Сайт Юридическая психология

Хрестоматия по юридической психологии. Особенная часть.



 

Костицкий М.В.
ВВЕДЕНИЕ В ЮРИДИЧЕСКУЮ ПСИХОЛОГИЮ: методологические и теоретические проблемы.
Киев., 1990, стр. 152-158.

 

Глава 2. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ

<…>С категорией «личность» связана разработка таких понятий, как «личность правонарушителя», «личность преступника», «личность потерпевшего» или «виктимная личность», «личность очевидца» и др.

Разработка названных производных понятий началась с исследования личности преступника в советской криминологии такими учеными, как Ю. М. Антонян, Г. А. Аванесов, М. М. Бабаев, Б. В. Волженник, Ю. Д. Блувштейн, И. Т. Вередников, Б. С. Волков, П. С. Дагель, Н. С. Лейкина, Г. М. Миньковский, И. С. Ной, А. Б. Сахаров, Н. А. Стручков, В. Д. Филимонов и др.

Наблюдаются по меньшей мере три подхода к определению понятия «личность преступника»:

  • как к личности человека, совершившего преступление1;
  • как к совокупности социальных свойств конкретной личности, связей, отношений, которые во взаимодействии с социальными условиями определили совершение преступления2;
  • как к определенному специфическому типу личности, имеющему качественные отличия от личности человека, ведущего себя законопослушно3.

Спор о понятии «личность преступника» имеет важное социальное значение. Ведь если взять за основу не факт совершения преступления, а наличие психологических черт и особенностей, предрасполагающих человека к совершению преступления, то это даст возможность (может, и право) применять к нему привентивные меры, в том числе и репрессивные. Поэтому вместо понятия «личность преступника» применяются понятия «общественная опасность личности», «личность с антиобщественной установкой» или «установкой на преступную деятельность», «криминогенная личность»4.

По мнению И. И. Карпеца следует говорить не об общественной опасности личности, не о личности преступника (определение этого понятия в общем плане не нужно и невозможно), а об обстоятельствах, характеризующих личность в конкретный момент или на определенной стадии процесса (личность поднадзорного, личность виновного и т. д.)5.

Против такого подхода резко выступал Б. С. Волков, писавший, что он противоречит логике познания и по существу сводит на нет проблему изучения личности преступника. Без обобщений, выделения общих понятий невозможно познать особенное, конкретное, отдельное; игнорирование общих социально обусловленных свойств и признаков, характерных для лиц, совершивших общественно опасные деяния, означает сведение личности преступника к чисто внутренним признакам, к биологическому индивиду. Общие черты личностей преступников следует искать не только в самом факте совершения преступления, а главным образом в тех особенностях, которые отличают их от законопослушных граждан, и которые детерминируют общественно опасное деяние и обусловливают потенциальную предрасположенность к его совершению в будущем6.

В целом с этой позицией можно согласиться, однако употребление термина «криминогенная личность» более удачно, чем «личность преступника», возможно и применение понятия «преступная личность».

Развитие исследований личности преступника в криминологии пошло по пути классификации личности субъекта, совершившего преступление, определения признаков, характеризующих такую личность. Группой исследователей под руководством Г. М. Миньковского выделено 26 таких признаков социологического, социально-психологического и индивидуально-психологического плана7.

Значительное внимание уделялось в криминологии типологии личности преступника. А. Б. Сахаров предложил выделять привычный, профессиональный и случайный типы преступников8, А. Г. Ковалев - глобально-преступный, парциальный и предкриминальный9. Г. М. Миньковский дифференцировал преступников следующим образом:

  • совершившие преступление случайно, при общей положительной ориентации личности;
  • совершившие преступление в результате совокупного действия внешнего влияния, ситуации и собственной неустойчивости;
  • совершившие преступление в результате преимущественно антиобщественной ориентации личности; совершившие преступление в соответствии с преступной установкой личности и активным поиском и созданием ситуации10.

А. И. Долгова отметила три типа несовершеннолетних преступников: последовательно-криминогенный, ситуативно-криминогенный, ситуативный11, К. Е. Игошев - насильственный, корыстный и насильственно-корыстный тип преступника12.

Разработка проблем личности преступника стимулировала исследование личности в гражданском, семейном, административном праве, в общей теории государства и права.

Взаимосвязи личности и права, роли и места личности в праве посвятил ряд работ М. Ф. Орзих13, месту личности во взаимоотношениях и взаимодействии с государством, правом и нравственностью - Е. А. Лукашева14.

Одновременно в виктимологии на стыке с психологией разрабатывалось понятие «личность потерпевшего» или «виктимная личность»15, «личность случайного преступника»16, в исправительно-трудовой психологии и педагогике – «личность заключенного»17 и «личность осужденного»18.

При всей своей важности проблема личности не нашла должного развития в юридической психологии. Большинством специалистов в этой отрасли термин «личность» используется в готовом, заимствованном из общей психологии виде путем наложения его на психологическую реальность в области государства и права. Ориентируясь на целостный подход к личности преступника, отказываясь от формально-логической трактовки, А. Р. Ратинов выделил ряд проблем, связанных с установлением содержания понятия «личность преступника»:

  • нелинейная многофакторная зависимость преступного поведения от большого числа взаимодействующих причин и условий объективного и субъективного характера, в силу чего ни один из факторов не может сам по себе быть определяющим;
  • цельность и системность человеческой личности, исключающая возможность понимания ее как простого набора психических функций и свойств, что диктует необходимость относительно «глобального» исследования личности;
  • пластичность психики и изменчивость личности под влиянием совершенного преступления, процедуры судопроизводства, применения санкций, в связи с чем свойства, выявляемые у осужденного, не обязательно ему были присущи в момент совершения преступления;
  • сознательные и несознательные маскировки и защитные механизмы, препятствующие проникновению исследователя в интимный мир личности преступника;
  • невозможность использования в готовом виде большей части известных психологических методик без их переработки применительно к специфическим задачам и условиям исследования личности преступника19.

Этот же ученый попытался выработать целостное представление о личности преступника, используя в качестве системообразующего фактора ценностный подход20.

Исследуя механизм законопослушного поведения как антипода преступного, А. Р. Ратинов установил, что в нем отсутствует какая-либо самостоятельная фаза психической деятельности, а факторы, его детерминирующие, соотносятся как внутренний и внешний социальный контроль.

Значительное внимание уделено понятию «личность преступника», раскрытию его содержания Б. Д. Лысковым и Т. Н. Курбатовой. Они проанализировали основные подходы к личности преступника, имеющие место в юриспруденции и пришли к заключению, что это понятие приложимо лишь к осужденному за конкретные преступления21.

С категорией «личность» в юридической психологии связано понятие «правосознание», под которым понимают совокупность правовых идей и соответствующих им психологических форм, отражающих общественное бытие сквозь призму социальных отношений и воплотившихся в нормах права, выступающих практической стороной правосознания, правовых теорий, правовых представлений обыденного порядка, а также в групповых и индивидуальных правовых взглядах22.

К исследованию правосознания в юриспруденции наметилось несколько подходов: классический (Е. А. Лукашева), философский (Д. А. Потопейко), этический (С. С. Остроумов, Ю. А. Алешин), социологический (В. А. Щегориев), психолого-правовой (Г. К. Ефремова, А. Р. Ратинов, А. В. Ярмоленко).

Представители последнего подхода выделили в правовом сознании интеллектуальную, эмоциональную и волевую сферы, которые служат основанием для установления трех основных функций правового сознания: познавательной, оценочной и регулятивной. Проявлением этих сфер правового сознания являются такие результаты их функционирования, как правовая подготовка, ценностные отношения к праву и практике его применения, выработка правовых установок и ориентации, которые предопределяют наличие юридических знании и умение ими пользоваться, мнений и оценочных суждений по отношению к праву, отдельным институтам и нормам, принятие решений вести себя законопослушно или противоправно23.

Широкие и длительные эмпирические исследования ученых показали, что деформации правосознания, служащие источником отклоняющегося поведения, лежат не в когнитивно-познавательной сфере, а связаны с уровнем оценочных суждений личности о праве и ее индивидуальной практикой их применения.

Изучение В. Л. Васильевым лиц, совершивших преступления, позволили ему выявить такие особенности их правосознания:

  • правосознание лиц, совершивших преступление, как правило, по ряду существенных аспектов не совпадает с существующим общественным правосознанием, противоречит правовым нормам;
  • преступник отрицает конкретную правовую норму или группу правовых норм, защищающих общественные отношения, на которые он посягнул;
  • в иных случаях преступник принимает как правильную и справедливую действующую правовую норму, в соответствии с которой был осужден, в ее «абстрактном понимании», однако считает приговор несправедливым (излишне суровым) по отношению к себе конкретно24. <…>

 

1 Личность преступника / Под ред. В. Н. Кудрявцева, Г. М. Миньковского, А. Б. Сахарова. - М., 1975. - С. 15-16.

2 Сахаров А. Б. Учение о личности преступника и его значение в профилактической деятельности органов внутренних дел. - М., 1984. - С. 4.

3 Аванесов Г. А. Криминология и социальная профилактика. - С 244.

4 Долгова А. И. Социально-психологические аспекты преступности несовершеннолетних. - М., 1981. - С. 112-113.

5 Карпец И. И. Проблема преступности. - М., 1969. - С. 100-104.

6 Личность преступника / Под ред. Б. С. Волкова. - Казань, 1971 т С. 13-14.

7 Миньковский Г. М. Разработка оснований классификации личности преступника и значение этой классификации для совершенствования мер борьбы с преступностью // Типология личности преступника и индивидуальное предупреждение преступлений. - М., 1979. - С. 5-6.

8 Сахаров А. Б. Личность преступника и типология преступников // Соц. законность. -1973. - № 3. - С. 12.

9 Ковалев А. Г. Психологические основы исправления правонарушителя. - М., 1968.-С. 46-51

10 Миньковский Г. М. К вопросу о типологии несовершеннолетних правонарушителей // Проблемы судебной психологии: Тез. докл. и сообщений. - М. 1971.-С 31-31

11 Долгова А. И. Социально-психологические аспекты преступности несовершеннолетних. - С. 119.

12 Игошев К. Е. Типология личности преступника и мотивация преступного поведения. - Горький, 1974. - С. 40-57.

13 Орзих М. Д. Личность и право. - М., 1975; Его же. Право и личность. - К.; Одесса, 1978.

14 Лукашева Е. А. Право, мораль, личность. - М., 1986.

15 Франк Л. В. Некоторые теоретические вопросы становления советской виктимологии // Потерпевший от преступления - Владивосток, 1974. - С. 5-15.

16 Голик Ю. В. Случайный преступник. - Томск, 1984.

17 Ковалев А. Г. Психология личности заключенного и индивидуальный подход в процессе воспитания. - М., 1963.

18 Глоточкин А. Д., Пирожков В. Ф. Исправительно-трудовая психология - М., 1975.

19 Ратинов А. Р. Личность преступника и проблема ценности // Вопр. борьбы с преступностью. - М., 1978. - Вып. 29. - С 102-103.

20 Ратинов А. Р. Психология личности преступника. Ценностно-нормативный подход // Личность преступника как объект психологического исследования. — М., 1979. - С 3-33.

21 Лысков Б. Д., Курбатова Т. Н. Основы юридической психологии. - С 23—38.

22 Чефранов В. А. Правовое сознание как разновидность социального отражения (философско-методологический очерк). - К., 1976. - С 13.

23 Ефремова Г. X., Ратинов А. Р. Правовая психология и преступность молодежи. - М., 1976. - С. 22-36.

24 Васильев В.Л. Юридическая психология. – С.20.