Сайт Юридическая психология
Хрестоматия по юридической психологии. Особенная часть.
ПСИХОЛОГИЯ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО СЛЕДСТВИЯ.

 
Пономаренков В.А.
Биология ложных показаний.

Правовая политика и правовая жизнь, 2020, № 1, стр. 72-81.

 



<…>

Современные научные исследования в области естествознания преподносят нам научные сюрпризы, позволяющие взглянуть по-новому на, казалось бы, хорошо изученные правовые явления и механизмы правового регулирования. Именно таким сюрпризом являются научные данные о биологической природе лжи и механизмах формирования ложных показаний участников уголовного процесса. Традиционно показания подозреваемого, обвиняемого, свидетеля и других участников процесса рассматривают как сведения, сообщенные на допросе и зафиксированные в установленном законом порядке. Выделяют два свойства показаний: как источника доказательств, т.е. информации, и как средства защиты интересов субъектов.

Процесс формирования показаний проходит три стадии - восприятия, запоминания и воспроизведения, ошибки и искажения возможны на каждой из них [1]. Особое внимание уделяется установлению дачи заведомо ложных сведений, а также возможности умышленного искажения получаемой информации. Проверке также подлежит заинтересованность участника процесса в исходе дела, его моральные и психофизиологические качества. В процессе восприятия, интерпретации и передачи воспринятой информации ошибки и искажения происходят по разным причинам, что создает определенные трудности в реконструкции исследуемых событий. На процесс восприятия, запоминания и последующей передачи доказательственной информации влияют разные факторы: состояние здоровья участника или очевидца произошедшего события, их личностно-психофизиологические качества, разного рода измененные состояния (опьянение, заболевание и др.), особенности памяти и т.д.

Проверка показаний осуществляется путем:

-  анализа их содержания, установления их полноты и непротиворечивости;

-  сопоставления с другими собранными по делу доказательствами, в том числе и показаниями иных лиц; проведением различных следственных мероприятий и др.

Полученные по делу сведения оцениваются по общим правилам свойств доказательств (относимости, допустимости, достоверности и достаточности), а также особенностей личности субъекта дачи свидетельских показаний. В случае противоречия показаний участников процесса, установления противоречивых и ложных показаний могут проводиться различные процессуальные действия: очные ставки, проверки показаний на месте и т.п.

Описывать процесс доказывания можно долго, однако основная задача данной статьи - исследование социально-биологической природы формирования нецеленаправленных «ложных» показаний, а цель - раскрытие механизмов формирования «нецеленаправленных» (неумышленных) «ложных» показаний, а также учет этих особенностей при оценке доказательств.

Обман (ложь) - понятие, объединяющее большое количество разнородных по своей природе феноменов. Следует учитывать, что привычка врать - весьма устойчивый элемент социально-межличностных отношений. Исходя из эволюционных моделей формирования социально-упорядочивающих механизмов жизни общества, ложь является результатом развития мозга человека и механизма социального взаимодействия, сформировавшегося в тот период, когда появилась возможность использовать социальное окружение в корыстных целях. Естественный отбор предоставил лгунам дополнительные возможности для выживания, чтобы обманывать и не быть обманутым, нужен хорошо развитый мозг.

В современной науке ложь рассматривается как одна из форм межличностного коммуникативно-средового механизма взаимодействия субъектов, включающего в себя такие элементы, как сокрытие, искажение информации, которые намеренно или ненамеренно передаются от источника к реципиенту. При этом ложь (обман) имеет двойственное проявление. Она может носить как намеренный (умышленный), так и ненамеренный (неосознанный) характер. Человек может сообщать неверные (ложные) сведения (показания) вследствие субъективного восприятия ранее произошедшего, индивидуально-физиологических особенностей запоминания (добросовестного заблуждения), неумышленного искажения действительных фактов. В основе искажения действительности может лежать частичное или полное непонимание субъектом сути сложившейся ситуации, а также переоценка собственного прошлого опыта и др. Кроме того, в жизни современного общества распространены различные тактические способы обмана (лжи), отличающиеся как по способам ее донесения до иных субъектов, так и по масштабам данного явления. Преднамеренный (намеренный) обман, как правило, связан с тем, что человек пытается подкрепить свой статус, обосновать свои претензии на место в социально-иерархической системе общества, избежать негативных последствий, а также обеспечить себе какое- либо преимущество по сравнению с другими. Люди, которым в силу обстоятельств приходится переступать через свои моральные устои и поступать нечестно по отношению к другим, испытывают эмоциональный дискомфорт (угрызения совести), поскольку осознают несоответствие нормативной и представленной ими модели реальности. В таком случае обман (ложь) активизирует физиологический процесс различных отделов мозга человека, связанных с активностью миндалевидного тела. Если же человек прибегает к многократному использованию лжи, то он к ней привыкает. Этот процесс имеет четкое нейрофизиологическое объяснение - в результате регулярного использования обмана человек подавляет активность миндалевидного тела, постепенно привыкая лгать. Со временем врать становится проще и легче. Эмоциональные сигналы, обеспечивающие соблюдение человеком морально-этических норм, постепенно ослабевают и способствуют все более активному использованию лжи, она становится для него привычной, обыденной. Тем самым привычка лгать - элемент преднамеренного (намеренного) обмана, который имеет ту же социально-биологическую динамику, что и привычка к любому другому эмоциональному раздражению. Следует учитывать, что лгун сознает, что сообщает не соответствующие реальности сведения, но остановиться не может.

Современная наука дает достаточно надежный инструментарий установления феномена лжи, например:

-  наблюдение за невербальным поведением лжеца (жестами, мимикой, улыбкой, отводом взгляда, запинаниями и др.);

-  анализ вербальной информации (сказанного);

-  анализ физиологических реакций (артериального давления, частоты сердцебиения, потливости ладоней и т.п.) [2].

Таким образом, механизмы и мотивации умышленного обмана (лжи), а также добросовестного заблуждения - разные, а результат один - искажение юридически значимой информации.

Умышленный тип обмана (лжи) и добросовестное заблуждение могут быть установлены при проверке и оценке доказательств по делу путем использования процессуальных средств, предусмотренных действующим законодательством. При распознании (обнаружении) умышленно и неумышленно (в результате добросовестного заблуждения) искаженной юридически значимой информации учитываются: индивидуальные невербальные особенности; осуществляется анализ вербального поведения и физиологических реакций невербального поведения с помощью научно-технических средств (например, детекторное тестирование) и др. Кроме того, для установления истины используются процессуальные и тактические приемы, назначение и производство судебной экспертизы, следственные эксперименты, допросы, очные ставки, проверки показаний на месте и др.

Органы расследования и суд ответственны за ход производства по делу и его результаты. Собирают, проверяют и оценивают доказательства в силу веления закона, признают имеющиеся доказательства достоверными, относимыми, достоверными и достаточными, что весьма важно для окончательного принятия процессуального решения по делу. Однако в данной ситуации нельзя смешивать мыслительную деятельность специально уполномоченных субъектов, связанную с процессуальным доказыванием, с объективностью процессуальных результатов.

Проблема в данном случае заключается в том, что современные правовые концепции исходят из устаревших представлений о социально-адаптивной природе обмана, в результате чего не могут быть в достаточной степени установлены и оценены полученные материалы по делу. Учитывая особенности получения (собирания), проверки (исследования) и оценки доказательств, доводы и обоснованность принимаемых решений по делу проверяются во всех стадиях процесса, однако без учета особенностей человека как биологического существа. Следует учитывать, что люди, хотя и в разной степени, все же имеют врожденную генетическую потребность во лжи. При этом биологической врожденной чертой человека является и самообман, возникающий во взаимодействии с другими программами жизнедеятельности и окружающей средой, что представляет собой процесс социально-адаптивной интерпретации, в результате человек убеждает сам себя (обманывает себя), чтобы сформировать уверенность в правильности изначально ложной информации (выводов) и затем убедить окружающих в ее истинности.

Процесс интерпретации как элемент социальной коммуникации, в основе которого лежит ложь (самообман), позволяет получить некоторые выгоды (социальные, финансовые, деловые), достичь определенных уровней в социальной иерархии, таким образом способствуя выживанию. Тем самым поведенческие стратегические обманы основаны на социально-биологических механизмах, позволяющих формировать людей в социальные группы, в которых выживаемость по определению выше и в которых формируется социальное поведение, характеризующееся тем, что в процессе социально-биологической эволюции меняется не форма, а само поведение человека. Обман как стратегия выживания и устойчивый признак поведения социальной группы может быть характерен для всего социума, отдельной группы или пола. При этом данное поведение не меняется в зависимости от ситуации. Все общества в той или иной степени строятся на основе биологического механизма лжи, который влияет на формирование склонности к принятию рискованных решений, экстремальным увлечениям, насилию и др. Уровень лживости зависит от уровня (статуса) человека в иерархии общества. При этом следует учитывать, что ложь (обман) подкрепляется подсознательным самообманом, при котором мозг человека формирует некую сферу бытия, которая призвана повышать или по крайней мере поддерживать уверенность человека в себе.

Мозг человека не хочет воспринимать то, что выходит за рамки его социально-биологической программы и продолжает обманывать себя, создавая искаженную, но близкую к привычной картину жизни. Эволюционно-биологический механизм жизнедеятельности демонстрирует, что естественный отбор отдает предпочтение именно характеристике обмана и самообмана, что способствует обману других членов социума. Социально-биологическая программа выживаемости человека включает возможность использования лжи в социально-групповом взаимодействии, что в обыденной жизни может выступить как некое жизненное преимущество, а в критической ситуации фактором выживаемости. Именно поэтому человек достаточно часто лжет или искажает реальность, хотя при ее установлении это вызывает внутригрупповую агрессию, которая приводит к конфликтам и значительным человеческим потерям.

Человеческое общество ориентировано на честность в мыслях и поступках, которые выступают лишь эталоном жизни общества. В реальной жизни человек функционирует в системе обмана, ошибок и нарушений установленных норм, однако об этом даже не догадывается. Мозг человека не создает достоверную картину окружающего мира и не отражает в точности происходящие события (даже если остановил на объекте свой взгляд), поскольку мозг обрабатывает только незначительную часть получаемой зрительной, звуковой и сенсорной информации. Он лишь старается сберечь получаемую энергию для обеспечения выживания, ориентирования в окружающем пространстве и социальной среде. Поэтому, когда говорят о том, что «человек сам осознает реальность» и «сам принимает решение», это весьма преувеличенное заявление.

Мозг человека - весьма сложное устройство. С одной стороны, человек уверен, что мозг полностью контролируем, с другой стороны, именно мозг контролирует наше «я», то есть контроль в данном случае весьма условен. «Мозг создает собственную реальность, даже раньше, чем получает информацию от глаз и других органов чувств» [3, с. 62], при этом он основывается на созданной им же внутренней модели этой реальности. Мозгу для воссоздания реальности достаточно того, чтобы он знал, где искать мелкие детали, либо он их просто придумывает. Данная, основанная на догадках и сконструированная мозгом внутренняя модель оперирует предположением, что окружающий мир стабилен, но для экономии энергетических запасов получаемая информация подвергается предварительной переработке механизмами внутреннего мира мозга. Вместо того чтобы каждый раз заново создавать реальность, мозг человека сравнивает сенсорную информацию с уже имеющейся внутренней моделью и лишь дополняет, уточняет или чуть исправляет ее. Человек видит и слышит только то, что было интерпретировано мозгом, но может существенно отличаться от реальности. Мозг человека может забывать то, что надо помнить, создавая при этом ложные воспоминания. Именно внутренняя модель окружающего мира человека позволяет ему производить моментальную оценку обстановки, сориентировать в событиях и пространстве, при этом огромное количество деталей мозг просто пропускает и не учитывает в оценке происходящего.

Поскольку человек воспринимает весьма ограниченный срез окружающей реальности (в том числе и времени), то, например, показания очевидцев происшествия могут существенно отличаться как между собой, так и от реальности. При этом мозг способен «молча» сохранять воспринятую информацию, формируя при этом призрачные (фантомные) воспоминания, не обладающие нейронной природой и не соответствующие никакой реальности. Природа фантомных воспоминаний и восприятий формируется во внутреннем, чувственном пространстве человека, но до конца еще не изучена. В их основе, вероятно, лежат чувства и ассоциации, формируемые воображением на основе фантазий, слухов, переживаний. То, что мы видим окружающий мир во всех подробностях, - иллюзия, которую мы должны учитывать как при собирании, проверке и оценке доказательств, так и при принятии правовых решений. Кроме осознанного мысленного анализа (рассуждений), мозг проводит независимую оценку ситуации и формирует прогноз ее развития. Однако данные оценки не осознаются и не контролируются человеком, но формируют его убежденность в том, чего в реальности не было, но что определяет модель принятия решений и поведения. Вероятно, данный механизм работы человеческой памяти связан с адаптациями к условиям изменяющегося мира, чтобы ему соответствовать. Поскольку люди живут в постоянно меняющемся обществе, имеют разный жизненный опыт, разный уровень интуитивности, моральности и т.д., то и фантомные воспоминания формируются разные, а порой просто неверные, не соответствующие реалиям жизни, но очень похожие на правду. При этом ложные (фантомные) воспоминания могут привести к серьезным последствиям, например, свидетельствованию в следственных и судебных органах на основе ложных воспоминаний об устанавливаемых обстоятельствах дела, что порождает судебные ошибки, привлечение непричастных лиц к ответственности и др.

Вышесказанное свидетельствует о том, насколько свидетельские показания могут быть ненадежными и недостоверными. Тем не менее проблема ложных показаний, основанных на фантомных воспоминаниях, пока не стала предметом юридического научного анализа, соответственно, теория свидетельских показаний, их собирание, проверка и оценка требуют своего научного анализа и выработки новых методов установления истины познания.

Фантомные (ложные) воспоминания, при которых человек вспоминает те события и факты, которых либо в реальности не было, либо они вспоминаются в сильно искаженном виде. Данные воспоминания могут представлять собой нарушение памяти в виде ложных, искаженных воспоминаний (парамнезии), при этом они могут иметь разные формы:

псевдореминисценции (ошибочных воспоминаний, иллюзий памяти о действительно имевших место событиях, но произошедших в иные временные отрезки, например, перенос событий из прошлого в настоящее, или наоборот);

криптомнезии (искажения памяти, при которых происходит отчуждение или присвоение воспоминаний);

эхомнезии (редуплицирующая парамнезия Пика - обманы памяти, при которых какое-либо событие, факт, переживание в воспоминаниях преувеличивается в 2-3 раза);

конфабуляции («вымыслы памяти», «галлюцинации памяти» - яркие, образные, ложные воспоминания, с убежденностью в их реальности и истинности).

Данный биологический механизм необходим человечеству для психофизиологического развития и выживания. Столкнувшись со сложной, иногда трагической ситуацией, мозг человека блокирует воспоминания и отправляет их в подсознание, при этом замещая их ложными («вымышленными») событиями, воспринимаемыми как реальные. Таким образом, память может быть весьма обманчивой, при этом ложные воспоминания воспринимаются как реальные, сообразно им формируется модель поведения. Это вовсе не говорит о расстройстве психики, измененном состоянии человека, это лишь одна из сторон нормально функционирующей системы памяти. Мозг человека защищает себя от информационной перегрузки, но может достраивать (восполнять) воспоминания несуществующими фактами, в то время как реальная травмирующая информация о трагических событиях может быть вытеснена из сознания в целях сохранения целостности психики человека. Ложные воспоминания - естественное следствие правильно работающей системы памяти, в которую легко вносить поправки. Но современные представления юридической науки о формировании и механизмах правового поведения и механизмах принятия правовых решений, процессах собирания, проверки и оценки юридически значимой информации и еще многом другом не соответствуют описанным выше социально-биологическим механизмам. При этом соответствие научных юридических знаний достижениям современных фундаментальных знаний, устаревшая доктрина доказывания, научная обоснованность правовых механизмов принятия процессуальных решений и много другое вызывают определенный скепсис, что объясняется самоизоляцией юридической науки и наличием устаревшей правовой доктрины. Тем самым мы имеем дело с кризисным явлением правовой жизни общества, что мешает воспринимать и воплощать в жизнь достижения современной науки. Это в полной мере относится и к исследованиям в области биологии права, в частности биологии ложных показаний. По нашим оценкам, в социальном взаимодействии людей, в зависимости от складывающейся ситуации, от 16 до 51 % информации содержат ложные сведения, а в ситуации фантомных воспоминаний и восприятий может достигать и 100 %.

Научно-теоретическая основа исследования биологии ложных показаний как элемента процесса доказывания формируется и развивается как в правовом, социально-культурном, так и в биологическом контексте. Все это формирует единую мировоззренческую матрицу, которая состоит из господствующих на настоящее время социально-ценностных и научных установок, приоритетов, предпочтений, идей и др., накопленных человечеством и нашедших отражение в современных научных знаниях. Однако в настоящее время отсутствует процессуальный механизм - методика оценки показаний, основанных на фантомных («ложных») воспоминаниях, что является существенным пробелом современного правового знания.

В связи с этим появляется востребованность в формировании трансдисциплинарного научно-методологического комплекса, позволяющего сформировать принципиально иной «холистический способ» (приоритетное рассмотрение целого с позиции новых качеств, возникающих при взаимодействии элементов в системе, отсутствующих у составляющих систему элементов) структурирования правовой реальности. Применительно к праву, холизм исходит из единства биологической, социальной и культурной сфер жизни общества, где человек находится в постоянном взаимодействии с внешней средой и другими индивидами, которые оказывают влияние на его поведение. Сущностные свойства правовой жизни общества основываются на совокупном влиянии социальной системы (надсистемы) и психофизических качествах индивидов (подсистем), что и обуславливает разнообразие форм правовой жизни общества.

Процесс взаимодействия и взаимовлияния биологии и права как изначально достаточно далеких друг от друга наук - перспективный многогранный процесс развития процесса познания, позволяющего по-новому увидеть различные стороны правовой жизни общества. Это особенно важно сегодня, когда общество переживает этап резкого изменения фундаментальных основ развития общества, что влечет не только изменение методов познания жизни общества и вектора развития юридической науки, но изменение представлений о природе общества и его развитии. Представляется необходимым формирование новой правовой доктрины биологии права, которая могла бы выступить инструментальной и фундаментальной основой развития правовых научных знаний и юридической практики в современных реалиях жизни общества. Надеемся, что настоящая статья послужит поводом для научных дискуссий и специальных исследований, выработки соответствующих рекомендаций.

 

Список литературы:

1. Лисюткин, А.Б. Юридическое значение категории «ошибка»: теоретико-методологический аспект: монография / А.Б. Лисюткин. - Саратов, 2001. - 348 с.

2. 25 лекций Стэнфордского курса профессора Роберта Сапольски «Биология поведения человека» // Наука на TJ (дата обращения: 27.11.2019).

3. Иглмен, Д. Мозг: Ваша личная история / Д. Иглмен. - М., 2018.




НАВЕРХ