Сайт Юридическая психология
Хрестоматия по юридической психологии. Особенная часть.
КРИМИНАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ

 
Бумаженко Н.И.
ВИКТИМОЛОГИЯ

Витебск, 2010.

 


ТЕМА 2. ПОНЯТИЕ ЖЕРТВЫ

2.1. Жертва, потерпевший от преступления

Центральное, стержневое понятие виктимологии — жертва (лат. — victima, англ. — viktim, франц. — viktime, откуда и произошло название самой науки). Однако в отечественной виктимологии наряду с термином «жертва» изначально используется термин «потерпевший». Сложилась определенная традиция и вместе с тем необходимость решить, какой из этих терминов следует предпочесть и нужно ли вообще развивать идею их конкуренции.

Для виктимологии как общей теории жертвы, предмет которой — пострадавшие в любых ситуациях не криминального характера (экологических, техногенных катастроф, стихийных бедствий и т.п.), термина «жертва» вполне достаточно, хотя он обозначает пострадавшего, не детализируя механизма причинения вреда.

Однако такая нивелировка не подходит, когда речь идет о лице, которому причинен вред непосредственно преступлением. Это тоже жертва, но ставшая таковой в совершенно ином правовом поле. Криминологической виктимологии необходим термин, учитывающий это обстоятельство, а именно «потерпевший». Отказ от его использования в виктимологии практически ставит знак равенства между жертвой любых проявлений жизнедеятельности человека и жертвой преступника, а в более узком плане — непосредственной и опосредованной, потенциальной и реальной жертвой, каковая, собственно, и есть потерпевший от преступления. Опасения, что использование в виктимологии наряду с термином «жертва» термина «потерпевший» может привести к смешению соответствующих виктимологического и уголовно-процессуального понятий, не имеют оснований. Во всяком случае, пока такого не произошло.

Есть две позиции относительно того, что представляет собой жертва в виктимологическом смысле. Первая — это человек или определенная общность людей в любой форме их интеграции, которым прямо или косвенно причинен вред преступлением. В западной виктимологии ряд ученых относят к жертвам не только физических и юридических лиц, но даже общество, государство и международный порядок в целом. На постсоветском пространстве эту позицию представляет В.П. Коновалов.

Вторая — это физическое лицо, человек, которому непосредственно преступлением причинен физический, моральный или материальный вред.

Очевидно, что эти точки зрения не следует ни противопоставлять, ни абсолютизировать. По мнению Д.В. Ривмана, жертва — это преимущественно физическое лицо, которому непосредственно причинен вред. Именно физические лица являются основным предметом виктимологического изучения.

Как мы видим, имеется ряд определений понятия «жертва» в юриспруденции. Выделяют жертвы автомобильной катастрофы, места, преступления, инвентуальную, латентную, потенциальную и др. Существуют также понятия жертвы религиозной, политической, идеологической борьбы, экономической, жертвы обмана, шантажа и т.д. И это далеко не полный список конкретных частных определений понятия «жертва».

В работе В.Е. Христенко предлагается следующее определение: жертва — это человек (сторона взаимодействия), который утратил значимые для него ценности в результате воздействия на него другим человеком (стороной взаимодействия), группой людей, определенными событиями и обстоятельствами.

Жертвой в понимании ее с позиций криминологической виктимологии может быть и общность людей, но лишь в определенной форме их интеграции, обусловливающей наличие аддитивной виктимности.

Потерпевшим от преступления может быть признано и юридическое лицо, но оно не обладает качествами жертвы. Интегративная жертва появляется там, где ущерб от преступных действий, даже направленных против общности, материализован в причинение вреда непосредственно лицам, составляющим эту группу. Условно говоря, у интегративной жертвы должна быть «живая душа», какой нет у организации, предприятия и т.п. Таким образом, интегративная жертва — это такая общность людей, которая обладает определенными признаками:

- все лица, составляющие общность, должны обладать хотя бы одним общим для них качеством, обусловливающим виктимную предрасположенность в рамках общей или специальной виктимности (например, при геноциде это национальность; при криминальной приватизации — принадлежность к группе держателей акций и т.д.);

- общность в целом должна обладать аддитивной виктимностью;

- внутренняя структура общности, ее ролевые составляющие должны быть такими, при которых виктимизация общности невозможна иначе как причинением непосредственного вреда большинству или всем ее членам.

Общность приобретает аддитивную виктимность только вследствие интеграции. Аддитивная (интегративная) виктимность (потенциальная и реализованная) — это качество уязвимости, обусловленное групповой предрасположенностью лиц, составляющих общность (группу), по характеру, степени и приближенности к реализации.

Аддитивная (интегративная) виктимность качественно отличается от индивидуальной потенциальной виктимности ее (общности) участников. Она принципиально иная и не является простым сложением индивидуальных виктимных предрасположений. Аддитивная виктимность:

- всегда ситуативна: в значительной и даже решающей степени определяется внешними для общности факторами;

- внутренне противоречива: участники общности могут оказаться жертвами именно как таковые, но вред, причиненный непосредственно им, может быть различным;

- может реализоваться в форме самопричинения вреда в случае конфликта внутри общности.

Содержание понятия (и реальное положение) потерпевшего от преступления как физического лица в социально-психологическом плане связано с его статусом (совокупностью прав, обязанностей, кругом деятельности как в рамках уголовного процесса, так и вне его), позицией (поведением в зависимости от отношений между потерпевшим и преступником, потерпевшим и другими лицами, включая сопотерпевших) и ролью в криминогенно-криминальном механизме. Эта роль может быть активной и пассивной, осознанной и неосознанной, решающей и второстепенной; ограничиваться непосредственно ситуацией причинения вреда и быть важнейшим элементом формирования преступника в этом его качестве и др. Соответственно жертва преступления может быть активной и пассивной; осознающей сущность и последствия своего поведения или остающейся в неведении; близко связанной с причинителем вреда и вовсе с ним незнакомой; способной или не способной к сопротивлению и др.

Жертва способна своим образом жизни благоприятствовать совершению преступления в отношении ее:

- может создавать объективные и субъективные условия (например, сильно выделяться в социальном плане или, наоборот, изолироваться от общества);

- может пренебрегать мерами предосторожности и, тем самым, подвергать себя риску;

- может в поведении идти против социальных стереотипов;

- неверная психологическая трактовка процесса виктимизации может привести к отклонениям в поведении (64% людей, ставших в детстве или юности жертвами преступлений, во взрослом возрасте становятся преступниками, а те из них, кто не был в юности жертвой, — только 22%);

- жертва может сыграть важную роль в процессе мотивации преступника тем, что способна втягиваться в этот процесс помимо своей воли (то, как она оценивает преступника, может послужить оправданием преступником своих действий);

- у преступников происходит деперсонификация и деиндивидуализация жертвы (она начинает рассматриваться как не имеющая ценности).

Следует также различать потенциальных (в отношении которых реального причинения вреда еще не произошло), реальных (уже понесших ущерб), а также латентных (реальных, но по тем или иным причинам оставшихся вне официального учета) жертв преступлений. Для виктимологии латентные жертвы, потерпевшие, намеренно избегающие огласки факта причинения им вреда, представляют особый интерес.

Любой потерпевший, любая жертва, как потенциальная, так и реальная, обладает определенными качествами, делающими ее в большей или меньшей степени уязвимой.

2.2. Человек как жертва неблагоприятных условий социализации

В современных науках о человеке широко распространен взгляд на социализацию как на двусторонний процесс. С одной стороны, в процессе социализации индивид усваивает социальный опыт, входя в социальную среду, в систему социальных связей, с другой — он активно воспроизводит систему социальных связей, реализуя себя как личность, влияя на жизненные обстоятельства.

Процесс и результат социализации заключают в себе внутреннее противоречие, внутренний конфликт. Успешная социализация предполагает эффективную адаптацию человека в обществе, с одной стороны, а с другой — способность в определенной мере противостоять обществу, части тех жизненных коллизий, которые мешают его саморазвитию, самореализации, самоутверждению. Другими словами, эффективная социализация предполагает определенный баланс между адаптацией в обществе и обособлением в нем.

Человек, полностью адаптированный в обществе и не способный в какой-то мере противостоять ему, то есть конформист, может рассматриваться как жертва социализации. В то же время человек, не адаптированный в обществе, также становится жертвой социализации — девиантом.

Любое современное общество (за исключением, может быть, архаичных) в той или иной мере продуцирует оба типа жертв социализации. Однако вышесказанным проблема не исчерпывается. Социализация в любом обществе протекает в различных условиях, для которых характерно наличие тех или иных многочисленных опасностей, оказывающих негативное влияние на развитие человека. Поэтому появляются целые группы людей, становящихся или могущих стать жертвами неблагоприятных условий социализации. Виды жертв неблагоприятных условий социализации можно разделить на:

- реальные — инвалиды; люди с психосоматическими дефектами и отклонениями; люди, находящиеся на попечении государства или общественных организаций;

- потенциальные — люди с пограничными психическими состояниями и с акцентуациями характера; мигранты из страны в страну, из региона в регион, из села в город и из города в село; дети, родившиеся в семьях с низким экономическим, моральным, образовательным уровнями; метисы и представители инонациональных групп в местах компактного проживания другого этноса;

- латентные (к ним можно отнести в том числе и высокоодаренных людей). Названные категории жертв далеко не всегда представлены в «чистом виде». Часто первичные дефект, отклонение от нормы или какое-то объективное жизненное обстоятельство вызывают вторичные изменения в развитии человека, ведут к перестройке жизненной позиции, формируют неадекватные или ущербные отношения к миру и к себе. Нередко происходит наложение одного признака или обстоятельства на другое. Так, например, ребенок из семьи мигрантов (беженцев) первого поколения становится алкоголиком, наркоманом и т.д.

Хотя любое общество порождает жертвы неблагоприятных условий социализации, отношение к ним может быть принципиально различным: общество может признавать или не признавать те или иные типы жертв таковыми, заботиться о них, игнорировать их наличие или репрессировать их. В целом, рассматривая проблему человека как жертвы неблагоприятных условий социализации, следует иметь в виду, что:

1) в процессе исторического развития общества в связи с усложнением его структуры и другими обстоятельствами объективно растет многообразие типов жертв неблагоприятных условий социализации;

2) осознание и (или) конституирование тех или иных типов жертв связано с особенностями культуры общества, уровнем развития и мерой гуманизации общества;

3) отношение к жертвам определяется социокультурными установками и стереотипами общества, связано с характером преобладающих в нем конфессий, с мерой его атеистичности;

4) динамика количества жертв и их типов зависит от обстоятельств развития общества;

5) объективное количество жертв и их типов в различных обществах в различные периоды не совпадают с количеством конституированных типов и людей, считающих себя жертвами;

6) осознание человеком себя жертвой связано не только с наличием объективных показателей, но и с установками общества и ближайшего окружения человека, а также с его определенными индивидуальными особенностями.

Всевозможные влияния, предопределяющие превращение человека в тот или иной тип жертв неблагоприятных условий социализации, следует разделить на две группы: объективные и субъективные факторы.

Объективные факторы, предопределяющие или способствующие тому, что те или иные группы или конкретные люди становятся или могут стать жертвами неблагоприятных условий социализации, многочисленны и многоуровневы.

1. Природно-климатические условия, от которых в значительной степени может зависеть физическое здоровье и психика человека. На Земле выявлены так называемые геопатогенные зоны, в которых у некоторых групп проживающего там населения развиваются специфические заболевания, характерные депрессивные состояния и психические расстройства.

2. Экологические загрязнения, радиация, шум и т.п. Существует статистика, указывающая на повышенную алкоголизацию, наркотизацию, суицидность, криминогенность в экологически неблагополучных районах.

3. Виктимогенным фактором в той или иной степени могут стать общество и государство. Низкий жизненный уровень, перекосы и несостыковки в законодательстве, безработица, отсутствие должной системы социальной реабилитации — все это выступает в качестве провоцирующих предпосылок виктимизации.

4. В любом обществе наличествуют такие типы жертв, как инвалиды и сироты, но условия их социализации и жизни могут весьма различаться в зависимости от уровня экономического развития и социальной политики государства: инвестиций в сферу социальной защиты и общественного призрения, системы социальной реабилитации, профессиональной подготовки и трудоустройства, законодательства, определяющего права сирот и инвалидов и обязанности по отношению к ним общественных и государственных институтов. Соответственно и статус, и субъективное состояние сирот и инвалидов зависят от названных обстоятельств.

5. Катастрофы, войны, землетрясения, наводнения, депортации и т.д. виктимизируют большие группы людей. Эти катаклизмы делают своими жертвами как тех, кто непосредственно был ими затронут, так и оказывают влияние на виктимизацию нескольких поколений их потомков и на общество в целом.

6. Как специфический виктимогенный фактор может быть выделена нестабильность в развитии общества и государства. Революции, перестройки, реформы и т.п. предполагают массовое появление жертв. Стремительная экономическая, политическая, социальная и идеологическая переориентация в обществе приводит к потере индивидуальной и социальной идентичности ряда представителей старших групп населения, к формированию у младших поколений принципиально новых ценностных ориентаций и жизненных устремлений.

7. Группа, объединенная занятием, увлечением, которое не одобряется обществом или преследуется законом (азартные игры, преступная деятельность и т.п.).

8. Поселенческий фактор. Большое значение имеют такие характеристики поселения и микросоциума, как экономические условия жизни населения, производственная и рекреативная инфраструктуры, социально-профессиональная и демографическая структуры населения, его культурный уровень, социально-психологический климат. От этих параметров зависят наличие типов жертв неблагоприятных условий социализации в конкретном поселении и микросоциуме, количественный и демографический состав каждого типа, они же определяют категории жителей — потенциальных жертв.

9. В качестве объективного фактора виктимизации человека любого возраста, но особенно младших возрастных групп, может стать семья. В семье может формироваться определенный тип жертвы, благодаря тем механизмам социализации, которые для нее характерны, — идентификации, импритингу и др.

10. Как объективный фактор выступает и возрастная виктгшнза— ция. Общечеловеческие и индивидуальные особенности формируются в течение всей жизни человека, и в разные периоды в той или иной степени появляются психические новообразования, происходит изменение статуса человека. Естественно, что этот процесс сопровождается переходными периодами, в той или иной степени оказывающимися кризисными, в которые человек наиболее подвержен средовым и ситуативным воздействиям (кризис новорожденного, начало учебы в школе, половое созревание, образование собственной семьи, появление ребенка, статус «бабушки— дедушки», «покинутое гнездо», выход на пенсию и т.п.).

Завершая характеристику объективных факторов виктимизации, следует отметить, что на каждом возрастном этапе существуют опасности, столкновение с которыми может привести к тому, что человек становится жертвой неблагоприятных условий социализации.

Произойдет ли столкновение с какими-либо из этих опасностей конкретного человека и станет ли он жертвой того или иного типа, зависит во многом не только от объективных обстоятельств, но и от его индивидуальных особенностей. Конечно, есть обстоятельства, в которых жертвой станет любой человек, независимо от его индивидуальных особенностей (например, сиротство), но и в этом случае восприятие или невосприятие себя жертвой может быть связано с индивидуальными особенностями человека. Нередки ситуации, когда человек, не являющийся жертвой социализации, считает себя таковой, обладая соответствующими самоощущением, уровнем самоуважения, мерой самопринятия. В конечном счете, это субъективное восприятие себя жертвой может стать предпосылкой для превращения человека в реальную жертву.

Субъективными предпосылками того, станет или нет человек жертвой неблагоприятных условий социализации, являются, главным образом, его индивидуальные особенности. От них зависит и субъективное восприятие человеком себя жертвой. В тех или иных жизненных обстоятельствах виктимизация человека зависит от темперамента и некоторых других характерологических свойств, от генетической предрасположенности к саморазрушающему или отклоняющемуся поведению.

На личностном уровне предрасположенность к тому, чтобы стать жертвой тех или иных неблагоприятных условий социализации, зависит от многих личностных характеристик, которые в одних и тех же условиях могут способствовать или препятствовать виктимизации человека. К таковым характеристикам, в частности, можно отнести степень устойчивости и меру гибкости человека, развитость у него рефлексии и саморегуляции, его ценностные ориентации и т.д. От наличия и развитости у человека этих характеристик во многом зависит то, в состоянии ли он и в какой мере противостоять и сопротивляться различным опасностям, с которыми сталкивается, а также прямому негативному влиянию окружающих.

Особо следует назвать такую личностную характеристику, как экстернальность-интернальность, т.е. склонность человека приписывать причины происходящего с ним внешним обстоятельствам или принимать ответственность за события своей жизни на себя самого.

Немаловажно и то, каким образом личность предрасположена реагировать на невозможность реализации наиболее значимых для нее потребностей, на крушение идеалов и ценностей, т.е. то, каким образом она переживает, реализуя особую форму активности, критические жизненные ситуации. От этого зависит ее способность преобразовывать свой внутренний мир, обрести благодаря переоценке ценностей осмысленность существования в изменившихся условиях.

Индивидуальные особенности, а также нормы и отношение ближайшего окружения могут приводить к тому, что вполне благополучный человек, тем не менее, считает себя неудачником, несчастным, относится к себе как к жертве жизненных обстоятельств. Его поведение и отношения с окружающими определяются подобным само— отношением, что, как минимум, усложняет его жизнь, а, как максимум, способствует формированию психических и социальных отклонений, т.е. превращает в реальную жертву.

Таким образом, можно заключить, что осознание человеком себя жертвой связано с: наличием объективных показателей виктимизации; его определенными индивидуальными особенностями; установками общества и ближайшего окружения человека.


ТЕМА 3. ТИПЫ ЖЕРТВ

3.1. Социально-демографическая характеристика жертв

Потерпевший является объектом изучения уголовного права, уголовного процесса, криминалистики, судебной медицины, судебной психиатрии, но каждой из этих дисциплин он интересен в различных отношениях, и сама степень этого интереса существенно различается.

Виктимология синтезирует и систематизирует разноплановые, разрозненные данные о потерпевшем в единое целое в целях более глубокого и всестороннего понимания причин преступлений и условий, способствующих их совершению. Такая систематизация, в свою очередь, позволит осуществить обобщение полученных данных и сделать выводы о том, что является типичным как для ситуаций, в которых происходит причинение вреда, так и непосредственно для личности потерпевших.

Для анализа виктимогенного значения указанных параметров нужна классификация потерпевших по возрасту. Различным возрастам присущи свои психофизические характеристики, особенности. В этом отношении наиболее виктимны полюса возрастных групп: несовершеннолетние и лица преклонного возраста. Общеизвестные психофизические особенности детского и подросткового возрастов — любопытство, жажда приключений, доверчивость, внушаемость, неумение приспосабливаться к условиям, в которых возникает необходимость находиться, беспомощность в конфликтных жизненных ситуациях, наконец (в ряде случаев), физическая слабость — делают указанную возрастную группу повышенно виктимной. Практика показывает, что наиболее виктимными среди несовершеннолетних оказываются подростки в возрасте двенадцати-четырнадцати лет. Это тот возраст, когда при отсутствии жизненного опыта подросток должен решать самые различные задачи: освобождения от опеки взрослых, налаживания взаимоотношений с лицами другого пола, сверстниками, к определенному времени возникает проблема выбора профессии. В этот период наиболее активно формируется личность, создается нравственное лицо индивидуума. Здесь приходится ориентироваться не только на формальное совершеннолетие — достижение восемнадцати лет, но и фактическое, так как иногда человек справляется с возникшими задачами и в шестнадцать-семнадцать лет, а в иных случаях не способен решить их и в двадцать лет. Повышенная виктимность несовершеннолетних определяется не только их психофизическими качествами, но и их социальными ролями, местом в системе социальных отношений, положением, которое они занимают в семье.

Особенности психофизического порядка определяют и повышенную виктимность лиц пожилого и преклонного возраста. Прежде всего, здесь виктимологически проявляется физическая слабость, особенно у женщин; сказываются и определенные болезненные возрастные изменения. Так, преступником могут быть использованы слабая память, снижение половой потенции и др. «Подходы» к потерпевшему преступник находит, ориентируясь на чувство одиночества, например, овдовевшей женщины; возможны и иные варианты, когда действует преступница в расчете на одинокого пожилого мужчину.

Целесообразно классифицировать потерпевших и по полу. Есть преступления, в которых потерпевшим может быть лицо только определенного пола. Данная классификация позволяет установить степень и удельный вес виктимности женщин и мужчин.

Женщины, при прочих равных условиях, несколько более виктимны, чем мужчины. Это связано, во-первых, с большим распространением половых преступлений, где потерпевшим может быть только женщина, по сравнению с преступлениями, где потерпевшим может быть только мужчина. Во-вторых, несоответствие физических сил мужчин и женщин делает последних более виктимными не только от половых, но и иных преступлений против личности. В-третьих, некоторые чисто социальные обстоятельства, характерные для женщин, делают их виктимными в большей мере, чем мужчин: они нередко не работают, связаны детьми и зависят от мужа материально; являются препятствием в передаче ребенка мужу при разводе; взыскивают алименты; именно женщины, к тому же пожилые, часто остаются в одиночестве дома и страдают при разбойных нападениях на квартиры (преступники выбирают время, когда дома остаются именно пожилые женщины). К этому следует добавить, что в отношениях между мужчиной и женщиной последние часто играют более пассивную роль.

Потерпевших целесообразно классифицировать по их ролевой занятости. Лица, занимающие определенные должности или занимающиеся определенного рода общественной деятельностью, именно в силу специфики своей работы чаще, чем другие, оказываются потерпевшими от преступления. Так, работники милиции, сторожа, кассиры, инкассаторы, военнослужащие — при исполнении обязанностей по караульной службе или патрулированию, т.е. лица, обязанные противодействовать преступнику, рискуют при этом здоровьем и даже жизнью. В сущности, мы имеем дело с групповым виктимным предрасположением, которое следует различать с точки зрения характерного поведения потерпевших: оно может быть типично активным — для милиционера, часового, ибо они вмешиваются в ситуацию, и типично пассивным, если потерпевший подвергается нападению, например, водитель такси, кассир, инкассатор. Среди потерпевших группового предрасположения достаточно часто встречаются лица, внесшие свой «виновный» вклад в механизм преступления. Например, работник милиции, не принявший мер предосторожности или превысивший свои права, верхолаз, оказавшийся жертвой несоблюдения правил техники безопасности.

Имеет значение для классификации по ролевому положению и уровень состоятельности потенциальных жертв. Наименее виктимным оказался средний класс. Виктимность начинает возрастать по мере превышения среднего уровня доходности. Очень богатым соответствует высокий уровень виктимности, несмотря на значительные меры предосторожности.

Целесообразна классификация потерпевших в зависимости от их отношения к преступнику. В механизме преступления часто решающую роль играют отношения, в которых находятся жертва и преступник: родственные, супружеские, иные интимные отношения, соседские, товарищеские, дружеские, враждебные, служебные и т.д. Социальные связи определяют как существо конфликтов, приведших к преступлению, так и динамику развития криминологической ситуации. Достаточно указать на так называемую бытовую преступность, в которой наиболее ярко проявляются стабильные отношения между преступником и потерпевшим. Г. Гентиг отметил, что часто преступник и жертва подходят друг к другу, как замок и ключ. Это не преувеличение. Виктимологический характер ряда преступлений совершенно очевиден. К таким преступлениям следует отнести умышленное убийство, причинение вреда здоровью, изнасилование, мошенничество и др.

Классификация потерпевших по нравственно-психологическим признакам. В механизме преступления проявляются самые различные нравственно-психологические особенности потерпевших: такие, как половая распущенность, склонность к употреблению алкогольных напитков и наркотических веществ, жадность, деспотизм, агрессивность, грубость, трусость, жестокость, мнительность, пассивность, доверчивость, доброта, некритичность, предусмотрительность, моральная устойчивость, рассудительность, тактичность, вежливость, решительность, храбрость, хорошая физическая подготовка, физическая слабость и др. Все эти качества проявляются в поведении и при определенных обстоятельствах могут способствовать или препятствовать совершению преступления.

Личностные качества проявляются неоднозначно. Так, трусость (качество, несомненно, отрицательное) может реализоваться в уклонении лица от вмешательства в рискованную ситуацию, а это снимает возможность причинения ему ущерба. С другой стороны, в подобной ситуации окажется более уязвимым лицо, обладающее такими положительными качествами, как храбрость, порядочность, готовность прийти на помощь. Положительные качества лица во многих случаях, но не всегда, реализуются в попытках пресечения или предотвращения преступлений. Возможно и такое стечение обстоятельств, при котором самые ценные качества человека делают его наиболее доступной преступнику жертвой.

Выделяют группу «атипичных» потерпевших, «фальшивой жертвы». Механизм причинения вреда атипичным потерпевшим несколько специфичен. В качестве атипичных потерпевших указываются лица, пострадавшие от преступлений, совершенных ими самими (членовредительство с целью уклонения от военной службы), добровольные потерпевшие (сожительство лица, не достигшего половой зрелости), самоубийцы (при доведении до самоубийства). В группу «атипичных» потерпевших следует включить также симулянтов, которым в действительности вред не причинен. Собственно, речь идет в данном случае не о потерпевших, которым причинен реальный вред, а о лицах, которые пытаются себя таковыми представить.

Потерпевших от преступлений можно классифицировать по виду и кратности причиненного им вреда. По кратности причиненного вреда потерпевших можно разделить на эпизодических (пострадали один раз) и «рецидивистов», которым вред причинялся неоднократно.

Для решения определенных аналитических задач целесообразно классифицировать потерпевших в зависимости от тяжести преступлений, от которых они пострадали (независимо от последствий), на потерпевших от преступлений небольшой тяжести; средней тяжести; тяжких преступлений; особо тяжких преступлений. Возможна группировка потерпевших по тяжести вреда, независимо от тяжести преступления.

Потерпевшие могут быть также классифицированы по степени «вины» в зависимости от того, оказался ли потерпевший таковым случайно или в силу обстоятельств, носивших закономерный характер.

Однако классификации в зависимости от демографических, ролевых, нравственно-психологических характеристик и отношения потерпевшего к преступнику, так же, как и по другим параметрам, позволяющие четко представить, какова общая виктимность той или иной классификационной группы (это необходимо для общей профилактики), все же не могут быть приняты как общеприменимые.

3.2. Социально-психологическая типология жертв

Для того чтобы с достаточной объективностью прогнозировать индивидуальное поведение, обоснованно избирать меры воздействия на субъект профилактических усилий, необходимо знание внутреннего мира человека, мотивов, коими он руководствуется, всего психологического механизма поведения.

Именно поэтому возникает необходимость создать возможно более полную социально-психологическую типологию потерпевших, которая позволила бы судить о внутреннем механизме поступков потерпевшего. Поведение человека избирательно, основано на совокупности характерных для него мотивов, побуждений, стабильных, устойчивых отношений к явлениям действительности, другим людям, фактам, обстоятельствам жизненной обстановки. Поэтому оценивая личность того или иного потерпевшего, необходимо определить, какая социальная установка ему присуща.

К агрессивному типу потерпевшего относятся лица, оказавшиеся потерпевшими от преступления в результате проявленной ими агрессии в форме нападения на причинителя вреда или других лиц, иного провоцирующего поведения (оскорбление, клевета, издевательство и т.д.).

В этом типе представлены агрессивные насильники и агрессивные провокаторы. Для потерпевших — агрессивных насильников (исключения могут быть лишь у психически больных), при всех различиях в мотивации поведения, характерно наличие насильственной антиобщественной установки личности. Их виктимное поведение, за некоторыми исключениями, одновременно и преступное. Поведение агрессивных провокаторов менее опасно, так как оно не связано с физическим насилием. Оно большей частью также правонарушающее, но реже — преступное.

Различна мотивация агрессивного виктимного поведения. Она может быть корыстной, сексуальной, связанной с бытовыми конфликтами, развиваться на фоне психической неуравновешенности и т.д. Соответственно с учетом мотивационной и поведенческой характеристик могут быть представлены подтипы агрессивных потерпевших как общей, так и избирательной направленности.

Корыстный агрессивный тип. Виктимное поведение направлено на завладение чужим имуществом. Оно заключается в нападении, физическом или психическом насилии, иных действиях, объективно провоцирующих ответное причинение вреда.

Сексуальный агрессивный тип. Виктимное поведение потерпевших данного типа — это поведение лица, покушающегося на совершение изнасилования или иного полового преступления, которому в результате сопротивления причинен вред.

Хулиган (тип с установкой на немотивированную агрессию). Виктимное поведение может заключаться в нападении, физическом насилии или ненасильственных, но провоцирующих действиях — приставании, оскорблениях, нецензурной брани и т.д. Это типичное поведение «неудачливого хулигана», часто становящегося жертвой себе подобных.

Негативный мститель. Виктимное поведение потерпевших этого типа заключается в нападении или выражено в иных действиях — оскорблениях, клевете, угрозах и т.д. в ответ на негативное поведение другого лица, как случайного, так и определенного, находящегося с ним в стабильных отношениях.

Скандалист. Виктимное поведение выражено в физическом насилии или иных провоцирующих действиях (оскорблении, клевете и др.) в отношении соседей, сослуживцев, знакомых.

Семейный деспот. Виктимное поведение выражается в физическом или психическом насилии в отношении членов семьи. Это тип истязателя, пьяницы, пользующегося тем, что жена связана материальной зависимостью, детьми.

Лицо, больное психически или страдающее расстройствами нервной системы, с повышенной общей или избирательной агрессивностью, реализующейся в виктимных насильственных или иных провоцирующих действиях в отношении определенного лица или лиц.

К потерпевшим активного типа относятся лица, поведение которых не агрессивно и не конфликтно, но, в конечном счете, приводит к причинению вреда им самим. Оно заключается в обращении с просьбой о причинении вреда или в иной форме провоцирует причинение вреда. По существу, для активных потерпевших характерно поведение двух видов: провоцирующее, если для причинения вреда привлекается другое лицо, и самопричиняющее. С учетом специфики поведения и отношения к виктимным последствиям в рамках этого типа представлены:

- сознательный подстрекатель (обращающийся с просьбой о причинении ему вреда);

- неосторожный подстрекатель (поведение объективно в форме какой-либо просьбы или иным способом провоцирует преступника на причинение вреда, но сам потерпевший этого в должной мере не осознает);

- сознательный самопричинитель (лицо, умышленно причиняющее себе физический или имущественный вред);

- неосторожный самопричинитель (вред причинен собственными неосторожными действиями в процессе совершения иного умышленного или неосторожного преступления).

Потерпевшие инициативного типа — лица, поведение которых имеет положительный характер, но приводит к причинению им вреда. Сюда относятся в первую очередь те лица, служебное или общественное положение которых делает для них вмешательство в опасные ситуации обязательным.

Инициативные потерпевшие подразделяются на инициативных общего плана (для них характерно инициативное положительное поведение в любых ситуациях конфликтного порядка) и избирательно инициативных (положительное инициативное поведение которых характерно лишь для определенных ситуаций). С учетом исполняемых ими социальных ролей в этом типе выделяются:

- инициативный по должности (виктимное поведение определяется обязанностями, вытекающими из должностного положения потерпевшего);

- инициативный по общественному положению (виктимное поведение диктуется необходимостью вмешательства в конфликтные ситуации, недопустимостью уклонения от этого по моральным соображениям);

- чисто инициативный (исключительно в силу личностных качеств, свободных от требований должностного и общественного положения). Потерпевшие этого типа имеют положительную установку личности.

Пассивный тип потерпевшего представляют лица, не оказывающие сопротивления, противодействия преступнику по различным причинам: в силу возраста, физической слабости, беспомощного состояния (стабильного или временного), трусости, из опасения ответственности за собственные противоправные или аморальные действия и т.д.

В рамках пассивного типа выделяются: объективно не способный к сопротивлению (стабильно или временно); объективно способный к сопротивлению (не оказывающий его из-за трусости, боязни огласки, опасения собственной ответственности, нежелания привлечения к ответственности причинителя вреда, страха за судьбу близких, по религиозным соображениям и т.д.).

Способность или неспособность к сопротивлению, противодействию преступнику — категория не абсолютная: это качество связано с конкретными ситуациями. Хотя, естественно, существуют лица, беспомощные применительно к любым ситуациям и обстоятельствам.

К потерпевшим некритичного типа относятся лица, демонстрирующие неосмотрительность, неумение правильно оценить жизненные ситуации. Некритичность может проявиться как на базе личностных негативных черт (алчность, корыстолюбие и др.), так и положительных (щедрость, доброта, отзывчивость, смелость и др.), а кроме того, в силу невысокого интеллектуального уровня.

Некритичные потерпевшие подразделяются на некритичных общего плана (некритично воспринимают любые жизненные ситуации) и избирательно некритичных (не могут разобраться лишь в ситуациях определенного содержания). Некритичность потерпевших в связи с личностными и ситуативными факторами может проявиться по-разному, в связи с чем выделяются варианты личности данного типа: с низким интеллектуальным и образовательным уровнем; несовершеннолетний; преклонного возраста; больной, в том числе психически; некритичный без очевидных формализованных качеств.

К нейтральному типу потерпевшего относятся лица, поведение которых во всех отношениях безупречно: оно не было негативным и никоим образом не вызывало преступные действия; в пределах своих возможностей потерпевший критически осмысливал ситуацию.

3.3. Другие классификации типов жертв криминальной и некриминальной виктимологии

Дальнейшие исследования, проводимые Д.В. Ривманом, дали ему возможность несколько изменить классификацию. Следующая классификация основана на характере и степени выраженности личностных качеств человека, определяющих его индивидуальную виктимную предрасположенность:

- универсальный (универсально-виктимный) тип характеризуется явно выраженными личностными чертами, определяющими высокую потенциальную уязвимость в отношении различных преступлений;

- избирательный (избирательно-виктимный) тип — сюда относятся люди, обладающие высокой уязвимостью в отношении определенных видов преступлений;

- ситуативный (ситуативно-виктимный) тип — люди этого типа обладают средней виктимностью, и они становятся жертвами в результате стечения ситуативных факторов;

- случайный (случайно-виктимный) тип — сюда относятся люди, которые стали жертвами в результате случайного стечения обстоятельств;

- профессиональный (профессионально-виктимный) тип включает людей, виктимность которых определяется их профессиональной занятостью.

В.А. Туляков, в свою очередь, предлагает классификацию жертв преступлений, основанную на характеристике мотивации ведущей виктимной активности личности:

- импульсивная жертва, характеризующаяся преобладающим бессознательным чувством страха, подавленностью реакций и рационального мышления на нападения правонарушителя;

- жертва с утилитарно-ситуативной активностью. Добровольные жертвы. Рецидивные, «застревающие» жертвы, в силу своей деятельности, статуса, неосмотрительности в ситуациях, требующих благоразумия, попадающие в криминальные ситуации;

- установочная жертва. Агрессивная жертва, «ходячая бомба», истероид, вызывающим поведением провоцирующий преступника на ответные действия;

- рациональная жертва. Жертва-провокатор, сама создающая ситуацию совершения преступления и сама попадающая в эту ловушку;

- жертва с ретретистской активностью. Пассивный провокатор, который своим внешним видом, образом жизни, повышенной тревожностью и доступностью подталкивает преступников к совершению правонарушений.

Гораздо меньше (если не сказать крайне мало) исследований типов жертв существует собственно в некриминальной виктимологии. В процессе консультационной работы на «телефоне доверия» были выявлены следующие типы жертв (Плотникова):

- виноватые. Люди данного типа занимаются самоуничижением, с готовностью берут на себя ответственность за независящие от них события, за все беды и напасти. Они рьяно доказывают свою вину, приводя убедительные — с их точки зрения — доводы, и продолжают использовать вину в своих целях, часто по-детски наслаждаясь ею. Большинство из них редко совершает что-то противозаконное. Они могут использовать вину как орудие воспитания детей, передавая ее как эстафетную палочку своему ребенку;

- обвинители искренне верят, что желают изменить конкретного человека или возникшую ситуацию, на самом деле их цель — повесить вину на другого, снять с себя ответственность за свои чувства и поведение. «Обвинители» бывают злые, изобретающие удовлетворительные оправдания для своего праведного гнева; или печальные, обосновывающие свою грусть объективными с их точки зрения причинами;

- самозапугиватели. Страх и беспокойство — излюбленные эмоциональные реакции таких людей на воображаемую опасность в настоящем или в будущем. Человек с фобией знает, что его страхи воображаемые, но боится так же, как если бы они были настоящими. Многие фобии существуют за счет того, что человек заглядывает в будущее, а не живет в настоящем, в котором нет страшных для него событий. Надо помнить, что некоторые страхи могут быть и обоснованными. Например, страх перед реально опасным супругом, избивающим жену;

- супермены боятся проявления своих эмоций. Они недооценивают как себя, так и других, им нелегко найти контакт со своими и чужими чувствами. Люди, подавляющие страх, рискующие своей жизнью, неосознанно стремятся к саморазрушению. Они развлекают публику леденящими душу подвигами и будут спорить и доказывать другим, что умеют заботиться о себе, а жизнь без риска была бы слишком скучной.

Любой потерпевший, любая жертва преступления, как потенциальная, так и реальная, обладает определенными качествами, делающими ее в большей или меньшей степени уязвимой. Очевидно, что определенные личностные качества, определенное поведение, специфичное общественное или служебное положение создают уязвимость: предрасположенность к причинению физического, морального или материального вреда. Как уже говорилось, качество, о котором, идет речь, обозначается в виктимологии термином «индивидуальная виктимность».


ТЕМА 4. ПОНЯТИЕ ВИКТИМНОСТИ

4.1. Сущность виктимности

Термин «виктимность» введен в научный оборот Л.В. Франком, однако относительно понятия «виктимность» практически с «рождением» термина появились различные точки зрения. В основном расхождения касаются: структурных элементов виктимности; ее оценки как состояния и объективного свойства лица; момента возникновения потенциальной виктимности; соотношения потенциальной и реализованной виктимности.

Л.В. Франк первоначально определил индивидуальную виктимность «как реализованную преступным актом «предрасположенность», вернее, способность стать при определенных обстоятельствах жертвой преступления или, другими словами, неспособность избежать опасности там, где она объективно была предотвратима». Как видно из этого определения, Л. В. Франк рассматривал индивидуальную виктимность как реализованную преступным актом личностную предрасположенность, способность. Позднее он добавил, что индивидуальная виктимность — это не только реализованная, но и потенциальная способность «тех или иных лиц стать потерпевшими или, иными словами, неспособность избежать преступного посягательства там, где объективно это было возможно». При этом имеется в виду повышенная способность стать жертвой «в силу ряда субъективных и объективных обстоятельств». Следовательно, по Франку, индивидуальная виктимность — это потенциальная, а равно и реализованная повышенная способность стать жертвой преступного посягательства при условии, что объективно этого можно было бы избежать.

В.И. Полубинский определяет индивидуальную виктимность как свойство данного человека, обусловленное его социальными, психологическими или биофизическими качествами (либо их совокупностью), способствующее в определенной жизненной ситуации формированию условий, при которых возникает возможность причинения ему вреда противоправными действиями. Иначе говоря, виктимность конкретного человека представляет собой его потенциальную способность оказаться жертвой преступления в результате взаимодействия его личностных качеств с внешними факторами. Индивидуальная виктимность, следовательно, складывается из личностного и ситуационного компонентов, причем качественная характеристика первого находится в системной зависимости от второго.

Личностный компонент индивидуальной виктимности — это способность стать жертвой в силу определенных, присущих индивиду субъективных качеств. Повышенная степень уязвимости за счет личностного компонента виктимности вытекает из наличия соответствующих виктимных предрасположений, т.е. социальных, психологических, биофизических качеств, повышающих степень уязвимости индивида.

Виктимность характеризуется и таким качественным параметром, как универсальность, т.е. возможность реализации в ситуациях более или менее широкого круга преступлений. В этом плане виктимность проявляется как общая и специальная (или избирательная) характеристика человека. Эти характеристики не выражают степени уязвимости (повышенная, средняя, пониженная виктимность). Они лишь представляют максимально полный для данного человека «набор» общих и специальных виктимных потенций, каждая из которых может проявляться в различной (от минимальной до самой высокой) степени.

Помимо индивидуальной виктимности существует и виктимность массовая, виктимность как социальное явление. Это сложное явление, которое в зависимости от реализации определенных личностных и ситуативных факторов, сложившихся в определенное множество, выражается в различных видах. К ним следует отнести: групповую виктимность (виктимность отдельных групп населения, категорий людей, сходных по параметрам виктимности); объектно-видовую виктимность (виктимность как предпосылку и следствие различных видов преступлений); субъектно-видовую виктимность (виктимность как предпосылку и следствие преступлений, совершаемых различными категориями преступников). Субъекты последней — антиподы субъектов виктимизации.

Если индивидуальная виктимность может реализоваться, а может и остаться в виде нереализованных предрасположений и предпосылок, то виктимность массовая — это, в конечном счете, всегда виктимность реализованная, так как виктимные предрасположения и предпосылки массы индивидов, для большинства остающиеся в потенции, вместе с тем закономерно реализуются для некоторой части этих индивидов.

Массовая виктимность включает в себя три компонента:

- совокупность потенций уязвимости, реально существующей у населения в целом и отдельных его групп (общностей);

- деятельный, поведенческий компонент, который выражен в совокупности актов опасного для действующих индивидов поведения (позитивного, негативного, толкающего на преступление или создающего способствующие условия);

- совокупность актов причинения вреда, последствий преступлений, т.е. реализации виктимности, виктимизации (виктимность — результат).

Психологический фон массовой виктимности проявляется многопланово: в содержательном плане массовое виктимное поведение может быть, как и индивидуальное, нейтральным, положительным и негативным.

Массовая виктимность характеризуется состоянием: уровнем, структурой и динамикой. Уровень виктимности — это выраженное в абсолютных цифрах число преступлений, повлекших причинение вреда физическим лицам; число потерпевших от этих преступлений, а также случаев причинения вреда преступлениями, так как их может быть больше, чем преступлений и потерпевших (жертв). Структура виктимности может быть построена по самым различным признакам: полу, возрасту, образованию и другим параметрам, относящимся к потерпевшим; признакам, относящимся к преступникам, причинившим вред, а также к преступлениям. Динамика виктимности сложна по ее функциональным зависимостям. С одной стороны, виктимность преобразовывается в связи с количественными и качественными изменениями преступности, с другой — виктимность изменяется «раньше» преступности, и уже это влечет изменение в последней.

Таким образом, массовая виктимность — отражающее состояние общества, связанное с преступностью, исторически изменчивое социальное явление, оно выражается в совокупности всех жертв и актов причинения вреда преступлениями физическим лицам на определенной территории в определенный период времени и общих для населения и отдельных его групп потенций уязвимости, реализующихся в массе разнохарактерных индивидуальных виктимных проявлений, в различной степени детерминирующих совершение преступлений и причинение вреда.

4.2. Аспекты, типы, формы, компоненты виктимности

С определенной долей условности принято выделять психологические аспекты виктимности (специальную виктимность) и виктимность общую, связанную с полом, возрастом, социальной ролью и социальным статусом жертвы. Достаточно сложно провести конструктивное разделение между этими двумя видами виктимности. Например, в ряде исследований установлено, что жертву убийства характеризуют неосмотрительность, чрезмерная склонность к риску, конфликтность, склонность к агрессии, эгоцентризм, злоупотребление спиртным, зачастую жертва знакома с преступником; жертвы изнасилований часто неразборчивы в знакомствах, эксцентричны, или, наоборот, нерешительны, личностно незрелы, не имеют опыта половых отношений, инфантильны; жертвы истязаний в большинстве случаев знакомы с преступником и находятся в той или иной зависимости от него (жена, сожительница, ребенок, мать), по характеру они часто слабовольны и не имеют устойчивых жизненных позиций, сформированных интересов, порой ведут аморальный образ жизни; жертвы мошенников чрезмерно доверчивы, некомпетентны, в ряде случаев жадны или испытывают материальные трудности, нередко суеверны.

Перечисленные преимущественно психологические качества жертв тех или иных преступлений так или иначе связаны с признаками, относящимися к общей виктимности. Поэтому выделение отдельных психологических качеств жертв — чрезвычайно важная и сложная задача виктимологического анализа.

Некоторые ученые (В.А. Туляков) выделяют два конститутивных типа виктимности:

- личностный (как объективно существующее у человека качество, выражающееся в субъективной способности некоторых индивидуумов становиться жертвами определенного вида преступлений в условиях, когда имелась реальная и очевидная для обыденного сознания возможность избежать этого);

- ролевой (как объективно существующую в данных условиях жизнедеятельности характеристику некоторых социальных ролей, выражающуюся в опасности для лиц, их исполняющих, независимо от своих личностных качеств, подвергнуться определенному виду преступных посягательств лишь в силу исполнения такой роли).

Таким образом, виктимность как отклонение от норм безопасного поведения реализуется в совокупности социальных (статусные характеристики ролевых жертв и поведенческие отклонения от норм индивидуальной и социальной безопасности), психических (патологическая виктимность, страх перед преступностью и иными аномалиями) и моральных (интериоризация виктимогенных норм, правил поведения виктимной и преступной субкультуры, виктимные внутриличностные конфликты) проявлений (Сабитов).

Выдающийся японский виктимолог К. Миядзава выделял общую виктимность, зависящую от социальных, ролевых и гендерных характеристик жертвы, и специальную, реализующуюся в установках, свойствах и атрибуциях личности. Причем, по утверждению К. Мия— дзавы, при сочетании этих двух типов виктимность увеличивается.

Виктимность может проявляться в двух основных формах: эвентуальной (от латинского «эвентус» — случай) и децидивной (от латинского «децидо» — решение) (В.А. Туляков). Эвентуальная вик— тимность (виктимность в потенции), означающая возможность при случае, при известных обстоятельствах, при определенной ситуации стать жертвой преступления, включает в себя причинно обусловленные и причинно сообразные девиации. Естественно, что характеристики эвентуальной виктимности в основном определяются частотой виктимизации определенных слоев и групп населения и закономерностями, присущими такой виктимизации. Децидивная виктимность (виктимность в действии), охватывающая стадии подготовки и принятия виктимогенного решения, да и саму виктимную активность, соответственно, включает в себя целесообразные и целеобусловленные девиации, служащие катализатором причинения вреда.

Комплексный анализ компонентов виктимности, ее форм и проявлений в различных сферах социальной жизни позволяет глубже понять социальные и психологические корни отклонений от безопасного поведения, которые делают человека жертвой преступлений, определить особенности взаимодействия жертвы и преступника в механизме преступного поведения.

При таком понимании основными компонентами виктимности, подлежащими анализу, являются: ситуационный, социально-ролевой (раскрывающий виктимность с точки зрения соотношения виктимогенной ситуации и личностных качеств потенциальной жертвы, а также типичные реакции людей в конкретной виктимогенной обстановке); интеллектуально-волевой (изучающий характеристики сознательной, целесообразной и целеобусловленной виктимности); аксиологический (описывающий ценностные ориентации и потребности как аспекты виктимности); деятельностно-практический (исследующий типовые формы поведенческой активности типичных жертв, формы, природу и закономерности взаимоотношений между жертвами и правонарушителями); эмоционально-установочный (характеризующий психологические факторы виктимности); физико-биологический (описывающий основные природные детерминанты виктимности).

В частности, исследования виктимности показывают, что основной характерной чертой виктимности современных жертв преступлений (3. Старович) является совокупность нижеперечисленных показателей:

- расстройства эмоционально-установочной и аксиологической сфер. Эти расстройства выражаются как в нарушении потребности в обеспечении безопасности, так и в формировании под влиянием личностных особенностей препятствия и реализации потребности в обеспечении безопасности у жертв преступлений. К таким особенностям относятся виктимные комплексы, патологическая страсть к приключениям, оценка окружения как враждебного, общее состояние страха перед преступностью, околосонные виктимные иллюзии;

- нарушения норм безопасного поведения, реализующиеся как на ситуационном, так и на деятельностно-практическом и интеллектуально-волевом уровнях. Формами проявления такой виктимной активности служат различного рода комплексы неполноценности, связанные с психологическими и соматическими дисфункциями организма, а также с отторжением жертвы ближайшим окружением и формированием у нее комплекса мнимой и/или притворной жертвы;

— в указанную группу включаются также типичные виктимные отклонения (мазохизм, садизм, эксгибиционизм, патологический эротизм-нимфомания) и нетипичные виктимные девиации (проституция, алкоголизм, гомосексуализм), как правило, отягощенные виктимными тенденциями социогенного характера (социальнодемографические и социокультурные особенности личности и поведения у жертв).

4.3. Виктимологическое значение конфликтов

Рассматривая виктимность как психическую и социально-психологическую девиацию, следует отметить особую роль страха перед преступностью как основной формы ее проявления на индивидуальном и групповом уровнях. Обычно страх определяется как эмоция, возникающая в ситуациях угрозы биологическому или социальному существованию человека и направленная на источник действительной и воображаемой опасности.

Ф. Риман, рассматривая с точки зрения теории синергетики страхи как форму реализации противоречия между человеческими стремлениями к устойчивости, определенности бытия и индивидуальными потребностями в переменах, утверждает, что в основном страхи, являясь органичными составляющими нашей жизни как биологических и социальных существ, напрямую связаны с соматическим, душевным и социальным развитием, с овладением новыми функциями при вступлении в общество или содружество. Страх всегда сопровождает каждый новый шаг по пересечению границ привычного, требующий от нас решимости перейти от изведанного к новому и неизвестному. Страх может выражаться как в форме специфической боязни определенных ситуаций или объектов (страх перед незнакомцем, насильником, темнотой), так и в форме генерализованного и расплывчатого состояния, определяемого воздействием коллективного опыта виктимизации (боязнь преступности вообще), коллективного поведения (массовая паника, страх перед терроризмом), воздействия средств массовой информации (страх перед эрзац-преступностью: маньяками, мафией и наркоманами).

Страх напрямую связан с психическими установками, самочувствием, системой ценностей и опытом социального общения. По Ф. Риману, основными формами страха являются: страх перед самоотвержением, переживаемый как утрата Я и зависимость; страх перед самостановлением (стагнацией Я), переживаемый как беззащитность и изоляция; страх перед изменением, переживаемый как изменчивость и неуверенность; страх перед необходимостью, переживаемый как окончательность и несвобода.

Страх перед преступностью, как правило, иррационален и проявляется во всех выделенных Ф. Риманом формах, приводя к истерическим и паническим реакциям, застревающим ступорным состояниям, депрессивному «молчанию ягнят», агрессивно-шизоидным фобиям.

С виктимологической точки зрения определенный интерес представляет рассмотрение также и уровней страха перед преступностью. Здесь выделяют {В.А. Туляков).

- общее состояние страха перед преступностью. Практически это связанный с опытом социализации и с социально-психологическим состоянием общества в целом сигнал, предупреждающий о приближающейся угрозе и мотивирующий определенные и естественные защитные реакции. В норме они выражаются в ситуативной профилактике возможных криминогенных ситуаций, в принятии защитных мер безопасности личности, имущества, семьи. Патологический страх перед преступностью выражается в панике, навязчивой фобии стать жертвой, в восприятии любого окружения как социально опасного, в неадекватных агрессивных реакциях;

- культурные состояния страха перед преступностью могут определяться как рикошетной виктимизацией близких, членов референтных групп и связанными с этим стрессами и невротическими состояниями (синдром виктимной субкультуры), так и вызванной нарушением прав человека политикой угнетения определенной расы, нации, народности. В наиболее острых формах они могут проявляться в беспомощности, подавленности и сопутствующих депрессивных состояниях: может наблюдаться уход от социальных контактов, печаль, раздражительность, страдания, ослабление интересов и способностей, аморфность поведения, алкоголизация, наркотизм, неадекватные реакции, суицидальная активность;

- детерминированные опытом виктимизации личностные виктимные фобии. В норме выражаются в накопленном негативном опыте столкновения с различными формами насилия, рациональном поиске выхода из таких ситуаций и определенных опасениях попадания в сходные ситуации. Патологическое развитие влечет за собой неврозы, психотические состояния, опасения вновь и вновь стать беспомощной жертвой, параноидальный бред преследования;

- острые состояния страха в критической ситуации. В зависимости от психики, темперамента и иных личностных качеств, опыта разрешения конфликтных ситуаций могут варьироваться: от поиска рационального выхода из конфликта до героических поступков и патологической трусости.

К числу психических девиаций виктимного характера относят и определенные расстройства психической деятельности, затрудняющие социальную адаптацию и в определенных случаях носящие патологический характер (мазохизм, садизм, эксгибиционизм, патологический эротизм-нимфомания).

Интериоризация виктимогенных норм, правил поведения виктимной и преступной субкультуры, виктимные внутриличностные конфликты могут играть значительную роль в формировании поведения, связанного с оценкой самого себя как жертвы, переживанием собственных бед и неудач как детерминированных исключительно личностными качествами либо, наоборот, — враждебным окружением.

Проблема стигматизации себя как жертвы, не способной нормально адаптироваться к существующим условиям социального развития, определенным образом связана с состоянием внутриличностного конфликта. Внутриличностный конфликт как переживание, вызванное столкновением различных структур внутреннего мира личности, может приводить к снижению самооценки, сомнениям, эмоциональному напряжению, негативным эмоциям, нарушениям адаптации, стрессам. К основным видам внутршичностного конфликта специалисты в области конфликтологии относят: мотивационный, нравственный, нереализованного желания или комплекса неполноценности, ролевой, адаптационный, неадекватной самооценки, невротический конфликты (Анцупов, Шипилов).

Во многом возникновение внутриличностных конфликтов имеет виктимологическое значение только тогда, когда они перерастают в жизненные кризисы и ведут к виктимным поведенческим реакциям. Так, при негативном развитии событий неспособность человека справиться с экстремальной ситуацией, опыт боязни преступника, собственной слабости и беспомощности может кумулироваться, скрываясь от сознания и проявляясь в изменениях реакций, постоянных стрессах, эмоциональном ступоре, необоснованных, неадекватных реакциях при попадании в сходную ситуацию. Умение же справиться с ситуацией как самостоятельно, так и с помощью общества, друзей и близких, ведет к укреплению личности, ее нравственному совершенствованию.

Нереализованные и неразрешенные внутриличностные конфликты меняют психические и физиологические реакции организма, а также ведут к развитию виктимных комплексов', комплекса мнимой жертвы (трусость, паникерство, постоянные подозрения об угрозе безопасности со стороны окружающих); комплекса притворной жертвы (своим нытьем и страхами притягивающей беду).

Ролевые межличностные конфликты могут приводить к формированию следующих специфических виктимных комплексов, при стечении обстоятельств реализующихся в деструктивном поведении: комплекса жертвы-дитяти; комплекса жертвы-подкаблучника; комплекса безвинной жертвы.

Специалисты по транзактному анализу утверждают, что, эксплуатируя свои комплексы и манипулируя другими, люди провоцируют других и играют определенные роли с целью поддержания в себе чувства вины, боли, страха, возникавших ранее в сходных ситуациях. Говоря о роли восприятия и воплощении в соответствующем поведении виктимных правил и норм соответствующей субкультуры, следует отметить определенную значимость конфликтов между требованиями двух систем морали: первой, отстаивающей необходимость и дозволенность безопасного поведения, и двух других, выражающих точки зрения социальных групп аутсайдеров: групп, стремящихся к повышенному риску в собственной жизни («экстремалы»), и групп, стремящихся спрятаться в «башню из слоновой кости», отгородиться и переждать.

К основным состояниям, связанным с интериоризацией норм подобных групповых субкультур, могут быть отнесены: гипервиктимность и гиповиктимность.