Сайт Юридическая психология

Хрестоматия по юридической психологии. Особенная часть.



 

М.И.Еникеев
Юридическая психология.
М., 1999.

 

РАЗДЕЛ IV. Психология предварительного следствия  

Глава 4. Судебно-психологическая экспертиза в уголовном процессе

§ 1. Предмет и компетенция судебно-психологической экспертизы

Судебно-психологическая экспертиза – один из видов судебных экспертиз и, следовательно, одно из средств установления истины в судопроизводстве, источник доказательств.

Следователь должен проанализировать основания для назначения экспертизы и правильно сформулировать вопросы для экспертного разрешения, а для этого ему необходимо знать предмет, возможности и компетенцию данного вида экспертизы.

Судебно-психологическая экспертиза (СПЭ) исследует существенные для уголовного или гражданского дела особенности психики обвиняемых, потерпевших, истцов, ответчиков и свидетелей. В отличие от судебно-психиатрической экспертизы СПЭ исследует психические проявления, не выходящие за пределы нормы, т.е. не патологические психические отклонения.

Возникновение судебно-психологической экспертизы относится к рубежу XIX и XX вв. Развитие теории доказательств и экспериментальной психологии создало объективную предпосылку для учета психологических факторов в судопроизводстве.

Крупнейшими зачинателями судебно-психологической экспертизы были В. Штерн (Показания юных свидетелей по делам о половых преступлениях), Г. Гросс (Криминальная психология), К. Марбе (Психолог как эксперт в уголовном и гражданском делах), Л. Е. Владимиров (Психологические исследования в уголовном деле. М., 1901), А. Е. Брусиловский (Судебно-психологическая экспертиза. Ее предмет, методика и пределы. Харьков, 1929).

Из современных исследователей следует отметить М. М. Коченова (Судебно-психологическая экспертиза. М., 1977; Введение в судебно-психологическую экспертизу. М., 1980), М. В. Костицкого (Судебно-психологическая экспертиза. Львов, 1987), А. И. Кудрявцева (Комплексная судебно-психологическая и судебно-психиатрическая экспертиза. М., 1989).

Уже первые советские уголовно-правовые нормативные акты признали судебно-психологическую экспертизу в качестве источника доказательств. В Инструкции Наркомюста РСФСР от 23 июля 1918 г. «Об организации и действии местных народных судов» указывалось на необходимость привлечения экспертов для исследования психики обвиняемого. В 1918 году в Петрограде, затем в Москве, Ростове, Баку и некоторых других городах были созданы кабинеты по изучению преступности и преступника, в задачи которых входила и судебно-психологическая экспертиза. Созданные впоследствии на этой базе областные институты научно-судебной экспертизы наряду с криминалистическими экспертизами проводили и криминально-психологические исследования.

УПК РСФСР 1922 года признавал обязательным проведение экспертизы, если у суда или следователя возникали сомнения по поводу психического состояния обвиняемого или свидетеля. Ведущие процессуалисты того времени поддерживали концепцию Л. Е. Владимирова о необходимости в определенных случаях экспертного исследования психических качеств обвиняемого, потерпевшего и свидетеля. Однако компетенция судебно-психологических экспертиз тогда нередко трактовалась расширительно, а научно-методические возможности психологии были еще ограничены.

Значительного распространения судебно-психологическая экспертиза в то время не получила. К середине 30-х годов исследования в области судебно-психологической экспертизы полностью прекратились – репрессивное судопроизводство обходилось без научно-психологических исследований. Но исследования психических особенностей обвиняемого, свидетеля и потерпевшего по существу не прекращались – они в известной мере осуществлялись в рамках судебно-психиатрической экспертизы. (До сих пор вопросы психологического содержания нередко адресуются эксперту-психиатру.) Между тем психиатрия, как известно, изучает патологические проявления психики. Изучение же психики здорового человека и ее непатологических отклонений – компетенция психологии.

Предмет судебно-психологической экспертизы – непатологические психические аномалии индивида, имеющие значение для установления истины в судопроизводстве.

Поведение психически аномальных лиц отличается неадекватностью: несоответствием объективным требованиям совершения действия. Показателями такой неадекватности поведения преступника могут быть: крайние проявления эмоциональной неустойчивости – повышенная агрессивность, признаки садистского обращения с жертвой; признаки интеллектуальной неполноценности, выразившиеся в несоответствии мотивов, побуждений использованным средствам исполнения действия, неспособность учета объективных условий деятельности; гипертрофия потребностей низших уровней (наркомания, эротомания); крайняя речевая бедность, примитивизм, односложность речевых построений, дефектность речеобразования и речепроизнесения; «скачка мыслей» – неспособность к дискурсивному (логически последовательному) мышлению, обобщениям и классификации; экспрессивно-демонстративное (крикливое, вызывающее) поведение на следствии, легкомысленное отношение к последствиям совершенного деяния; повышенный уровень притязаний, хвастливость, лживость, явные признаки самооговора; сообщение явно вымышленных, неправдоподобных сведений, частая смена показаний, склонность к сексуальным перверсиям (извращениям); алогичность преступных деяний, открытая демонстрация его последствий, похищение броских, но малоценных вещей при наличии вещей более ценных; внешнесоматические признаки-– асимметрия скелета лица, аномалии в конфигурации черепа, несоразмерность частей тела, инфантильность выражения лица, двигательные и мимические расстройства.

Экспертное установление психических аномалий – необходимое условие всестороннего, полного и объективного расследования преступлений.

Судебно-психологическая экспертиза некомпетентна решать вопросы юридического содержания – определять достоверность показаний, мотивы и цели преступного деяния, устанавливать форму вины и т.п.

Экспертом-психологом может быть назначен только специалист, имеющий высшее психологическое или медицинское образование. Отказ от проведения экспертизы должен быть принят, если поставленные перед экспертизой вопросы не соответствуют профессиональной специализации данного лица.

Конкретным задачам судебно-психологического экспертного исследования должны соответствовать строго научные методики и процедуры исследования.

Права и обязанности эксперта-психолога те же, что И права и обязанности всех судебных экспертов – они определены законом. В своей познавательной деятельности эксперт самостоятелен и независим.

Теоретическая основа судебно-психологической экспертизы – установление закономерностей психического развития личности и психической саморегуляции. Судебно-психологическая экспертиза базируется и на прикладных отраслях психологии (возвратная, педагогическая, инженерная, психология труда, патопсихология и др.).

При исследовании так называемых пограничных состояний (олигофрения, инфантилизм, акцентуации характера, психопатия) осуществляется комплексная психолого-психиатрическая экспертиза. Для исследования влияния соматических (телесных) заболеваний на психическое состояние индивида назначается комплексная медико-психологическая экспертиза1.

§ 2. Методы и структура судебно-психологической экспертизы

Судебно-психологическая экспертиза должна проводиться современными научно-психологическими методами. Результаты экспертного исследования должны быть достоверны и верифицируемы – доступны для проверки и оценки следователем и судом.

Основная задача судебно-психологической экспертизы – научно обоснованная диагностика непатологических право-значимых психических аномалий.

Психодиагностика как область психологии начала развиваться с конца XIX в. Ее крупнейшими представителями были Дж. Кеттл, Ф. Гальтон и др. Большой вклад в ее развитие внес французский психолог А. Бине, разработавший метод диагностики умственного развития детей (шкалу развития интеллекта – IQ).

Психодиагностика располагает множеством методик, специализированных по различным направлениям. В судебно-экспертной диагностике ведущая роль принадлежит специалистам в области психических аномалий, задержек в психическом развитии. Ведущий метод психодиагностики – метод тестов. Используемые в целях судебной экспертизной диагностики тесты должны быть валидными и высоконадежными.

Валидность (от латинского «valid» – пригодный, имеющий силу) __ пригодность теста для измерения выделяемой психической характеристики, его адекватность. (Мера валидности теста – коэффициент его соответствия выявляемому психическому свойству.) Надежность теста – точность измерения. Среди психодиагностических тестов особенно широко используются тесты интеллекта, личностные тесты и др.

Тесты интеллекта предназначены для выявления степени владения испытуемым интеллектуальными навыками и умениями. Эти тесты пригодны для диагностики умственной отсталости. Аномалии сенсорной сферы, мышления и речи исследуются системой разнообразных методов и методик, разработанных в патопсихологии.

В практике судебно-психологической экспертизы широко применяется личностный опросник MMPI (Миннесотский многофазный личностный опросник). Опросник выявляет психосоматические и неврологические нарушения, социально-ценностные отношения, психопатические типы поведения (фобии, маниакальные и психопатические состояния, агрессивные и садистские наклонности и пр.). Из 10 шкал опросника для практики судебной экспертизы особенно значимы шкала 4 (шкала импульсивности, разработанная для диагностики социальных отклонений), шкала 6 (выявляющая аффективность личности), шкала 7 (выявляющая уровень тревожности), шкала 8 (выявляющая социальную отчужденность).

Существуют три адаптированных в психологии нашей страны варианта MMPI (опросник Березина, Мирошниченкова, опросник, адаптированный лабораторией медицинской психологии НИИ им. В. М. Бехтерева, и опросник Л. Н. Собчика). Опросник MMPI может быть использован для диагностики криминально значимых качеств личности.

В судебно-экспертных исследованиях применяется также опросник Кеттела (выявляющий, по замыслу автора, 16 личностных факторов).

Наряду с опросниками в судебно-экспертной практике широко используются проективные методы, выявляющие на модельных ситуациях различные установки личности. Один из распространенных проективных диагностических методов – текст Роршаха (он состоит из 10 таблиц с изображением двусторонних симметричных пятен. Испытуемым задается вопрос: «на что это похоже?» Ответ интерпретируется экспериментатором на основе теоретических положений, выявляются устойчивые личностные тенденции).

В тексте Розенцвейга методом рисуночной ассоциации выявляются возможные реакции личности в эмоциогенных ситуациях.

Более сложен тематический апперцептивный тест (ТАТ). (Испытуемым предъявляется ряд картин с сюжетами, которым можно дать различную интерпретацию. При анализе ответов испытуемых учитываются интерпретация позиции персонажей, солидаризация, отступления, уходы от сюжетной линии, ошибки восприятия2).

Для обследования психических аномалий несовершеннолетних может быть использован патохарактериологический диагностический опросник (ПДО), разработанный А. Е. Личко. Посредством ПДО определяются акцентуации (крайние варианты нормы) характера, обусловливающие его уязвимость в отношении отдельных психических воздействий. Имеется опыт применения ПДО в практике судебно-психологической экспертизы3.

Для выявления наследственной обусловленности психических аномалий используются методы психогенетичсской диагностики.

Кроме тестовых исследований в психодиагностике широко используются метод научного наблюдения, метод беседы и биографический метод.

Заключение судебно-психологической экспертизы, как источник доказательства, должно быть изложено письменно и в требуемом законом порядке, предусматривающем определенную его форму структуру и содержание. Заключение должно быть написано понятным языком, а научные термины должны быть разъяснены. Заключение должно состоять из трех частей:

  • вводной,

  • исследовательской и

  • заключительной.

Во вводной части указываются время и место составления заключения, сведения об эксперте, правовое основание проведения экспертизы, название исходного процессуального документа. Здесь же указываются вопросы, поставленные перед экспертизой (без изменения возможных неточностей и терминологических ошибок).

В исследовательской части описываются все использованные диагностические методы, методики и процедуры, прилагаются протоколы их проведения. В заключительной части даются ясные и четкие ответы на поставленные вопросы.

Невозможность получения информации или точного ответа должна быть обоснована. Если однозначный ответ невозможен, он может быть и вероятностным.

Ответы на поставленные вопросы и являются выводами экспертизы. Если получение ответа требует знаний специалистов из смежных отраслей науки, в заключении указывается на необходимость назначения психолого-психиатрической, медико-психологической, инженерно-психологической или другой экспертизы.

В заключении комплексной экспертизы указывается, какие исследования проведены раздельно и совместно, и приводятся соответствующие результаты. Ответы в заключительной части могут быть даны как по нескольким видам экспертизы, так и раздельно. Эксперт-психолог не дает юридической оценки исследуемых обстоятельств.

Эксперт может быть допрошен следователем или судом. Заключение экспертизы подлежит их оценке. Следователь, суд, другой полномочный орган или должностное лицо определяют обоснованность заключения и его значение в системе доказательств. Необоснованное заключение может быть отвергнуто. При этом назначается дополнительная экспертиза.

Заключение судебно-психологической экспертизы может оцениваться и другими участниками уголовного процесса, которые могут ходатайствовать о повторной экспертизе.

§ 3. Поводы обязательного назначения судебно-психологической экспертизы и постановка вопросов перед судебно-психологической экспертизой

Перед назначением судебно-психологической экспертизы следует четко установить повод для ее назначения, т.е. выявить факты, свидетельствующие о необходимости этой экспертизы. Рассмотрим вначале поводы для обязательного назначения судебно-психологической экспертизы.

1. Судебно-психологическая экспертиза назначается по поводу умственной отсталости несовершеннолетнего обвиняемого. Эта экспертиза может быть назначена только после судебно-психиатрической экспертизы и при наличии в поведении лица отдельных психических отклонений, свидетельствующих о возможном его отставании в психическом развитии. При этом ни педагогическая запущенность, ни низкая успеваемость не являются показателями отставания в психическом развитии несовершеннолетнего.

Признаками отставания в психическом развитии несовершеннолетнего служат:

  • инфантильность поведения и мышления (несоответствие поступков и суждений возрастному уровню лица, их детскость), неспособность к самостоятельным умозаключениям;

  • несоответствие мотивов содержанию и целям действий;

  • нарушения в целенаправленности и критичности поведения;

  • неспособность к социальной коррекции поведения.

При наличии всех этих признаков или одного из них может быть вынесено постановление о проведении судебно-психологической экспертизы, в котором должны быть поставлены конкретные вопросы, примерно в такой формулировке:

  • имеются ли у данного лица отклонения от нормального для данного возраста уровня психического развития и в чем они выражаются;

  • можно ли на основе данных психологии сделать вывод о том, что имеющиеся у данного лица отклонения в психическом развитии препятствовали осознанию им полностью (или частично) значения своих общественно опасных действий;

  • в какой мере лицо могло руководить своими действиями? Перед судебно-психологической экспертизой нельзя ставить вопрос: нормальному уровню развития какого возраста соответствует фактическое развитие данного лица?

Психическое развитие умственно отсталого несовершеннолетнего принципиально отличается от нормального уровня.

2. Судебно-психологическая экспертиза назначается для выявления способности лица правильно воспринимать существенные для дела обстоятельства и давать о них правильные показания. Следователь (судья) должен знать возможности судебно-психологической экспертизы в этой области.

Судебно-психологическая экспертиза может установить индивидуальные особенности психики: уровень абсолютной и разностной чувствительности, особенности цветоощущений, объем восприятия, особенности восприятия времени, движения и пространственных качеств предметов и явлений (пропорции частей предметов, их пространственную ориентацию, размеры, форму, удаленность, особенности рельефа и т.п.).

Широкий диапазон индивидуальных различий имеют и память, и мышление, и воображение человека, такие особенности Личности, как внушаемость, склонность к фантазированию. Люди с повышенной внушаемостью склонны к ложному узнаванию, различным внушаемым дополнениям к своим представлениям.

В компетенцию судебно-психологической экспертизы не входит установление влияния конкретных условий на возможности восприятия4.

Перед судебно-психологической экспертизой должны быть поставлены вопросы, связанные с выявлением у лиц конкретных психических аномалий, существенных для уголовного дела. Например: имеются ли у данного лица резковыраженные отклонения в восприятии и понимании определенных явлений, обладает ли лицо повышенной внушаемостью, может ли его слабое умственное развитие быть причиной искажения передаваемой информации и т.п.

Перед судебно-психологической экспертизой нельзя ставить вопросы, связанные с диагностикой ложности показаний. (Например: опознал ли человек в действительности предъявляемый объект или не опознал; соответствуют ли его показания действительным событиям?) Судебно-психологическая экспертиза не является экспертизой достоверности показаний. (Установление истинности или ложности показаний – профессиональная задача следователя, но при этом он, конечно, должен обладать соответствующими психологическими знаниями.)

3. При расследовании преступлений, связанных с изнасилованием, эксперту-психологу могут быть поставлены вопросы, связанные с установлением беспомощного состояния потерпевшей. (Это – квалифицирующий признак данного состава преступления.) Состояние беспомощности имеет разные проявления и может быть вызвано разными причинами: общая физическая слабость, болезнь, алкогольное опьянение, отсутствие возможности свободного волеизъявления, малолетний возраст, неспособность правильно оценивать ситуацию и др.

Перед судебно-психологической экспертизой в таких случаях могут быть поставлены два вопроса:

  • находилась ли потерпевшая в соответствующей ситуации в состоянии беспомощности;

  • могла ли потерпевшая, находясь в таком состоянии, сознавать характер и значение совершаемых с нею действий.

Не следует ставить вопрос: могла ли потерпевшая оказать сопротивление виновному? Несопротивляемость обстоятельствам не означает согласия с этими обстоятельствами, их принятия. Беспомощность – состояние, исключающее возможность сопротивляться. Непонимание характера совершаемых действий – одно из проявлений беспомощности. Оно может быть обусловлено рядом обстоятельств:

  • хроническим психическим заболеванием;

  • временным аномальным состоянием психики в момент совершения полового акта с потерпевшей (в связи с соматическим заболеванием, состоянием фрустрации, аффекта, стресса);

  • отставанием психического развития;

  • возрастными и личностными особенностями потерпевшей.

Обстоятельства первого вида устанавливаются судебно-психиатрической экспертизой, а обстоятельства второго вида – медико-психологической экспертизой. Обстоятельства третьего и четвертого вида – судебно-психологической экспертизой.

Половая зрелость потерпевшей должна устанавливаться комплексной медико-психологической экспертизой (понятие половой зрелости включает в себя социально-психологические компоненты). Экспертиза по половым преступлениям – самый распространенный вид судебно-психологических экспертиз5.

4. Поводом для проведения судебно-психологической экспертизы в связи с аффектом6 является наличие признаков внезапно возникшего эмоционального перевозбуждения, выразившегося в импульсивном преступном действии непосредственно за противоправными действиями потерпевшего.

Как уже отмечалось, состояние аффекта – внезапно возникающее кратковременное состояние крайнего психического перевозбуждения, характеризующееся дезорганизацией сознания. Аффект возникает в результате воздействия сверхсильных раздражителей или в результате длительного накопления травмирующих воздействий. Аффект возникает в остро конфликтных ситуациях и при этом происходит дезинтеграция, «распад» сознания. Но, как отмечал известный психиатр П. Б. Ганнушкин, чтобы чувства взяли верх над разумом, нужно, чтобы разум был слаб.

Сужение сознания при аффекте связано с резким понижением способности человека сознательно руководить своими действиями. Закон, учитывая это, признает сильное душевное волнение обстоятельством, смягчающим ответственность, или обстоятельством, влияющим на квалификацию состава преступления.

Психологическая структура аффекта – сужение сознания, резкая активизация подсознательных, импульсивных действий, блокада волевого контроля поведения. Конечная цель остается вне сферы ясного сознания – она возникает спонтанно, является малоосознанной.

Перед судебно-психологической экспертизой ставится один вопрос: находилось ли лицо в момент совершения противоправного действия в состоянии физиологического аффекта, спровоцированного неправомерными действиями потерпевшего? Поскольку физиологический аффект нельзя воспроизвести повторно, его экспертное исследование осуществляется ретроспективным анализом – анализом остаточных, следовых явлений.

Представляемые эксперту-психологу материалы уголовного дела должны быть достаточными:

  • для анализа личностных особенностей обвиняемого,

  • для определения причин возникновения аффекта,

  • для определения начального момента возникновения данного эмоционального состояния в ситуации взаимодействия обвиняемого с потерпевшим,

  • для реконструкции динамики развития и угасания данного состояния.

§ 4. Поводы факультативного (необязательного) назначения судебно-психологической экспертизы

Наряду с рассмотренными четырьмя группами поводов обязательного назначения судебно-психологической экспертизы выделяются три группы факультативных (необязательных) поводов назначения данной экспертизы.

1. Назначение судебно-психологической экспертизы для установления авторства письменного документа по психологическим особенностям (психолого-лингвистическая экспертиза).

Письменные документы – один из существенных объектов исследования в судопроизводстве. Может быть назначена не только почерковедческая, но и психолого-лингвистическая экспертиза.

Письменный документ может быть составлен лицом не по своей воле, а по принуждению – под диктовку другого лица. При этом документ несет в себе «следы психики» этого лица, признаки его личностных речевых особенностей. Экспертиза этих признаков проводится экспертами-психолингвистами (или совместно психологами и филологами). Выявляются позиции, ориентации, доминирующая направленность автора письменного текста, его эмоционально-выразительные и семантико-стилистические особенности (характер содержания текста, его лексические, стилистические и конструктивные особенности, социальные, возрастные, национальные, региональные признаки).

В речи проявляется уникальный, индивидуально своеобразный комплекс психических особенностей индивида – вербальный стереотип. Перед психолингвистической экспертизой могут быть поставлены вопросы об авторстве не только письменного документа, но и речи, записанной на магнитную пленку.

Признаки речи в этом виде экспертизы группируются по ряду оснований: семантико-грамматическим (выбор слов и конструкций, выразительность, правильность и организованность текста), категориальным (профессиональные, социальные, территориальные, национальные и возрастные особенности). При анализе устной речи – и по звуковым основаниям.

Психолого-лингвистическая экспертиза ориентируется также на ценностные ориентации и ряд других личностных качеств исполнителя текста. Учитываются и проявления аномальных психических состояний: непрерывность речи при логорее, деформированность – при расстройстве мышления, персеверации7, навязчивость образов – при психозах.

2. Назначение судебно-психологической экспертизы для установления непатологического психического состояния лица, предрасполагающего к самоубийству.

В соответствии с уголовным законом покушение человека на лишение жизни самого себя не влечет уголовной ответственности. Но лица, виновные в доведении человека до самоубийства, несут строгую уголовную ответственность. Основные признаки состава этого преступления – зависимость потерпевшего от обвиняемого (подозреваемого), жестокое обращение с ним, систематическое унижение его человеческого достоинства, систематическая травля, клевета.

Самоубийство (суицид) – чрезвычайный, трагический акт в жизни человека, при котором травмирующие психику обстоятельства по своей силе превосходят самый сильный человеческий инстинкт – инстинкт самосохранения.

Самоубийства совершаются на фоне двух разновидностей Остроконфликтных психических состояний – глубокой депрессии, обусловленной крушением основных личностных ценностей, утратой смысла жизни, субъективно трактуемой безвыходностью положения или в результате внезапно возникшего аффекта, фрустрации, связанных с личностно-аварийной ситуацией. Суицид может быть вызван и длительным накоплением отрицательных эмоций в крайне неблагоприятных условиях жизни, в результате психопатизации личности (в этих случаях назначается комплексная психолого-психиатрическая экспертиза).

Изучение психического состояния личности в случаях завершенного самоубийства крайне затруднено. Заключение психологической экспертизы в этих случаях имеет обычно вероятностный характер. Однако эта экспертиза существенна для проверки версии об инсценировке самоубийства.

Так, велось следствие по сложному делу гр-на М., которому было предъявлено обвинение в отравлении жены. Обвиняемый категорически отрицал совершение преступления и объяснил смерть жены самоубийством. Он говорил, что жена, узнав о его намерении уйти к другой женщине, была потрясена, находилась в тяжелом состоянии и неоднократно угрожала покончить жизнь самоубийством в случае ухода М. из семьи. Более того, обвиняемый утверждал, что его жена дважды покушалась на свою жизнь.

Следствие интересовал вопрос о том, было ли на самом деле психическое состояние умершей в последние перед смертью недели и дни предрасполагающим к самоубийству.

Было известно, что жена М. никогда психическими заболеваниями не страдала, странностей в ее поведении никто не отмечал. Поэтому сомнений в психическом здоровье умершей не возникало, и была назначена посмертная судебно-психологическая экспертиза.

Согласно заключению эксперта состояние умершей в последний период жизни не предрасполагало к самоубийству. Вывод эксперта был основан на результатах анализа большого фактического материала. Была раскрыта динамика развития психического состояния умершей, постепенное его изменение, в частности преодоление внутреннего кризиса, имевшего место в определенный период. Эксперт показал зависимость психического состояния от содержания потребностей и мотивов деятельности жены М., определил место мотива сохранения семьи в общей структуре мотивационной сферы этой женщины.

Заключение эксперта-психолога было использовано в обвинительном заключении как одно из веских доказательств, опровергавших версию обвиняемого о том, что его жена покончила жизнь самоубийством.

3. Судебно-психологическая экспертиза при расследовании происшествий, связанных с использованием техники.

При расследовании происшествий, связанных с использованием техники (автотранспортных, авиационных, железнодорожных, воднотранспортных происшествий, аварий на производстве) в ряде случаев назначается инженерно-психологическая (технико-психологическая) экспертиза.

Следователю (судье) необходимы некоторые инженерно-психологические познания. Только на их основе можно поставить конкретные вопросы эксперту. Инженерная психология изучает:

  • психофизиологические характеристики деятельности оператора: закономерности приема информации, ее хранения и переработки, принятия управленческих решений и др.;

  • проблемы проектирования системы «человек – машина» с учетом «человеческого фактора» (проектирование рабочего места, средств отображения информации и органов управления, инженерно-психологическая оценка системы «человек – машина»;

  • проблемы профессионального отбора на основе системы психологических характеристик конкретных операторских профессий.

Человек, осуществляющий трудовую деятельность с использованием технических средств, приводящий эти средства в действие на основе информационной модели и с использованием органов управления, называется в инженерной психологии оператором (пилот, водитель, машинист, оператор пульта управления и др.).

Совокупность психических и антропометрических свойств оператора, определяющая эффективность использования технических систем, называется человеческим фактором.

Оператор в ряде случаев не воспринимает непосредственно реальных результатов своих действий. Информация о состоянии объекта управления передается ему через систему технических средств – у оператора формируется информационная модель объекта управления, которая соотносится с концептуальной моделью управляемой системы.

Основными психическими компонентами деятельности оператора являются образы – цели, оперативные образы, прогнозирование хода событий и принятие решений при отклонении системы от заданной цели. С увеличением скорости и сложности производственных процессов повышаются требования к быстроте и точности психических реакций оператора, усложняется процесс принятия управленческих решений. Все это приводит к повышению нервно-психической напряженности труда оператора. В связи с этим особое значение приобретает надежность оператора – его способность своевременно принимать правильные решения в условиях нервно-психической напряженности. Следователю необходимо иметь в виду, что напряженность в работе оператора оценивается на основе предельно допустимых норм деятельности.

Допускаемая информационная нагрузка оператора определяется коэффициентом загруженности, периодом занятости, длиной информационной очереди, временем пребывания информации на обработке, скоростью ее поступления.

В системе «человек – машина» различаются четыре аспекта человеческого фактора: биологический, психофизиологический, психический и социально-психологический. Каждый из этих факторов состоит из ряда компонентов. Из указанных четырех человеческих факторов системы «человек – машина» биологический фактор является объектом медико-биологической экспертизы, остальные три фактора – объектом судебно-психологической экспертизы.

При расследовании аварий и катастроф очень важно отличать ошибки, связанные с «человеческим фактором», от халатности, преступной небрежности и самонадеянности. Ошибки оператора могут быть совершены в результате несоответствия оборудования и условий труда психофизиологическим возможностям человека. Ошибки оператора возрастают по мере сложности его деятельности. Следователю необходимо иметь представление об уровнях усложненности человеческой деятельности.

Приведем общую шкалу усложнения деятельности в зависимости от сложности задач управления технической системой:

  • простая дискретная реакция на одиночный сигнал;

  • меняющаяся реакция на последовательность одиночных сигналов;

  • одиночная дискретная реакция на многозначные сигналы, требующие выбора, оценки и принятия решения;

  • последовательные реакции на многозначные сигналы, требующие выбора оценки и принятия решения;

  • система реакции на меняющиеся случайным образом сигналы, требующие экстраполяции, истолкования и принятия решений;

  • комплексные реакции на сложные сигналы, включающие согласование действий нескольких операторов.

Работа операторов сложных технических систем осуществляется на 3–6 уровнях сложности. Так, работа пилотов связана преимущественно с решением задач шестого уровня сложности.

Вероятность ошибочных действий значительно увеличивается под влиянием ряда отрицательных условий деятельности:

  • ограничение времени, отведенного на выполнение задания;

  • дискомфортные условия труда (ненормальные температурные условия, воздействие вибрации, ограничение подвижности оператора, стеснение его действий, физические перегрузки);

  • отрицательные эмоции в экстремальных ситуациях;

  • длительная работа с предельной нагрузкой;

  • недостатки в организации совместных действий, плохие условия речевой коммуникации.

Все вышеуказанные факторы должны быть учтены при экспертном судебно-психологическом исследовании ошибочных действий оператора.

Для анализа возможных ошибочных действий оператора следователь должен иметь представление о психологической структуре деятельности человека-оператора в системе «человек – машина», об этапах деятельности человека-оператора, о психическом содержании этих этапов (см. таблицу).

При расследовании происшествий, связанных с использованием техники, необходимо учитывать психофизиологические возможности оператора.

Все устройства отображения информации и управления должны соответствовать ряду эргономических требований, предусмотренных соответствующими ГОСТами.

Приборы и сигнальные элементы должны быть сгруппированы по их функциям или отношению к отдельным управляемым агрегатам, наиболее значимые элементы должны быть выделены размером, формой и цветом. Воспринимая и перерабатывая информацию, оператор затрачивает на это время. Поскольку это время может иметь существенное значение при расследовании происшествий, приведем некоторые данные: обнаружение сигнала – 0,1 сек. фиксация предмета глазами – 0,28 сек. опознание простого сигнала – 0,4 сек. считывание показания стрелочного прибора – 1 сек. восприятие цифры или транспаранта – 0,2 сек. восприятие семизначного числа – 1,2 сек. При расследовании происшествий, связанных с использованием техники, особое значение имеет время сенсомоторной реакции оператора.

Этапы деятельности человека-оператора и условия их эффективности  

ЭТАПЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ СОДЕРЖАНИЕ ЭТАПОВ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

ВЫПОЛНЯЕМЫЕ ДЕЙСТВИЯ (перцептивные, интеллектуальные, моторные)

ФАКТОРЫ, ВЛИЯЮЩИЕ НА ЭФФЕКТИВНОСТЬ ДЕЙСТВИЙ

ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОИСК

Прием информации

Формирование перцептивного (чувственного) образа, включение его в соответствующие информационные модели.

Обнаружение сигнала - выделение объекта. Выделение существенных признаков объекта и отнесение его к определенному классу.

Организация информационного поля. Размеры изображений. Вид и число индикаторов.

Оценка и переработка информации

Формирование оперативного образа - отражение объекта как предмета действия.

Сопоставление текущих и заданных параметров.

Степень сложности информационной модели. Динамика смены информации. Объем отображения.

РЕАЛИЗАЦИЯ УПРАВЛЯЮЩЕГО ДЕЙСТВИЯ

Принятие решения

Выбор оптимального варианта действий в данных условиях, определение последовательности действий.

Обнаружение проблемной ситуации, установление ее типа. Выбор эталонной гипотезы или ее построение. Определение принципа и программы действий.

Тип решаемой задачи. Число и сложность логических условий. Число возможных вариантов решения.

Реализация принятого решения

Совершение моторных или речевых действий, текущий контроль их результативности, корректирование действий.

Поиск необходимых органов управления. Движение к органу управления и манипулирование с ним.

Число и тип органов управления. Совместимость двигательных операций. Компоновка рабочего места.

  

Время реакции – интервал от момента предъявления какого-либо раздражителя до начала ответной реакции. Реакции оператора могут быть простыми (на одиночный сигнал) и сложными (на ряд сигналов и их комплексы).

Время реакции на раздражители различной модальности различно. Самое короткое время реакции получается в ответ на слуховые раздражители, более продолжительные – на световые, самое длинное – на обонятельные и тактильные. При критических перегрузках световые сигналы должны быть заменены акустическими. Время реакции зависит также от интенсивности сигнала, установки на восприятие сигнала и сложности реакции.

Время сложных сенсомоторных реакций в несколько раз превышает время простых реакций. Время сложных реакций рассчитывается по следующей формуле: ВР (мсек) = 270 п(п +1), где п – число возможных альтернатив.

В следственной практике, кроме времени реакции, необходимо также учитывать время движения органов человеческого тела и время взаимодействия оператора с органами управления.

Приведем данные о времени движения различных органов человеческого тела.

  

Характеристика движений

Время выполнения (сек.)

Движение пальцами

0,17

Движение ладонью

0,33

Нажатие рукой, ногой на педаль

0,72

Сгибание и разгибание ноги

1,33

руки

0,72

 

Приведем также некоторые инженерно-психологические данные о времени взаимодействия оператора с органами управления.

 

Включение одиночно расположенного тумблера

0,18 сек.

Поворот переключателя

0,7 сек.

Захват пальцами управляющего органа при наличии помех снизу или сбоку

0,3 сек.

Разъединение двух предметов со значительным усилием

1,1 сек.

Перемещение рычагов управления на 30-60 см

0,64 сек.

Выдача команды посредством одной из 10 кнопок

0,6 сек.

Выдача команды голосом (5-6 слов)

3,0 сек.

 

    

Время перехода от восприятия оператором комплексной обстановки до изменения управляемой системы в нормальных условиях состоит из следующих слагаемых:

  

 

1. Обнаружение сигнала

0,1 сек.

2. Распознавание зрительного образа

0,4 сек.

3. Принятие решения

4-5 сек.

4. Двигательная реакция (включая взаимодействие с органами управления)

0,5 сек.

5. Реакция технической системы

3 сек.

Всего

7-8 сек.

  

Время реакции лиц в возрасте 40–50 лет значительно возрастает (в 1,5 раза).

Итак, психофизиологические исполнительские возможности человека ограничены рядом факторов.

На более высоких, интеллектуальных уровнях деятельности оператора возникают еще более сложные психологические проблемы, связанные с закономерностями памяти, мышления и принятия решений.

К основным характеристикам памяти оператора относятся:

  • объем запоминаемой информации;

  • скорость запоминания;

  • длительность сохранения;

  • полнота и точность воспроизведения;

  • готовность к воспроизведению.

Особенно интенсивно загружается оперативная память оператора (сохранение текущей быстро изменяемой информации). Средний объем оперативной памяти составляет 7±2 символов. Человек может устойчиво запомнить изменяющиеся данные не более чем двух одновременно происходящих процессов.

Основные функции оперативного мышления: принятие решений, планирование действий, решение оперативных задач. В ходе оперативного мышления оператор переводит образы воспринимаемых сигналов в динамический образ – состояние управляемого объекта. При непредвиденных отклонениях управляемого объекта от нормального режима функционирования, когда привычные способы регулирования непригодны для проведения системы в требуемое состояние, возникает необходимость быстрого решения оперативных нестандартных задач.

Общей основой решения разнообразных задач управления технической системой является вычленение типичных ситуаций в данной технической системе и установление адекватного данной ситуации порядка действий. Структура решений резко меняется в зависимости от обычности или конфликтности ситуации. Так, управление воздушным движением в приаэродромной зоне, когда два однотипных самолета следуют параллельным курсом и идут на посадку, требует принятия сложного решения, но эта ситуация еще не содержит противоречивости, конфликтности. Ситуация приобретает конфликтный характер, когда параллельным курсом идут два разнотипных самолета с различной скоростью, особенно если они идут с небольшим временным интервалом и должны быть приняты на одну посадочную полосу. Однако и эта ситуация разрешима, она носит так называемый «штатный характер». Наибольшие трудности возникают, когда ситуация приобретает критический («нештатный») характер: конфликтная пара самолетов, следующих в одном эшелоне встречным курсом. При этом резко нарушается привычный порядок действия пилотов и авиадиспетчера. Повышенная опасность может вызвать стрессовые реакции, шоковые состояния.

У операторов всех технических систем должны быть сформированы критерии «степени угрозы» при оценке различных типов конфликтных ситуаций. Большие психические нагрузки связаны и с ситуациями, когда исполнительские действия совершаются в условиях с задержкой обратной связи, когда о результатах действия оператор узнает через длительный промежуток времени (управление крупнотоннажными кораблями, манипулирование радиоактивными элементами). Трудные задачи решает и организатор технологических и управленческих процессов. Иногда и здесь возникают ситуации, превосходящие возможности восприятия, памяти, мышления.

Инженерно-психологическая экспертиза необходима при расследовании некоторых дорожно-транспортных происшествий (ДТП).

В одних и тех же условиях одни водители чаще, чем другие, становятся виновниками ДТП. Среди существенных для безопасности движения психических качеств водителя следует выделить: особенности внимания (объем, распределяемость, переключаемость), особенности принятия решений в экстремальных ситуациях, психодинамические качества личности, характеристики психомоторной реакции индивида.

Большинство ошибочных действий водителей связано с неоптимальной стратегией вождения автотранспорта. Стиль вождения автотранспорта необходимо рассматривать как проявление общего стиля жизнедеятельности индивида – «водитель едет так же, как живет». Неадекватность действий водителя дорожно-транспортной ситуации – основная причина дорожно-транспортных происшествий. Эта неадекватность поведения водителя обусловлена такими его психодинамическими качествами, как импульсивность, использование рискованных тактик (высокая скорость движения, повороты без снижения скорости, малая дистанция, частая смена полосы движения, неподача сигналов о маневрах). Тактика риска этих лиц связана с пренебрежением опасностью, интересами других лиц.

Значительная часть ДТП связана с отношением «водитель – пешеход» и прежде всего с их прогностическими возможностями. Число возможных нарушений правил движения у водителя в 5 раз больше, чем у пешехода. И тем не менее, как отмечают исследователи, многие люди за рулем проявляют меньшую рассудительность, чем вне автомобиля, повышенную импульсивность и агрессивность, медленнее извлекают уроки из опыта, чаще повторяют ошибки.

Принятие решений водителем по своей схематической организации такое же, как и у оператора, управляющего технологическим процессом:

  • обнаружение источника информации;

  • ее восприятие;

  • анализ информации;

  • выработка вариантов решения;

  • исполнительские действия по реализации решения.

На каждом из этих этапов могут быть допущены характерные ошибки.

Анализ поведения водителей, повлекших ДТП, показывает, что многие из них либо не воспринимают существенных изменений в дорожной ситуации, либо не принимают в связи с этим адекватных решений. Существенное значение при этом имеют видимость и распознаваемость дорожных знаков и объектов, находящихся на проезжей части дороги.

Видимость знака – его различение без идентификации (знак виден, но не различимо то, что он предписывает). Распознаваемость знака – его идентификация, узнавание. Психологические исследования показывают, что при очень хорошем дневном освещении (10 000 люксов) и при хороших дорожных условиях .дорожные знаки видны на расстоянии 750 м.

Распознаваемость же различных дорожных знаков неодинакова. Приведем соответствующую таблицу.

 

Наименование дорожного знака

Расстояние, с которого распознается знак, метры

Въезд всех видов транспорта запрещен

190

Крутой спуск

120

Перекресток

100

Опасный поворот

90

Обгон запрещен

80

Пешеходный переход

70

Внимание, дети

60

Животные на дороге

40

Сквозной проезд запрещен

40

 

Установка знака ниже, выше или в стороне от его оптимального положения снижает его различимость. Иногда дорожные условия содействуют возникновению зрительных иллюзий, возникает нарушение константности восприятия. Так, боковые откосы «сужают» дорогу, линия горизонта – «расширяет». При обгоне с большой скоростью дорога кажется водителю уже и он подсознательно делает большее отклонение в правую сторону.

Постоянно действующий отблеск дороги, блики хромированного бампера впереди идущего автомобиля, свет его задних фонарей и т.п. могут вызвать значительное утомление, снижение нервно-психической активности. При длительно действующих однообразных условиях движения внимание резко ослабевает – возникает «слепое пятно бдительности», «дорожный гипноз». (Однообразные, малозначимые длительно действующие раздражители вызывают, по учению И. П. Павлова, охранительное торможение.)

При расследовании сложных технических происшествий необходима, как правило, комплексная технико-психологическая экспертиза.

К компетенции судебно-психологической экспертизы по делам о катастрофах и авариях на производстве и транспорте относятся:

  • установление наличия или отсутствия у субъекта в момент происшествия проявлений крайнего психического напряжения;

  • установление пределов психофизиологических возможностей человека, их соответствия требованиям, возникшим в момент происшествия;

  • установление нарушений инженерно-психологических и эргономических требований к средствам индикации (отображения информации) и механизмам управления технической системой.

Поводом к назначению судебно-психологической экспертизы по делам о транспортных и производственных происшествиях могут служить возникшие в процессе расследования предположения о том, что требования аварийной ситуации превышали индивидуально-психологические и профессиональные возможности лиц, управляющих техникой. В связи с этим экспертам-психологам могут быть заданы следующие вопросы:

  • находился ли субъект в момент совершения конкретных действий в конфликтном психическом состоянии (стресс, фрустрация и др.)?;

  • как могло повлиять на выполнение профессиональных функций данное состояние?;

  • соответствуют ли психические возможности обследуемого лица требованиям ситуации происшествия?;

  • имелись ли в соответствующих технических средствах эргономические недостатки, обусловившие ошибочность действий оператора?8.

Только квалифицированное экспертное исследование «человеческого фактора» при взаимодействии человека с техникой может обеспечить реализацию принципа ответственности за виновное поведение и принципа справедливости наказания.

§ 5. Комплексная психолого-психиатрическая экспертиза

Комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза проводится одновременно и совместно экспертом-психологом и экспертом-психиатром.

На разрешение экспертов могут быть поставлены следующие вопросы:

  • определить, имеются ли у лица такие особенности умственной деятельности, которые могли препятствовать осознанию им значения противоправных действий и руководить своими действиями в ситуации совершения правонарушения;

  • определить степень влияния характериологических особенностей обследуемого лица на реализацию противоправного поведения;

  • диагностировать состояние аффекта у психопатической личности во время совершения правонарушения.

Особая разновидность патологической обусловленности противоправного поведения – состояние алкогольного опьянения. Известно, что большинство преступлений против личности и многие другие преступления совершаются в этом состоянии. При определении субъективных сторон состава преступления (вина, цель, мотивы), совершенного в состоянии алкогольного опьянения, возникает ряд трудностей, если не учитывать это состояние как состояние патологическое. Индивидуальное своеобразие данного состояния также требует экспертного психолого-психиатрического исследования.

Раскрытие психолого-психиатрической экспертизой структуры личности подэкспертного лица (содержания и иерархии его основных мотивационных образований) может быть использовано судом при анализе мотивов противоправного деяния.

В ряде случаев субъективная сторона так называемых «безмотивных» преступлений раскрывается на основе «расшифровки» общих установочных особенностей мотивационной сферы личности.

 


  1 В связи с отсутствием в нашей стране необходимой системы судебно-психологических экспертных учреждений укажем, что такие экспертизы по особо важным делам могут быть проведены в психологической лаборатории НИИ судебной психиатрии им. В, П. Сербского, в секторе психологии Института дефектологии и Психологическом институте Академии образования.

2 См.: Березин Ф. Б., Мирошниченков М. П., Рожинец Р. Б. Методика многостороннего исследования личности. М., 1976.

3 См.: Личко А. Е. Психология и акцентуация характера у подростков. Л., 1983.

4 Это относится к компетенции следователя и устанавливается в следственном эксперименте.

5 См.: Реан А. А. Судебно-психологическая экспертиза по делам об изнасиловании // Психологический журнал. 1990. № 2. С. 74–81.

6 В законе аффект именуется сильным душевным волнением.

7 От латинского «perseveratio» – упорство.

8 См.: Еникеев М. И., Эминов В. Е. Психологическая экспертиза при расследовании авиационных происшествий // Актуальные проблемы раскрытия преступлений. М., 1985. С. 51–62.