общение с близким другом.

Самооценка обычно отражает ипохондрические установки. Центральное место занимают заботы о своем здоровье.

Сенситивный тип. С детства пугливы и боязливы. Часто боятся темноты, сторонятся животных, страшатся остаться одни, быть запертыми дома. Чуждаются бойких и шумных сверстников. Не любят шумных игр и озорства. Робки и застенчивы среди посторонних и в необычной обстановке. Не склонны к легкому общению с незнакомыми. Иногда все это оставляет ложное впечатление о замкнутости и отгороженности от окружающих. На самом деле такие дети достаточно общительны с теми, к кому привыкли. Играть любят с малышами, чувствуя себя с ними увереннее и спокойнее. К родным и близким бывают очень привязаны, даже при холодном и суровом к ним отношении. Отличаются послушанием, слывут «домашними детьми».

Школа их пугает шумом, возней и драками на переменах. Учатся обычно старательно. Страшатся всякого рода контрольных, проверок, экзаменов. Нередко стесняются отвечать у доски, боятся прослыть выскочкой. Привыкнув к одному классу и даже страдая от некоторых одноклассников, крайне неохотно переходят в другой.

Трудности начинаются с 16-18 лет – с момента вступления в самостоятельную жизнь. Здесь особенно ярко выступают две главные черты – большая впечатлительность и чувство собственной неполноценности.

К родным сохраняется детская привязанность. Опеке близких охотно подчиняются. Упреки и наказания с их стороны вызывают слезы и отчаяние. Рано формируется чувство долга, ответственности, высоких, порою чрезмерных моральных требований к себе и окружающим. В себе видят множество недостатков, особенно в области качеств морально-этических и волевых. Источником тяжких угрызнений у мальчиков может служить частый в подростковом возрасте онанизм. Боятся, что окружающие их заподозрят в «гнусности» и «распутстве».

Обычно бывает выраженным стремление к гиперкомпенсации. Ищут утверждения не там, где могут раскрыться их способности, а именно в той области, где они слабы. Робкие и стеснительные натягивают на себя личину искусственной веселости, развязности, даже заносчивости, но в неожиданной ситуации быстро пасуют. При доверительном контакте за спавшей маской «все нипочем» оказывается жизнь, полная самоукоров и самобичеваний, тонкая чувствительность и непомерно высокие требования к самому себе. Нежданное сочувствие может сменить браваду на бурно хлынувшие слезы.

От сверстников не отгораживаются, стремятся к ним, но в выборе друзей разборчивы, а в дружбе привязчивы. Близкого друга предпочитают шумной компании.

Увлечения сенситивных подростков бывают двух видов. Одни носят интеллектуально-эстетический характер (искусство, музыка, рисование, иностранные языки, домашние цветы, певчие птицы и т.п.). Сам процесс этих занятий доставляет удовольствие, к поражающим результатам вовсе не стремятся, свои успехи оценивают весьма скромно. Другие увлечения обусловлены гиперкомпенсацией. Здесь важен результат – признание со стороны. Робость и застенчивость стараются преодолеть стремлением на общественные посты, где обычно хорошо выполняют формальную часть порученных функций, оставляя лидерство другим.

Мальчики пытаются преодолеть «слабоволие» занятиями силовыми видами спорта (борьба, гантельная гимнастика и т.п.).

Сексуальное влечение усиливает робость, застенчивость и переживания собственной неполноценности. В силу гиперкомпенсации признания и объяснения в любви могут быть столь решительными и неожиданными, что пугают и отталкивают. Отвергнутая любовь крайне обостряет чувство собственной неполноценности. Могут появляться суицидные мысли.

Ни к делинквентности, ни к алкоголизации склонности не отмечается. Сенситивные юноши обычно не курят. В алкогольном опьянении вместо эйфории наблюдается возрастание переживаний собственной неполноценности.

Самооценка отличается довольно высоким уровнем объективности. Лгать и притворяться не любят и не умеют. Отказ отвечать предпочитают неправде.

Непосильной оказывается ситуация, где подросток становится объектом недоброжелательного внимания окружающих, насмешек или подозрения в неблаговидных поступках, когда на его репутацию падает тень или он подвергается несправедливым обвинениям.

Психастенический тип. Проявления в детстве могут быть незначительными в виде некоторой робости, пугливости, двигательной неловкости, склонности к рассуждениям и ранних не по возрасту «интеллектуальных» интересов. Иногда уже в детстве обнаруживаются навязчивые явления в виде навязчивых страхов и опасений – фобий: боязни незнакомых людей и новых предметов, темноты, боязни оказаться за запертой дверью и т.п.

Критическим периодом, когда черты психастенического характера начинают обнаруживаться во всей полноте, являются начальные классы школы, когда появляются первые требования к чувству ответственности. Необходимость отвечать за себя и особенно за других представляет один из самых чувствительных ударов для психастенической натуры. Воспитание в условиях «повышенной ответственности», когда взрослые перекладывают на детские плечи заботу по уходу и надзору за младшими или беспомощными членами семьи, положение старшего среди детей в семье в трудных бытовых условиях резко усиливают психастенические черты. «Повышенная ответственность» может выступать также в виде слишком больших надежд родителей на выдающиеся успехи ребенка в учебе, занятиях музыкой и т.п. Склонный к психастении ребенок чутко воспринимает эти высокие родительские экспектации и страшится их не оправдать, дабы не утратить всей полноты родительского внимания и любви.

Главными чертами психастенического типа являются нерешительность, склонность к рассуждениям, тревожная мнительность в виде опасений за будущее – свое и своих близких, любовь к самоанализу, самокопанию и легкость возникновения навязчивых страхов, опасений, действий, ритуалов, мыслей, представлений.

Опасения адресуются к возможному, даже к маловероятному в будущем: как бы не случилось чего-либо ужасного и непоправимого с ними самими или с теми близкими, к которым они обнаруживают чрезвычайно сильную привязанность. Невзгоды уже случившиеся пугают их гораздо меньше. Мальчикам бывает особенно свойственна тревога за мать – как бы она не заболела и не умерла, не попала бы под транспорт и т.п. Если мать опаздывает с работы, где-то без предупреждения задержалась, такой подросток не находит себе места.

Защитой от постоянной тревоги за будущее становятся выдуманные приметы и ритуалы. Например, уходя из дома, переступать порог только правой ногой, на контрольные в школу надевать одну и ту же рубашку и т.п. Другой защитой становятся специально выработанные педантизм и формализм, которые питаются мыслью, что если все заранее предусмотреть и не уклоняться от намеченного плана, то ничего плохого не случится.

Нерешительность особенно проявляется в долгих и мучительных колебаниях, когда надо сделать самостоятельный выбор. Однако уже принятое решение должно быть немедленно исполнено – здесь вступает поразительная нетерпеливость. У подростков приходится видеть реакцию гиперкомпенсации в отношении своей нерешительности и неуверенности. Она проявляется неожиданными самоуверенными и безапелляционными суждениями, утрированной решимостью и скоропалительностью действий в моменты, когда требуется неторопливая осмотрительность и осторожность. Постигающие здесь неудачи еще более усиливают нерешительность и сомнения.

Физическое развитие обычно оставляет желать лучшего. Спорт и ручные навыки даются плохо. Исключение составляют те виды спорта, где нагрузка падает на ноги (бег, прыжки, лыжи и т.п.).

Подростковая реакция эмансипации выражена слабо и нередко замещена патологической привязанностью к кому-либо из членов семьи. Тяга к сверстникам проявляется в робких формах. Увлечения, как правило, ограничиваются интеллектуально-эстетическим хобби.

Сексуальное развитие нередко опережает общее физическое. Интенсивный онанизм может становиться источником самоугрызнений и символических запретов.

Подростковые нарушения поведения – делинквентность, побеги из дома, алкоголизация, интерес к наркотикам – психастеническим подросткам не свойственны.

Самооценка психастенических подростков, несмотря на склонность к самоанализу, далеко не всегда отличается правильностью и полнотой. Часто выступает тенденция находить у себя черты самых разных типов, включая совершенно несвойственные, например, истерические черты.

Шизоидный тип. С первых детских лет удивляют тем, что любят играть одни, не тянутся к сверстникам, избегают возни и шумных забав, предпочитают общество взрослых, подолгу молча слушают их беседы. К этому добавляется какая-то недетская холодность и сдержанность. В подростковом возрасте все черты шизоидного типа крайне заостряются. Бросается в глаза замкнутость, отгороженность от сверстников. Иногда духовное одиночество даже не тяготит шизоидного подростка, который живет своими, необычными для других увлечениями и интересами. Чаще же неспособность устанавливать контакты тяжело переживается. Неудачные попытки завязать приятельские отношения, найти себе друга по душе, гиперчувствительность в моменты подобных поисков, быстрая истощаемость в контакте побуждают к еще большему уходу в себя.

Замкнутость сочетается с недостатком интуиции, неумением понять чужие переживания, угадать желания других, догадаться о несказанном вслух, почувствовать неприязненное отношение к себе или, наоборот, симпатию и расположение, уловить момент, когда не следует навязывать свое присутствие. К этому примыкает недостаток сопереживания – неумение откликнуться на радость или печаль другого, понять обиду, отозваться на чужое беспокойство и волнение. Слабость интуиции и сопереживания создает впечатление холодности и черствости. Некоторые поступки могут показаться жестокими, но они скорее связаны с неспособностью почувствовать страдания других, чем с желанием получить садистское наслаждение.

Внутренний мир почти всегда закрыт от посторонних взоров. Шизоидные подростки раскрываются неожиданно и обычно перед человеком малознакомым, даже случайным, чем-то импонирующим их прихотливому выбору. Но их внутренние переживания могут навсегда оставаться скрытыми от близких, или тех, кто их знает много лет. Внутренний мир таких подростков обычно бывает заполнен увлечениями и фантазиями.

Фантазии шизоидов предназначены для самих себя. Они не склонны раскрывать их окружающим или вносить в обыденную жизнь красоты своих выдумок и грез. Фантазии эти служат либо утешению своей гордости, либо носят эротический характер.

Недоступность внутреннего мира и сдержанность в проявлении чувств делают непонятными и неожиданными для окружающих многие поступки шизоидов, ибо весь ход предшествующих переживаний и мотивов остается скрытым. Чудачества шизоидов неожиданны, но никогда не служат только цели привлечь к себе всеобщее внимание.

Подростковая реакция эмансипации проявляется обычно весьма своеобразно. Шизоидный подросток терпит мелочную опеку в быту, способен подчиниться установленному распорядку и режиму, но готов реагировать бурным протестом на малейшую попытку вторгнуться без дозволения в мир его интересов, увлечений и фантазий. Вместе с тем эмансипационные устремления легко могут обнаруживаться социальной нонконформностью – негодованием по поводу существующих правил и законов, насмешками над распространенными идеалами, интересами и духовными ценностями, злопыхательством по поводу «отсутствия свободы». Подобные суждения могут долго скрытно вынашиваться и нежданно для всех реализовываться в решительных действиях или публичных выступлениях. Прямолинейная критика других лиц в таких случаях осуществляется без учета ее последствий для себя.

Реакция группирования со сверстниками внешне выражена слабо. Замкнутость затрудняет вступление в подростковую группу, а неподатливость общему влиянию, неконформность не позволяют слиться с группой, где шизоиды нередко остаются «белыми воронами». Иногда шизоидные подростки подвергаются насмешкам и даже жестоким преследованиям со стороны сверстников, иногда же, благодаря независимости, холодной сдержанности, неожиданному умению постоять за себя, они внушают уважение и заставляют соблюдать дистанцию. Успех в группе сверстников может оказаться в сфере сокровенных мечтаний шизоидного подростка. В фантазиях он творит подобные группы, где занимает положение вождя и любимца, где чувствует себя легко и свободно и где получает те эмоциональные контакты, которых ему недостает в реальной жизни.

Увлечения нередко отличаются необычностью, силой и постоянством. Чаще других приходится встречать интеллектуально-эстетические хобби. Книги читают запоем, чтению могут предпочитать все другие развлечения, выбор для чтения может быть очень избирательным: только определенная эпоха из истории, только определенный жанр литературы, определенное течение в философии и т.п. Выбор предмета увлечений часто поражает необычностью: китайские иероглифы и др. Встречаются также хобби мануально-телесного типа. В спорте предпочитается гимнастика, плавание, велосипед, но не коллективные игры. Место увлечений могут занимать одинокие многочасовые прогулки.

Сексуальная активность для непосредственного окружения может оставаться незамеченной. Но внешняя «асексуальность», презрение к вопросам половой жизни нередко сочетаются с упорным онанизмом и богатыми эротическими фантазиями. Болезненно чувствительные в компаниях, не способные на ухаживание и флирт и не умеющие добиваться сексуальной близости в ситуации, где она возможна, шизоидные подростки могут нежданно для других обнаруживать сексуальную активность в самых грубых и даже извращенных формах – часами сторожить, чтобы подсмотреть чьи-то обнаженные гениталии, эксгибиционировать перед малышами, онанировать под чужими окнами, вступать в связь со случайными встречными и т.п. Свою сексуальную жизнь и сексуальные фантазии шизоидные подростки глубоко таят. Даже когда их действия обнаружены, они стараются не раскрывать мотивов и переживаний.

Алкоголизация встречается редко. Опьянение не сопровождается эйфорией. Уговорам товарищей, питейной атмосфере компании легко противостоят. Однако у некоторых небольшие дозы крепких напитков облегчают установление контактов, устраняют робость и чувство неестественности во время общений. Тогда алкоголь в небольших дозах может начать регулярно использоваться в качестве коммуникативного допинга. С той же целью могут использоваться наркотики, к которым обнаруживается гораздо большая склонность, чем к алкоголю.

Делинквентное поведение встречается нечасто. Участие в групповых правонарушениях не свойственно. Однако преступления могут совершаться «во имя групп», чтобы «группа признала своим». В одиночку совершаются и сексуальные преступления.

Самооценка шизоидов отличается избирательностью – хорошо констатируется замкнутость, одиночество, трудность контактов, непонимание окружающих. Отношения к другим проблемам оцениваются гораздо хуже, противоречия в своем поведении не замечаются или им не придается значение. Любят подчеркивать свою независимость и самостоятельность.

Обычно приписываемые шизоидам соматические признаки (худощавость, дряблая мускулатура, сутуловатость и т.п.) на фоне акселерации могут искажаться эндокринными сдвигами, обусловливая, например, избыточную полноту.

Эпилептоидный тип. Лишь в части случаев черты этого типа начинают выявляться еще в детстве. Такой ребенок может часами плакать, и его невозможно ни утешить, ни приструнить, ни отвлечь. Наряду с этим, обнаруживаются садистские склонности – любят мучить животных, дразнить младших и слабых, издеваться над беспомощными и неспособными дать отпор. Отмечается также недетская бережливость одежды, игрушек, всего «своего», крайне злобная реакция на всех, кто пытается покуситься на их детскую собственность. С первых школьных лет выступает мелочная скрупулезность и повышенная аккуратность в ведении тетрадей, всего ученического хозяйства.

В большинстве случаев черты эпилептоидного типа характера выступают только в подростковом возрасте.

Главной чертой этого типа является склонность к возникновению периодов злобно-тоскливого настроения с накипающим раздражением и поиском объекта, на котором можно сорвать зло. Эти состояния длятся часами и днями, постепенно нарастая и ослабевая. С подобными изменениями настроения тесно связана аффективная взрывчатость. Аффективные разряды лишь при первом впечатлении кажутся внезапными. Их можно сравнить с разрывом парового котла, который сперва долго и постепенно закипает. Повод для взрыва может быть ничтожным, сыграть роль последней капли. Аффекты не только сильны, но и продолжительны – долго не наступает успокоение. В аффекте может выступать безудержная ярость – циничная брань, жестокие побои, безразличие к слабости и беспомощности противника и неспособность учесть его превосходящую силу.

Большим напряжением отличается инстинктивная жизнь. Сексуальное влечение отличается силой. Любовь почти всегда бывает окрашена мрачным тоном ревности. Склонность к сексуальным эксцессам нередко сочетается с садистскими и мазохистскими наклонностями.

Алкогольные опьянения часто протекают тяжело – с гневом, яростью, драками. В пьяном виде могут совершаться поступки, о которых потом не остается никаких воспоминаний. Тем не менее может обнаружиться склонность напиваться «до отключения». Крепкие напитки часто предпочитают вину, крепкие папиросы – сигаретам.

Реакция эмансипации нередко протекает тяжело. От родных требуются не только «свобода», самостоятельность, но и «права», доля имущества, жилища, материальные блага. Перед начальством бывают готовы на угодничество, если ждут поддержки или каких-либо благ.

Реакция группирования со сверстниками сопряжена со стремлением к властвованию. В группе желают устанавливать свои порядки, выгодные для них самих. Для этого выискивают компанию из младших, слабых или безвольных. Нередко хорошо адаптируются в условиях жесткого дисциплинарного режима, где умеют подольститься к начальству, завладеть формальными постами, дающими определенную власть над другими подростками, и умело пользуются ею для своей выгоды.

Среди увлечений следует отметить склонность к азартным играм. Легко пробуждается почти инстинктивная тяга к обогащению. Коллекционирование привлекает материальной ценностью собранного.

В спорте заманчивым кажется то, что позволяет развить физическую силу. Совершенствование ручных навыков оказывается в сфере увлечений, если сулит материальные блага (прикладное искусство и т.п.). Музыкой и пением охотно занимаются наедине, получая от них особое чувственное наслаждение.

К сказанному следует добавить вязкость, тугоподвижность, тяжеловесность, инертность, откладывающие отпечаток на всей психике – от моторики и эмоциональности до мышления и личностных ценностей. Мелочная аккуратность, скрупулезность, дотошное соблюдение всех правил, даже в ущерб делу, допекающий окружающих педантизм обычно рассматриваются как способ компенсации собственной инертности.

Большое внимание к своему здоровью, тщательное соблюдение собственных интересов сопровождается злопамятностью, несклонностью прощать обиды, малейшее ущемление прав.

Приземистая, сильная фигура, массивный торс при коротких конечностях, круглая, чуть вдавленная в плечи голова, большая челюсть, крупные гениталии у мальчиков – подобный внешний облик встречается часто, но, конечно, далеко не всегда.

Самооценка носит однобокий характер. Отмечается склонность к периодам мрачного расположения духа («на меня находит»), осторожность, приверженность к аккуратности и порядку, нелюбовь к пустым мечтаниям и предпочтение жить реальной жизнью, беспокойство о здоровье, склонность к ревности. В остальном представляют себя гораздо более конформными, чем это есть на самом деле.

Истероидный тип. Главной чертой является беспредельный эгоцентризм, ненасытная жажда постоянного внимания к своей особе, восхищения, удивления, почитания, сочувствия. На худой конец предпочитается даже негодование или ненависть в свой адрес, но только не безразличие и равнодушие, только не перспектива остаться незамеченным. Все остальные качества питаются этой чертой. Нередко предписываемая истероидам внушаемость отличается избирательностью: от нее ничего не остается, если обстановка внушения или самовнушения не льет воду на мельницу эгоцентризма. Лживость и фантазирование целиком направлены на приукрашивание своей особы. Кажущаяся эмоциональность на деле оборачивается отсутствием глубоких искренних чувств при большой выразительности, театральности переживаний, при склонности к рисовке и позерству.

Все эти черты нередко намечаются с детских лет. Такие дети не выносят, когда при них хвалят других ребят, другим уделяют внимание. Игрушки им быстро надоедают. Насущной потребностью становится привлекать к себе взоры, слушать восторги и похвалы. Для этого охотно декламируют стихи, танцуют, поют, выступают. Успехи в учебе во многом определяются тем, ставят ли их в пример другим.

В подростковом возрасте с целью привлечь к себе внимание могут использоваться нарушения поведения. Выпивки, знакомство с наркотиками, прогулы, воровство, асоциальные компании – все это может использоваться для того, чтобы просигнализировать близким: «Обратите на меня внимание, иначе я пропаду!». Побеги из дома могут начаться с детских лет. Убежав, стараются быть там, где их будут искать, или обратить на себя внимание милиции. Склонны преувеличивать свою алкоголизацию, прихвастнуть огромным количеством выпитого, способностью пить не пьянея или изысканным выбором алкогольных напитков. Иногда готовы представить себя наркоманами. Понаслушавшись о наркотиках, попробовав раз-другой какой-либо доступный суррогат, начинают расписывать свои наркотические эксцессы, необычный «кайф» от приема экстравагантных наркотиков, вроде ЛСД или героина. Детальный расспрос быстро обнаруживает, что нахватанные сведения скоро истощаются.

Делинквентность обычно сводится к прогулам, нежеланию работать и учиться, так как «серая жизнь» их не удовлетворяет, а занять видное место в учебе или труде, которое бы тешило их самолюбие, не хватает ни способностей, ни настойчивости. Тем не менее безделье и праздность сочетаются с очень высокими, фактически для них невыполнимыми претензиями в отношении будущей профессии. Склонны к вызывающему поведению в общественных местах. Более тяжких нарушений поведения обычно избегают.

Если ничем другим не удается привлечь к себе внимание, то в ход пускаются мнимые болезни, ложь и фантазия. Последние всегда предназначены для окружающих, призваны приукрасить свою личность. Выдумывая, легко вживаются в роль, ведут себя соответственно своим выдумкам, нередко вводят в заблуждение доверчивых людей.

Реакция эмансипации может иметь бурные внешние проявления: побеги из дома, конфликты, громогласное требование свободы и т.п. На самом деле настоящей свободы и самостоятельности не ищут – от внимания и забот близких вовсе не жаждут избавиться.

Реакция группирования со сверстниками сопряжена с претензиями на лидерство или на исключительное положение в группе. Не обладая ни достаточной стеничностью, ни готовностью подчинять себе других, стремятся завоевать ведущее положение иными средствами. Обладая хорошим интуитивным чутьем настроения в группе, еще назревающих в ней желаний, стремлений, событий, могут становиться их первыми выразителями, зачинщиками, зажигателями. В порыве, воодушевленные обращенными на них взорами, могут повести за собой других, даже проявить отвагу. Но всегда оказываются вожаками на час – перед неожиданными трудностями пасуют, друзей легко предают, лишенные восхищенных взоров теряют свой задор. Пытаются возвыситься также, «пуская пыль в глаза» своими историями о былых удачах и похождениях. Товарищи вскоре распознают за их внешними эффектами внутреннюю пустоту. Поэтому истероидные подростки не склонны слишком задерживаться в одной группе сверстников, охотно устремляются в новую, чтобы начать сначала. Если от истероидного подростка слышишь, что он разочаровался в своих приятелях, можно смело полагать, что те уже раскусили его.

Увлечения целиком питаются эгоцентризмом. Увлечь может лишь то, что дает возможность покрасоваться перед другими. Для этого может выбираться и художественная самодеятельность (особенно те виды искусства, которые популярны в среде сверстников). Но этому могут служить и увлечения гимнастикой йогов, и модные философские течения, и экстравагантные коллекции, и многое другое, если это не требует слишком упорного труда.

Сексуальное влечение не отличается ни силой, ни напряжением. Здесь также много театральной игры. Юноши предпочитают таить свои сексуальные переживания, уходить от бесед на эти темы. Девочки, наоборот, склонны афишировать свои действительные связи и придумывать несуществующие, способны на оговоры и самооговоры, могут изображать распутниц и проституток, наслаждаясь ошеломляющим впечатлением на собеседника.

Самооценка истероидных подростков очень далека от объективности. Обычно они представляют себя такими, какими в данный момент можно скорее всего обратить на себя внимание.

Неустойчивый тип. В детстве отличаются непослушанием, непоседливостью, всюду и во все лезут, но при этом трусливы, боятся наказаний, легко подчиняются другим детям. Элементарные правила поведения усваиваются с трудом. За ними все время приходится следить. У части из них встречаются симптомы невропатии (заикание, ночной энурез и др.).

С первых классов школы нет желания учиться. Нехотя подчиняются при постоянном и строгом контроле, но всегда ищут случай отлынивать от занятий. Уже с этих лет обнаруживается полное безволие, когда дело касается любого труда, исполнения обязанностей и долга, достижения целей, которые ставят перед ними родные, старшие, общество. Вместе с тем рано выявляется повышенная тяга к развлечениям, удовольствиям, праздности, безделью. Они убегают с уроков в кино или просто погулять по улице. Подстрекаемые более стеничными сверстниками, могут ради компании убежать из дома. Охотно подражают именно тем, чье поведение сулит наслаждения, развлечения, смену легких впечатлений. Еще детьми начинают курить. Легко идут на мелкие кражи. Готовы все дни проводить в уличных компаниях. Когда они становятся подростками, то прежние развлечения, вроде кино, их уже не удовлетворяют и они дополняют их более сильными и острыми ощущениями – в ход идут хулиганские поступки, алкоголь, наркотики.

Нарушения поведения, делинквентность прежде всего обусловлены желанием поразвлечься. Выпивать начинают рано (иногда с 12-14 лет) и всегда в компаниях асоциальных подростков. Поиск необычных впечатлений легко толкает на знакомство с наркотиками, с их суррогатами разного рода.

Реакция эмансипации у неустойчивых подростков тесно сопряжена все с теми же желаниями удовольствия и развлечения. Глубокой любви к родителям они не питают. К семейным бедам и заботам относятся с равнодушием и безразличием. Родные для них – прежде всего источник средств для наслаждений. Неспособные сами занять себя, они очень плохо переносят одиночество и рано тянутся к уличным подростковым группам. Трусость и недостаточная инициативность не позволяют им занять в них место лидера. Обычно они становятся орудием таких групп. В групповых правонарушениях им приходится «таскать каштаны из огня», а плоды пожирают лидер и более стеничные члены группы.

Место увлечений у них занимает многочасовая пустая болтовня со случайными приятелями, «глазение» на происходящее вокруг. Все это питается жаждой новой легкой информации, не требующей никакой критической интеллектуальной переработки. Знакомства предпочитаются такие же легкие, как и поглощаемая информация. Веселая компания всегда важнее преданного друга. Полученные сведения легко забываются, в смысл их не вникают, никаких выводов не делается. Дань в увлечениях отдается также азартным играм. К занятиям спортом испытывают отвращение. Автомашина представляет интерес лишь как источник развлечения – получают наслаждение от бешеной скорости с рулем в руках. Предпочитается угон автомашин и мотоциклов с целью покататься. Художественная самодеятельность не привлекает, даже модные ансамбли скоро приедаются. Все увлечения, требующие какого-то труда, для них непостижимы.

Сексуальное влечение не отличается силой, но пребывание в уличных группах ведет к раннему сексуальному опыту. Сексуальная жизнь становится таким же источником развлечений, как выпивки и похождения. Романтическая влюбленность проходит мимо них.

Учеба легко забрасывается. Никакой труд не становится привлекательным. Работают они только в силу крайней необходимости. Поражает их равнодушие к своему будущему – они не строят планов, не мечтают о какой-либо профессии или о каком-либо положении для себя. Они живут настоящим, желая извлечь из него максимум удовольствий и развлечений. От трудностей, неприятностей и испытаний стараются убежать. С этим связаны бывают обычно первые побеги из дома и интернатов. Повторные побеги уже нередко обусловлены тягой к «свободной жизни».

Слабоволие неустойчивых позволяет удерживать их в обстановке сурового и жестко регламентированного режима. Когда безделье грозит суровым наказанием, а ускользнуть некуда, они смиряются и работают.

Самооценка неустойчивых подростков обычно необъективна: они охотно приписывают себе гипертимные или конформные черты.

Конформный тип. Главная черта – постоянная и чрезмерная конформность к своему непосредственному привычному окружению. Это люди своей среды. Их жизненное правило – думать, «как все», поступать, «как все», стараться, чтобы все у них было, «как у всех», – от одежды и домашней обстановки до мировоззрения и суждений по животрепещущим вопросам. Под «всеми» подразумевается обычное непосредственное окружение. От него стараются ни в чем не отстать, но и не любят выделяться. Это особенно проступает на примере отношения к модам одежды. Когда появляется новая, необычная мода, то нет более ярых ее хулителей, чем представители конформного типа. Но как только их среда осваивает эту моду, например, брюки или юбки соответствующей длины или ширины, они сами облачаются в такую же одежду, забывая о том, что говорили два-три года назад.

В жизни любят руководствоваться сентенциями и в трудных ситуациях ищут в них утешения («утраченного не воротишь» и т.п.).

Стремясь всегда соответствовать окружению, совершенно не могут ему противостоять. Поэтому конформные личности – полностью продукт своей микросреды. В хорошем окружении – это неплохие люди и неплохие работники. Но, попав в дурную среду, они со временем усваивают все ее обычаи и привычки, манеры и правила поведения, как бы пагубны они ни были. Адаптация к новой среде протекает у них медленно и первое время тяжело, но впоследствии она становится таким же диктатором поведения, каким раньше была прежняя. Поэтому конформные подростки «за компанию» легко спиваются, могут быть втянуты в групповые правонарушения.

Конформность сочетается с поразительной некритичностью. Все, что говорит привычное для них окружение, все, что поступает к ним через привычные каналы информации, – и есть истина. И если через этот канал начинают поступать сведения, явно противоречащие действительности, они по-прежнему принимают их за чистую монету.

Конформности также сопутствует консерватизм. Люди конформного типа новое не любят потому, что не могут к нему быстро приспособиться, трудно осваиваются в новой обстановке. Правда, они открыто в этом не признаются, видимо потому, что в большинстве нынешних микроколлективов чувство нового высокого ценится, новаторы поощряются и т.п. Но положительное отношение к новому остается только на словах. На деле же предпочитается стабильное окружение и раз навсегда установленный порядок. Нелюбовь к новому прорывается наружу беспричинной неприязнью к чужакам. Это касается и новичка, появившегося в их группе, и представителя другой среды, особенно другой национальности.

Их профессиональный успех зависит еще от одного качества. Конформные субъекты – неинициативны. Они могут достигать очень хороших результатов на любой ступени социальной лестницы, лишь бы работа, занимаемая должность не требовали постоянной личной инициативы. Если именно этого от них требует ситуация, они дают срыв на любой, самой незначительной должности, выдерживая гораздо более высококвалифицированную и даже напряженную работу, если она четко регламентирована.

Опекаемое взрослыми детство не дает чрезмерных нагрузок для конформного типа. Поэтому только в подростковом возрасте начинают выявляться конформные черты.

Конформные подростки очень дорожат местом в привычной группе сверстников, стабильностью этой группы, постоянством окружения. Нередко решающим в профессиональном выборе или избрании места для продолжения учебы является то, куда идет большинство товарищей. Если привычная подростковая группа почему-либо их изгоняет, то это воспринимается как одна из самых тяжелых психических травм. Лишенные собственной инициативы и недостаточно критичные конформные подростки своей группой легко могут быть втянуты в правонарушения, в алкоголизацию, подбиты на побег из дома или на расправу с чужаками.

Реакция эмансипации ярко проявляется только в том случае, если родители, педагоги, старшие отрывают конформного подростка от привычной для него среды сверстников, противодействуют его желанию быть «как все», перенять распространившиеся подростковые моды, увлечения, манеры, намерения. Увлечения конформного подростка целиком определяются его средой и модой времени.

Слабое звено в конформном характере – непереносимость крутых перемен. Ломка жизненного стереотипа, лишение привычного общества может послужить причиной реактивных состояний. Дурное влияние окружающей среды чаще всего толкает к интенсивной алкоголизации.

Самооценка характера конформных подростков может быть неплохой. Большая часть из них правильно отмечает основные черты своего характера.

Нарушения поведения могут быть связаны и с уровнем развития эмоционально-волевой сферы (чаще всего рассматривается проблема психического инфантилизма с психологической точки зрения и возраста достижения уголовной ответственности с юридической точки зрения).

Эмоциональная и волевая сферы личности тесно связаны между собой и обычно исследуются вместе. Юридически значимой является способность несовершеннолетнего властвовать над своими эмоциональными порывами, осуществлять волевую регуляцию своих желаний и потребностей в рамках общественных и правовых норм, согласовывать свое поведение с поведением окружающих людей.

А.Е. Личко предлагает следующую типологизацию инфантилизма:

1. Психофизический (гармоничный) инфантилизм. Эндогенного – внутреннего происхождения, вызывается внутренними причинами. Поэтому для индивида характерны моложавость в юношеском и зрелом возрасте и раннее постарение, задержка полового развития, эмоциональная лабильность (подвижность), детские интересы, не соответствующие возрасту. Интеллект обычно в подростковом возрасте несколько снижен (низкая норма или пограничная умственная отсталость). Характерологические черты личности практически определяются наследственностью, условиями воспитания и т.д.

2. Психический инфантилизм. При нормальном физическом развитии в основном характеризуется нарушениями в эмоционально-волевой и морально-этической сферах. Интеллект чаще всего находится на уровне низкой нормы. Низкая успеваемость в школе, часто наблюдаемая у этих подростков, обусловлена не интеллектуальной недостаточностью, а поведенческими расстройствами. Наблюдается повышенная внушаемость, высокий уровень чувства зависимости (даже «жажда подчинения»). Это приводит такого подростка к большой зависимости от групповых норм. Формальное знание морально-этических норм не приводит к их применению в поведении, которое определяется детской мотивацией (“захотелось”, “увидел и взял”). При совершении преступного деяния (деликта) у такого подростка ранее поставленная цель легко замещается за счет возникновения сиюминутных, внезапно возникших интересов. У этих подростков чаще всего встречаются истероидный или неустойчивый тип акцентуации характера.

3. Дисгармонический инфантилизм. Как и психофизический, внутреннего (эндогенного) происхождения. Чаще наблюдаются полярные варианты: высокий рост, астеническое телосложение, длинные ноги, маленькие кисти и стопы, небольшого объема голова (непропорциональная росту), ожирение в талии и т.д. или маленький рост (внешне – вариант «маленького старичка»), мышление обстоятельное, тяжеловесное, инертное и т.д.

4. Соматогенный инфантилизм. Наблюдается при длительных астенизирующих, истощающих заболеваниях или массивных интоксикациях, а в настоящее время, когда распространились тяжелые аллергические заболевания или острые реакции, – при аллергиях. С психологической точки зрения у этих несовершеннолетних все в порядке, кроме истощаемости в интеллектуальных процессах и повышенной утомляемости в быту.

5. Инфантилизм вследствие неправильного воспитания, педагогической запущенности. Никаких психопатологических, соматических и других закономерностей в этом случае не выявляется.

Основные черты психологически незрелой личности несовершеннолетнего 4:

1. В поведенческой сфере: эгоцентризм, избегание решения проблем, нестабильность отношений с окружающими, преимущественно однотипный способ реагирования на фрустрацию и трудности, неуверенность в себе, высокий уровень претензий при отсутствии критической оценки своих возможностей, склонность к обвинениям.

2. В аффективной сфере: эмоциональная лабильность, низкая фрустрационная толерантность и быстрое возникновение тревоги и депрессии, сниженная или нестабильная самооценка, появление социофобий, агрессивность.

3. Искажения мотивационно-потребностной сферы: блокировка потребности в защищенности, самоутверждений, принадлежности, временной перспективы.

4. Наличие когнитивных искажений, усиливающих дисгармонию личности, «аффективная логика»:

  • произвольное отражение – формирование выводов при отсутствии свидетельства в их поддержку, например: «я – неудачник» или «я – супермен»;

  • селективная выборка – построение заключения, основанного на деталях, вырванных из контекста: «меня в школе никто не любит, так как я плохо учусь»;

  • сверхраспространенность – построение глобального вывода, основанного на одном изолированном факте;

  • абсолютное мышление, проживание опыта в двух противоположных категориях: «все или ничего», «мир или черный, или цветной»;

  • ориентация в жизни на слишком жесткие нормы и требования, нетерпимость и нетерпеливость, не позволяющие отношениям личности обрести устойчивость;

  • персонализация – отнесение внешних событий к собственной личности при отсутствии аргументов для такой связи: «эта реплика не случайна, она относится ко мне»;

  • преувеличение негативных событий и минимизация позитивных, что приводит к еще большему снижению самооценки, непринятию «обратных связей», «построению своеобразной стены между собой и социальным окружением».

Психологические особенности подросткового возраста, когда они резко выражены, получили название «подросткового комплекса», а обусловленные ими нарушения поведения – «пубертатного криза» (пубертатный период – период полового созревания).

С точки зрения А.Е.Личко 5, суть подросткового комплекса составляют свойственные этому возрасту определенные психологические особенности, поведенческие модели, специфически – подростковые поведенческие реакции на воздействия окружающей среды (см. 11 гл.).

Реакция эмансипации

Эта реакция проявляется в стремлении высвободиться из-под опеки, контроля, покровительства старших – родных, учителей, воспитателей, наставников. Реакция может распространяться на установленные старшими порядки, правила, законы, стандарты их поведения и духовные ценности. Потребность высвободиться связана с борьбой за самостоятельность, за самоутверждение как личности.

Разумеется, эта реакция у подростков возникает под действием социопсихологических факторов (чрезмерная опека со стороны старших, мелочный контроль, лишение минимальной самостоятельности и всякой свободы, отношение к подростку как к маленькому ребенку). Воспитательская гиперпротекция особенно тяготит подростков с гипертимной акцентуацией.

Проявления реакции эмансипации весьма разнообразны. Она может ощущаться в каждодневном поведении подростка, в желании всегда и везде поступать «по-своему», «самостоятельно».

У гипертимных подростков реакция эмансипации наиболее проявляется в поступках, у истероидных и шизоидных – в высказываниях.

Реакцией эмансипации может быть продиктовано поступление на учебу или на работу обязательно в другом городе, чтобы жить отдельно от родителей. Одной из крайних форм проявления реакции эмансипации являются побеги из дому и бродяжничество, когда они обусловлены желанием «пожить свободной жизнью».

Реакция группирования со сверстниками

Существуют два типа подростковых групп. Одни отличаются однополым составом, наличием постоянного лидера, довольно жестко фиксированной ролью каждого члена, его твердым местом на иерархической лестнице внутригрупповых взаимоотношений (подчиняемость одним, помыкание другими). В этих группах есть такие роли, как «адъютант лидера» – обычно физически сильный подросток с невысоким интеллектом, кулаками которого лидер держит группу в повиновении, есть «анти-лидер», стремящийся занять место лидера, есть «шестерка», которым все помыкают. Нередко такая группа обладает «своей территорией», тщательно оберегаемой от вторжения сверстников из других групп, в борьбе с которыми в основном протекает жизнь. Состав групп довольно стабилен, прием новых членов нередко сопряжен с особыми «испытаниями» или ритуалами. Примкнуть к группе без согласия вожака немыслимо, тот же оценивает новичка прежде всего с точки зрения опасности заполучить сильного «анти-лидера». Обнаруживается склонность к внутригрупповому символизму – условные знаки, свой «язык», свои клички, свои обряды – например, обряд «братания кровью». Подобные группы обычно образуются только из подростков мужского пола.

Другой тип подростковых групп отличается нечетким распределением ролей, отсутствием постоянного лидера – его функцию несут разные члены группы в зависимости от того, чем в данный момент группа занята. Состав группы обычно разнополый и нестабильный – одни уходят, другие приходят. Жизнь такой группы минимально регламентирована, нет каких-либо четких требований для вступления в нее.

По-видимому, существуют и промежуточные, и иные типы подростковых групп.

При акцентуациях характера реакция группирования весьма разнится в проявлениях в зависимости от типа характера. У гипертимных, неустойчивых и конформных подростков тяга к группированию сильна и постоянна. Циклоидные подростки обнаруживают это стремление в положительной фазе. У истероидов реакция группирования отличается изменчивостью – они тянутся к обществу сверстников, и экстравагантность этой группы для них особенно привлекательна. Однако обычно вскоре они заявляют, что “разочаровались” в своих приятелях. На самом же деле это случается, когда группа раскусила их самих – их театральность, лживость, склонность предавать друзей и т.п. Конформные подростки ценят место в привычной группе и боятся его потерять. Для эпилептоида группа представляет ценность, если дает в руки определенную власть и позволяет извлечь для себя выгоды.

Реакция увлечения – хобби-реакция

Для подросткового возраста увлечения составляют важнейшую черту. Подростковый возраст без увлечений подобен детству без игр. К сожалению, проблема увлечений остается еще мало освещенной в современной психологической литературе.

Интеллектуально-эстетические увлечения связаны с глубоким интересом к любимому делу (музыке, рисованию, радиотехнике, древней истории или к разведению цветов, певчих птиц и т.д.). К этой же группе относятся любители постоянно что-то изобретать или конструировать. Нередко подобные занятия для других, особенно старших, кажутся ненужными и странными. Однако для самого подростка они представляются чрезвычайно интересными и важными; ему, в сущности, безразлично, как на это смотрят со стороны. Поглощенные увлекательным для них делом, подростки иногда запускают учебу и другие дела и почти все время отдают избранному предмету. Этот вид увлечений наиболее присущ шизоидным подросткам.

Телесно-мануальные увлечения связаны с намерением укрепить свою силу, выносливость, приобрести ловкость или какие-либо искусные мануальные навыки. Сюда относятся занятия различными видами спорта (например каратэ, ставшее модным в 70-х годах среди подростков, в основном мальчиков), а также стремление научиться что-то мастерить, вышивать, ездить на велосипеде, водить мотоцикл или автомашину. Но все эти увлечения, казалось бы весьма разнообразные, можно отнести к данному типу, если за ними стоит именно желание развиться в определенном физическом отношении, овладеть какими-то умениями и т.п.

Азартные увлечения – картежные игры, ставки на хоккейных и футбольных матчах, различного рода пари на деньги, увлечение спортлото и т.п. Виды увлечений могут меняться, но каждое из них питается чувством азарта.

Информативно-коммуникативные увлечения проявляются жаждой получения новой легкой информации, не требующей никакой критической интеллектуальной переработки, а также потребностью во множестве поверхностных контактов, позволяющих этой информацией обмениваться. Многочасовая пустая болтовня со случайными приятелями, детективно-приключенческие фильмы, реже книги того же содержания, сидение перед телевизором составляют содержание этого рода увлечений. Контакт и знакомства предпочитаются такие же легкие, как и сама поглощаемая информация. Все усваивается на чрезвычайно поверхностном уровне и главным образом для того, чтобы тут же передать другим. Полученные сведения легко забываются, в их подлинный смысл обычно не вникают и каких-либо выводов из них не делается.

Обычно, если сам подросток заявляет, что у него никаких увлечений нет, речь идет на самом деле о подобном информативно-коммуникативном хобби, наиболее присущем неустойчивым и конформным подросткам.

Одно и то же увлечение может основываться на неодинаковых побуждениях, т.е. относиться к разным типам хобби. Например, увлеченное занятие музыкой может служить удовлетворению эстетической потребности или эгоцентрического желания привлечь к себе внимание, “выделиться” среди окружения или просто быть одним из мануальных хобби, когда желание бренчать на гитаре рождается так же, как научиться плавать, ездить на велосипеде или водить автомашину. Все то же можно сказать о многих видах спорта, о занятиях иностранными языками и т.д.

Лидерские увлечения сводятся к поиску ситуаций, где можно предводительствовать, руководить, что-то организовывать, направлять других, даже если это касается случайных моментов или событий повседневной жизни. Разные увлечения, будь-то кружки, виды спорта, общественные обязанности, легко меняются, пока не попадется сообщество, которое удается подчинить себе. Такие подростки, среди которых много гипертимов, являются главарями в разных группах молодежи и при хорошей направленности интересов охотно занимаются полезной общественной деятельностью.

Накопительские увлечения – это прежде всего коллекционирование во всех его видах. Учитывая, что любая коллекция, достигая значительной величины, приобретает известную материальную ценность, можно допустить, что в основе этого рода увлечений лежит склонность к накоплению материальных благ. Устойчивая страсть к коллекционированию часто сочетается с особой тщательностью и аккуратностью.

Эгоцентрические увлечения – всякого рода занятия, показная сторона которых позволяет оказаться в центре внимания окружения. Чаще всего это художественная самодеятельность, особенно модные ее формы – участие в любительских эстрадных ансамблях, иногда спортивные соревнования – все, что дает возможность публичных выступлений, сосредоточения на себе всеобщего внимания. Сюда же может относиться увлечение экстравагантной одеждой, привлекающей взоры со всех сторон. Конечно, все это будет существенно отличаться побудительными мотивами. С целью привлечь к себе внимание могут избираться даже такие занятия, как изучение иностранных языков, литературная деятельность, увлечение стариной, рисование, попытки стать знатоком в какой-либо модной области. Однако все эти занятия в подобных случаях преследуют все ту же цель – демонстрацию своих успехов, привлечение внимания оригинальностью своих увлечений.

Детские поведенческие реакции в подростковом возрасте:

Реакция отказа от контактов, игр, от пищи чаще всего возникает у детей, внезапно оторванных от матерей, семьи, привычного места жизни (помещение в детское учреждение, переезд на новое место жительства и т.д.). По нашим наблюдениям, эта реакция наблюдалась также у инфантильных подростков, когда их насильно отрывали от дома или от привычной компании сверстников.

Реакция оппозиции может быть вызвана у ребенка чрезмерными претензиями к нему, непосильной для него нагрузкой – требованием отлично учиться, проявлять успехи в каких-либо занятиях (музыка и т.п.). Но чаще эта реакция бывает следствием утраты или резкого уменьшения внимания со стороны матери или близких. В детстве это может случиться при появлении младшего ребенка, у подростка ту же реакцию может вызвать появление в семье отчима или мачехи. Ребенок разными способами пытается или вернуть прежнее внимание к себе (например, представляясь больным), или досадить “сопернику”, избавиться от того, на кого переключилось внимание близких.

Проявление реакции оппозиции у подростков весьма разнообразны – от прогулов и побегов из дому до краж и попыток к самоубийству, чаще всего несерьезных и демонстративных. При этом и прогулы, и побеги имеют целью либо избавиться от трудностей, либо привлечь к себе внимание. Убежав, часто держатся недалеко от дома, стараются попасть на глаза знакомым или милиции или направляются туда, где их будут искать. С той же целью вернуть утраченное особое внимание подростками может использоваться нарочитое бравирование алкоголизацией, вызывающее поведение в общественных местах и т.п. Все эти демонстрации языком поступков как бы говорят родным: “Обратите на меня внимание! Избавьте меня от выпавших на мою долю трудностей – иначе я пропаду!”

Реакция имитации сказывается в стремлении подражать во всем определенному лицу или образу. В детстве предметом для подражания являются родные или старшие из ближайшего окружения, позднее – герои книг и кино.

У подростков моделью для имитации чаще становятся наиболее яркие товарищи или преходящие кумиры молодежной моды. Пример для подражания подросток обычно подбирает не сам, ему он диктуется той группой сверстников, к которой он принадлежит. Взрослый может стать объектом для индивидуальной имитации, если он является для подростка образцом успеха в той области, где сам подросток стремится к достижениям.

Причиной серьезных нарушений поведения реакция имитации может стать, когда для подражания служит антисоциальный герой. Не случайно культ гангстеризма, насилий, убийств, грабежа, возвеличивание удачного “преступника-супермена” в американском кино, телевидении, бестселлерах способствовал росту в США преступности несовершеннолетних.

Реакция компенсации – желание свою слабость и неудачливость в одной области восполнить успехами в другой – свойственна как детям, так и подросткам. Болезненный, хилый, физически слабый мальчик, неспособный постоять за себя в драке, показать себя в подвижных играх, предмет насмешек на уроках физкультуры, компенсирует себя отличными успехами в учебе и поражающими энциклопедическими знаниями в областях, интересующих товарищей, вынужденных то и дело обращаться к нему за справками и признать его определенный авторитет. И наоборот, трудности в учебе могут компенсироваться “смелым” поведением, предводительством в озорстве и стать причиной нарушений поведения и деликта.

Реакция гиперкомпенсации у подростков встречается чаще, чем у детей. Здесь настойчиво и упорно добиваются результатов именно в той области, где оказываются слабыми. Перенесший в раннем детстве полиомиелит и с тех пор прихрамывающий, мальчик усиленно занимается акробатикой и достигает заметных успехов. Присущая с детства робость в силу гиперкомпенсации может толкнуть на отчаянные и безрассудные по смелости действия, которые внешне могут казаться банальными нарушениями поведения. Боязливый, тихий и застенчивый подросток на глазах у всего класса перелез по карнизу из окна в окно на высоте четвертого этажа. Поступок старшими был истолкован как хулиганство. Подросток же хотел показать товарищам свою “волю”. Именно в силу гиперкомпенсации сенситивные, застенчивые и робкие мальчики при выборе видов спорта отдают предпочтение грубой силе – боксу, самбо, каратэ. Робкие, сенситивные девочки тянутся к общественной работе.

Мотивационная сфера личности несовершеннолетних правонарушителей

Мотивы человеческого поведения связаны с потребностями личности. Потребности формируют нормальные социально-значимые и социально-одобряемые мотивы деятельности:

1) физиологические потребности формируют, например, мотив материального успеха, что в криминальном варианте выражается в корыстных мотивах преступления и т.д.;

2) потребность в физической и психологической безопасности формирует мотив самозащиты в виде адекватных компенсаторных механизмов и психологических механизмов защиты, что в криминальном варианте может стать физической самозащитой при нападении, или собственно насильственное сверхагрессивное поведение при очевидном несоответствии реальной угрозы и субъективном ее восприятии;

3) необходимость в привязанности и любви формирует мотив избегания одиночества, что в асоциальном варианте проявляется в бродяжничестве у несовершеннолетних, когда подросток получает суррогат родительской любви со стороны своей референтной группы;

4) потребность в уважении со стороны членов общества детерминирует мотив приятия со стороны окружающих людей, который проявляется в подростковом возрастном периоде. Если же этого не происходит, то несовершеннолетний будет искать ту субкультуру, в которой он соответствует ее сниженному порогу требований, например, криминальную субкультуру;

5) потребность в самореализации определяет мотив самоутверждения и достижения, что характерно для всех людей; в криминальном варианте эта потребность может быть гипертрофированной, выступать в виде запредельной «жажды власти» и т.д.

Можно предложить следующую классификацию мотивов противоправного поведения несовершеннолетних 6.

1. Биологические мотивы, обеспечивающие физиологическое выживание организма (зачастую подросток кормит себя, родителей-алкоголиков и младших братьев и сестер): украл еду, дрова и т.д.

2. Общегуманные мотивы, удовлетворяющие личные потребности родных и близких. Например, украл велосипед для себя или брата, игрушки для сестры и т.д.

3. Корыстные мотивы с целью материального обогащения.

4. Инфантильные мотивы, где отсутствуют цели жизнеобеспечения или наживы, а доминируют гедонистические (гедонизм – наслаждение) цели с романтическим и приключенческим оттенком. Например, ограбление ларька с целью «приятного» проведения досуга в компании; награбленным не дорожат, остатки еды и питья могут отдать другим.

5. Мотивы самоутверждения в рамках реакции подражания референтной группе, здесь наблюдаются различные варианты групповых противоправных действий.

6. Агрессивные мотивы, которые приводят к хулиганству, актам вандализма, мести, убийствам и т.д., как дифференцированные, так и недифференцированные по направленности.

7. Мотив страха, возможный в двух вариантах: а) подчинение в силу психологической зависимости от членов группы или ее руководителя и б) принуждение в силу физической зависимости и прямых угроз расправы. Именно здесь ярко проявляется борьба мотивов, когда субъект осознает и понимает противоправность деяния, но не может руководить своими действиями.

В юридической литературе встречаются утверждения, что преступления совершаются при стремлении к удовлетворению извращенных и деформированных потребностей. «Изучение мотивации убийств и тяжких телесных повреждений показало, что в ее основе лежат извращенные потребности: в самоутверждении любым способом (25%), стремлении добиться превосходства над окружающими (10%) и т.д.»7 Легко заметить, что здесь допущено смещение потребностей и мотивов, не разграничены потребности и способы их удовлетворения. Криминологическими исследованиями установлено, что не менее половины правонарушений являются антисоциальными главным образом в связи со средствами, применяемыми субъектами для достижения тех целей, которые сами по себе могли бы рассматриваться как социально нейтральные или даже полезные (если отвлечься от средств их достижения). Так, в основе корыстных преступлений лежит стремление к приобретению материальных благ, что само по себе не является антисоциальным. Однако данная потребность может удовлетворяться и недозволенным способом, ценой существенного нарушения прав и интересов других лиц или общества в целом (например, приобретение средств к существованию путем разбоя, кражи, убийства и т.д.).

13.2. Психологические особенности преступного поведения несовершеннолетних

Преступность несовершеннолетних имеет свои особенности, которые проявляются в уровне и динамике такой преступности, в причинах, условиях и мотивации преступлений, совершаемых несовершеннолетними. Эти особенности могут быть связаны с определенными свойствами личности несовершеннолетних и их статусом в обществе. Понятие преступности несовершеннолетних связано с определенными возрастными границами и включает четыре возрастные группы несовершеннолетних: 14-15 лет; 15-16 лет; 16-17 лет и 17-18 лет.

По криминологическим характеристикам к ним примыкают лица, не достигшие возраста, с которого может наступать уголовная ответственность, а также «молодые взрослые».

Число зарегистрированных преступлений, совершенных несовершеннолетними либо при их участии, а также выявленных подростков-преступников за последние годы существенно возросло. Динамика этих показателей опережает темп прироста населения в возрасте 14-17 лет в 3,5 раза 8. Наблюдается процесс омоложения уголовно наказуемого поведения несовершеннолетних: криминальная активность 14-15-летних растет более быстрыми темпами, чем 16-17 летних.

Почти ¾ преступлений, совершенных подростками, исчерпывается тремя составами: кражи (немногим более 60%), грабежи (8-9%), хулиганство (около 7%). Число умышленных убийств, умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, изнасилований по каждому виду значительно меньше. Несовершеннолетними постепенно осваиваются сравнительно новые разновидности преступлений, такие, как захваты заложников, вымогательство, торговля оружием и наркотиками, валютное мошенничество, компьютерные преступления и некоторые другие.

Среди выявляемых подростков-преступников каждый седьмой, а среди осужденных – каждый пятый ранее совершали преступления.

Устойчивой особенностью противоправного поведения несовершеннолетних является высокий уровень групповой преступности (почти 65%).

Наблюдается рост вовлечения несовершеннолетних в преступную деятельность взрослыми, усиление виктимности подростков.

Если раньше преступность несовершеннолетних была в основном «уличной», то сейчас увеличивается доля преступлений, совершаемых ими в своих и чужих жилищах, общежитиях, по месту учебы, на транспорте.

Происходит нивелирование различий криминальной активности условных групп несовершеннолетних, выделяемых по признакам рода их занятий, но, как и прежде, уровень преступности является самым высоким среди неучащихся и неработающих подростков.

Доля несовершеннолетних преступников мужского пола достигает 90-95%.

Преступления несовершеннолетних носят преимущественно групповой характер (в трех случаях из пяти были совершены в группе) 9. Вместе с тем до недавнего времени такие группы были малочисленны: по 2-3 человека и, как правило, возникали ситуативно, а после совершения преступления распадались.

Пример. Несовершеннолетние П. (17 лет) и А. (15 лет) решили «разобраться» с В., так как тот требовал, чтобы мать А. вернула ему долг. Заманив В. в пустующий дом, начали драку. П. подставил подножку, а затем включился А., нанес удар ножом, но на этом не остановился. Спросил у П.: «В какой стороне сердце?» и нанес в область сердца несколько ударов. Потом отрезал у В. ухо, принес его домой и отдал собаке со словами «…тебе сегодня мясное дают».

Анализ материалов уголовного дела, проведенное судебно-психологическое экспертное обследование показали следующее. Оба несовершеннолетних с раннего детства были предоставлены сами себе, матери воспитанием детей не занимались, у А. отца не было, а у П. отец отбывал срок наказания. Из школы и А., и П. были исключены.

П. с 13 лет состоял на учете в ИДН за самовольные уходы из дома, кражи, развратные действия в отношении несовершеннолетнего. Уклонялся от учебы и работы, был замечен в драках. Рассматриваемое уголовное дело для него второе. Был в 19.. г. осужден на 1,5 года по статьям 140, ч.2; 140, ч.3; 141, ч.2; 206, ч.2; 81, ч.3; 145, ч.1; 193, ч.1; 189, ч.1; 215, ч.2 УК Украины. За время отбывания наказания характеризовался негативно, помещался в карцер за притеснение сокамерника.

Психологическое обследование показало низкий уровень развития интеллекта; узость круга интересов, ригидность (тяжеловесность) мышления; эпилептоидно-истероидный тип акцентуации характера (у лиц такого типа проявляются поведенческие нарушения, взрывчатость, агрессивность, мстительность, эгоцентризм, склонность к демонстративному поведению и т.п.). П. охотно, с определенной рисовкой рассказывал о правонарушении, оправдывал свои проступки и преступления.

В преступлении П. играл лидирующую роль. Его преступные действия носили осознанный, целенаправленный характер: им было выбрано удобное, безлюдное место, драку начал с подножки, с активного нападения, расправа была запланирована (о том, как «разбираться» с потерпевшим, обсудил с А. до случившегося).

А. с 12 лет был поставлен на учет в ИДН за кражу из магазина; к уголовной ответственности привлечен не был, так как не достиг возраста уголовной ответственности.

Обследование А. показало низкий уровень развития интеллекта; неустойчивый тип акцентуации характера (представители этого типа легко попадают под влияние других, плывут по течению, безынициативны). А. «дружил» со старшими подростками, был склонен к легкому, праздному образу жизни.

Групповые противоправные действия П. и А. носили взаимно провоцирующий характер. Кажущаяся анонимность группового поведения («Кто сделал? – Мы.») усиливала эффект подражания и эмоционального заражения.

Несовершеннолетним, как известно, свойственно стремление к группированию со сверстниками. Свободное общение с ними – не только способ проведения досуга, но и средство самоутверждения и самовыражения личности (семья и школа не всегда создают условия для удовлетворения этих важнейших для несовершеннолетних потребностей).

Анонимность группового поведения рождает чувство личной безответственности, безнаказанности.

Пример. В августе 19..г. в поселке сверстницами была избита несовершеннолетняя Г., которая впоследствии скончалась в больнице. В материалах уголовного дела имелись данные о том, что несовершеннолетняя В., взяв потерпевшую за волосы, несколько раз ударила ее затылочной частью головы о забор.

В. воспитывалась бабушкой, дедушкой и отцом (мать умерла, когда В. было 3 года). Часто болела, училась слабо, дисциплину в школе не нарушала.

Основным развлечением несовершеннолетних поселка было посещение дискотеки, которое, как правило, сопровождалось распитием самогона.

Лидирующую роль в данном конфликте играла Ш., ее организаторские способности и склонность к лидерству отмечались в свидетельских показаниях. В конфликте была затронута личность Ш., ее самолюбие.

Ш. потратила значительные усилия, чтобы собрать всех девушек на «разборку» с Г. Сказала В., что Г. «ставила засосы» ее другу Мише. Идя на разборку, подстрекала В. к активным действиям, обещала поддержать, так как Г. была физически развитой девушкой, в отличие от В. Шли на «разборку» с отрицательной установкой: избить, «рылом в навоз ткнуть». Били Г. всей группой (5 человек).

Психологическое обследование показало социальную незрелость (психологический инфантилизм) В., свойственную ей внушаемость, ведомость, легкость подчинения группе; экстернальность (все происходящее, и хорошее, и плохое, расценивалось как результат действия внешних сил), слабость волевой регуляции. К сожалению, в процессе следствия должным образом не была оценена лидирующая роль Ш. в организации острой конфликтной ситуации – подстрекала действия сверстниц, не давала конфликту угаснуть.

Противоправные действия несовершеннолетних часто объясняются индивидуально-психологическими, возрастными особенностями, а также особенностями ситуации.

Пример. У несовершеннолетнего К. с детства отмечались пугливость и боязливость, чувство робости и застенчивости. По месту жительства и учебы характеризовался положительно. Тяжело переносил ссоры, скандалы родителей, переживал по поводу их развода. После развода родители активно занимались устройством своей личной жизни, сына отселили к бабушке и дедушке, с ним практически не общались.

В психологическом исследовании была диагностирована сенситивная акцентуация характера. По данным А.Е.Личко, чувство собственной неполноценности у сенситивных подростков делает особенно выраженной реакцию гиперкомпенсации. Они ищут самоутверждения не в стороне от слабых мест своей натуры, а именно там, где они себя не проявляли. Робкие и стеснительные мальчики пытаются продемонстрировать свою «отвагу». К., познакомившись с молодыми 18-летними парнями, был тронут их вниманием к себе. С ним разговаривали о его проблемах, чего дома не наблюдалось. Так, когда один из новых знакомых, увидев проходившую невдалеке женщину, сказал: «Слабо тебе будет забрать сумку и шапку?», К. немедленно приступил к действиям (хотя до этого случая не хулиганил, не совершал противоправных действий). Далеко К. с чужой сумкой и шапкой не убежал, был задержан прохожими.

Характеризуя поведение несовершеннолетних правонарушителей, исследователи часто отмечают низкий уровень интеллектуального развития, как одну из причин преступления, объясняя его недостаточно развитым правосознанием (важно для определения степени вины). Но, как уже было сказано выше, правосознание не исчерпывается объемом правовых знаний и не сводится только к мышлению, степени овладения речью.

Так, адвокат, защищавший в процессе следствия несовершеннолетнего Ю., в своем заявлении отметил, что его подзащитный обучается во вспомогательной школе, письменной речью не владеет, плохо читает, и, следовательно, уровень его развития не соответствует возрасту.

Заметим, что письменная речь и речь устная – это средство мышления и форма выражения мысли и т.д. Письменная речь напрямую интеллект не определяет. Церковные сооружения в Кижах, выстроенные из дерева (соединения без единого гвоздя) неграмотными мастерами могут являться тому примером.

Психологическое исследование показало, что Ю. был «хорошим» организатором многократных групповых преступных действий несовершеннолетних. Он искал квартиры для выгодных краж, «сколачивал» временную группу исполнителей (одних уговаривал, соблазнял барышом, других запугивал, грозил расправой в случае отказа), все украденное хранил в гараже, организовывал сбыт наворованного, распределял «доход» (львиную долю оставлял себе). Мать и старший брат воспитанием Ю. не занимались. Подросток был предоставлен самому себе, из школы можно было легко уйти, не посещать занятия, контроля за поведением Ю. не было.

Анализ поведения Ю. показал достаточный уровень конкретно-практического мышления, направленного на достижение криминальных целей, решение противоправных задач.

В 1990-е годы появилась тенденция формирования организованных группировок несовершеннолетних. Такие группировки были выявлены в Казани, Йошкар-Оле, Дзержинске Горьковской области, Чебоксарах, в Ульяновске, Кургане и других городах.

В Казани, например, в конце 1980-х годов существовало более 60 группировок такого типа, которые включали около 1,5 тысяч подростков – активных участников группировок и еще 6-8 тысяч подростков, находившихся под влиянием первых. В группировках поддерживались традиции и обычаи преступной среды, определенная иерархия, существовала уплата взносов лидерам группировок и т.д. Члены группировок регулярно совершали кражи, грабежи, в том числе с выездом в другие города, занимались вымогательством. Такое явление получило у юристов и журналистов название «казанского феномена» . Такие преступления имеют большую социальную опасность, что обусловлено вовлечением в сферу криминальной деятельности многих лиц, а также наличием определенных внутригрупповых связей, отношений, оказывающих влияние на каждого участника преступной группировки.

Социально-психологическая специфика преступной группы несовершеннолетних заключается в том, что она является тем фактором, который формирует у подростков антисоциальные взгляды и потребности, способствует осознанию силы группы и приводит к совершению правонарушений. В этих условиях появляются большие возможности для возникновения и распространения определенного преступного «опыта». Как правило, в группах совершаются наиболее тяжкие преступления: грабежи, разбои, хулиганство, изнасилования.

Изучение деятельности группы правонарушителей и каждого участника преступной группировки в отдельности дает возможность строгой индивидуализации меры ответственности, помогает всестороннему, полному и объективному исследованию всех обстоятельств совершения преступления.

Психологический аспект изучения преступлений, совершенных группой несовершеннолетних, заключается в анализе каждого участника в процессе осуществления преступного замысла, в выяснении структурных отношений в группе. Ролевая конкретизация позволяет оценить влияние авторитета организатора (лидера) на того или другого члена преступной группы, определить, каково влияние группового мнения на индивида, каким образом возникают и формируются мотивы групповой криминальной деятельности несовершеннолетних.

Подростковый и юношеский возрасты отличаются стремлением к общению, неустойчивостью ценностных ориентаций, уязвимостью психики. Несовершеннолетние зачастую вовлекаются в преступную деятельность групп путем уговоров, просьб. Это наглядно подтверждает отсутствие у многих несовершеннолетних четкой позиции в оценке явлений общественной жизни.

Необходимо учитывать, что у несовершеннолетних процесс социализации, т.е. включение в общественные отношения, только начинается, отсутствуют необходимый жизненный опыт, знания, недостаточно совершенны познавательные процессы. Подростка-правонарушителя характеризует отсутствие либо слабое развитие личностно-социального контроля: он зачастую не может либо не стремится правильно оценивать свои поступки.

При изучении групповой преступной деятельности несовершеннолетних наибольший интерес представляют группы с насильственной ориентацией. Подростки, совершающие насильственные преступления, характеризуются устойчиво преступной деформацией поведения. Например, причинение тяжких телесных повреждений или смерти – не самоцель, а способ устранения препятствий на пути достижения их желаний, способ удовлетворить потребность в самоутверждении.

При изучении психологии несовершеннолетних правонарушителей важно обратить внимание на мотивацию преступного поведения, поскольку она наиболее четко отражает социальную опасность противоправного поведения, антисоциальные потребности правонарушителя. Мотивы групповых преступлений несовершеннолетних имеют некоторые особенности. Особый интерес представляет явление конформизма. В процессе групповой преступной деятельности конформизм проявляется через влияние группового мнения на индивида. Конформность же означает степень и характер подверженности индивида групповому мнению.

Следует заметить, что в условиях чрезвычайной, экстремальной ситуации, которая возникает при совершении преступления, конформность выше, чем в обычных условиях, поскольку индивид не располагает временем для анализа конкретной обстановки, оценки своего положения.

Существует определенная зависимость между возрастом несовершеннолетнего правонарушителя – участника преступной группы и уровнем конформности: он наиболее высок в 14-15 летнем возрасте, когда подражательные мотивы, влияние мнения группы либо ее лидера являются основой, определяющей характер деятельности и поведения подростка. Следует заметить, что зачастую в основе формирования преступных групп несовершеннолетних лежит многолетнее общение. Изучение обстоятельств возникновения и формирования преступных групп несовершеннолетних свидетельствует о том, что большинство их участников – жители одного района, улицы и т.д. и знакомы друг с другом продолжительное время.

Группа несовершеннолетних с социально отрицательной ориентацией характеризуется восприимчивостью к отрицательным явлениям, отсутствием социально полезных целей.

К наиболее тяжким преступлениям, которые совершаются несовершеннолетними в группах, относятся половые преступления. Анализ данных по делам о групповых изнасилованиях показывает, что участники преступных групп ранее уже совершали преступления и, как правило, характеризуются устойчивой преступной деформацией личности.

Так, пятеро подростков во главе с 18-летним Б. организовали выпивку в квартире родителей Б. и изнасиловали несовершеннолетнюю П., причинив ей тяжкие телесные повреждения, которые привели затем к смерти потерпевшей. Организаторы преступления Б. и О. ранее были судимы за умышленные преступления. Остальные участники этой группы длительное время состояли на учете в детской комнате милиции и в инспекции по делам несовершеннолетних. В данном случае наиболее ярко проявляются устойчиво преступная деформация личности, сочетание половой распущенности с хулиганскими мотивами.

Исследования показывают, что очень часто групповые изнасилования у несовершеннолетних сочетаются с хулиганством, либо хулиганские действия предшествуют совершению половых преступлений. В общем объеме групповых правонарушений несовершеннолетних хулиганство занимает значительное место. Оно является не только самостоятельным видом преступления, но и той питательной средой, в которой вызревают еще более опасные для общества преступные деяния.

Следует отметить также, что совершение преступления предварительно организованной группой в корне отличается от совершения преступления в соучастии. В случае совершения преступного деяния преступной группой реально проявляется общность антисоциальных взглядов, потребностей, т.е. общность психологии. Насильственные преступления, совершенные в соучастии, характеризуются спонтанностью, эмоциональной насыщенностью; последствия преступления в значительной мере определяются степенью виктимности потерпевшего. Преступления, совершенные относительно устойчивой группой, характеризуются меньшей спонтанностью либо отсутствием ее. Причина этого – неоднократность преступных действий, осознание собственной безнаказанности, наличие определенного преступного «опыта», своеобразная специализация.

При расследовании групповых преступлений несовершеннолетних чрезвычайно важно выявить индивидуально-психологические особенности личности участников, когда каждый из них, сознавая неизбежность наказания, старается исказить истинное положение вещей, умалить свою роль в содеянном, а лидер группы стремится предстать рядовым исполнителем и т.п. Если же совершено насильственное преступление, то обвиняемые, как правило, стремятся преувеличить степень виктимности ситуации.

В плане нравственно-психологическом личность несовершеннолетних преступников характеризуется рядом довольно существенных специфических признаков. Прежде всего на их противоправном поведении, безусловно, сказываются возрастные особенности, такие, например, как повышенная внушаемость, склонность к социально-психологическому заражению, подражанию, юношеский негативизм, известная несформированность жизненных ориентаций и установок, инфантильность эмоционально-волевой сферы. Для большинства преступников-подростков характерны отсутствие интереса к учебе и труду и соответственно значительное ослабление или полная утрата связей с учебными и трудовыми коллективами. В большей степени их привлекает сфера досуга, как правило, заполненного социально-негативным содержанием (бесцельное времяпрепровождение, тусовки в подъездах, подвалах, на улицах, чердаках, рок-музыка, азартные игры, выпивки, употребление наркотиков, половая распущенность, болезненное реагирование на любые замечания взрослых и т.д.).

Логическим продолжением этих антисоциальных (еще не преступных) занятий являются кражи и грабежи, для того чтобы добыть деньги для приобретения алкоголя и наркотиков, «на девочек», на покупку модной одежды, средств звукозаписи и кассет, хулиганские выходки ради самоутверждения и т.д. Интерес к технике, художественному творчеству, спорту (кроме примитивного накачивания мышц) у несовершеннолетних правонарушителей проявляется в 3-4 раза реже, чем у подростков с позитивной направленностью поведения.

О последствиях своих противоправных действий, возможно трагических, подростки редко задумываются, чему способствует прежде всего низкий уровень развития правосознания. Мотивы собственных действий ими нередко приукрашиваются, «облагораживаются», в то время как побуждения и поведение потерпевших очерняются, окрашиваются в резко негативные тона.

Для несовершеннолетних преступников весьма характерны завышенные самооценки, низкий уровень ответственности за свои поступки, отсутствие чувства стыда, дефицит совести, равнодушие к другим людям, их проблемам и заботам. Типичными чертами для многих подростков-правонарушителей является сниженный самоконтроль, эмоциональная неуравновешенность, упрямство, импульсивность, злобность, мстительность, агрессивность.

Социальную неадаптированность части несовершеннолетних преступников усиливают умственная отсталость, нервно-психические отклонения психопатического характера либо в виде последствий черепно-мозговых травм, инфекционных и других заболеваний.

Большинство несовершеннолетних преступников обладают устойчивыми привычками и стереотипами антиобщественного поведения: постоянно демонстрируют пренебрежение к общепринятым нормам поведения, склонны к употреблению спиртных напитков, наркотиков, а также к бродяжничеству, побегам из дома и воспитательных учреждений, являются конфликтными и нечестными людьми. Замыкаясь в круге общения с себе подобными, они, как правило, враждебно относятся к тем подросткам, которые хорошо учатся, соблюдают дисциплину, уважают старших по возрасту.

В годы реформ отмечается расширение социально-экономической базы преступности несовершеннолетних. Это прежде всего обнищание многих семей, возрождение детской и подростковой беспризорности, появление безработицы несовершеннолетних. Семья, которая едва сводит концы с концами, каждодневно борется за выживание, причем использует для этого морально далеко не безупречные, а порой и откровенно противоправные средства, перестает быть инструментом социализации. Она становится либо постоянно и сильно действующим источником негативных влияний на нравственное формирование подростка, либо выталкивает его на улицу, в антиобщественную среду, в стихию «дикого» рынка, в частности, сферу полулегального или нелегального мелкого бизнеса. Большинство подростков, вынужденных заниматься мойкой автомашин, уборкой, погрузкой-разгрузкой товаров в коммерческих ларьках и магазинах, торговлей с рук в электропоездах, на улицах, в подземных переходах и т.д., начинают систематически пропускать занятия или совсем теряют связи с учебными коллективами. При этом они не только лишаются возможности приобретать знания, развиваться в интеллектуальном, культурном отношении, проводить досуг со сверстниками, но и сталкиваются с разнообразными негативными явлениями, присущими экономическому «подполью» (с фактами нечестности, обмана, недобросовестной конкуренции, вымогательства и т.п.).

В сложнейших условиях нравственного формирования и развития личности оказались подростки из семей безработных, беженцев, вынужденных переселенцев. На подростков из неблагополучных семей, которые не порвали связей со школой, негативное влияние оказывают новые дефекты социализации в этих типах микросреды. Например, в школе – это «черный рынок», приторговывание спиртными напитками, наркотиками, порнографической продукцией, в семье – усиление алкоголизации, обострение конфликтных ситуаций как следствие перманентных жизненных неурядиц (угрозы потерять работу, остаться без средств к существованию и т.п.).

Имеются свои проблемы, негативно влияющие на нравственное формирование и развитие несовершеннолетних, и в благополучных в материальном отношении семьях. Это, например, проявления двойной морали родителей, живущих в непозволительной роскоши на средства, добытые противоправным путем, а порой и откровенное рвачество, алчность, бездуховность, нередко отсутствие теплоты во взаимоотношениях и сильное взаимное отчуждение 11.

Отрицательно влияет на нравственное формирование детей и подростков наблюдающееся в последнее время обострение извечной проблемы «отцов и детей». Некоторые несовершеннолетние оказываются в особо сложном положении, сталкиваясь с поляризацией идейно-нравственных позиций взрослых членов семьи, своеобразным конфликтом поколений и культур на этом уровне, когда, например, отец является преуспевающим предпринимателем со взглядами, ориентациями и привычками «новых русских», а дед, бабушка, тети, дяди, обладавшие в прошлом высоким социальным статусом, имеющие заслуги перед страной, сохранили приверженность стереотипам жизни советских людей, верность коммунистическим ценностям и идеалам.

Это очень непростые ситуации, особенно для тех, у кого еще не сформировалось устойчивых убеждений, цельного мировоззрения. И некоторые подростки находят выход из них в отклоняющемся, а затем и противоправном, преступном поведении.

Определенный вакуум в воспитательных воздействиях на детей, подростков (а также молодых людей) возник после ликвидации пионерских и комсомольских организаций, а новые, соответствующие изменившимся условиям формы общественных движений и объединений, охватывающие подрастающее поколение, создаются медленно. В то же время имеют место факты вовлечения несовершеннолетних в межэтнические конфликты, в религиозные секты, различные экстремистские организации, проповедующие моральный и правовой нигилизм, вседозволенность, национальную, расовую и религиозную вражду и т.п.

В силу возрастных особенностей несовершеннолетние в большей степени, чем взрослые, подвержены криминогенным воздействиям таких негативных явлений в духовно-нравственной сфере, как распространение порнографии, пропаганда насилия, жестокости, культа наживы в средствах массовой информации.

Структура преступности несовершеннолетних характеризуется:

1) более узким, по сравнению со взрослыми, кругом совершаемых преступлений, что объясняется особым социальным и правовым статусом несовершеннолетних, исполняемыми ими социальными ролями;

2) меньшей долей тяжких преступлений.

Преступность несовершеннолетних высоколатентна. Это связано с тем, что о многих преступлениях (например, кражах, изнасилованиях) потерпевшие лица не заявляют, считая, что они не будут раскрыты в силу своей незначимости, а это в свою очередь усиливает чувство безнаказанности у преступившего закон подростка, или само потерпевшее лицо, пережившее сексуальное надругательство (или родственники), не желает об этом событии рассказывать, чтобы окружающие люди об этом не узнали. Может сказываться также низкий уровень профилактической работы правоохранительных органов в жилых массивах и т.д.

В настоящее время особенностью преступности несовершеннолетних стало все более частое применение оружия. Известны случаи использования усыпляющих и наркотических веществ при совершении изнасилований и других преступлений. Корыстная мотивация доминирует по всем составам преступлений.

Динамика преступности несовершеннолетних за последние 10 лет неблагоприятна, так как превышает рост преступности взрослых в 2-2,5 раза.

К самым значимым криминогенным условиям преступности несовершеннолетних можно отнести беспризорность, бесконтрольность, семейное неблагополучие, безработицу, низкий материальный достаток, слабость ранней профилактики.

13.3. Психологические аспекты профилактики правонарушений несовершеннолетних

Профилактика преступлений и иных правонарушений среди несовершеннолетних является существенной предпосылкой воспитания подрастающего поколения.

Несовершеннолетний преступник не становится таковым внезапно в момент совершения преступления. Как правило, антисоциальные свойства его личности формируются постепенно и задолго до совершения уголовно наказуемого деяния, которое дает основание для качественно новой социально-правовой оценки его личности как личности преступника.

Предупреждение преступлений – это, прежде всего, выявление и устранение факторов, их детерминирующих.

В предупреждении преступности несовершеннолетних большую роль играет общесоциальная система профилактики и раннее предупреждение правонарушений.

К общесоциальным профилактическим мерам относятся:

а) исполнение Закона о молодежи, который нацелен на разрешение или смягчение экономических, духовных, правовых проблем несовершеннолетних;

б) решение проблем семьи, материнства, безнадзорности и беспризорности несовершеннолетних в маргинальных и нищих семьях;

в) существенное сокращение подростковой и молодежной безработицы;

г) материальное обеспечение детского спорта, творчества, ремесленничества, досуга;

д) нравственно-духовная направленность воспитательной работы с подростками с решительным устранением криминально-рыночной психологии, возрождением психологии коллективизма, традиций славянской общности, сострадания, справедливости и жертвенности во имя высших социальных интересов;

е) организация правового «ликбеза» средствами массовой информации, позволяющего в доступной, желательно увлекательной форме усваивать правовые знания, нормы правопослушного поведения;

ж) прекращение пропаганды средствами массовой информации культа насилия, сексуальной извращенности и вседозволенности, частнособственнической психологии, материального успеха любой ценой – (не секрет, что содержание кинофильмов, книг и т.п. часто становится сценарием деликта, а поступки героев тиражируются в реальных противоправных действиях);

з) усиление индивидуальной результативной профилактики девиантного поведения со стороны подростков с психическими аномалиями.

Специальные меры предупреждения преступности несовершеннолетних осуществляются, прежде всего, инспекциями по делам несовершеннолетних, подразделениями по предупреждению безнадзорности подростков и работе с неблагополучными семьями по месту жительства.

Перспективным представляется участие церкви в воспитании трудных подростков, в формировании подростковой психологии; организационная и финансовая поддержка в восстановлении внешкольной работы с детьми, в работе воспитательно-трудовых колоний.

В основу деятельности по профилактике правонарушений несовершеннолетних должно быть положено фундаментальное положение психологии: человек не только проявляется, но и формируется, развивается, складывается как личность в ходе реализации ведущей активности (деятельности и общения), желательно социально полезной, целенаправленной, приносящей ему успех. У старших подростков ведущей активностью является общение в деятельности.

Включение несовершеннолетних в общественно полезные виды деятельности (общения) является важной профилактической мерой.

Процесс деморализации с последующей криминализацией личности подростка протекает в условиях отрицательной социальной микросреды – семейного и школьного неблагополучия, в негативных группах сверстников. Эффективность профилактики правонарушений несовершеннолетних целиком зависит от того, в какой мере удается добиться социального оздоровления неблагоприятной микросреды, в которой находится подросток.

Вся повседневная жизненная практика индивида, весь опыт его общественного существования непосредственно формируется и реализуется именно в малых социальных группах – в семье, учебном и трудовом коллективах, компаниях друзей и знакомых. Ближайшее окружение и непосредственная среда – главные каналы нравственного формирования личности. Через них, в частности, воспринимаются индивидом противоречия и трудности социального развития, несовершенство различных сторон общественной жизни и социального устройства, недостатки и ошибки в деятельности конкретных учреждений, организаций, должностных лиц. И если непосредственная среда оказывается неблагоприятной, осложненной антисоциальными проявлениями, это затрудняет воздействие на индивида позитивных сторон общественной жизни и, напротив, усиливает влияние негативных ее сторон, приводит к формированию нравственно отрицательной личности. Таким образом, негативные нравственные свойства, являющиеся элементами психологического механизма антиобщественного поведения, не даны человеку от рождения и не возникают неожиданно, спонтанно, лишь в связи с совершением преступления, а складываются на протяжении предшествующей жизни индивида, под влиянием совокупных условий, в которых эта жизнь протекает. От того, какими окажутся эти условия, с чем и с кем сталкивается индивид на своем жизненном пути, зависит формирование его как личности. Здесь, конечно, немало случайного, но в этой случайности проявляется определенная закономерность, состоящая в том, что пока в социальной действительности имеют место условия, способные поддерживать индивидуалистическую психологию и различные нравственные пороки, лежащие в основе преступного поведения, некоторые лица становятся их носителями. Задача состоит в том, чтобы устранить подобные условия или максимально ограничить их отрицательное воздействие, обеспечив тем самым формирование нравственного человека, неспособного совершить преступление. Таково главное направление предупреждения преступности и профилактики преступлений.

Каковы же конкретные условия неблагоприятного нравственного формирования личности?

Прежде всего следует указать на обстановку в семье и условия семейного воспитания. В семье начинается социализация человека – здесь он приобретает первые представления об окружающем его мире, о людях, о дозволенном и недозволенном. Под влиянием семейной среды у растущего человека первоначально складываются взгляды и привычки, формируются потребности, вырабатываются навыки их регулирования и удовлетворения. По мере того как он выходит за рамки семейного окружения, вступает в контакты со сверстниками, товарищами по школе, сослуживцами по работе, расширяются и усложняются условия, влияющие на его нравственные позиции и поступки. Но семья в большинстве случаев сохраняет в этом процессе свою ведущую роль. А.С.Макаренко писал об этом: «Воспитание есть процесс социальный в самом широком смысле. Воспитывают все: люди, вещи, явления, но прежде всего – люди. Из них на первом месте родители…» 12. От обстановки в семье, от примера родителей, от правильности их поведения по отношению к детям, к обществу во многом зависит, какими вырастут сами дети. Если человек еще с детских лет усвоил необходимые нравственные нормы и моральные правила, он легче преодолевает возникающие трудности и соблазны. А тот, кто в детстве не получил надлежащей нравственной закалки, больше подвержен различным негативным влияниям.

Существуют объективные обстоятельства, затрудняющие надлежащую организацию семейного воспитания: низкий культурно-образовательный уровень некоторых родителей, их занятость на работе, не позволяющая в должной мере осуществлять необходимый надзор за ребенком, недостаточная материальная обеспеченность и ненадлежащие жилищно-бытовые условия части семей. Криминогенное значение подобных обстоятельств фиксируется при изучении преступности несовершеннолетних13. Однако наиболее существенны субъективные обстоятельства, характеризующие нравственно-психологическую обстановку в семье, поведенческие позиции ее членов, отношение родителей к своим обязанностям по воспитанию детей.

Одно из серьезных проявлений семейного неблагополучия – разводы, число которых весьма велико и имеет тенденцию увеличиваться. Ныне в стране распадается в среднем каждый второй брак, при этом до 85% разводящихся имеют несовершеннолетних детей. Развод означает крушение семейного коллектива, что существенно отражается на детях, серьезно затрудняет их надлежащее нравственное формирование, способствует безнадзорности и правонарушениям. Анализ многочисленных криминологических исследований свидетельствует, что отсутствие одного из родителей у несовершеннолетних правонарушителей встречается в 2-4 раза чаще, чем у правопослушных подростков, и что примерно каждый второй-третий несовершеннолетний преступник формируется в условиях неполной семьи.

«Механизм» криминогенного влияния распада семьи связан с психическим воздействием, которое это событие оказывает на членов «брошенной» семьи, особенно детей, у которых вырабатывается презрительно-осуждающее отношение к родителям, не сумевшим сохранить семью, возникает тенденция отделить и противопоставить себя окружающим. Сложность складывающихся в семье отношений, чувство обиды и отчужденности побуждают подростка искать компенсацию на стороне, в среде сверстников со сходной неудачной судьбой, способствует нежелательным связям и неблагоприятным влияниям. Справедливо сказано, что «в подавляющем большинстве случаев положение брошенных детей сложнее и опаснее, чем положение сирот» 14.

Ненадлежащее нравственное формирование может иметь место и в формально «полной» семье, если ее характеризуют ненормальные взаимоотношения, ссоры, скандалы, грубость, равнодушие, цинизм. Подобная семья утрачивает качество коллектива и потому не способна воспитать у своих членов коллективистскую психологию, высокие моральные свойства. Это неблагоприятно отражается прежде всего на детях.

Ненормальная обстановка в семье побуждает подростка проводить время вне семьи, а иногда вообще бежать из дома, что почти неизбежно приводит к правонарушениям, а порой и к преступлениям.

Существенным криминогенным обстоятельством в сфере семейных отношений является невыполнение родителями своих обязанностей по воспитанию детей: отсутствие надзора за ними, безразличие к их времяпрепровождению, связям и знакомствам. Подобное обстоятельство фиксируется почти у каждого второго несовершеннолетнего правонарушителя. Исследования показывают, что лишь в одной из десяти семей родители проводят все свободное время с подростками: ходят с ними на прогулки, в кино, театр, музеи, на стадионы. В семьях «неблагополучных» подростков это имеет место еще реже.

Еще более вредно, чем воспитательная бездеятельность и пассивность, неправильное воспитание, проявляющееся в отсутствии должной требовательности к детям, потакании всем их желаниям и капризам, безудержном баловстве, стремлении уберечь своего ребенка от всех жизненных неудобств и трудностей, облегчить или вовсе избавить от необходимости выполнять какие-либо обязанности как внутри семьи, так и вне ее – в школе, учебном заведении, на производстве и т.д. Нередко подобные извращения в воспитании допускаются в особо обеспеченных семьях, где родители чрезвычайно щедро делятся со своими детьми теми большими возможностями, которыми обладают в силу своего служебного положения, профессии, рода деятельности.

Семья – это определенная хозяйственная ячейка. Как организовано хозяйство семьи? Какие представления и навыки получает ребенок в семье о деньгах, о путях и способах обеспечения материального благополучия? Какой «финансово-экономический опыт» он в ней приобретает? Все это небезразлично для нравственного формирования растущего человека. А именно здесь, особенно в современных условиях коренной перестройки экономических отношений, коммерцизации всех сторон общественной жизни, обострения материального расслоения и неравенства, изменения семейно-хозяйственных ориентиров, пересмотра многих прежних представлений и понятий, связанных с деньгами, обеспеченностью, богатством и т.п., много неправильного, нездорового, просто вредного, способного возбудить и поддержать жадность и зависть, корысть и подлость, ханжество и обман. Многие подростки приобщаются к различным видам «заработка» (мойка автомашин, продажа газет и т.п.), втягиваются в коммерческую деятельность. Подобная «экономическая самостоятельность» сама по себе небезупречна. Она часто связана с негативными явлениями – отрицательно отражается на учебе, а нередко и на поведении таких подростков, порождает между ними различные конфликты, приводящие порой к правонарушениям, способствует контактам со взрослыми, оказывающими на подростков отрицательное нравственное воздействие, а то и прямо втягивающими их в совершение преступлений (торговля наркотиками, воровство, мошенничество, разбой и т.п.).

Особенно отрицательно сказывается на нравственном формировании растущего человека наличие в семье таких антиобщественных нравов и традиций, как мещанство, карьеризм, стяжательство, нечестность, лицемерие, расхождение между словом и делом. Семейное воспитание – не цикл нравоучительных бесед, а повседневное и непрерывное воздействие на сознание растущего человека всего строя жизни данной семьи, каждого поступка его членов, в первую очередь родителей. Здесь важно все: как взрослые работают и как отдыхают, как относятся друг к другу, к детям, к родным и знакомым, друзьям и соседям; как реагируют на все события, как проявляют себя в беде и радости, во всех жизненных ситуациях. Даже если это проявляется не в виде конкретных антиобщественных поступков, а в форме соответствующих нравственных оценок, суждений – это влияет на сознание подростка, усваивается им как норма, которой надлежит следовать. Если же подобные взгляды и позиции реализуются в конкретных антисоциальных поступках родителей, развращающее воздействие такого поведения на растущих в семье детей почти неизбежно.

Существенная роль в нравственном формировании растущего человека, в становлении его как личности принадлежит школе. Здесь подросток получает опыт общественного существования, приобретает не только знания, но и навыки социального поведения, вырабатывает нравственные качества сознательного гражданина. Школа призвана воспитать в своих питомцах порядочность и честность, трудолюбие и общественную активность, неприятие жестокости, грубости, равнодушия, эгоизма. Опираясь на помощь государства и общественности, школа должна добиваться этой цели, воздействуя на своих питомцев как непосредственно, так и через семью, организуя и направляя семейное воспитание. Однако эта высокая миссия далеко не всегда и не везде выполняется. Серьезным упреком школе является тот факт, что среди осужденных подростков более трети – школьники или учащиеся профессионально-технических учебных заведений. Да и среди работающих несовершеннолетних правонарушителей многие лишь недавно расстались со школой. Таким образом, подавляющая часть несовершеннолетних преступников – это подростки, так или иначе упущенные школой.

Какие же обстоятельства в работе школы создают почву для криминогенного развития личности?

Прежде всего, обучение в школе недостаточно связывается с жизнью, с практическими задачами общественного существования. Оторванность школьного обучения от трудового воспитания приводит к тому, что после окончания общей образовательной школы из нее выходят почти взрослые люди, плохо приспособленные к самостоятельной практической деятельности, не умеющие применить свои силы в каком-либо общественно полезном деле. Средняя школа долгое время ориентировалась на подготовку своих питомцев к получению высшего образования, психологически ориентируя на это и самих учащихся. Неудивительно, что некоторые юноши и девушки, окончив школу, не только не могут, но и не хотят заниматься производственным трудом, считая единственно приемлемой для себя перспективой поступление в институт. А если это не удается (что сегодня в силу ряда причин достаточно распространено), болезненно воспринимают «крушение всех надежд», ощущение ненужности и неустроенности, душевную растерянность, таящие в себе опасность поведенческих срывов и ненадлежащих поступков. Другой недостаток школьного трудового воспитания – ориентация учащихся преимущественно на престижные и высокооплачиваемые виды трудовой деятельности. Однако по ряду объективных и субъективных причин не каждому окончившему школу подростку открывается перспектива подобной трудовой деятельности, что приводит к психической неудовлетворенности, чреватой возможностью педагогического срыва.

Недостатки школьного воспитания, его оторванность от практических потребностей жизни заключаются не только в слабости политехнического образования. Связь школы с жизнью – понятие гораздо более широкое, чем трудовая подготовка учащихся. Знания и умения – это далеко не все, что нужно человеку. Не менее важны мировоззрение, характер, воля, в формировании которых весьма существенна и ответственна роль школы. Немало юношей и девушек, столкнувшись по окончании школы, а нередко и в старших классах с жизнью, с ее трудностями и соблазнами, оказываются не в состоянии определить правильную линию поведения. Попав в неблагоприятную жизненную ситуацию, под влияние антисоциальных элементов, такие лица совершают аморальные или противоправные поступки.

Существенным недостатком в учебно-воспитательной работе школы, в значительной мере связанным с формализмом и показухой, является необоснованный отсев учащихся.

Анализ криминологических исследований показывает, что вероятность у подростка встать на преступный путь тем выше, чем раньше он оставил школу: среди несовершеннолетних правонарушителей примерно каждые двое из трех оставили школу, не получив среднего образования, значительная часть таких несовершеннолетних правонарушителей отстает на 2-3 года от соответствующего их возрасту уровня образования. Криминогенное значение «недостаточного» образования проявляется и у взрослых преступников: среди них лица с образованием ниже 8 классов составляют от 70 до 95% 15.

Исключение из школы, преждевременное прекращение учебы лишают подростка воспитательного воздействия школьного коллектива, вызывают озлобление против школы и педагогов, побуждают искать компенсацию утраченного в связях с такими же «неудачниками». В подобных случаях подросток часто нигде не работает, бездельничает, «болтается» на улице, контактируя порой с социально сомнительными лицами, или устраивается на работу, которая ему неинтересна, где нет надлежащих условий для положительного воспитательного воздействия на него.

Преждевременное прекращение учебы, отсев из школы, как правило, свидетельствуют о неблагополучии в судьбе подростка – неблагоприятных семейных условиях, отрицательных влияниях и связях и т.п. Школа же порой не только не противодействует, а, напротив, способствует отсеву таких учащихся.

Неблагоприятными факторами нравственного формирования подростков в школе являются нередко встречающиеся случаи применения неправильных педагогических и воспитательных методов и приемов, черствость и предвзятость в отношении к учащимся, подавление их самостоятельности и инициативы, подмена воспитания голым администрированием.

Следует наладить, с учетом изменившихся социально-экономических условий, бесперебойное функционирование качественно новой системы трудового воспитания. Подросткам должны быть предоставлены все возможности для систематического участия в посильном, хорошо оплачиваемом труде как на государственных, муниципальных, так и в частных предприятиях.

За последнее время под влиянием конъюнктурно-политических, а порой и откровенно демагогических соображений и лозунгов, по существу, сведено на нет военно-патриотическое воспитание подростков и молодежи.

Между тем с учетом того, что подавляющее число несовершеннолетних преступников являются лицами мужского пола, это направление воспитательной работы имеет особое антикриминогенное значение. Конечно, организация, содержание и методика военно-патриотического воспитания в настоящее время требуют существенных изменений, модернизации, приспособления к новым реалиям. Отказываться же от него только потому, что им, возможно, чрезмерно увлекались в советское время, нет никаких оснований.

Важное направление профилактики правонарушений несовершеннолетних – их правовое просвещение и воспитание. Актуальными задачами здесь являются подготовка квалифицированных кадров педагогов для проведения такой работы, обеспечение активного участия в ней ученых-юристов, сотрудников правоохранительных органов, психологов.

Доведение правовой информации до несовершеннолетних должно начинаться как можно раньше, осуществляться более доходчиво, с учетом особенностей детской и подростковой психологии, в эмоционально привлекательных формах.

Необходимо возродить оправдавшие себя и создать новые центры организованного досуга детей и подростков, наполненного социально полезным содержанием, способствующего их гармоничному физическому, психическому, нравственному развитию. В этих целях целесообразно использовать возможности не только государства, но и коммерческих структур, фондов милосердия, благотворительных организаций, общественных объединений и движений, религиозных конфессий, установить жесткий контроль за использованием как бюджетных, так и внебюджетных средств, предназначенных для организации досуга несовершеннолетних. Государству следует всячески поддерживать физических и юридических лиц, оказывающих денежную помощь подросткам, оказавшимся в неблагоприятных жизненных условиях, малообеспеченным семьям, специальным учебно-воспитательным учреждениям, детским домам.

В воспитательно-профилактической работе с несовершеннолетними правонарушителями, которые нередко сами чувствуют себя изгоями, никому не нужными, неисправимыми людьми, надо всегда исходить из «оптимистической гипотезы», всячески стремиться к опоре на положительное, что имеется в личности самых запущенных в нравственно-педагогическом отношении подростков.

Имеются значительные резервы для более активного и эффективного использования сугубо правовых средств защиты интересов детей и подростков, предупреждения их виктимизации, а также правонарушений с их стороны. Необходимо расширять практику применения к несовершеннолетним, совершившим впервые преступления небольшой или средней тяжести, принудительных мер воспитательного характера: предупреждение; передача под надзор родителей или лиц, их заменяющих, либо специализированных государственных органов; возложение обязанности загладить причиненный вред; ограничение досуга и установление особых требований к поведению, а также помещение, с освобождением от наказания, в специальные воспитательные или лечебно-воспитательные учреждения.

Как показывает опыт, несовершеннолетние нередко совершают преступления в виде ответной реакции на насильственные действия, направленные против них (или угрожающие им). В этой связи следует более активно использовать все правовые (в том числе уголовно-правовые) средства борьбы с насилием в отношении детей и подростков.


1 Cм.: Ананьев Б.Г. О проблемах современного человекознания. М., 1977; Ломов Б.Ф. Методологические и теоретические проблемы психологии. М., 1984.

2 См.: Гиппенрейтер Ю.Б. Введение в общую психологию. М., 1988. С. 260.

3 См.: Личко А.Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков. Л., 1983.

4 См.: Кулаков С.А. Психопрофилактика и психотерапия в средней школе. СПб., 1996.

5 Личко А.Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков. Л., 1983.

6 См.: Васильева М.В., Горьковая И.А. Судебная экспертиза. СПб., 1997.

7 Курс советской криминологии. С.337.

8 См.: Забрянский Г.И. Социология преступности несовершеннолетних. Минск, 1997.

9 См.: Алексеев А.И. Криминология. М., 1998.

10 См.: Алексеев А.И. Указ. соч. С.69.

11 См.: Алексеев А.И. Указ. соч. С.208-213.

12 См.: Макаренко А.С. Соч. М., 1951. Т.4. С.20.

13 См.: Ермаков В.Д. Социально-правовая профилактика правонарушений несовершеннолетних, связанных с недостатком семейного воспитания. М., 1981. С.24-30.

14 См.: Макаренко А.С. Указ. соч. С. 115.

15 См.: Сахаров А.Б. Причины и условия индивидуального преступного поведения. М., 1995. С.15-18.