Сайт Юридическая психология

Хрестоматия по юридической психологии. Особенная часть.



 

Ушатиков А.И., Казак Б.Б
Основы пенитенциарной психологии.

М., 2001.

 

Глава 18. ПСИХОЛОГИЯ ГРУПП ОСУЖДЕННЫХ

18.1. Особенности осужденных и ее самоорганизации.

Понятие «гуманная социальная среда в местах лишения свободы» в отечественной литературе только начало разрабатываться. Однако практика имеет ряд примеров организации подобной микросреды, что неизменно приводит к позитивным результатам. Речь прежде всего идет об опыте А. Маккэночи (Англия – Ирландия, ХIХ в.), А.Я. Герда (Россия, ХIХ в.), А.С. Макаренко (Россия, ХХ в.), вологодском опыте ресоциализации в системе коллективистских отношений (Россия, 60-70-е гг.), опыте М. Зильберт по созданию общественных исправительных коммун (США, начиная с 70-х годов).Их объединяет направленность на восстановление физического, психического и морального здоровья личности посредством жизни в спокойной, упорядоченной социальной среде, свободной от насилия со стороны как осужденных, так и администрации. Таким образом, уже в процессе отбытия наказания может решаться проблема ресоциализации личности.

В то же время необходимо отметить, что поведение лиц отбывающее наказание в пенитенциарных учреждениях, определяется влиянием многих противодействующих сил:  отрицательной части малых неофициальных групп осужденных, самодеятельных организаций осужденных, коллектива сотрудников учреждения, родственников, элементов макросреды общества в целом.

Структура среды осужденных, отбывающих наказание, включает в себя: 1) элементы общей социальной среды (влияние на осужденных средств массовой информации); 2) коллектив сотрудником исправительного учреждения; 3) бытовые, производственные и климатогеографические условия; 4) неофициальные (формальные) объединения осужденных (бригады, отряды); 5) социально0психологические явления в микросреде осужденных.

Микросреда осужденных существенно отличается от макросреды свободных граждан. Это обусловлено изоляцией человека от общества большей, чем на свободе, интенсивность влияния микросреды на личность, схожестью судеб и социальных статусов осужденных. В условиях лишения свободы из сферы постоянного общения осужденных выпадают семья, трудовые коллективы, досуговые организации, друзья.

Микросреда осужденных является отрицательной с точки зрения нравственных норм, системы ценностных ориентации, которые в ней господствуют. Однако такие ее элементы, как коллектив сотрудников, средства массовой информации, могут нейтрализовать давление микросреды и образовать благоприятные условия для формирования положительного образа жизни.

Микросреда осужденных в исправительном учреждении имеет следующие социально-психологические особенности: 1) замкнутость и ограниченность сферы общения; 2) эффект «публичности», возникающие в процессе постоянного и повсеместного общения осужденных во всех сферах жизнедеятельности пенитенциарного учреждения, приводящий к информационной истощаемости, потере интереса друг к другу, астенизации нервной системы; 3) наличие малых групп со специфической субкультурой: отрицательными нормами, обычаями и традициями, искаженными нравственными принципами в оценках себя и других; 4) иерархизация внутри малых групп и между ними, проявляющаяся в строгом неофициальном распределении ролей, статусов, властных полномочий, материально-бытовых льгот; 5) криминогенное общение, включающее условные средства общения с целью маскировки преступных целей и действий; 6) наличие психических отклонений у определенной части осужденных; 7) отсутствие социально-психологической совместимости; 8) неизбежность пребывания в одном пенитенциарном учреждении лиц, имеющих прямо противоположные цели; 9) принудительный способ создания социальной общности осужденных.

Когда осужденный попадает к колонию или тюрьму, его определяют в отряд, где есть свободные места, он работает там, где необходимо, спит на доставшемуся ему месте. Кроме того, у него обесценивается собственное «Я», т.е. он испытывает собственную ущербность.

Чтобы вернуть самооценку, он начинает раздвигать установленные законами и инструкциями рамки поведения, «перекраивать» существующие порядки. Его уровняли с другими, но он чувствует в себе силы быть лидером, положили спать около дверей, хотя у окна место лучше. Вопреки установленной формальной (официальной) организации отбывания наказания начинается неформальной (неофициальная) самоорганизация.

Формальная (официальная) организация не способна охватить все стороны социальной сферы, все интересы человека. Она сводит воедино лишь имеющие отношения к делу элементы среды и функции человека. У человека всегда как бы больше, чем оставляет ему любая формальная организация, возможностей для самовыражения. Личность нельзя формализовать полностью. Каждый человек привносит в формальную организацию свои ожидания, мотивы, прошлый опыт, к которым эта организация нередко равнодушна: они ей не интересны, а зачастую даже кажутся вредными, помехой для дела.

В местах лишения свободы потребность в неформальных организациях особенно остра. Каждый осужденный осознанно или интуитивно, вольно или невольно ставит перед собой вопрос: каким образом сохранить ценность своего «Я» - связь ее ценностям осужденных, стараясь играть не последнюю роль в их сообществе, или попытаться сохранить связь с ценностями, на которые ориентируется живущие на воле (в местах лишения свободы их представляет администрация) ? Ответ на этот вопрос предполагает выбор принадлежности к той или иной  неформальной группе осужденных.

В самоорганизацию в местах лишения свободы вовлекаются все. Она происходит очень интенсивно, поскольку уравниловка носит тотальный характер, а ограничения распространяются даже на биологические потребности.

А.П. Чехова и В. Дорошевича, изучавших быт и нрав сахалинской каторги, поразил не столько суровый быт каторжан, сколько внутренняя самоорганизация, о чем хорошо знала администрация и использовала данные обстоятельства в своих интересах. Осужденные в местах лишения свободы ищут способы ослабить тяжкие условия изоляции, создать свои радости-заменители, обрести свою роль в вынужденном сообществе. Многие из них считают, что ценность своего «Я» можно сохранить и даже повысить, если связать ее с такой ценностью, как «мы». Они борются за авторитет в своем сообществе, поэтому любую формальную организацию в местах лишения свободы всегда дополняет неформальная.

Формальная и неформальная организации осужденных существуют в состоянии временами обостряющегося противоречия. В местах лишения свободы они нередко являются антиподами. «Вот почему трудно, а может быть, и совсем не стоит бороться с самоуправлением среди осужденных, - писал  А.И. Гуров, - может быть, лучше искать пути приемлемого контроля и направлять самоуправление в нужное русло».

18. 2. Официальная и неофициальная структура среды осужденных

Социальная–психологическая структура среды осужденных представлена официальной (формальной) и неофициальной (неформальной структурой). Формальная структура – это результат официального распределения осужденных в соответствии с приказами, распоряжениями (бригадир, звеньевой, член секции, председатель совета коллектива отряда и др.). Состав официальных групп обычно не превышает 50-120 человек, звена, бригады – 10-52 осужденных.

94-96% осужденных являются членами неофициальных групп. Неофициальная структура складывается на основе межличностных отношений, возникающих стихийно на почве общности тех или  иных ценностей, норм, интересов, а также симпатий и антипатий. Выделяются группы положительной, неустойчивой (неопределенной), отрицательной направленности. Основной целью созданию малых групп положительного образа жизни является коллективная защита от посягательств (опасности) со стороны других групп. Не случайно поэтому общение между малыми группами положительной и отрицательной направленности носит преимущественно конфликтный характер.

И.П. Башкатов выделяет следующие группы отрицательной направленности:

1) открытой активной отрицательной направленности, в которые входят злостные нарушители режима, открыто выражающие недовольство администрацией, озлобленные на активистов;

2) открытой пассивной отрицательной направленности, члены которых всегда чем-то недовольны, являются пассивными нарушителями. Их нарушения носят в основном словесный (вербальный) характер, чаще всего они являются соучастниками нарушений режима или правонарушений;

3) скрытой отрицательной направленности, в которые входят волевые осужденные, отрицательно настроенные, знающие тюремные традиции и обычаи. Сами они стараются не нарушать режим, но подстрекают к этому других.

Малые неформальные группы осужденных имеют следующие социально-психологические особенности:

а) они создаются независимо от воли и желания администрации колонии и официальных самодеятельных организаций осужденных. Вхождение в группы происходит самостоятельно, в то же время добровольное вступление включает требования подчинения групповым нормам и правилам;

б) малые группы очень подвижны и изменчивы, часто обновляются за счет ухода одних осужденных и прихода других. Если отношения между членами группы переходят в антипатию, то она распадается;

в) в группе хорошо налажено информирование;

г) при внешней демократичности отношений между членами группы в ней существует иерархическая структура отношений и зависимостей (система ролей);

д) члены группы совместно питаются, вносят в «общий котел» передачи, посылки. В столовой они стремятся сидеть за одним столом, в спальнях занимают соседние койки.

г) группы действуют по принципу групповой поруки, поведение каждого члена определяется поведением группы в целом;

ж) для некоторых групп характерно искажение информации, причем больше всего относящейся к нравственной и меньшей – к производственной сфере;

з) в группе образуются свои традиции, которые играют роль неписанных законов для ее членов.

Особую сложность в воспитательной работе возникают группы, члены которых объединены склонностью к какому-либо нарушению режима: хулиганству, побегу, гомосексуализму (лесбиянству), употреблению наркотиков (алкоголя), симуляции и аггравации.

Мотивами образования малых неофициальных групп могут быть: землячество, общность взглядов, влияние других, профессиональные интересы, возраст, срок наказания, интерес к вновь прибывшим и др.

Существовавшие ранее воровские группировки в местах лишения свободы заменили неофициальные объединения – землячества и «семьи». Главная причина образования «семей» - стремление объединится в группу, в рамках которой можно лучше «устроится» в колонии, организованно защищаться от администрации исправительного учреждения.

«Семьи» создаются на основании таких признаков, как: сила, удовлетворение потребностей в спиртных напитках, склонность к какому-либо типичному нарушению режима, наличие «грехов» по отношению к другим осужденным, национальный признак, знакомство «на воле» до осуждения, асоциальные традиции и нормы, единство взглядов, убеждений и др.

Выделяют следующие «семьи»: отрицательные, нейтральный, отверженные («ластевые», «козлы», «опущенные», «обиженные», не вернувшие карточный долг, нарушающие воровскую жизнь, поддерживающие связь с администрацией, излишне откровенные с администрацией, «чушки»). Отрицательно настроенные осужденные в процессе адаптации стремятся объединиться в неофициальные группы.

Связанные круговой порукой и различными атрибутами асоциальной субкультуры малые группы осужденных отрицательной направленности стремятся сохранить в тайне законы и правила как от администрации, так и от посторонних, не входящих в их объединение. К «семьям», ведущим паразитический образ жизни, относятся «семьи» мародеров, живущие за счет поборов. Если член «семьи» проиграл в карты члену другой «семьи», его «семья» должна возместить убытки.

«Семья» несет за каждого своего члена («посемейника») полную ответственность и поддерживает в любых ситуациях: берет под защиту, передает продукты в ШИЗО, ПКТ, встречает оттуда. «Семьи» могут объединяться по национальности и месту проживания. Негативное настроение осужденные объединяются в неформальные группы отрицательной направленности, которые складываются стихийно. Основными формами контроля в них являются обычаи, традиции, нормы, закрепленные в групповом мнении, т.е. моральные средства. В группах имеется определенная структура, нормы взаимоотношения. Как правило, лидером становится тот, кто наиболее полно выражает интересы группы. Осужденный Н. рассказывает: «Прибыв в колонию общего режима из ВК, я решил найти сильного «покровителя» в лице К., которому подчинялась группа отрицательных осужденных. Он ввел меня в круг своих «знакомых», обязал следить за некоторыми из них. Получая от меня сведения, он обсуждал их с теми же, за кем я следил, наговаривал на меня много лишнего. Меня начали травить на каждом шагу, унижать, обзывали нецензурными словами, били. А потом предложили в знак преданности по собственному желанию сломать руку. Вначале я не решался  это делать, но меня заставили выполнить и это требование».

В группы отрицательной направленности входят осужденные: придерживающие воровских традиций и законов; связанные склонностью к какому-либо типичному нарушению режима; знавшие друг друга как соучастники преступления или по совместно отбываемому наказанию; объединенные какими-либо взглядами и убеждениями или сходством отрицательных интересов.

Члены таких групп могут открыто высказывать и демонстрировать негативное отношение к активистам, режиму отбывания наказания, общественно полезному труду, обучению, воспитательным мероприятиям, чаще всего действуют исподтишка.

Они искаженно понимают требования администрации и противодействуют ей. Малые группы отрицательной направленности отличаются устойчивостью и активным взаимодействием между собой. Они пытаются распространить свое влияние на осужденных, входящих в группы неопределенной и положительной направленности, и являются источником конфликтов. К членам своего сообщества, нарушившим внутригрупповой «кодекс», применяют суровые санкции (угрозы, избиения, оскорбления, шантаж).

Малые группы отрицательной направленности способны при недостаточной организации противодействия им распространять свое влияние на всю среду осужденных. Среди них формируются преступные группировки, члены которой отличаются особой жестокостью, пониженной эмоциональной идентификацией, отсутствие чувства сострадания. Структура, функции и стратификация членов воровской группы в условиях мест лишения свободы может выглядеть следующим образом (с учетом ролевых должностей членов группы):

1) «вор» («свояк»);

2) приближенный «вор»;

3) лидер «фраеров» со своей группой;

4) лидер картежников(«игровых») со своей группой;

5) группа, попавшая в зависимость;

6) казначей «общака» и хранители «общака»;

7) лидер «кустарей» со своей группой;

8) лидер малых групп;

9) лидер «спекулянтов» со своей группой;

10) «шнырь».

Каждый член воровской группировки в зависимости от стратификации выполняет свои функции.

«Вор» («свояк») – лидер группы, активно поддерживает и проводит в жизнь воровские (тюремные) традиции среди осужденных. Он может санкционировать смертную казнь осужденного (исполнители – группа «фраеров»), решать вопросы распределения «общака». Его действия могут обсуждаться только такими же «ворами» («свояками»).

«Приближенный» является вторым лицом после «вора» и информирует его о том, кто и как живет, какими взглядами руководствуется. «Приближенный» не имеет права подсказывать или указывать «вору». Своими действиями он стремится добиться «коронования».

Лидер «фраеров» и его группа – это осужденные отрицательной направленности, бравирующие своим поведением и готовностью выполнить любое указание «вора» («свояка»).

Лидер картежников («игровых») со своей группой занимается играми «под интерес». Лидер выдвигается за счет особого умения играть в карты. Определенная часть выигранного передается в «общак».лица, попавшие в зависимость по различным причинам (проигравшие, не сумевшие своевременно т уплатить долг, проспорившие и не умеющие за себя постоять и по этой причине обратившиеся за покровительством к «вору»), часто используются в качестве подставных лиц. Так, если у одного из «авторитетов» воровской группировки обнаружат хранившиеся запрещенные предметы, ответственность за это берут на себя попавшие в зависимость, так называемые «торпеды». В связи с этим администрация должна тщательно разбираться в ситуациях, чтобы не было наказаны невиновные.

Казначей «общака» имеет троих и более хранителей «общака», которые лично отвечают за сохранность находящегося в тайниках (чая, денег, сигарет, наркотиков и др.). им выделяется определенная доля «общака». Казначей «общака» подчиняется непосредственно «вору» («свояку»). «Общак» используется для осужденных, которые переводятся в ПКТ, ШИЗО, на тюремный, особый режим. «Приближенный» подбирает лиц для перевозки выделенного «общака» из числа направленных на этап. В случае не сохранения «общака» или нарушения «инструкции «вора» они подвергаются физическому воздействию,  унижению либо издевательству.

Лидеры «кустарей» со своей группой изготавливают запрещенные предметы, предназначенные для общака: ножи, тапочки, сувениры и т.п. эти предметы могут оставаться в «общаке» или реализоваться по указанию «вора» («свояка»). Часть изготовленного «кустари» используют для своих нужд.

Лидер «спекулянтов» со своей группой занимаются перепродажей запрещенных предметов, которые попадают к ним через вольнонаемных сотрудников, а также путем переброса через основной забор учреждения. Часть этих предметов лидер «спекулянтов» передает в «общак», а остальные оставляет себе и членам своей группы для спекулятивных целей.

Лидеры малых групп живут со своими подручными в отрядах, стараются законспирироваться и выполняют все указания, исходящие от «вора» («свояка»): не повиноваться администрации, отказываться от работы, приема пищи, воспитательных мероприятий, лечения. «Шнырь» обслуживает «вора» («свояка»): убирает, стирает, готовит пищу. Живет обычно отдельно, почти незаметно. «Шнырь» - непосредственный слуга «элиты», поэтому является неприкосновенным лицом.

Если в колонии или тюрьме нет «вора», воровско мир может послать туда своего представителя, «смотрящего», чтобы он следил за соблюдением заключенными (осужденными) тюремного закона. «Смотрящий» снабжается «мандатом» (записка с соответствующими распоряжениями), который представляет «авторитетным блатным». В случае если зона «красная», управляется «шерстяными», «смотрящий» должен сам подобрать себе в помощники правильных заключенных и взять власть. Он может быть назначен «вором», уходящим на этап. В настоящее время система «смотрящих» в пенитенциарных учреждениях является повсеместной.

Прежде чем проводить профилактические мероприятия, следует хорошо изучить психологию малой неформальной группы, ориентируясь на следующую схему социально-психологического анализа:

  • направленность группы и степень асоциальной зараженности, цели и мотивы групповой деятельности;
  • потребности, интересы, взгляды и стремления членов группы;
  • количественный и профессиональный состав группы, возрастная структура, тенденция роста  ее численности;
  • особенности возникновения группы, причины и условия ее формирования, факторы, влияющие на возникновение и функционирование малой группы;
  • сплоченность группы, наличие групповой поруки и конфликтов внутри группы;
  • особенности лидерства, степень организованности группы;
  • роли и позиции в группе, дружеские связи и межличностные отношения;
  • групповое мнение и «кодекс», наличие отрицательных традиций, обычаев;
  • особенности поведения членов группы, контакты вне группы и их влияния на внутригрупповую активность.

В зависимости от социально-психологических особенностей малой группы асоциальной направленности работа по переориентации и разобщению должна складываться из ряда мероприятий: предупреждающих, пресекающих и разлагающих.

Предупреждающие мероприятия направлены на профилактику возникновения малых неофициальных групп асоциальной направленности. Их цель – выявление и ликвидация причин и условий, способствующих возникновению таких объединений.

Пресечение состоит в создании условий, исключающих функционирование таких групп. Мероприятия, направленные на переориентацию и разобщение (разложение) неофициальных групп асоциальной направленности, предусматривают следующие направления воздействия:

  • индивидуально-воспитательная работа с членами группы и рекомендация в выборе новых товарищей и другой группы общения;
  • метод «прививок», т.е. ввод в группу новых членов, обладающих высокой устойчивостью и положительной направленностью;
  • переориентация лидера на позитивные цели, а затем через него изменение направленности всей группы;
  • психологическая и физическая изоляция лидера;
  • переориентация ценностей группы, поиск интересного дела, занятий;
  • активизация общественного мнения против малых групп асоциальной направленности.

Важнейшее условие эффективной профилактической работы с малыми группами отрицательной направленности – знание социально-психологических явлений и применение разнообразных методов профилактического и пересекающего воздействия.

18.3. Консолидация осужденных в исправительных учреждениях

К числу отрицательных социально-психологических тенденций относится повышение консолидации осужденных. Можно выделить три уровня консолидации осужденных: низкий – менее всего осложняющий оперативную обстановку; средний – существенно влияющий на ее состояние; высокий – способный дезорганизовать деятельность исправительного учреждения.

Для низкого уровня консолидации отрицательно характеризующихся осужденных свойственно наличие малых групп, однако межгрупповой взаимосвязи, сотрудничества между ними практически не существует. Объединение осужденных отрицательной направленности даже в небольшие группы всегда выступает фактором, способствующим осложнению оперативной обстановки. Отдельные группы занимаются вымогательством, притеснением других осужденных. Взаимоотношения внутри группы не всегда отличаются равенством, солидарностью. В нее могут приниматься отдельные лица для защиты от остальной массы. Впоследствии они становятся исполнителями воли и желаний своих «покровителей». Иногда внутри группы возникают конфликты, связанные с борьбой за лидерство, равноправие.

Хотя межличностные и межгрупповые конфликты в условиях низкой консолидации отрицательно характеризующихся осужденных и осложняют оперативную обстановку, но они носят ситуативный характер. Запретить возникновение малых групп в приказном порядке   нереально, так как это противоречит социальной природе человека. В то же время нельзя не вести целенаправленную работу по их переориентации и разложению. В связи с этим сотрудники исправительных учреждений должны владеть соответствующими приемами и методами воздействия на малые группы, создавать организационные и психолого-педагогические условия, которые препятствовали бы их увлечению за счет вновь прибывших осужденных.

Для среднего уровня консолидации характерно объединение малых групп в значительно большие общности. При этом две-три авторитетные группы и их лидеры становятся центром консолидации. Чаще всего такое объединение создается по признаку землячества и может именоваться по кличке или фамилии ее лидера. Если последний пользовался большим авторитетом, то даже после освобождения и выдвижения нового лидера группировка продолжает именоваться по-прежнему.

По прибытию этапа каждая группа начинает активно привлекать осужденных на свою сторону. Принадлежность осужденных в рамках одного и того же отряда (бригады) к различным земляческим группировкам ослабляет, блокирует воспитательные воздействия на них. Большие группировки ведут борьбу за разделение сфер влияния, за каналы проникновения в «зону» запрещенных предметов, за назначение «своих» на престижные должности, за доминирование над другими группировками. В этих условиях обычные межличностные конфликты в отряде, бригаде между представителями различных группировок выступают как повод для межгрупповых конфликтов, как возможность свести счеты. Если  при разрешении межгрупповых конфликтов администрация колонии не видит всех тонкостей межличностных отношений, не интересуется принадлежностью осужденного к конкретной группировки, то принимаемые меры иногда могут привести к усилению групповых эксцессов.

Так, в одном учреждении на территории жилой зоны и производства в течении суток произошел ряд межличностных конфликтов и групповых драк между представителями двух землячеств. Сотрудники колонии были переведены на усиленный вариант дежурства. Зачинщики драк и некоторые их участники были водворены в штрафной изолятор, с представителями враждующих группировок была проведена беседа примирительного характера. Внешне оперативная обстановка нормализовалась, однако в час ночи при выводе осужденных третьей смены на производство одна из группировок, воспользовавшись открытием локальных участков, совершила хулиганские действия в одном из отрядов, причинив более десяти осужденным тяжкие телесные повреждения, в том числе со смертельным исходом.

Как показало дальнейшее расследование, толчком для эксцессов послужило то обстоятельство, что в штрафной изолятор накануне были водворены осужденные преимущественно одного землячества, в частности их лидера. Оставшиеся члены группировки сочли это несправедливым, кроме того, во время примирительной процедуры и предупреждения за последствия хулиганских действий со стороны данной группировки присутствовали малоавторитетные осужденные, которые не могли повлиять на группу в целом, убедить ее в необходимости отказаться от дальнейших разборок и хулиганских действий.

В подобной ситуации целесообразно: стремиться к относительно равномерной изоляции представителей как одной, так и второй группировки, в том числе авторитетных осужденных; процедуру примирения враждующих группировок проводить между одинаково авторитетными осужденными; использовать обращение (выступление по радио) авторитетных осужденных с призывом прекратить конфликты; не торопиться снимать усиленное наблюдение за осужденными, так как после административного разрешения эксцесса возникает так называемое послеконфликтное психическое состояние. Если принятие санкции психологически воспринимается как несправедливые, независимо от того, каковыми они являются реально, то возникает чувство мести, конфликт углубляется и при малейшей возможности наступает новый «взрыв».

Высокий уровень консолидации осужденных характеризуется: наличием общепризнанного (по крайне мере большинством осужденных) лидера; соблюдением воровских (тюремных) законов; применением жестких санкций к лицам, допустившим их нарушение в колонии либо в период следствия; стремление координировать действия, стратегию поведения с осужденными, содержащимися в других исправительных учреждениях и тюрьмах в различных регионах страны; попытками установить «сходы», собирать с осужденных материальные средства в «общак».

Наметившаяся в последнее время тенденция к повышению уровня консолидации отрицательно характеризующихся осужденных обусловлена рядом обстоятельств. Во-первых, в связи с увеличением лимита наполняемости осужденных в пенитенциарных учреждениях создались предпосылки ослабления социального контроля за поведением осужденных, что привело к возникновению таких отрицательных социально-психологических явлений, как межгрупповая дифференциация и стратификация, субкультура. Во-вторых, в последние годы резко обострилась криминогенная обстановка в стране, что сказывается и на криминогенности среды осужденных. Естественно, в местах лишения свободы концентрируются осужденные с большой криминальной запущенностью, которые не только устраивают ранее неизвестную им субкультуру, но и привносят в нее новые элементы со свободы. В-третьих, повышение уровня консолидации осужденных произошло в результате того, что в 90-х годах практически прекратилась борьба с группировками воровской направленности, их обычаями, традициями. Кроме того, за прошедшие годы на службу в пенитенциарные учреждения пришло новое поколение сотрудников, которые первоначально не оценили возможность возрождения и модификации воровских (тюремных) законов и их отрицательного влияния на состояние режимно-оперативной обстановки.  Наконец, в-четвертых, когда стало очевидно возрождение воровских (тюремных) законов в местах лишения свободы, официальная идеология еще длительное время препятствовала признанию этого факта.

Профилактика в данном случае связана с организацией различных форм контроля за развитием неформального взаимодействия. Администрация колонии нередко предпочитает авторитарные, директивные методы воздействия, в основе которых лежат жесткие санкции. Это приводит к сплоченности для отпора, восприятию усиления режима как необоснованного, к дальнейшему углублению противоречий между администрацией учреждения и осужденными.

Более того, в условиях, когда исключается взаимное согласие, а интересы личности не принимается в расчет, осужденный отождествляет себя с другими близкими по взглядам лицами в своем противодействии администрации, сотрудникам учреждения. На этом фоне администрацией стимулируются процессы образования новых неформальных групп, что рано или поздно выливается в прямой протест или явный конфликт. Однако нельзя не отметить, что осуществление строгого надзора и регламентация в рамках режима поведения осужденных являются серьезным препятствием на пути достижения групповой консолидации. В этом случае развиваются враждебность и конфликтное взаимодействие.

В настоящее время отсутствуют эффективные программы по управлению системой неформального взаимодействия осужденных. Однако по мере перестройки организационных и воспитательных целей пенитенциарных учреждений, перехода от авторитарного стиля воздействия к более гуманному отношению к осужденным неформальная структура также подвергается позитивной трансформации. Осужденные будут становиться более социализированными и менее оппозиционными по отношению к администрации. Это особенно важно в современных условиях, когда обострились политические, национальные, морально-нравственные, социально-культурные и региональные противоречия.

Выделяются следующие типичные стили руководства, приводящие к эскалации напряженности и развитию деструктивных процессов:

а) произвольность и принятие решений, наказания и поощрения»

в) отсутствие четких критериев оценки индивидуального и группового поведения осужденных;

г) акцент на применение угроз и системы наказания;

д) перенос оценок с особенностей поведения на поиск дефектов (отклонений) в личности осужденных;

е) попытки достижения социально-психологического компромисса или сохранения существующего положения в целом, делегирования ряда полномочий и преимуществ одним группировкам в противовес другим;

ж) игнорирование мнений и интересов осужденных при решении вопросов, предполагающих достижение общих целей ресоциализации.

Психологической лабораторией УВД Саратовской области разработаны практические рекомендации, направленные на минимизацию межгрупповой напряженности и углубление сотрудничества.

  • В организации воспитательных мероприятий желательно избегать ситуаций социального сравнения и «публичного» обсуждения членов неформальных групп, особенно занимающих полярные статусы в тюремной субкультуре.
  • Целесообразно разработать с учетом местных условий конкретного пенитенциарного учреждения систему показателей оценок положительной активности осужденных в проце6ссе ресоциализации, которые позволят сделать объективные выводы об их поведении и деятельности. Критерии оценок должны быть ясными и понятными для всех групп, независимо от статуса различий. В этом случае применение системы поощрений или наказаний является оправданным в глазах низкостатусных и высокостатусных осужденных, поскольку они открыто аргументируются.
  • Достижение позитивных результатов членов групп и их оценка должны быть напрямую связанные с собственными усилиями осужденных, а не зависеть от субъективных пристрастий или среднегрупповых показателей.

Подобный стиль руководства исключает социальную несправедливость и повышает престиж администрации. Напротив, произвол, предвзятость в оценках способствует апатию и разрушает нормопорядок в пенитенциарном учреждении.

4. При комплектовании производственных бригад и развитии в них положительных взаимоотношений целесообразно учитывать социально-демографические, национальные и психологические характеристики осужденных. Не следует включать в них лиц одинакового возраста и имеющих сходное криминальное прошлое, поскольку это может привести  замкнутости, корпоративности отношений. При распределении осужденных следует стремиться к оптимальному соотношению лиц молодежного возраста, учитывая психологическую совместимость и профессиональные навыки.

5. При расстановке осужденных по рабочим местам необходимо принимать во внимание принадлежность их к разным группировкам, избегать по мере возможности сосредоточения на одном участке работы лица, входящих в неформальные сообщества разной асоциальной направленности. Для ограничения сети неформальных  связей в рамках бригады численность ее не должна превышать 10-15 человек.

6. При назначении или выборе кандидатов на должность бригадиров, руководителей органов самоуправления желательно ориентироваться не только на их деловые качества, но и на психологические умения конструктивно общаться, наличие организаторских способностей, занимаемый статус в субкультуре, инициативность. Для исключения факторов социальной несправедливости и развития отношений круговой поруки предлагается систематически проводить аттестацию таких лиц, учитывая при этом мнение сотрудников и осужденных.

7. Активнее привлекать разностатусных членов групп к совместному обсуждению значимых вопросов (определение коэффициента трудового участия, применение мер поощрения и взыскания, перевод на улучшенные условия содержания и т.д.). Такая практика будет способствовать развитию взаимодействия, базирующегося на принципах ответственной зависимости, что особенно важно в условиях производства, где осужденные разобщены между собой.

8. Создавать по мере возможности одинаковые условия для разностатусных осужденных во всех сферах жизнедеятельности и своевременно реагировать на нарушения. Соблюдение этого принципа имеет особое значение, поскольку нередко администрация не только не пытается изменить существующую иерархию в субкультуре, но и скрыто поддерживает (предоставляет «авторитетам» определенные льготы, «закрывает глаза» на их нарушения). Таким способом «управления» администрация, образно говоря, подкупает тюремную «элиту», избегая активной и открытой борьбы с ней.

9. Главное, чтобы практические работники направляли усилия не на подавление и разрушение этих групп, а на искоренение причин и условий, способствующих их развитию. В связи с этим важно изучить структуру, функции членов неофициальной группировки (кто на кого оказывает влияние). Затем психологически или физически изолировать особо опасных лидеров группы отрицательной направленности. Следует иметь ввиду, что слабыми звеньями, связывающими членов группы отрицательной направленности, является: обязательное наличие одного или двух авторитетных осужденных, с которыми группа считается, чувство взаимного недоверия и подозрительности, усугубленное экстремальными условиями отбывания наказания, а так жен цепи двойных притяжений «парных форм», которые позволяют рассчитывать на разрыв сложившихся ситуаций.

18.4. Лидерство в малых группах

Лидер – это лидер группы, которые спонтанно выдвигается на роль неофициального руководителя в условиях определенной, специфической и, как правило, значимой ситуации, чтобы обеспечить организацию совместной коллективной деятельности людей. Лидеры («авторитеты») не утверждают свою власть с помощью силы, кулака, а пользуются уважением молчаливого большинства. Осужденных привлекают в лидерах независимость, умение постоять за себя, смелость в отстаивании своих взглядов, отсутствие страха перед лишениями.

В деятельности неформальных лидеров главным мотивом является самоутверждение. Например, в колониях строгого режима, где отбывают наказание неоднократно судимые и осужденные на длительные сроки лишения свободы, неформальные лидеры в среднем намного моложе представителей других групп осужденных. Лица, занимающие нейтральную позицию, старше их.

Конечно, молодому легче решиться на рискованное дело, у него больше энергии. Но главное состоит в том, что в силу их возрастных особенностей молодым очень важно утвердиться среди себе подобных.

Несмотря на некорыстные мотивы деятельности неформальных лидеров, не надо забывать, что любая деятельность требует компенсации.

Лидеры сразу же обращают на себя внимание: они лучше других одеты, подтянуты, выказывают своеобразный тюремный шик, поскольку внешний вид является показателем статуса. У них имеются и другие льготы, например, они выполняют более легкие работы или вообще не работают. В настоящее время в связи со снижением трудовой активности осужденных они получают дивиденты с тех, кто трудится. Излишки  взимаются в виде своеобразных налогов, которыми облагаются другие осужденные за выполнение общественных функций неформальными лидерами.

Психологические исследования показали, что среди неформальных лидеров и их окружения доля подпадающих под понятие психологической нормы существенно больше, чем среди всех других осужденных. Парадоксальность этого вывода заключается в том, что благодаря своей активной деятельности в сообществе они выходят на свободу психически активными, умеющими проявить самостоятельность, решимость, инициативу. Но некоторые из них вновь возвращаются в «свой» мир – в тюрьму.

Не все авторитетные осужденные стремятся знать роль лидера-организатора. Они понимают, что находятся под постоянным вниманием администрации колонии и малейшая их активность может послужить предлогом для изоляции. Кроме того, они отдают себе отчет в том, что в «зоне» имеются и другие авторитетные осужденные, поэтому открытая борьба за лидерство опасна. Но если прибывший осужденный – действительно признанная в преступном мире личность, то с ним всегда считаются, его информируют обо всех заслуживших внимания событиях в колонии, с его открытого или молчаливого согласия совершаются противоправные действия.

Наличие в колонии единоличного лидера может создавать видимость стабилизации оперативной обстановки, так как межличностные конфликты, борьба за власть между отдельными группировками, что свойственно для первого и второго уровня консолидации, прекращается. Администрацию исправительных учреждения нередко успокаивает то, что лидер, пообещал навести порядок в колонии, прекратить какие-то конфликты, «разборки», сдерживает слово. По этой причине они не обращают внимание на то, что лидер уклоняется от общественно полезного труда, что вокруг него группируются молодые осужденные, что в колонии насаждаются воровские (тюремные) законы. Сосредоточение власти в руках неофициальных лидеров приводит к снижению влияния администрации.

Встречается и другая тактика поведения администрации по отношению к лидеру: не предприняв активных действий по устранению с ним психологического контакта, она стремится изолировать его от основной массы осужденных или перевести в другое подразделение. Это ошибочная тактика, поскольку она исключает воздействие на лидера индивидуально-воспитате5льные работы, труда, образовательного обучения, профессиональной и физической подготовки из-за того, что за период отбывания наказания он меняет четырнадцать-пятнадцать колоний или полсрока находится в ШИЗО и ПКТ. У такого лидера формируется чувство своей значимости, установка на то, что администрация учреждения его боится. Подобное мнение создается и в среде осужденных, что еще больше повышает престиж лидера. В то же время при крайней необходимости целесообразно переводить авторитетных осужденных из одной колонии в другую и тем самым не «расписываться» в своей беспомощности. Психологически обоснованным является опыт Усольского УЛИТУ по переориентации «воров в законе» в 80-е годы.

Изучение личных дел «авторитетов», оперативных материалов, их переписки с родственниками и знакомыми, наблюдение за их поведением и беседы с ними, интервью с сотрудниками показывают, что на особом и строгом видах режима в качестве лидеров чаще  всего утверждаются осужденные, хорошо знающие и соблюдающие воровские традиции и обычаи, ничем не скомпрометировавшие себя в глазах правонарушителей. Такие лица обладают особой притягательной силой для некоторой части молодых осужденных и вместе с тем вызывают тревогу у администрации. В научной литературе предпринимались попытки дать классификацию лидерства, однако его типология на разных видах режима пока не исследована.

Как правило, администрация исправительных учреждений пытается изучить достоинства и слабости лидера, установить с ним психологический контакт, склонить к сотрудничеству, использовать его престиж для влияния на основную массу осужденных. Опыт показывает, что если  такие осужденные и вступают в контакт с сотрудниками, то лишь с теми, кто занимает высокое должностное положение.

Наиболее характерными качествами личности неофициального лидера является: высокая организаторская способность, интеллектуальная развитость, широкий кругозор, инициативность, эмоциональная устойчивость, общительность, богатый криминальный опыт, находчивость, умение понять других, уверенность в себе, личная привлекательность, физическая сила и др.

В его деятельности всегда присутствуют мотивационный, интеллектуальный ( способ, методы достижения цели) и волевой (проведение их в жизнь) аспекты. В настоящее время в колониях и тюрьмах отбывают наказание различные типы лидеров: «старые» и «новые»:

1) «старые» лидеры, придерживающиеся обычаев и традиций, бытовавших в 40-50-е годы, исходят из идей о воровской справедливости, равенстве и чести, отрицательно относятся к мошенничеству, спекуляции, обману;

2) «новые» лидеры 70-х годов – это не только молодые расхитители, спекулянты, «цеховики», но и лица, имеющие другие взгляды на способы преступной деятельности. Прибывшие в ИУ они рассматривают как досадный эпизод;

3) «новые» лидеры 90-х годов – это либо «смотрящие», либо организаторы преступных сообществ. Они имеют ярко выраженные антисоциальные установки.

В 80-х годах в исправительно-трудовых учреждениях было разоблачена преступная организация «воров в законе» под названием «Союз истинных арестантов», состоявшая преимущественно из рецидивистов. Она ставила своей целью активное противодействие администрации мест лишения свободы, бойкотирование закона об уголовной ответственности за злостные нарушения правил внутреннего распорядка и режима содержания осужденных. В организации имелась письменная программа скоординированных действий, включающая в себя создание общей денежной кассы, оказание помощи осужденным – профессиональным преступникам, ведение идеологической работы среди молодежи по вовлечению ее в группировки. Союз действовал в условиях жесточайшей конспирации.

В местах лишения свободы структура малых групп имела различные модели, например:

  • «Вор в законе» - единоличный лидер, имеющий в своем окружении осужденных с разными ролевыми функциями.
  • Хранитель общей кассы, имеющий доверенных лиц и отвечающий за сбор «общака» в отряда.
  • Телохранитель, обеспечивающий безопасность лидера.
  • Советник – лицо, хорошо ориентирующее во внутренних вопросах колонии, помогающее «вору в законе» в решении спорных вопросов, с которыми к нему обращаются рядовые осужденные.

В настоящее время в пенитенциарных учреждениях преобладают «новые» лидеры 70-х и 90-х годов. Они представляют специфическую криминальную прослойку в среде осужденных, поскольку являются суперлидерами антисоциальных общностей. Эти лица хорошо приспособились к условиям мест лишения свободы, привыкли к ним, лучше ориентируются в обстановке.

Нередко вокруг них создается некий ореол романтической справедливости, порядочности. Такое мнение зиждется на их склонности к риску, отсутствие страха перед наказанием, активной установке пропаганду тюремных обычаев и традиций.

Главный принцип «новых» лидеров – можно идти на любой компромисс, чтобы прожить в тюрьме пристойно, поэтому «старые» и «новые» лидеры стараются держаться обособленно. Индивидуально-психологическими особенностями лидеров является отгороженность от среды общения и тревожность, сочетание которых формирует психологическое своеобразие их личности и поведения. Эмоциональная холодность и отчужденность предопределяют жесткий характер взаимоотношений с другими осужденными. Хорошие организаторские способности и сильная воля в сочетании с большим криминальным и тюремным опытом дает им возможность управлять средой осужденных. Лидеры малых групп отрицательной направленности и преступных группировок менее подвержены эмоциональным срывам, сдержанны, расчетливы, проницательны, способны к аналитическому присчитыванию шансов на успех, склонны к интригам с другими лидерами, в случае конфронтации следует за более сильным «авторитетом». Они внимательно следят за деятельностью администрации, поведением сотрудников, используют в своих корыстных целях их ошибки и слабости, распространяют негативную информацию о них.

Лидер выполняет следующие функции: организаторская, планирующая, функция представительства, информационная, функция контроля внутренних и внешних связей, исполнительская, поощрения и наказания, функция арбитра и посредника. Подфункция: принятия решения, нормативно-регулирующая, защита осужденных.

Если администрация пенитенциарного учреждения берет названные функции на себя, то в значительной мере лишает лидеров их реально, хотя и неофициальной власти. Лидер имеет такие обязанности:

  • контроль за соблюдением осужденными тюремного закона;
  • организация каналов проникновения запрещенных предметов;
  • налаживание незаконных связей с сотрудниками пенитенциарного учреждения;
  • организация сбора средств среди осужденных в «общак»;
  • организация противоборства администрации;
  • контроль за конфликтными ситуациями, их разрешение путем проведения «сходняков» и др.
Его деятельность направлена на всемерное облегчение своего  существования, в первую очередь, на получение возможности паразитировать за счет массы осужденных.

Чтобы психологически правильно влиять на лидера, необходимо его изучить. Диагностика лидера включает в себя выявление его особенностей:

1) индивидуально-личностных (хитрость, изворотливость, физическая сила , ум и т.п.);

2) социально-групповых (возраст, социальная принадлежность);

3) криминологических (категория и квалификация малой группы, стаж преступной деятельности, срок, соучастие в прошлых преступлениях);

4) ролевых и функциональных;

5) психолого-поведенческих (поведение в адаптивный период).

Диагностика проводится в процессе коррекции и контроля за влиянием воспитательных воздействий на лидера и малую группу, включает профилактические мероприятия (степень податливости к воспитательным мероприятиям, поведение членов группы и т.п.)

Ключевым моментом изучения лидера является установление психологического контакта и оптимальных взаимоотношений с ним. Сочетание справедливой требовательности к лидеру с уважением его личности позволяет установить доверительное отношение и, следовательно, добиться взаимопонимания, глубже проникнуть в психологию личности лидера, изучить его образ жизни, выяснить сильные и слабые стороны.

Сотрудники должны уметь пользоваться методами визуальной психодиагностики, уметь читать по лицу о внутреннем психическом состоянии, темпераменте, характере осужденного. На  повышенную возбудимость лидера указывают такие внешние проявления, как сильный тремор пальцев, ярко выраженная жестикуляция, изменение артикуляции речи (неадекватная интонация, повышенная тональность).

Один из способов изучения лидера – углубленная беседа. Чтобы она была эффективной, надо руководствоваться следующими положениями: 1) не начинать беседу с вопросов, связанных с совершением преступлением, нарушением режима, отказом от вступления в самодеятельную организацию. Лучше сначала спросить о семейном положении, имеющихся проблем. Беседа должна проходить спокойно и серьезно, без нравоучений; 2) подходить к оценке личности непредвзято, не пытаться сразу же переубедить.

В индивидуальных контактах с сотрудниками лидера осторожны, стараются держаться незаметно, поэтому необходимо:

  • завоевать доверие лидера (стараться понять его таким, каков он есть);
  • попытаться путем беседы убедить его изменить свое поведение;
  • воздействовать на лидера с помощью человека, мнением которого он дорожит;
  • предупредить лидера о последствиях его действий;
  • разъяснить другим осужденным, к чему может привести нахождение в преступной группировке;
  • сформировать чувство возмущения действиями лидера и его приближенными;
  • подготовить осужденных к критическому выступлению;
  • проводить индивидуальную работу с осужденными, находящимися в ШИЗО и ПКТ;
  • назначить нарушителю наказание;
  • сформулировать проект решения наказания.

Следует подчеркнуть такую закономерность, что с увеличением числа водворенных в ШИЗО, ПКТ, ЛПУ авторитет лидера возрастает, что действует о неэффективности воздействия. Основные элементы тактики борьбы по нейтрализации воровских и иных «авторитетов» могут быть как общие, так и специальные:

1) надежное оперативное прикрытие воровского «авторитета» и его окружения;

2) сбор информации о личности воровского «авторитета» и его деятельности с целью уяснения слабых и сильных сторон, положение взаимоотношений в воровском сообществе, а также поиска компрометирующих сведений, в том числе по месту жительства и в прежних местах отбывания наказания;

3) целенаправленная оперативно-профилактическая и воспитательная работа по разоблачению несостоятельности воровской идеологии и ее вреда, закрепление полученных результатов в форме письменного отречения;

4) психическая и физическая изоляция «авторитета». Максимальная изоляция достигается в ШИЗО и ПКТ и др.

В.И. Монахов приводит одно из предложений бывшего «вора» С. «Первое, что важно предпринять в борьбе с уголовно-преступным элементом в местах заключения, - это радикально «дорезать» и выкорчевать среди воров их воровской преступный закон. Порвать их липкую непосредственную связь, которая окутала весь преступный мир и держать его под невидимой данью. Если мы освободим воров-рецедивистов от их мнимой лжезаконности, то мы раз и навсегда покончим с зарождением мастей в преступном мире. Освободим и избавим весь рабочий контингент мест заключения (то есть не принадлежащих к группировкам) от грабежей и физического насилия со стороны воров-рецедивистов».

В.М. Анисимков предлагает в качестве превентивной меры предотвращения вступления в сообщество «воров» брать у впервые судимых в исправительных учреждениях обязательство не нарушать требований режима, которые в дальнейшем будут выступать в качестве компрометирующего основания при попытке вступить в сообщество. Поскольку иного способа, чем дача подписки-обязательства для отхода от воровского сообщества, нет, то без этого изолированные в ЕПКТ и тюрьмы не могут возвратиться на прежний вид режима. Это исключает получение через нелегальные каналы связи директив, писем- инструкций о движении «авторитетов», отчетов о положении дел в тюрьмах и ЕПКТ. В противном случае возникает эффект обратной связи, т.е. не порвавший с сообществом несет с собой воровские идеи, установки и приобретает ореол сильной личности, каким и должен быть настоящий «вор».