Сайт Юридическая психология

Хрестоматия по юридической психологии. Особенная часть.



 

Волков В.Н.
Юридическая психология.

М., 2009. Стр. 299-309.

 

Глава 16. Уголовно-следственная психология

16.2. Психологическая характеристика лиц, находящихся в следственных изоляторах

Психологически понятно состояние лица, заключенного под стражу в следственный изолятор, - крушение важного, значимого в жизни, чувство позора, вины перед коллективом, семьей и друзьями. Эти и другие психотравмирующие события способны даже у психически устойчивых людей вызвать реакцию пониженного настроения, тоски, раздражительности, необъективности, конфликтности по пустякам, появление аутоагрессивных действий и суицидальных мыслей.

Известно, что помещение в учреждение предварительного заключения воздействует на психику людей. У них искажается восприятие и ощущение, констатация временного фактора. Это связано прежде всего с тем, что само пребывание для психически здоровой или больной личности в условиях социальной изоляции нарушает привычный для нее ритм жизни, труда, отдыха, бодрствования и сна. На кору головного мозга заключенного обрушиваются новые интерцептивные сигналы, которые заполняют все новые интересы и приобретают иную, сиюминутную значимость. Реакция на это зависит прежде всего от индивидуальных черт их характера, которые в условиях изоляции в большинстве случаев потенцируют психическое напряжение.

Безусловно, постоянное психологическое напряжение у подследственных и подсудимых связано прежде всего с проведением следственно-судебных действий, необходимостью беспрекословного выполнения требований администрации и охраны, распорядка дня и режима, особенностями и трудностями быта в камере, непредсказуемостью сокамерников, моральными переживаниями в связи с пребыванием в непривычной социальной среде, новых условиях жизнедеятельности, прекращением обычных связей с обществом и семьей, оторванностью от родных и друзей.

Все это, несомненно, понижает волевую активность подследственных, усиливает и у здоровых людей эмоциональную подавленность (А.Д. Глоточкин, В.Ф. Пирожков, 1974), вызывает необходимость в советах "бывалых" и умудренных подобным опытом сокамерников, которые не всегда искренни. В таких условиях возрастает роль психологической помощи, которую обязаны оказывать как психологи (специалисты по уголовно-следственной психологии), так и воспитатели, режимники, оперативники, медики и другие лица из обслуживающего персонала.

Известно, что уровень эмоциональной впечатлительности наиболее высок в первый период изоляции, после чего снижается и снова возрастает к концу пребывания в следственном изоляторе. Изменения в способе реагирования подследственных на условия изоляции позволяют выделить следующие друг за другом фазы: отчаяния, болезненной впечатлительности, апатии и смирения (В.Н. Волков, С.И. Янаев, 2001).

Состояние фрустрации - наиболее типичное психическое состояние, свойственное подследственным, заключенным под стражу в следственный изолятор, - состояние человека, выражающееся в особых переживаниях и поведении в связи с объективно непреодолимыми препятствиями и трудностями, возникающими на пути достижения цели или реализации жизненно важных планов.

К этому тяжелому и гнетущему состоянию присоединяются и такие психологические изменения, регистрируемые у большей части подследственных, как состояние неопределенности, тревоги, ожидания, безнадежности, отчаяния, тоски, скуки, апатии. Усугубляются перечисленные состояния имеющимися преморбидными особенностями, а у больных людей - соматоневрологическими, психическими и иными патологическими нарушениями.

Состоянию неопределенности психологи придают большое значение, прежде всего потому, что оно хуже переносится подследственными из числа лиц с холерическими и меланхолическими чертами темперамента, которые, как правило, сами изъявляют желание дать правдивые показания. Окончание следствия и суда, направление в колонию такие лица воспринимают как благо, так как на этом кончается состояние неопределенности, которое их сильно угнетало.

На лиц из числа флегматиков и сангвиников ситуация пребывания в следственном изоляторе чаще всего не оказывает такого сильного угнетающего воздействия; они обычно проявляют максимум собранности, спокойствия, ни жестом, ни словом не выдают изменений в своем психическом состоянии. Однако психологические исследования показывают, что нейрофизиологические процессы у них в таком состоянии вследствие постоянного напряжения, неопределенности и тревоги усиливаются. Тем более, что оно сопровождается изменениями в соматической и неврологических сферах: повышением артериального давления, учащением числа сердечных сокращений (пульса), учащением дыхания и усилением газообмена, перенапряжением функции органов, обеспечивающих мышечную работу и мыслительную деятельность головного мозга и т.д. Все это в свою очередь вызывает усиление психологических расстройств, перенапряженность, повышенную раздражительность, беспричинную конфликтность, агрессивность, аутоагрессивность, бессонницу, депрессию, чувство безысходности и сердечной тоски.

Состояние ожидания находится в прямой зависимости от неопределенности в судьбе подследственных и подсудимых. Прежде всего их всегда волнуют результаты следствия, судебного разбирательства и приговор. Они боятся будущего (за исключением рецидивистов) и мучительно ожидают лишений перед возможным и нередко не испытанным еще устрашающим воздействием уголовного наказания. Их терзает неизвестность и страх перед ожидаемыми страданиями.

Состояние тревоги за свою судьбу доминирует у всех подследственных. Тревожное ожидание возникает вследствие того, что у данных лиц отсутствует информация о ходе следствия их уголовного дела или она довольно неопределенна. Им неизвестны варианты и прогноз следственных действий, их финал. Это состояние свойственно всем подследственным, но степень его проявления и острота у каждого различна, в зависимости от субъективной значимости ожидаемых событий или перемен в судьбе: от открытой (аффективной) до скрытой (внешне не проявляемой). Данное состояние вообще тяжело переносится людьми в условиях изоляции, поскольку связано еще и с напряжением всех функций организма.

Состояние безнадежности и обреченности психологи констатируют у лиц, находящихся в следственных изоляторах, когда у них возникают мысли о суицидальных поступках. Подобные реакции возникают чаще в результате потери подследственными перспектив жизни. В таком состоянии у них подавляются функции психики (восприятие, память, мышление, воображение, ощущение и т.д.), ослабляются воля и критика.

Состояние надежды и уверенности во многом зависит у подследственных от перспектив в своем будущем. Одна из особенностей психики многих подследственных в период следственного процесса заключается в том, что при бесперспективности они быстро переходят к состоянию отчаяния и уверенности в бесцельности жизни. В таком состоянии они совершают аутоагрес-сивные поступки и нередко осуществляют агрессивные акты в виде убийств или нанесения тяжких телесных повреждений как в отношении сокамерников, так и сотрудников следствия и суда, охраны и медицинского персонала. Особенно это присуще лицам, совершившим социально значимые в обществе насильственные и корыстные преступления или страдающим различными психическими заболеваниями. Мотив поведения таких подследственных - желание быть приговоренными к исключительной мере наказания и "сразу покончить со всеми своими мучениями и неопределенностью".

Состояние тоски в условиях следственного изолятора подследственные переживают необычайно остро, тем более что оно сопровождается неопределенностью, ожиданием, безысходностью, тревогой. Именно тоска (по дому, родным, семье, свободе) с особой силой действует на таких людей, вызывает раздражительность, возбудимость, внутреннее напряжение, специфическую тяжелую походку, персеверацию (навязчивое повторение одних и тех же образов воображения и памяти). Тоску у контингента изолятора вызывает однообразие и монотонность жизни в камере, постоянное напряжение, слабый приток информации и адекватных им раздражителей, а значит отсутствие так необходимой в условиях изоляции реакции органов чувств.

Физиологической основой тоски служит застойный доминантный очаг, способный усиливаться за счет монотонности или особой значимости воздействующих на личность раздражителей. Наиболее остро у лиц, находящихся в местах предварительного заключения, тоска проявляется в дни их рождения, семейных торжеств, различных праздников, получения вестей из дома, после окончания свидания и в некоторых других, лично значимых для них случаях. Тоска в значительной степени в условиях изоляции подавляет психику у неуравновешанного человека и нередко может стать причиной наступления у него болезненных расстройств в психике и соматике.

Состояние скуки довольно часто служебный персонал следственных изоляторов констатирует у подследственных. Скука у них характеризуется понижением внимания к реальной действительности и окружающему, в том числе и интереса к ходу следственно-судебного процесса и быту камеры.

Физиологической основой скуки у таких лиц в условиях изоляции является пассивное торможение, вызываемое однообразным повторением слабых раздражителей. У подследственных, в отличие от других социальных групп общества, скука особого рода. Она обусловлена как отсутствием информации о ходе уголовного дела, однообразными условиями пребывания в следственной камере и недостаточной сменяемостью в ней контингента, так и преморбидными особенностями личности и прогредиентным течением психических нарушений.

Скука у подследственных - очень тягостное и неприятное состояние в условиях следственного изолятора, которое они из-за узости интересов, ограниченности кругозора и, нередко, бедности духовной жизни пытаются преодолеть различными способами: одни ищут в камере развлечений (азартные игры, издевательства над физически и психологически неустойчивыми людьми), другие стараются много спать, третьи слоняются из угла в угол, четвертые (как правило, лица с более высоким интеллектом) сосредоточиваются усилием воли на полезной деятельности (образовательной, трудовой, физкультурной и т.д.).

Состояние апатии довольно характерно для лиц, находящихся в местах предварительного заключения. Такое состояние порождает пассивность. Апатия близка к скуке и выражается в неудовлетворенности этими лицами ходом следственно-судебного процесса, невозможности повлиять на него в необходимом направлении, бесполезности предпринимаемых действий. Чаще всего это отмечается после перевозбуждения, когда в ходе следствия или суда требовалось предельное напряжение всех физических и психических сил. Оно выражается в виде астенических проявлений, общей слабости и вялости, неверия в реальность положительных изменений в судьбе. Такой подследственный постепенно становится равнодушным ко всему, что его окружает.

У лиц, впервые попавших в следственный изолятор, апатию вызывает обычно сам факт следствия. Многие из них считают свою жизнь загубленной, а поэтому под влиянием эмоциональных переживаний и постепенно нарастающих психологических нарушений считают содействие следствию и суду ненужным и бесполезным.

У лиц, неоднократно судимых, апатия довольно часто вызывается пресыщенностью впечатлений от криминального образа жизни: разврата, азартных игр, попоек, совершаемых преступлений, пребывания в местах лишения свободы.

И тем не менее, у большинства подследственных в условиях следственного изолятора психологи отмечают состояние апатии, при котором сохраняется (относительно) мыслительная деятельность, но теряется способность чувствовать и сострадать. В этом состоянии констатируют потерю интереса к какой-либо познавательной деятельности, безразличие к следственно-судебному процессу, своему состоянию и своей судьбе. При этом мысли у них принимают самое мрачное направление, беспорядочно протекает сам мыслительный процесс, лихорадочно и болезненно работает воображение, могут наблюдаться даже психические заболевания.

Юристам всегда следует помнить, что психологические состояния у подследственных в следственном изоляторе имеют сложную структуру. В определенные промежутки времени у них превалирует какое-то одно, более остро выраженное состояние. Так, на фоне состояния ожидания может временами появляться тоска, тревога, а на фоне тоски - состояние нетерпения, апатии. В таком состоянии большая часть подследственных к своим родным и близким относится холодно и безучастно. Данная категория лиц становится неряшливой и неопрятной; они не хотят участвовать в уборке следственной камеры и режимного корпуса и выполняют это очень неохотно и лишь под страхом наказания.

Под влиянием перечисленных психологических состояний у подследственных в местах предварительного заключения нередко притупляется память, появляется безынициативность, неспособность сосредоточить внимание на какой-либо деятельности, нежелание бороться с негативными последствиями своего жизнесу-ществования. Длительность срока следствия вызывает у них чувство постоянного раздражения и отчаяния, особенно тогда, когда надежда на прекращение следствия или оправдательный приговор не оправдались. Крушение надежд подследственные переживают более остро, чем первые дни ареста. В этом состоянии у них чаще возникают аффективные состояния, и их реализация нередко перерастает в агрессивные и аутоагрессивные действия.

Состояние ожидания, нетерпения, тревоги и тоски у них нарушает сон. Он становится беспокойным, тревожным, поверхностным и прерывистым, появляется бессонница, которая удлиняет ночь, физически изнуряет подследственного, делает его еще более раздражительным, замкнутым, усиливает болезненные расстройства. Во время сна у таких лиц отмечаются кошмары. Чаще всего им снятся прежняя жизнь, семья, свобода, побеги. При этом сны женщин отличаются от снов мужчин. Женщины чаще видят во сне семью, дом, мужа, детей, родных; оторванность от семьи они переживают сильнее и болезненнее, чем мужчины.

Условия социальной изоляции подследственных от общества, производственного коллектива и семьи оказывают влияние на объективность и восприятие ими окружающих явлений, событий, фактов, поступков, действий и высказываний об их судьбе окружающих (охраны, воспитателей, психологов, врачей). Пытаясь установить правду, эти лица постоянно анализируют высказывания работников следственного изолятора и дают им свое толкование в зависимости от понимания и реальности выполнения. В состоянии надежды они более оптимистично воспринимают течение и прогноз следственного процесса, а при обреченности и отчаянии проявляют крайний пессимизм в отношении своей судьбы.

Отмеченные выше психологические состояния нередко выражаются у заключенных в условиях следственного изолятора в тусклом взоре, бедности речи, а у лиц с богатым криминальным прошлым - в потере индивидуальности и начале распада личности. Причем лица, занимающиеся умственным трудом, пребывание в следственном изоляторе воспринимают более остро и болезненно. Они значительно тоньше и сложнее переживают условия социальной изоляции, так как их нравственно-психологический мир богаче и своеобразнее и психологические изменения оказывают в связи с этим более глубокое влияние вплоть до появления психической патологии (психозов).

Усилия психологов и воспитателей следственного изолятора должны быть.направлены на то, чтобы предупредить у подследственных возникновение чувства безнадежности, безысходности, тоски, обреченности. Психологи обязаны вовремя подавать надежду в кажущейся таким лицам безвыходной ситуации, формировать правильное отношение к следственному процессу и возникающим в связи с этим трудностям и предотвращать негативные реакции в виде психогенно травмирующих моментов. Речь прежде всего идет не только о явных оскорблениях сотрудниками следственного изолятора лиц, находящихся под стражей (употреблением блатных или жаргонных выражений и кличек, словами, жестами, поступками), но и о равнодушии к таким личностям, их здоровью и судьбе, о чрезмерном внимании к одним и безразличии к другим.

У подследственных, страдающих различными сомато-неврологическими, психическими и другими заболеваниями, и лиц пожилого возраста рассмотренные психические состояния проявляются комплексно и более тяжело (В.Н. Волков, 1989). При этом в каждый данный период времени превалирует более выраженное психологическое состояние, подчиняющее себе остальные и одновременно испытывающее их обратное влияние. Многие психологические изменения обладают довольно сложной структурой и оказывают существенное влияние на личность больного человека, находящегося под стражей. Нередко в следственном изоляторе у лиц, страдающих какими-либо заболеваниями, одним из основных симптомов врачи констатируют тяжелые нарушения сна в виде бессонницы, которая изнуряет их, делает крайне раздражительными и конфликтными. Их состояние усугубляется чувством тревоги за течение болезни и возможность необратимых последствий, несмотря на отрицание медиками такого заключения, опасениями перехода имеющейся болезни в неизлечимые онкологические, сердечно-сосудистые, желудочно-кишечные заболевания, т.е. у таких заключенных развиваются различные варианты канцеро-, кардио- или гастрофобии. Даже у здоровых подследственных, особенно пожилых, нередко развивается опасение возникновения тяжелых и неизлечимых заболеваний, что приводит к развитию стойкого ипохондрического состояния или невроза. Такое состояние сопровождается тревогой о возможных лишениях, потере трудоспособности или даже инвалидизации при отбывании наказания.

Для пожилых людей и больных, находящихся в следственном изоляторе, наиболее характерна склонность переоценивать значение отдельных симптомов и болезни в целом. Они в основном находятся в депрессивном и ипохондрическом состоянии. Пожилые и больные отличаются от здоровых тем, что у них наряду с изменениями фракционирования внутренних органов и самочувствия качественно меняется психическое состояние. Инволюционные изменения и болезнь меняют у таких подследственных восприятие и отношение к самому себе, окружающим событиям, создают особое положение в коллективе не только в больничной камере медицинской части, но и в камере режимного корпуса следственного изолятора. Истощение нервной системы, возникающее как от патологического процесса, так и от болей, сопровождается психическим напряжением, раздражительностью, взрывчатостью. Особенно отрицательно сказывается на психике остро заболевшего или хронически больного подследственного боль, которая воспринимается как сигнал начинающейся или усиливающейся опасности в состоянии здоровья. Такое лицо более остро реагирует на внешние воздействия: громкие звуки, яркий свет, иногда прикосновение. Следует отметить, что больные в следственном изоляторе (особенно в стационаре) вообще крайне эгоцентричны, эгоистичны, болезненно капризны, их внимание в основном сосредоточено на болезненных ощущениях. И это важно учитывать медицинскому персоналу, психологам и оперативно-режимным работникам, тем более что действие лекарственных веществ во многом зависит от психического состояния индивида, его психологических особенностей, веры в эффективность их действия и выздоровление в условиях лечебного учреждения следственного изолятора.

В то же время следует констатировать, что в субъективных переживаниях данной категории лиц нередко имеет место не только негативная сторона, но и положительная для них, "приятная", вытекающая из тех выгод, которые представляет им старческий возраст или хроническая болезнь в период следственно-судебного процесса и, конечно, при отбывании наказания в ИУ.

Примером такого отношения может служить стремление лиц, содержащихся под стражей в следственном изоляторе, использовать опыт ранее перенесенных психических или соматоневрологических заболеваний в целях добиться назначения судебно-психиатрической или судебно-медицинской экспертизы. При этом делается расчет на возможность избежать наказания в виде лишения свободы, а в случае осуждения какую-то часть срока наказания отбыть в больничных условиях. Определенное психологическое значение имеют и отдаление по времени начала судебного процесса, и надежда на смягчение наказания в связи с болезнью, и получение различных льгот (в виде улучшенного питания, свидания с родственниками или дополнительных передач) и, наконец, вопрос их будущего трудоустройства на работах, не связанных с тяжелым физическим трудом и пребыванием в лесных подразделениях или отдаленных исправительных учреждениях УИС ГУИН Минюста.

Не менее сложен для больных в следственном изоляторе период исхода заболевания, когда наступает выздоровление или примирение с дефектом, который возник в результате травмы, болезни или инвалидности, и в связи с этим новым его положением в коллективе камеры. В некоторых случаях у данных лиц врачи констатируют и утилитарные выгоды, которые они извлекают из заболевания.

Хроническое заболевание, возникающее у подследственного, вселяет в него надежду прежде всего на возможность прекращения следствия, получения условного наказания или хотя бы уменьшения вины за инкриминируемое деяние, соответственно и наказания. Этим зачастую объясняется нежелание многих из них (особенно туберкулезных больных) подвергаться активному лечению. "Радует" таких лиц появление самых незначительных симптомов ухудшения состояния здоровья, поскольку это позволяет надеяться на госпитализацию, получение инвалидности, освобождение от уборки камеры, более легкие условия пребывания в больничной камере режимного корпуса, дополнительное питание, увеличение времени и числа прогулок и т.д. При этом их, несомненно, прельщает перспектива во время отбывания наказания в ИУ Находиться в более комфортных условиях, особенно в зимнее время года. Имеет значение и возможность ухода от конфликтных ситуаций, которые не так уж редки в следственной камере. Не случайно сообщение о предстоящей выписке из стационара медицинской части следственного изолятора встречается подследственными негативно.

Среди больных лиц из числа подследственных, страдающих хроническими заболеваниями или заболевших впервые, и даже здоровых лиц, возникает и так называемая реакция опасения. Такие больные, ознакомившись с возможностями оказания медицинской помощи в следственном изоляторе, терзаются вопросами: "А будет ли мне оказана квалифицированная помощь в случае обострения болезни? Каковы будут последствия болезни?". Поэтому большое значение при организации психологического обеспечения подследственных следует придавать и своевременной организации квалифицированной медицинской помощи контингенту следственного изолятора.

У подследственных с различными физическими недостатками и аномалиями органов чувств (кифосколиоз, укорочение или отсутствие конечностей, дефекты лица, глухота, немота, слепота и др.) также довольно часто констатируют психологические нарушения, и даже психопатологические расстройства. В условиях следственного изолятора эти лица страдают даже больше, чем больные с психическими заболеваниями, которых нередко сокамерники боятся из-за их непредсказуемости, крайне неадекватного реагирования и агрессивности (именно из их числа формируются "отмо-розки"). Одно из основных психологических нарушений у лиц с физическими недостатками - их повышенная ранимость и неадекватная фиксация на своем дефекте. Эта категория подследственных стремится к уединению, так как в среде здоровых подследственных им бывает тяжело из-за преследований и издевательств (характерных для лиц с низким интеллектом), жалости и осуждения. Спокойней они чувствуют себя в кругу таких же, как и они. Именно постоянная психологическая напряженность создает основу для развития у них невротических реакций и депрессии. Такие лица требуют целенаправленной психологической помощи.

Таким образом, психологи и воспитатели следственных изоляторов свою работу с контингентом этих учреждений должны строить с учетом уголовно-следственной психологии, индивидуально-психологической их характеристики, больше внимания уделять формированию морально-психологической готовности лиц, заключенных под стражу, жить в новых условиях, предупреждать и снимать остроту факта нахождения в местах предварительного заключения, не допускать перерастания обычных психологических состояний и возможных конфликтов в болезненные расстройства психики. Но главное в работе психологов и других сотрудников изолятора в период следствия - содействие в даче правдивых показаний подследственными для установления истины по уголовному делу и сохранение их психического и соматического здоровья.