Сайт Юридическая психология

Хрестоматия по юридической психологии. Особенная часть.



 

Рыбкин В.
Практика уголовного сыска.
В сб. "Практика уголовного ссыска"
М., 1999. Стр. 58-88.

 

ПРИЕМЫ И МЕТОДЫ

Сыск и розыск

В специальной литературе уже были попытки противопоставить термины «розыск» и «сыск». Предлагалось, в частности, розыском называть соответствующие мероприятия применительно к конкретным разыскиваемым объектам (к примеру, сбежавшим из-под стражи арестованным), а сыском — применительно к неизвестным лицам, предметам, событиям. Не исключено, логика в таких рассуждениях есть. И все же на практике случалось, что розыскные (или сыскные) действия успешно осуществлялись и при наличии довольно скудных сведений о разыскиваемом. Таких, например, как приметы внешности, кличка или лишь способ совершения преступления. Иногда приходится искать людей, заведомо зная, что они проживают по документам, принадлежащим другим лицам.

<…>

 

Оперативно-розыскные мероприятия

 

Суть сыска — в проведении оперативно-розыскных мероприятий.

Каковы эти мероприятия?

Опрос граждан:суть этого мероприятия сводится к беседе с тем или иным лицом, иногда сразу с несколькими лицами. Опрашиваемые могут быть причастны к преступной деятельности либо к конкретному преступлению или быть «посторонними». Важно одно: они должны являться источниками информации. Не имеет значения и их возраст. Дети, скажем, могут быть такими же источниками информации. Следует учитывать возрастные особенности опрашиваемых лишь при необходимости письменно зафиксировать результаты опроса. Для других способов фиксации (магнитофонная запись, видеосъемка) таких ограничений нет.

Опрос как оперативно-розыскное мероприятие следует отличать от допроса, производимого по уголовному делу. Допрос —прерогатива следователя или лица, производящего дознание. Он осуществляется с обязательной фиксацией в протоколе установленной формы с предупреждением допрашиваемого свидетеля или потерпевшего об ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Оперативный работник может производить допрос только по поручению должностного лица, в производстве которого находится уголовное дело. Опрос — как бы привилегия сыщика.

Статья 209 УПК предусматривает, что в необходимых случаях для проверки сообщений о преступлениях могут быть истребованы объяснения. Они мало чем отличаются от оперативных опросов (как и опросы, производящиеся следователем по приостановленному делу с целью розыска обвиняемого). Разница практически одна: оперативный опрос граждан -оперативно-розыскное мероприятие и может осуществляться безотносительно к уголовному делу.

Опрос может быть как гласным, так и негласным. Во втором случае опрашиваемый не догадывается об истинной цели беседы. Отвечает на ряд вопросов, среди которых искусно «прячется» главный, интересующий сыщика.

Вряд ли имелась необходимость зашифровывать цель опроса в следующей ситуации.

<…>

Практика показывает, что опрос граждан — одно из самых распространенных оперативно-розыскных мероприятий. При опросе нельзя применять угрозы, любого рода физическое воздействие, нельзя понуждать к даче показаний против самого себя или близких родственников, нельзя допускать действия, унижающие достоинство личности.

Вопросы опрашиваемому должны задаваться в спокойном тоне. Недопустимо вслух оценивать и комментировать ответы опрашиваемого. Запрещается также задавать наводящие и безнравственные вопросы. Так, наводящие вопросы уже в самой формулировке содержат желаемый для опрашивающего ответ. Особенно неуместны они при опросе несовершеннолетних, ведь у них повышенная внушаемость, которая может привести к искажению истины. «Улавливающие» вопросы рассчитаны на то, чтобы поймать опрашиваемого на случайной оговорке. Они обычно направлены на запутывание опрашиваемого. Очень осторожно нужно применять и косвенные вопросы, то есть такие, об истинной направленности которых опрашиваемый не осведомлен.

Ощутимый вред в общении сыщика с гражданами наносит обман. Он подрывает авторитет органов правосудия.

Наведение справок: само это понятие вряд ли нуждается в разъяснении. Следует лишь уточнить, какие справки нужны в сыскной деятельности. Прежде всего это справки криминального характера: не состоит ли интересующее сыщика лицо на каком-либо учете, не совершалось ли на территории региона определенное преступление и т.п. Важное значение имеют иногда и другие справки: о проживании гражданина в той или иной местности, о хозяйствен ной деятельности какой-либо организации и даже о погоде.

Как и опрос, наведение справок может носить гласный (официальный) характер по форме «запрос—ответ», но может и зашифровываться. В последнем случае оперативник лично знакомится с соответствующими документами в некоторой выборке. Если, скажем, нужна информация из какого-то личного дела, он предъявляет в кадровом аппарате требование о выдаче ему нескольких дел, которые просматривает, делая выписки из каждого.

<…>

Изъятие образцов для сравнительного исследования мероприятие предусмотренное Уголовно-процессуальным кодексом (ст. 186). Строго регламентировано и нередко применяется в следственной практике.

Бывает так, что само возбуждение уголовного дела зависит от результатов предварительного сравнения.

<…>

При таких обстоятельствах в возбуждении уголовного дела было отказано.

Чаще всего для сравнительного исследования в оперативно-розыскной деятельности собираются образцы почерка. Но могут использоваться и отпечатки пальцев, различные выделения организма (кровь, слюна и др.), фотографии, звуконосители. Сбор образцов производится гласно и негласно. В последнем варианте нередко используются специальные приспособления.

Сбор осуществляется непосредственно оперативными работниками либо, по их заданию, другими должностными лицами соответствующих органов (скажем, участковыми инспекторами милиции) — при гласном мероприятии; лицами, оказывающими им содействие на конфиденциальной основе, — при негласном.

Важно подчеркнуть, что при сборе образцов для сравнительного исследования должно быть исключено причинение вреда здоровью людей. Так, образцы крови и других биологических объектов могут отбираться только в медицинском учреждении соответствующими специалистами. Зашифровка таких мероприятий обычно затруднений не вызывает.

<…>

Проверочная закупкамероприятие, которое хорошо знакомо не только оперативным работникам, ведущим борьбу с экономическими преступлениями, но и всем работникам торговли. В обиходе оно называется контрольной закупкой. Суть его заключается в мнимом приобретении товаров или пользовании услугами с целью проверки соблюдения установленных правил (законодательства), регулирующих торговлю либо оказание услуг.

Нарушения правил торговли, в частности, могут выражаться в обвешивании, обмеривании, обсчете покупателей, завышении цен, продаже низкосортных товаров по цене высокосортных (так называемая пересортица), а также в реализации запрещенных или ограниченных в обороте предметов.

Проводится это мероприятие замаскировано: участники операции ведут себя как обычные покупатели или заказчики. После завершения сделки решается окончательно вопрос, быть ли закупке гласной или нет. Если налицо нарушение правил, официально объявляется о проведении проверочной закупки и составляется протокол. Предварительная закупка, результаты которой не свидетельствуют о криминальных поползновениях проверяемого, может так и остаться негласной.

Практика свидетельствует, что среди оперативников есть «любители», как говорится, «ходить с бреднем», поймать нарушителя надеясь «на авось»; последнее не делает чести оперативно-розыскным подразделениям: дилетантизм в сыске невозможен. Работать надо профессионально.

Исследование предметов и документовявляется логическим продолжением сбора образцов для сравнения. Ведь сбор образцов это своего рода подготовительный этап для исследования с целью выявления криминологически значимых признаков в том или ином объекте. Отдельные объекты исследуются «сами по себе», без предварительного сбора образцов.

Простейшие исследования с применением, скажем, лупы, может провести сам оперативник, без привлечения специалиста. Но так все же бывает редко. Хотя оперативно-розыскное исследование по своим правовым последствиям, можно сказать, «не тянет» на экспертизу по уголовному делу, оно должно проводиться узкими специалистами, применяющими научно-технические средства и владеющими соответствующими методиками.

Следует особо отметить, что предварительное исследование в сфере оперативно-розыскной деятельности не препятствует проведению экспертизы по тому же объекту. Нужно лишь соблюдать правило: одно и то же лицо не может быть специалистом и одновременно экспертом по одному и тому же делу.

<…>

Наблюдение(слежка) может вестись как штатными негласными сотрудниками оперативных органов (так называемое наружное наблюдение), так и лицами, оказывающими содействие оперативно-розыскным органам на конфиденциальной основе (агентурное наблюдение). И, наконец, самими оперативными работниками (ранее это называлось «личный сыск», но правильнее называть— «личное наблюдение»).

Личное наблюдение может осуществляться следователем, лицом, производящим дознание, другими должностными лицами органов дознания.

Наблюдение (в любом виде) производится, как правило, конспиративно. Не привлекая к себе внимания, наблюдающий должен визуально фиксировать процессы, которые имеют значение для решения поставленной перед ним задачи. При этом он может при менять фотографию, видеосъемку, звукозапись.

По вполне понятным причинам наблюдение может сочетаться с другими оперативно-розыскными мероприятиями, не ограничивающими конституционные права граждан.

<…>

Контрнаблюдение - в чем суть этой работы? Н и для кого не секрет: представители преступного мира отлично вооружены, хорошо организованы, оснащены самыми современными средствами связи и транспортными средствами. Широко используют последние технические достижения в области подслушивания, прослушивания телефонных переговоров, наблюдения на значительных расстояниях и др.

Необходимо со всей серьезностью относиться к потенциальному противнику, кто бы он ни был, и одновременно верить в собственные силы. Важно, в частности, иметь в виду: из-за неблагоприятной экономической ситуации и по некоторым другим причинам преступный мир пополнился в последнее время недавними представителями специальных служб - профессионалами высокого класса.

Между тем, противостоять преступному миру возможно, причем нередко с помощью вполне доступных каждому приемов и средств, позволяющих, в частности, установить факт слежки за собой на ран ней стадии.

Выявлять слежку следует конспиративно. Иначе противная сторона прибегнет к хорошо замаскированным, изощренным методам наблюдения. Ровное, спокойное поведение выслеживаемого способно усыпить бдительность преследователей. Окончательный вывод об установлении слежки желательно делать не по какому-то отдельному факту, но по совокупности признаков.

Какие приемы используются профессиональными наблюдателями ?

Стремление затеряться в толпе, ничем не выделяться (отсутствие броской одежды);

использование в процессе слежки методов изменения внешности (очки, парики, замена одежды, при этом ее нижняя часть практически не меняется);

если наблюдение ведется группой лиц, возможно использование автомобилей и переговорных устройств.

Слежку обнаруживают, когда установлены определенные ее признаки — это неоднократные встречи с предполагаемыми преследователями, неадекватные действия с их стороны (для выявления преследователей используют возможности периферийного зрения - зеркала и т.п.).

Способы провокации преследователей с целью их выявления: при встречном взгляде филер (назовем его так чисто условно: филер, fileur, франц. — сыщик, агент тайной полиции) может резко отвернуться и даже пойти в противоположную сторону; если объект поворачивает за угол, филер ускоряет шаг либо переходит на бег; при утрате визуального контакта филер начинает суетиться.

Наиболее эффективно выявление слежки на заранее подобранном (разработанном) маршруте, который должен соответствовать определенной «легенде» интересов, нужд, потребностей. Нелогичный и нетипичный маршрут способен насторожить преследователей. Маршрут должен быть достаточно протяженным (свыше 40 минут) и сложным (пешие участки, передвижение на транспорте, пересадки...).

Предусматриваются три-четыре места гарантированной проверки, позволяющие с большой долей вероятности зафиксировать слежку. Один из методов —создание тактической паузы, влекущей потерю филером объекта слежки. Это заставляет наблюдателя попасться в «ловушку», лишая возможности совершить обходной маневр и провоцируя на действия, не характерные для обычного прохожего.

Приемы создания тактических пауз и ловушек: выбирается длинный проходной двор, внутри которого находятся какие-либо учреждения или заведения — с выходами на оживленные улицы. В таком месте филер будет двигаться за объектом на увеличенном расстоянии. При этом легко выбрать момент отсутствия визуального контакта, заскочив в один из близлежащих подъездов. Через окно, витрину и т.п. объект получает возможность вести тайное наблюдение за филером.

Приемы рассредоточения группы наблюдателей: движение пешком по улице с односторонним движением транспорта — навстречу движению; поездка в метро втом направлении, где по наземной трассе часто возникают пробки.

Так или иначе, но поведение филера разительно отличается от поведения обычных прохожих. Они - идут. Он - работает. Морально-психологическое состояние филера во время работы обычно характеризуется той или иной степенью возбужденности. При исчезновении же объекта филер неизбежно проявляет нервозность, суетливость.

Оптимальный вариант слежки - позиция за спиной объекта. Расстояние от 3-5 метров- на многолюдных улицах; до 50-100 метров - там, где прохожих мало; слежка часто ведется по противоположной стороне улицы. Темп движения, как правило, равен скорости объекта.

Один из элементарных приемов проверки слежки — переход на противоположную сторону улицы (в немноголюдных местах). При повороте в сторону проезжей части в поле зрения попадают все, находящиеся за спиной. С этой целью нередко используются также телефоны-автоматы; магазины, аптеки, киоски, ларьки, в частности, зеркальные витрины; мосты с боковыми секциями; бульвары и скамейки.

В общественный транспорт оперативному работнику следует входить через заднюю дверь и оставаться на задней площадке, что дает возможность видеть весь салон и фиксировать следующие по маршруту транспортные средства. При этом филер обязательно войдет в другую дверь и будет постоянно наблюдать за объектом, особенно на остановках.

Жестикуляция, мимика, взгляд... Существует, как считают психологи, определенный язык взглядов, мимики, жестов, движений... Элементарные познания в таком языке могут помочь не только в сыске, даже в обычном общении.

Глаза. Ученые утверждают: с помощью глаз передаются в ходе общения самые открытые сигналы. Так, когда человек возбужден, зрачки увеличиваются в четыре раза по сравнению с нормой. В подавленном состоянии — сужаются.

Если человек нечестен, пытается что-то скрыть, он смотрит в глаза собеседнику не более трети времен и разговора. Не отводит взгляд более двух третей времени — может означать, что находит собеседника интересным и нужным человеком (зрачки при этом расширены). Либо, напротив, настроен враждебно (зрачки сужены).

Выделяют четыре типа взглядов.

Официальный - внимание сконцентрировано на переносице собеседника или чуть выше. Эксперименты показывают, что такой взгляд никто не в состоянии выдержать продолжительное время.

Повседневный (обычный) взгляд устремлен на символический прямоугольник, образуемый глазами, щеками и губами.

Сексуальный - взгляд скользит через воображаемую линию на уровне глаз и опускается ниже подбородка.

Взгляд искоса демонстрация интереса к личности (в сопровождении улыбки) или проявление враждебности, подозрительности (брови нахмурены, лоб напряжен, уголки рта опущены).

Руки: у человека склонного к откровенности, ладони обычно полностью или частично открыты. Скрещенные руки, спрятанные за спину, или руки в карманах говорят об обратном.

Сцепленные пальцы: в большинстве случаев признак неудовольствия, желание скрыть отрицательное отношение к чему-либо.

Закладывание рук за спину характерно для уверенного в себе человека, которому свойственно чувство превосходства. В стрессовых ситуациях такая поза позволяет снять напряжение, почувствовать себя уверенней.

Рот при крыт рукой - человек невольно стремится не произносить какие-либо слова, ему необходимо скрыть правду во время разговора. Прикосновение к носу — вариант предыдущего жеста.

Потирание век — желание кого-то обмануть, может быть, подозрительность.

Оттягивание воротника рубашки — попытка снять напряжение, скрыть обман. Этот жест может быть признаком, что человек расстроен, рассержен...

Пальцы во рту- угнетенное состояние, огорчение.

Ладонь подпирает щеку или подбородок — признак скуки, отсутствия интереса к разговору.

Поглаживание пальцем подбородка — размышление, принятие важного и непростого решения.

Скрещенные на груди руки — проявление защитной реакции или скептического отношения к чему-либо.

Закладывание ноги за ногу с фиксацией руками характерно для людей упрямых и несговорчивых.

Собирание с одежды пылинок означает, что человек, не согласен с мнением окружающих, но не решается открыто высказать недовольство.

Положение головы: прямое - типично для людей, относящихся к получаемой информации нормально или же безразлично; наклон в сторону — пробуждение интереса к разговору; голова опущена — отношение к услышанному отрицательное, осуждающее.

Курение. Не знающий сомнений, оптимистичный собеседник направляет дым вверх или перед собой; человек с тяжелым характером, мрачными мыслями, недобрыми намерениями рефлекторно выпускает струю дыма вниз.

Отождествление личности: речь идет о ситуации, которая в оперативно-розыскной работе встречается довольно часто — необходимо опознать представляющее интерес лицо лично, или же по фотографии, субъективному портрету, дабы сравнить с каким-то «аналогом».

<…>

Достаточно широко в оперативно-розыскной деятельности по нераскрытым преступлениям применяется такой прием отождествления (точнее сказать, опознания), как посещение совместно с потерпевшими или другими очевидцами преступления (разумеется, при их согласии) мест возможного появления виновных. Такие «рейды» могут давать положительный эффект, но прибегать к ним следует лишь в случаях, когда по обстоятельствам дела видно, что одни и те же лица совершили несколько аналогичных преступлений. Дело в том, что при расследовании подобных дел важное значение имеет опознание виновного, производимое по определенным правилам, установленным уголовно-процессуальным законом. Если же такое лицо было опознано, скажем, потерпевшим во время «рейда», предъявлять его для опознания бессмысленно. Сам же факт «узнавания» на улице среди других граждан обычно никаким протоколом следственного действия, кроме протокола допроса опознавшего, не оформляется.

В милицейской практике до сих пор распространено так называемое негласное предъявление очевидцам преступления заподозренных лиц. Иными словами, сначала подозреваемого предъявляют опознающему тайно, а потом в тот же день ему же показывают официально, якобы с соблюдением всех правил, установленных УПК. Когда такие факты по инициативе защиты устанавливаются в суде, опознание признается недопустимым доказательством.

<…>

Оперативное внедрение — вершина сыскного дела. Интересы борьбы с организованной преступностью требу ют упреждающих мероприятий оперативного характера для получения информации о преступных действиях и замыслах организованных групп. Практика показывает, что без внедрения в такие группы соответствующих источников информации разоблачить преступную группу зачастую невозможно. Именно в оперативном внедрении проявляется творчество руководителей и артистизм исполнителей, сочетающиеся, увы, с немалым риском: идущие на этот шаг рискуют жизнью.

Кроме опасности разоблачения и расправы со стороны преступников су шествует еще одна — риск при влечения к у головной ответственности за участие в преступлениях группы. Внедряемый иногда вынужден в них участвовать, иначе ему перестанут доверять. В результате теряется смысл его присутствия вереде преступников.

Выход видится в соблюдении двух правил поведения: во-первых, не принимать личного участия в тяжких преступлениях; во-вторых, не искушать членов группы провоцирующими преступление действиями.

На каждую операцию по внедрению выносится постановление, утверждаемое руководителем розыскного органа. Разумеется, все это делается с соблюдением строжайшей конспирации.

<…>

Контролируемая поставка— негласное мероприятие, применяющееся чаще всего для разоблачений взяточников-вымогателей, рэкетиров и т. п. Такая поставка называется контролируемой, поскольку перемещение ценностей из одних рук в другие происходит под контролем оперативных органов. А контроль осуществляется путем пометки соответствующих объектов (например, денег) специальным веществом и учетом номеров купюр в предварительно составленном документе.

В практике таможенных органов контролируемая поставка применяется для изобличения всех причастных к незаконному обороту наркотических веществ, следующих транзитом. Скажем, крупная партия наркотиков обнаружена в аэропорту. Таможенники, делая вид, что все в порядке, на самом деле маркируют груз перед дальнейшей отправкой и сообщают об этом в соответствующие органы страны-получателя. Там членов разветвленной группы контрабандистов задерживают с поличным. Накоплен значительный опыт такого взаимодействия.

Оперативный эксперимент.Это оперативное мероприятие мало чем отличается от следственного эксперимента, регламентированного ст. 183 УПК. Нормы этой статьи (кроме последнего абзаца о составлении протокола) распространяются и на оперативный эксперимент. Уголовно-процессуальный закон определяет эксперимент как воспроизведение действий, обстановки или иных обстоятельств определенного события и совершение необходимых (опытных) действий.

Необходимость проведения оперативного эксперимента вместо следственного вызывается тем, что иногда по обстоятельствам события пока нет оснований для возбуждения уголовного дела либо само возбуждение зависит от результатов эксперимента. При этом важно подчеркнуть: оперативный эксперимент не влияет на правомерность проведения эксперимента следственного, если при исполнении последнего соблюдались те же условия. При противоречивости результатов, конечно, принимаются во внимание лишь результаты следственного эксперимента.

По делам об убийствах оперативны и эксперимент может быть произведен с целью установления фактических обстоятельств события — имело ли место именно убийство, а не несчастный случай или самоубийство.

<…>

Все розыскные мероприятия по характеру их применения можно разделить на три группы:

требующие вынесения постановления судом, разрешающего их проведение (обследование жилых помещений; контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений; прослушивание телефонных переговоров; снятие информации с технических каналов связи);

требующие вынесения постановления, утверждаемого руководством оперативно-розыскного органа (проверочная закупка; оперативное внедрение; оперативный эксперимент);

не требующие вынесения каких-либо постановлений (опрос граждан; наведение справок; сбор образцов для сравнительного исследования; исследование предметов и документов; наблюдение; отождествление личности; обследование нежилых помещений, зданий, сооружений, участков местности, транспортных средств; контролируемая поставка).

Это особенно важно знать профессионалу, поскольку проведение оперативно-розыскного мероприятия без вынесения соответствующего постановления рассматривается как нарушение закона.

Сформулируем несколько общих требований, относящихся к оперативно-розыскным мероприятиям.

Любое мероприятие такого рода должно быть направлено только на решение оперативно-розыскных задач.

Средства, с помощью которых они решаются, не должны наносить ущерб жизни, здоровью, чести и достоинству граждан, а также окружающей среде.

При осуществлении оперативно-розыскных мероприятий должны быть исключены действия, способные спровоцировать совершение преступлений.

Результаты каждого мероприятия должны быть отражены в документах, определяемых нормативными актами.

 

Методы сыска

 

Существует два метода сыска: от преступника к преступлению; от преступления к преступнику. В сыскной деятельности применяется чаще второй метод. Преступлений, в том числе загадочных, совершается немало, а предупредить их или быть готовыми к совершению их удается редко. Как правило, приходится разыскивать виновников уже совершенного преступления.

Тем не менее и первый метод довольно широко применяется в сыскной практике, являясь основой оперативной работы по предотвращению экономических преступлений.

<…>

Силы и средства сыска

 

Существует четыре группы негласных средств сыска.

1. Лица, добровольно оказывающие содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность (на конфиденциальной основе).

2. Штатные негласные сотрудники органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность.

3. Оперативная техника, т.е. специальные оперативно-технические средства.

4. Оперативные учеты.

Стратегия и тактика сыска — это особое искусство. И успех его во многом зависит от личности сыщика. Сыск —такая сфера деятельности, которая по сути своей требует перевоплощения, игры, иногда даже актерских способностей. Оперативник должен уметь просто и естественно сыграть покупателя в магазине, служащего, даже бродягу, словом, вписаться органично в ту среду, в которой он должен заниматься розыском.

И все же одного искусства в сыске мало. Нужны еще и знания, прежде всего —юридические. Знание законов и условий их применения в специфических условиях слежки. Профессионал должен знать также основы психологии, экономики (особенно, если работает в сфере борьбы с экономическими преступлениями), педагогики, когда приходится иметь дело с несовершеннолетними, военного дела.

 

Объекты сыска

 

Объекты сыскной деятельности — лица, предметы и события. Они могут быть известны, а могут существовать как бы гипотетически, т.е. предположительно. В основе классификации объектов сыска лежат их природные признаки. Это прежде всего: живые люди; трупы; животные; вещи; события.

Живые люди. К этой категории относятся физические лица, так или иначе имеющие отношение к преступлению. Их, в свою очередь, можно разделить на несколько групп: лица, предположительно избравшие преступный образ жизни; неустановленные лица, совершившие конкретные преступления; известные лица, совершившие преступления, местонахождение которых требуется установить (скрывшиеся от следствия и суда подозреваемые, обвиняемые; совершившие побег из-под стражи преступники и т.п.); свидетели, очевидцы преступления; потерпевшие; без вести пропавшие лица.

Остановимся подробнее на установлении личности отдельных субъектов, попавших в поле зрения сыщика.

Лица, ведущие преступный образ жизни. В работе по их выявлению все начинается как бы с нуля. Нет данных о конкретном преступлении, тем более — никаких доказательств. Есть только подозрительное поведение человека, личность которого тоже пока недостаточно изучена. Это может быть и житель данного района, города, и случайно оказавшийся здесь человек, попавший в сложную жизненную ситуацию, и заезжий гастролер-профессионал. Сыщик должен сделать правильные выводы и в зависимости от этого избрать соответствующую тактику взятия преступника, пресечения его деятельности.

В сыскной практике есть такое понятие — малые улики. По ним да еще, пожалуй, интуитивно и выявляются из массы добропорядочных граждан подозрительно ведущие себя лица. Дальше все будет зависеть от конкретных условий. Кого-то можно брать сразу, других придется «вести» несколько дней, а то и недель.

<…>

Неустановленные лица, совершившие преступления. Чтобы раскрыть любое преступление, нужно, по крайней мере установить лицо (лиц), его совершившее, найти и привлечь к ответственности. Практически эти задачи решаются одновременно.

...На протяжении нескольких месяцев в реке находили трупы мужчин, зашит<…>

Это тот самый случай, когда с самого начала о лице, совершавшем преступления, не было никаких данных, кроме способа совершения преступления.

На месте преступления обычно удается собрать некоторые данные о личности преступника: приметы внешности, отпечатки пальцев, следы ног. Могут возникать подозрения в отношении конкретного лица, потребуется большая работа по обнаружению и изобличению.

Установленные лица, скрывшиеся от следствия, суда либо совершившие побег. Установленными принято считать конкретных лиц, когда известны их основные установочные данные: фамилия, имя, отчество, год рождения, место рождения, место постоянного или временного проживания (если оно есть). Искать их приходится потому, что они скрываются от следствия и суда, неизвестно где находятся либо вообще перешли на нелегальный образ жизни. Это прежде всего подозреваемые и обвиняемые, то есть лица, которым в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством предъявлено обвинение либо в отношении их избрана мера пресечения. Сюда же можно отнести осужденных, совершивших побег из-под стражи.

Конечно, когда личность преступника установлена, задача обнаружения таких субъектов значительно облегчается, однако обольщаться вряд ли есть основания. В настоящее время в стране находятся в розыске тысячи таких лиц, причем ежегодно число их увеличивается.

Произошедшие в стране преобразования облегчили существование «нелегалов», скрывающихся от правосудия: паспортный режим стал значительно мягче; отменена уголовная ответственность за целый ряд проступков; открылись пути бегства не только в ближнее зарубежье, но и дальнее.

<…>

Потерпевшие и свидетели. К сожалению, не так уж редко приходится искать и потерпевших. В последнее время участились случаи похищения людей, особенно детей, с целью получения выкупа. Бывают и недобросовестные потерпевшие, которые в силу различных причин уклоняются от явки в органы дознания или следствия, а также в суд. Но есть преступления, которые невозможно рассматривать без участия потерпевших. Особенно это касается преступлений на сексуальной почве. Если потерпевшая не является, приходится откладывать судебное заседание, а то и прекращать дело за «недоказанностью». Усугубляется ситуация тем, что закон не знает такого института, как розыск потерпевшего.

<…>

Не менее важным в сыскной работе является установление личности потерпевшего в ситуации, когда потерпевший налицо, но не совсем ясно, кем он является.

<…>

Приблизительно в таких же ситуациях сыщики вынуждены искать и свидетелей. Только работать при этом приходится в еще более сложных условиях, поскольку граждане сегодня не стремятся к сотрудничеству с органами юстиции. Как говорится, очевидцев много, а свидетелей — нет! И все-таки по некоторым делам обращения к населению дают результат — находятся не только свидетели, но и новые потерпевшие от преступлений.

Без вести пропавшие лицапричисляются к категории живых исключительно из этических соображений. Статистика же свидетельствует, что, как правило, их надо искать среди мертвых — убитых, ставших жертвами несчастных случаев, и самоубийц. Тем не менее, нельзя зачислять в разряд ушедших из жизни кого бы то ни было, если нет для этого достоверных данных. К тому же некоторые из без вести пропавших просто скрываются. Одни — от долгов, другие — от уплаты алиментов, третьи — от тюрьмы, четвертые — по иным причинам.

Не следует смешивать, заметим, без вести пропавших с безвестно отсутствующими. Для сыскной работы различие между этими понятиями имеет принципиальное значение. Безвестно отсутствующим признается лицо, которое отсутствует в месте постоянного проживания и не дает о себе знать в течение одного года и более. Этот факт устанавливается судом. А без вести пропавшего следует искать сразу после его исчезновения (ни в коем случае не ждать год), ибо наиболее эффективен розыск — в начальной стадии. Как правило, уголовное дело при розыске без вести пропавшего не возбуждается.

Без вести пропавший человек — это лицо, внезапно исчезнувшее при загадочных обстоятельствах. Обычно про таких говорят: ушел из дому и не вернулся, как в воду канул. Первые шаги по его обнаружению (имеются в виду проверки в местах возможного появления, справки о несчастных случаях, доставлении в больницу, медвытрезвитель, задержанных в милиции) ничего не дают. Если в течение суток такие проверки оказались безрезультатными, объявляется розыск без вести пропавшего.

Трупылюдей сыщику приходится искать нередко. Заинтересованные лица могут их скрывать. А таких — достаточно. Если, скажем, убийца и его жертва были до совершения преступления знакомы, то, вне всякого сомнения, первый заинтересован, чтобы факт совершенного преступления как можно дольше не обнаруживался. Упрятав как можно надежнее жертву, убийца может объяснять отсутствие знакомого множеством причин.

При заказных убийствах «киллер» напротив не принимает мер к маскировке, оставляя труп на месте. Но заказчик может нанять других людей, которые за плату скроют тело убитого. В «качестве трупа» может попытаться предъявить себя матерый преступник или лицо, случайно оказавшееся в поле зрения оперативных органов. Иногда приходится искать труп, которого фактически нет (чтобы доказать отсутствие состава преступления, тоже необходимы поиски).

<…>

Для некоторых юристов сам факт наличия или отсутствия трупа имеет решающее значение в установлении факта убийства. Согласиться полностью с таким тезисом нельзя, потому что в некоторых ситуациях обнаружение трупа по обстоятельствам дела исключается, а факт убийства и виновности в нем конкретного лица, тем не менее можно считать установленным.

Искать пропавшие трупы следует, прежде всего, в лечебных учреждениях и моргах или с учетом имеющихся данных — в лесных зарослях и водоемах. Именно в этих местах они чаще всего обнаруживаются.

Близко к розыску трупов примыкает и такое действие, как предъявление неопознанных трупов для опознания. Такие случаи нередки: труп наличествует, но опознать его не удается. Причины бывают разные — обезображение до неузнаваемости, недобросовестность опознающих и пр.

<…>

Преступление как объект сыска. Регистрируемая часть преступных проявлений — как бы надводная часть айсберга; о существовании же подводной мало кто знает. Криминологи утверждают, что латентность, скажем, экологических преступлений составляет 90 процентов. Примерно такая же картина в области наркопреступлений.

Почему же остаются неизвестными факты совершения преступлений? Существуют три группы причин, способствующих этому.

Первая. Некоторые категории преступлений в силу своей специфики с трудом выявляются обычными средствами. Сюда относятся хищения путем злоупотребления служебным положением, взяточничество, браконьерство, отдельные формы мошенничества.

Вторая. По целому ряду преступлений потерпевшие не обращаются с заявлениями в органы, компетентные проводить расследование. Делается это по разным мотивам: нежелание «связываться», неверие в возможности раскрытия преступлений; боязнь компрометации и пр.

Третья. Известно немало случаев, когда работники правоохранительных органов стремятся скрыть факты преступных деяний от учета и регистрации. Иногда выносятся постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, но в большинстве случаев и это не делается.

Преступления экономического характера вскрываются, как правило, только благодаря инициативным действиям сыщиков специальной службы — ОБЭП. Сотрудники ее обладают целым рядом средств: информацией контролирующих органов, сигналами населения, помощью специалистов, экономическим анализом. Значительная часть их работы связана с личным наблюдением — собственно сыском.

<…>

При расследовании уголовных дел часто возникает вопрос: а нет ли за привлекаемым к ответственности других грехов. Работающий в контакте со следователем оперативный работник призван тщательно проверить образ жизни подозреваемого, особенно, если тот в прошлом был судим за такие же или сходные преступления; состоял на учете как лицо, склонное к совершению определенных преступлений, либо привлекавшееся к ответственности за определенные преступления; ведет аморальный образ жизни.

Можно привести немало примеров, когда такие проверки приводили к положительным результатам.