Сайт Юридическая психология

Хрестоматия по юридической психологии. Особенная часть.



 

Коновалова В.Е.
Психология в расследовании преступлений.
Харьков, 1978. Стр. 49-62.

 

 

ГЛАВА II. ПОЗНАВАТЕЛЬНАЯ ФУНКЦИЯ ПСИХОЛОГИИ В ПРОИЗВОДСТВЕ ОТДЕЛЬНЫХ СЛЕДСТВЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ

§ 1. Осмотр места происшествия

Место происшествия как источник познавательной информации в расследовании.

Целью каждого следственного действия является получение доказательств, способствующих расследованию преступления, то есть установлению объективной истины. В зависимости от характера информации, которую предполагается получить, избирается то следственное действие, с помощью которого можно достичь цели. В этом отношении обыск может дать вещественную информацию, которая заключается в обнаружении вещественных доказательств; предъявление для опознания — информацию, выражающуюся в заявлении о тождестве предъявляемого и наблюдаемого ранее лица; допрос — информацию, содержащую в себе комплекс интересующих следователя и известных допрашиваемому данных о событии преступления; судебная экспертиза — информацию о данных, установление которых требует специального исследования и т. п. Если рассмотреть названные следственные действия в плане способов получения и характера информации, то мы увидим, что каждое из них позволяет получить информацию, доказательственная ценность которой может быть сразу же определена. В этом отношении такое действие, как осмотр места происшествия обладает известной спецификой, выделяющей его из числа других следственных действий, которая заключается в следующем: 1) осмотр места происшествия преследует цель обнаружения неопределенного круга доказательств, характер которых диктуется особенностями преступления, способом его совершения и сокрытия; 2) при обнаружении той или иной информации следователь должен решить вопрос о ее относимости к расследуемому преступлению и доказательственном значении. Указанные обстоятельства позволяют отнести осмотр места происшествия к числу наиболее сложных следственных действий, в процессе которого решается значительный круг вопросов, что требует интеллектуального напряжения, аналитического подхода к осмысливанию комплекса данных, имеющих отношение к событию и могущих впоследствии сыграть роль доказательств по делу. Поэтому выяснение роли и функций психологии в решении конкретных задач производства такого следственного действия, как осмотр места происшествия, представляет известный интерес. При выяснении этого вопроса большое значение имеет рассмотрение места происшествия как комплекса данных, позволяющих обнаружить различную по объему и ценности информацию о событии преступления.

Место происшествия представляет собой фрагмент объективно существующего события, где запечатлены его отдельные стороны. В большей или меньшей мере место происшествия содержит объективную информацию о событии, выраженную в изменении обстановки, следах действий преступника, их последствий, намерений преступника и других данных, позволяющих построить мысленную или частично материальную модель события преступления, его обстоятельств. Именно потому, что место происшествия содержит наиболее полную и разностороннюю информацию, теория криминалистической тактики называет перечень вопросов, которые могут и должны быть решены в процессе этого следственного действия. Среди них такие, как данные о личности преступника, способах проникновения и времени его пребывания на месте происшествия, мотивах и целях совершения преступления, способах сокрытия следов и т. п. [см. 32, с. 58]. В теории криминалистики также отмечается, что первые частные и общие версии о событии преступления, выдвигаемые следователем, нередко имеют в своей основе анализ результатов осмотра места происшествия. Такое указание свидетельствует о том, что место происшествия дает достаточно данных для определения направления расследования и позволяет в отдельных случаях выдвинуть версии, способствующие быстрому и эффективному расследованию преступления [см. 32, с. 59].

Информация, получаемая с места происшествия, имеет разносторонний характер и различную доказательственную значимость. В ее комплексе важно обнаружить именно то, что имеет отношение к событию преступления. Для этого необходимо решить определенные мыслительные задачи. В формировании этого сложного процесса психология выступает в нескольких планах, а именно: 1) восприятии обстановки места происшествия; 2) мысленном анализе обнаруженных следов и вещественных доказательств; 3) установлении причинного отношения обнаруженного к событию происшествия; 4) создании мысленной модели происшедшего события. Рассмотрим каждый из названных планов.

Восприятие обстановки места происшествия. Восприятие обстановки места происшествия, осуществляемое следователем, подчинено общим закономерностям восприятия, однако наряду с этим обладает спецификой, определяемой подчинением восприятия формирующейся или уже взятой за исходную мысленной модели события. Если рассмотреть восприятие, осуществляемое следователем с точки зрения его особенностей, обусловленных профессией, то мы увидим, что оно обладает рядом черт. К ним можно отнести определяемую прежним опытом избирательность, направленную на восприятие следов и вещественных доказательств, связанных с событием преступления, точную и быструю оценку воспринятого, способность обнаруживать в воспринятом такую информацию, которая способствует обнаружению других доказательств по делу.

Восприятие тех или иных следов и обстановки, связанных с событием преступления, находится в достаточно узком кругу рекомендаций криминалистики относительно специфики осмотра по делам конкретной категории, объема и характера обнаруженных доказательств. Поэтому следователь всегда достаточно подготовлен к восприятию обстановки места происшествия. Профессиональные знания следователя помогают определить доказательства, которые должны быть в обстоятельствах, подобных тем, которые возникли в действительности. При этом рекомендации криминалистики выполняют чрезвычайно важную роль, способствуя более детальному и полному восприятию обстановки при осмотре места происшествия. Однако их положительная роль в отдельных случаях при наличии профессиональной деформации у следователя может нивелироваться. Вследствие этого очень важно подчеркивать при овладении теоретическими положениями криминалистики, что рекомендации последней не имеют косного характера, а должны творчески развиваться с учетом конкретной ситуации.

Профессиональная направленность при восприятии во время рассматриваемого процесса позволяет устанавливать предполагаемые места нахождения следов и в случаях их обычного оставления, и в случаях маскировки. Так, следователь, используя рекомендации криминалистики, легко ориентируется в том, где в процессе осмотра нужно искать следы пальцев рук, на каких поверхностях они сохраняются в виде, пригодном для идентификации. Так же широко использует следователь профессиональные знания в случаях маскировки следов, их уничтожения. Осматривая предполагаемое место убийства, следователь воспринимает обстановку с точки зрения возможности обнаружения наиболее характерных следов этого события. Поэтому, воспринимая пятна на одежде, белье, полах, замытые или испачканные каким-либо веществом для маскировки последних, следователь легко ориентируется в их характере, возможной локализации на различных предметах. Профессиональные знания позволяют следователю из всей группы предметов воспринимать те, которые имеют отношение к преступлению и могут способствовать его расследованию.

Немалое значение в направленности восприятия имеет та мысленная модель, которая возникает у следователя до осмотра места происшествия в период сообщения ему о событии преступления. В очень редких случаях следователь, выезжая на место происшествия, не имеет хотя бы некоторого представления о событии преступления. Оно может быть отрывочным, неправильным, неточным, но оно существует. Так как мышление следователя сосредотачивается на определенном преступлении (происшествии), он продумывает различные варианты его возможного совершения. Возникает определенная модель события, которая является мысленной наметкой поведения следователя во время осмотра места происшествия, сосредоточения внимания на определенных объектах, являющихся узловыми при расследовании в аналогичных ситуациях. Несомненна познавательная роль такой модели, она заключается в активизации мышления следователя в заданном направлении (направлении, определяемом сообщением о факте).

Действие такой модели ограничено начальным этапом осмотра места происшествия. Так, при столкновении мысленной модели с реальной обстановкой происшествия она либо утрачивает свое значение, либо, напротив, более активно способствует выполнению познавательной функции. Мысленная модель, построенная на основе абстрактных сведений о типичных ситуациях и отдельных сведениях о данном происшествии, влияет на направленность восприятия следователя, и в тех случаях, когда достаточно овладела мышлением, в начальный период осмотра места происшествия может навязывать представление о событии, противоречащее действительности. Тогда следователь акцентирует свое внимание на всем том, что подтверждает сформировавшуюся модель. В этих случаях ему не всегда удается сразу освободиться от ставшей уже привычной модели, и он вынужден преодолевать ее путем восприятия и анализа обстоятельств, следов, противоречащих его прежним представлениям. При этом решающее значение приобретает соблюдение тактического правила объективного подхода к восприятию и оценке всех данных, запечатленных в обстановке места происшествия, гарантирующего наиболее полное собирание доказательств в процессе осуществления этого следственного действия.

Мысленный анализ обнаруженных следов и вещественных доказательств. При осмотре места происшествия уже в процессе восприятия присутствуют элементы мысленного анализа, позволяющего относить воспринятое к объектам, содержащим доказательственную информацию или. не имеющим значения в плане познания события. Названный анализ в его мысленном выражении распространяется на всю обстановку места происшествия, которая, по определению Р. С. Белкина, является проявлением «качества и пространственных связей, составляющих в своем комплексе место происшествия» [7, с. 139] и отдельные следы и предметы, находящиеся в этой обстановке и нередко позволяющие правильно оценить последнюю.

Поскольку для аналитической деятельности, действительной или мысленной, характерным является вычленение объектов анализа из их совокупности и первоначально изолированное их рассмотрение, постольку при осмотре места происшествия применение этой функции анализа обладает такими же характеристиками. Обнаруживаемый в процессе осмотра места происшествия объект первоначально рассматривается и анализируется с точки зрения его обычной субстанции и назначения. После этого аналитическая деятельность мысли направлена на установление в обнаруженном объекте таких признаков, которые свидетельствуют о его использовании в событии преступления. Дальнейший анализ предполагает установление других данных, позволяющих определить роль объекта, место его использования, способы его применения и т. п. Таким образом, названный этап анализа позволяет определить нити, связывающие определенный объект с событием преступления, тем самым выяснить целый круг обстоятельств, имеющих значение для осуществления познания в расследовании.

В свете сказанного обратимся к рассмотрению целей мысленного анализа в отношении ножа, обнаруженного на месте происшествия по делу об убийстве. Прежде всего обнаруженный нож воспринимается с точки зрения человеческого представления о возможных функциях ножа в определенных ситуациях. Здесь учитывается его форма, назначение, а также индивидуальные признаки, позволяющие придти к определенным выводам, в частности о том, кому он принадлежит. Дальнейший анализ направлен на обнаружение таких следов применения ножа, которые свидетельствуют о его использовании в совершении преступления. Эта часть аналитической деятельности выражается в поиске на ноже следов пальцев рук, крови, следов отлома лезвия, волос, обрывков ткани, которые дают возможность сразу же решить множество вопросов, связанных с локализацией применения ножа, силой, которая была использована при этом, характером повреждений, которые могут быть обнаружены на потерпевшем в дальнейшем. Анализ места расположения обнаруженного ножа по отношению к другим объектам осмотра позволяет сделать выводы иного плана, в частности такие, как степень насилия, психическое состояние преступника, обстоятельства, предшествующие преступным действиям.

Большое значение для углубленного анализа объектов, составляющих обстановку места происшествия, имеет помощь специалиста. Специалист в той или иной области приглашается для участия в осмотре соответственно по делам таких категорий, где его знания могут дать наибольшую результативность. Так, при осмотре места происшествия по делам о хищении государственного и общественного имущества, совершенных путем взлома хранилища, для участия в осмотре приглашается специалист в области криминалистики, который поможет следователю решить множество вопросов, связанных со взломом, а именно: в каком месте и чем был произведен взлом (предварительно), какой период времени понадобился для разрушения преграды, сколько человек принимало участие во взломе и др. Разумеется, анализ следов взлома, произведенный следователем без участия специалиста, затруднил и отдалил бы момент решения данных вопросов. В тех случаях, когда при осмотре места происшествия участвует специалист, аналитическая функция, выполняемая следователем, получает свое наиболее разностороннее выражение. Главная ее роль состоит в обнаружении признаков, не только свидетельствующих о сущности того или иного объекта, но и указывающих на взаимосвязь этого объекта (действительную, возможную) с обстановкой события и обстоятельствами, установление которых имеет важное значение для расследования дела.

Мысленный анализ объектов, проводимый во время осмотра места происшествия, использует также данные фактического анализа, в частности измерения, наблюдения с помощью научно-технических средств, сравнения. Рекомендуемые криминалистикой научно-технические средства обеспечивают при их применении не только достаточно глубокое изучение свойств и признаков объектов, но и в отдельных случаях позволяют обнаружить невидимое или мало видимое при визуальном осмотре. Применение лупы, светофильтров, ультрафиолетовых осветителей, опыляющих порошков во многих случаях прибавляет к результатам мысленного анализа некоторое количество признаков, правильная оценка которых может во многом определить возможность рассмотрения обнаруженного в качестве вещественного доказательства по делу.

Поэтому мысленный анализ, осуществляемый следователем в процессе осмотра места происшествия, не является только мысленным в строгом понимании этого слова, а содержит в себе элементы действительного анализа, углубляющие аналитическую стадию познания.

Мысленный анализ, как и восприятие следователем объектов места происшествия, обладает избирательностью, определяемой характером события, конкретными обстоятельствами и обстановкой рассматриваемого места происшествия. Наряду с анализом общей обстановки места происшествия, восприятие следователя избирательно направлено на те объекты, которые, если следовать типичным представлениям о развитии события преступления, могут содержать в себе наибольшую доказательственную информацию о происшедшем. Вместе с тем большое значение при анализе общей обстановки места происшествия и составляющих ее объектов имеют рекомендации о том, что «нужно искать признаки не только наиболее отчетливо проявляющегося в данной ситуации преступления, но и сходного или противоположного ему» [32, с. 57]. В. П. Колмаков, иллюстрируя данное положение, отмечает, что обнаружение, например, трупа на дороге с повреждениями, похожими по признакам на автотравму, требует выяснения не только вопросов, относящихся к нарушению правил безопасности движения и эксплуатации автомототранспорта, но и вопросов, относящихся к убийству, инсценировке самоубийства или несчастного случая. Такая рекомендация ориентирует следователя на более разносторонний анализ признаков, относящихся по своей характеристике к нескольким преступлениям или возможным их последствиям, что устраняет опасность утраты признаков, которые могут пролить свет на то или иное событие преступления.

Установление причинного отношения обнаруженного к событию преступления. Восприятие обстановки места происшествия и анализ ее объектов являются одной из ступеней познания, осуществляемого в процессе расследования. Однако данные, полученные в результате анализа, сами по себе, в их изолированном виде, не позволяют получить достаточно полную информацию о событии, проследить его развитие и возникновение. Инструментом, осуществляющим логическую связь обнаруженного с другими доказательствами и с действиями лиц, является причинно-следственное отношение, как бы восстанавливающее из фрагментов картину события, где видны все взаимосвязи.

Установление причинных отношений между обнаруженным и действием, послужившим основой для его появления, подчинено общим закономерностям марксистской диалектики, а именно: категории причины и следствия, как одной из ступеней осуществления познания вообще и применительно к частной области. Если в этом плане рассматривать общую обстановку происшествия и составляющие ее объекты, взаимосвязанные с событием преступления, мы увидим, что все они являются следствиями определенных причин. В этом своем качестве анализ обнаруженного следствия является основанием мысленного восхождения к причине, его породившей, а значит — к установлению искомого. Тщательность и глубина анализа во всех случаях обеспечивают правильное определение причинных отношений объекта. Анализ обстановки места происшествия при этом имеет своей целью получение определенной информации, позволяющей установить временные связи события с анализируемым объектом, а также субстанциональные, пространственные, личностные, связи с источником его происхождения и способом сокрытия. Поэтому каждый обнаруженный объект анализируется не в плане существования в материальном мире, а в плане его места, роли и значения в установлении события преступления. Этим требованием определяется и направленность анализа, и его известная ограниченность комплексом данных, могущих иметь значение для расследования. Это обстоятельство подчеркивается В. П. Колмаковым [см. 32, с. 131] при характеристике анализа обстановки места происшествия, где, как указывает автор, следователь заранее должен быть готовым проанализировать признаки и свойства предметов и следов, указывающие на время их появления; связи объектов с данным местом; структуру предметов и следов для изучения их групповой принадлежности; идентификационные качества следов; возможность происхождения следов от одного или нескольких участников события; связи следов между собою и расследуемым событием, механизм их образования, причины отсутствия определенных следов и т. п. Установление причинных связей обнаруженного с событием преступления происходит в процессе оценки результатов анализа. На этом этапе исследование поднимается на более высокую ступень, способствующую формированию частных и общих версий, а в отдельных случаях и непосредственному установлению тех обстоятельств, которые проявились в совокупности следов и объектов, составляющих обстановку события преступления. Так, обнаружение на месте происшествия пули и стреляной гильзы позволяет в результате их анализа придти к весьма определенным выводам о типе оружия, из которого был произведен выстрел. Обнаружение на месте происшествия следов автотранспорта дает возможность в результате их анализа придти к выводу о том, какой модели автомашина была на месте происшествия, а также установить индивидуальные особенности протектора, имеющие идентификационное значение. Однако в ряде случаев результаты анализа не позволяют сразу придти к выводам о причинном отношении следов или предметов, обнаруженных на месте происшествия, ограничивая следователя лишь возможностью выдвижения версий, проверка которых осуществляется производством тех или иных следственных действий, в частности экспертизы.

Так, обнаружение следов орудий взлома позволяет только высказать известное предположение, ориентирующее следователя на розыск, но не позволяет сразу же установить орудие, оставившее следы. Его причинное отношение к событию преступления устанавливается последующим экспертным исследованием, обнаруживающим число признаков, свидетельствующих о том, что только таким орудием может быть оставлен данный след.

Аналогично этому происходит установление причинного отношения обнаруженного к событию преступления и в том случае, когда на месте происшествия обнаружены следы транспорта. Здесь установление проходит два этапа. Первый из них представляет собой определение марки машины и предположение о том, что она имела отношение к событию преступления. Основанием для этого является анализ следов транспорта, произведенный на месте происшествия. Второй этап предполагает установление того, что именно эта машина была на месте происшествия. Основанием для такого заключения является экспертный анализ обнаруженного следа, его сопоставление с шиной или ее оттиском и выводы эксперта об их соответствии или несоответствии.

Таким образом, схема установления причинных связей видоизменяется в зависимости от количества и характера полученной информации и способов определения ее отношения к событию преступления.

Создание мысленной модели происшедшего события. Мысленное представление о событии происшествия, его механизме, лицах, его совершивших, составляется по результатам анализа обнаруженных следов и предметов, а также установления их причинных связей. Обобщение накопленной информации, ее синтез служит основой для формирования мысленной модели. Характер и объем доказательственной информации определяет полноту и обоснованность мысленной модели, которая превращается не в мертвую схему происшедшего, неподвижно констатирующую определенные события, а в подвижную версию, определяющую направление дальнейшего познания.

Каждая мысленная модель происшедшего события, применительно к расследованию любой категории преступлений, обладает большей или меньшей степенью вероятности, определяемой, с одной стороны, наличной информацией (ее доказательственной ценностью), с другой— числом обстоятельств, выяснение которых необходимо для установления объективной истины по делу. В тех случаях, когда имеющейся информации больше, чем обстоятельств, требующих выяснения, обоснованность выдвигаемой версии относительно события преступления будет значительней, мысленная модель преступления — более полной.

Решение мыслительных задач при производстве осмотра места происшествия.

Осмотр места происшествия, являющийся по своему характеру исследованием в широком смысле слова, требует решения значительного числа мыслительных задач. Эти разнообразные по своему характеру задачи представляется возможным сгруппировать по их целям. Следует различать задачи мыслительного плана, относящиеся к процессам собирания и оценки доказательственного материала на месте происшествия, и мыслительные задачи, связанные с организацией действий, вытекающих из осмотра. К первому типу можно отнести задачи по обнаружению информации, ее оценки, выдвижению общих и частных версий. Ко второму — относятся задачи по организации оперативно-розыскных действий, вытекающих из результатов осмотра места происшествия.

Рассмотрим мыслительные задачи первого типа, прежде всего, связанные с обнаружением (отыскиванием) доказательственной информации на месте происшествия. Решение этих задач в конкретной обстановке определяется перечнем вопросов, которые необходимо решить в процессе осмотра места происшествия (в соответствии с рекомендациями криминалистической тактики). Обратимся к таким из них, как «где имело место событие», «пути проникновения преступника (преступников)», «число лиц, участвующих в совершении преступления», «время пребывания их па месте преступления», «к каким предметам они дотрагивались», «какие могли остаться следы на преступниках», «логика их поведения», «цели и мотивы совершения преступления» и др. Приведенное извлечение из перечня вопросов, решаемых в ходе осмотра места происшествия, свидетельствует о направленности деятельности следователя в плане установления обстоятельств, связанных с предметом доказывания по делу.

Решение второго типа мыслительных задач следователем в процессе осмотра места происшествия предполагает оценку обнаруженной информации в плане ее доказательственного значения для раскрытия преступления. Названная оценка обладает известной спецификой, определяемой, с одной стороны, тем, что обнаруженное не сразу может быть оценено в отношении его доказательственного значения, требует дополнительного исследования. Так, например, обстоит дело со следами пальцев рук. Обнаружение последних не сразу дает возможность определить их принадлежность какому-либо лицу, а значит, и установить ценность как доказательства по делу. С другой стороны, оценочная деятельность следователя обладает спецификой, которая определяется ее временным характером и необходимостью использовать доказательственную информацию в целях организации оперативно-розыскных действий. Ото обстоятельство влияет на оценку доказательств в плане выбора из числа обнаруженных таких, которые могут использоваться непосредственно, и таких, определение роли и ценности которых, может быть отложено на более поздний период. Так. к доказательствам, обладающим информацией, которая может быть использована сразу, в процессе осмотра места происшествия, можно отнести такие, как следы транспорта, анализ и оценка которых позволяет организовать оперативно-розыскную деятельность по обнаружению транспорта, следы обуви, позволяющие организовать преследование по горячим следам, следы крови, борьбы, вооруженного сопротивления, позволяющие установить личность преступника по зарегистрированным обращениям в медицинские учреждения и др.

Немалую роль в оценке доказательств играет ее известная динамичность, предполагающая избирательность в использовании доказательств, способствующих установлению обстоятельств, имеющих значение по делу. Именно быстрое решение мыслительных задач, связанных с оценкой обнаруженной информации, позволяет в ходе осмотра места происшествия делать выводы относительно применения оперативно-розыскных мер и следственных действий, что способствует более оперативной организации дальнейшего расследования. В тех случаях, когда оценка обнаруженной информации не предоставляет возможности для немедленного решения вопросов, связанных с организацией дальнейших действий, ее следует использовать для выдвижения следственных версий различного порядка, осуществляя их проверку в сжатые сроки и в последовательности, наиболее отвечающей интересам расследования.

Оценка обнаруженной информации позволяет осуществлять познавательные функции в связи с выдвижением на их основе следственных версий, которые в своей подвижной (динамичной) совокупности создают мысленную модель события или модель с частичным реальным содержанием, где мысленные построения сочленяются с фрагментами действительности. Здесь начинает осуществляться следующий этап решения мыслительных задач. Огромная сложность процесса выдвижения версий, как построения моделей картины события, состоит в том, что подобные построения в процессе осмотра места происшествия не являются произвольными процессами творческого воображения, а ограничены наличествующей информацией, т. е. анализ и оценка доказательственного материала ограничивают деятельность по моделированию, сосредотачивая мышление на круге установленных обстоятельств и определении их возможного причинного отношения.

Наибольший интерес с точки зрения познавательной функции моделей, конструируемых в процессе осмотра места происшествия, представляет то, что их возникновение и угасание (разрушение) происходит по мере обнаружения и оценки доказательственной информации, что определяет в конечном счете их надежность. Интересные соображения в этом отношении высказаны В. И. Поповым, который относит мыслительные процессы, связанные с созданием моделей события или его отдельных обстоятельств, к понятию психологического поиска — «плывущего силуэта»,—построенному на «умении следователя, опирающегося на следы, вещи, обстановку места происшествия, создавать на своем мозговом экране как бы кино-фильмирование тех событий, которые породили все наблюдаемое при осмотре места происшествия» [45, с. 38]. Названный «плывущий силуэт» можно рассматривать как перманентную модель, точной конструкции которой способствуют анализ и оценка обнаруженного в процессе осмотра. Такая модель, на наш взгляд, еще не является версией в криминалистическом понимании, а выполняет подготовительную роль по пути к ее формированию и построению. Однако «плывущий силуэт», как динамическая модель, обладает определенной реальностью, так как отдельные фрагменты его, служащие основой для построения модели, существуют в действительности и могут каждый раз по-новому участвовать в создаваемой картине, в зависимости от их оценки и степени выяснения причинного отношения к событию преступления.

Модель, создаваемая относительно имевшего место события, отличается еще и тем, что она носит собирательный характер, динамично объединяя в себе одновременно действия преступника, потерпевшего, обстоятельства, предшествующие преступлению, и его последствия. В этом ее сложность, но в этом и ее многозначная познавательная ценность. Такая модель как бы соединяет воедино разрозненные следы, вещи, обстоятельства и, дополняя их типологией событий, представлениями о поступках людей в аналогичных ситуациях, позволяет быстро и во многих случаях законченно воссоздать мысленную картину события преступления.