Сайт Юридическая психология
Хрестоматия по юридической психологии. Особенная часть.
ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ СЛУЖБА В ПРАВООХРАНИТЕЛЬНЫХ ОРГАНАХ

 
Китаев Н. Н.
Гипноз и раскрытие преступлений: возможность и законность применения.

Юрист онлайн, 2009.

 


Вопросы использования гипноза в интересах правоохранительных органов освещались в специальной литературе начиная с XIX в. [1], однако в современной России данная тема открыто поддерживается рядом ученых лишь с 90-х гг. минувшего столетия [2]. В 1997 г. в Академии МВД РФ была защищена кандидатская диссертация В. Д. Хабалевым (юридическая психология) на тему: «Применение гипноза для активизации памяти опрашиваемых лиц в деятельности зарубежной полиции». Несмотря на такое «отстраненное» от российской жизни название работы, В. Д. Хабалев пишет: «Анализ отечественного опыта использования гипноза в раскрытии преступлений правоохранительными органами свидетельствует, что… существует необходимость использования нетрадиционных для органов внутренних дел методов активизации памяти опрашиваемых, а именно — гипнорепродукции… Каждый пятый из опрошенных сотрудников сообщил, что в их практике имели место случаи, когда граждане по собственной инициативе обращались к специалистам-гипнологам с просьбой помочь им вспомнить забытые подробности криминального события» [3].

Из автореферата диссертации, однако, нельзя сделать вывод — опросил ли автор лично определенное количество респондентов или проводил сам эксперименты по ГРО (гипнорепродуктивному опросу), поэтому данные утверждения диссертанта оставим на его совести. Нет в автореферате и ссылок на российское законодательство, регулирующее применение гипноза в нашей стране. Впрочем, такое умолчание о юридических основаниях использования гипнорепродуктивного метода в МВД РФ вполне понятно закон содержит прямое запрещение использования гипноза в любых целях, кроме медицинских. Автор диссертации это прекрасно понимает, отчего делает вынужденное признание: «Необходимо регламентировать специальным нормативным актом (инструкцией) “гипнорепродукционный опрос граждан” как оперативно-розыскное мероприятие, осуществляемое с участием специалиста-гипнооператора, который имеет соответствующую подготовку и допуск на право использования данного метода в органах внутренних дел» [4].

В НИИ МВД РФ с 1992 г. существовал отдел, где проходило изучение нетрадиционных психологических приемов раскрытия преступлений. Возглавлял отдел кандидат медицинских наук А. И. Скрыпников, активно пропагандировавший гипнорепродукционный опрос как метод повышения эффективности работы органов МВД [5]. Главным научным сотрудником в этом отделе являлся доктор медицинских наук Л. П. Гримак, ранее длительное время применявший гипнотерапию в среде летчиков и космонавтов [6].

В своих интервью СМИ Л. П. Гримак охотно рассказывал о «больших успехах» в применении «криминалистического гипноза», а также заявил: «Есть приказ министра внутренних дел, которым разрешено использовать гипноз при допросе свидетелей или пострадавших. Очень часто потерпевшие забывают приметы преступника, и мы помогаем им их вспомнить. Обвиняемый тоже может попасть под гипноз, но только по личной просьбе» [7].

Здесь нужно отметить, что именно профессор Л. П. Гримак был научным руководителем упоминавшегося выше кандидата психологических наук В. Д. Хабалева.

Прежде чем дать оценку этой деятельности названных ученых, небезынтересно привести результаты расследования, проведенного губернским еженедельником «Родная земля» (г. Иркутск) в 2004 г. Журналисты получили письмо от начальника ВНИИ МВД РФ, из которого следует, что МВД России никаких приказов о проведении опроса под гипнозом не издавало, а Л. П. Гримак в этом институте уже не работает [8].

Сотрудников «Родной земли» также заинтересовала книга «Расследование многоэпизодных убийств, совершенных на сексуальной почве», изданная в 2003 г. Недоумение вызвал шестой раздел книги, посвященный получению оперативной информации под гипнозом. Автор раздела — упоминавшийся выше А. И. Скрыпников. Он рекомендует применять гипноз при опросе граждан «после того, как бывают исчерпаны возможности всех остальных методов получения информации о деталях преступления» [9]. Данный специалист утверждает, что в ходе опроса под гипнозом опрашиваемый «остается субъектом уголовного процесса, а не объектом исследования или эксперимента, в связи с чем обладает всеми правами и обязанностями, предусмотренными законом» [10].

Если раскрыть учебники по психотерапии, то можно убедиться в полной несостоятельности заверений А. И. Скрыпникова, ибо человек в состоянии гипноза способен перевоплотиться в иную личность (многолетние опыты гипнолога В. Л. Райкова доказали это), а также может фантазировать и выказывать полную подчиняемость командам гипнотизера. Как же тут оставаться «субъектом уголовного процесса», обладая при этом «всеми правами и обязанностями, предусмотренными законом»?!

Вполне понято стремление А. И. Скрыпникова представить гипноз последней надеждой отчаявшихся оперативных работников и следователей, когда «бывают исчерпаны» все остальные возможности профессионалов. Но только такие рекомендации абсолютно незаконны, о чем пойдет речь далее. Пока лишь заметим, что Закон РФ «Об оперативно-розыскной деятельности» не содержит упоминаний об использовании состояний измененного сознания человека (а гипноз относится к таковым) для оперативно-розыскных целей. Иначе правомерным выглядело бы и применение, например, наркотиков для получения нужных показаний, так как наркотическое опьянение также относится к состоянию измененного сознания субъекта.

Заслуживает интереса эксперимент, проведенный журналистами «Родной земли», которые ксерокопировали шестой раздел упомянутой книги и направили данный текст для разъяснения в Генеральную прокуратуру РФ. В своем ответе заместитель Генерального прокурора РФ С. Г. Кехлеров заявил: «…В данном пособии речь идет о возможности опроса под гипнозом, как о психологическом методе исключительно добровольного получения информации по уголовным делам путем активизации процессов припоминания ранее воспринятой информации… а не о способе принудительного получения и закрепления доказательств… Данная процедура вполне обоснованно рассматривается авторами пособия вне сферы уголовного судопроизводства, и в силу этого обстоятельства не может противоречить его нормам и принципам…» [11]

Иными словами, один из руководителей Генеральной прокуратуры РФ одобряет использование состояния измененного сознания человека в оперативно-розыскной деятельности.

Прежде чем дать оценку такой позиции, обратимся к фактам, содержащимся в различных источниках, в том числе — малоизвестных. Г. Шнейкерт, выпустивший в 1924 г. в Берлине оригинальный труд, посвященный техническим приемам получения признания от обвиняемого, писал: «Обвиняемые сами неоднократно изъявляли готовность подвергнуться гипнотизированию и быть допрошенными в состоянии гипноза, желая этим создать доказательство того, что у них на душе нет ничего затаенного. Но и такой прием едва ли мог бы быть признан допустимым с юридической точки зрения, не только потому, что трудно установить, не было ли симуляции гипнотического состояния, но и потому, что лицо, лишенное свободного волеопределения, хотя бы искусственным путем, не может рассматриваться как допустимый свидетель на суде» [12].

В период с 3 по 7 сентября 1923 г. в Вене заседал Международный полицейский конгресс, в одной из резолюций которого признавалось недопустимым применение гипноза в целях расследования уголовных дел [13].

В 1951 г. ООН провела в Брюсселе семинар, решения которого гласили: «Абсолютно необходимо, чтобы во всех системах права закон предусматривал, что органы, производящие расследование, не должны прибегать к каким бы то ни было методам, могущим ослабить волю преступника или его способность разбираться в происходящем, как, например, обману или гипнозу, применяемым хотя бы с согласия испытуемого…» [14] Аналогичные выводы содержат решения двух других семинаров, созванных ООН в 1958 и 1960 гг.

В СССР применение гипноза регламентировалось тремя нормативными актами. В ст. 18 постановления ВЦИК и СТО РСФСР от 1 декабря 1924 г. «О профессиональной работе и правах медицинских работников» указывалось: «Применение гипноза разрешается только врачам и в соответствующих государственных лечебных и научных учреждениях… на основании особой инструкции, издаваемой Народным Комиссариатом Здравоохранения по соглашению с Народным Комиссариатом Юстиции» [15].

Инструкция по применению гипноза, утвержденная НКЗ и НКЮ РСФСР 30 декабря 1924 г., разрешает гипнотизирование только с лечебной целью и только врачам-специалистам, с подробным отражением в истории болезни пациента и в специальной книге сведений о сеансе. При гипнотизировании на дому обязательно присутствие второго медицинского работника либо близкого родственника больного. Последнее требование обусловлено целью оградить врача от последующих возможных инсинуаций некоторых больных (обвинение гипнолога в сексуальных домогательствах и т. п.).

Циркуляр НКЗ РСФСР № 90 от 19 апреля 1923 г. «О запрещении публичных демонстраций гипнотических сеансов» предусматривал: «Нельзя публично гипнотизировать больных и еще менее позволительно производство эксперимента на здоровых людях без врачебных к тому показаний… Публичные демонстрации явлений гипнотизма никому не должны быть разрешаемы; чтение же популярных лекций по гипнозу может быть дозволено лишь врачам-специалистам, посвятившим себя изучению и работе в области психотерапии вообще» [16].

Автором настоящей статьи в 2001 г. был сделан официальный запрос в Министерство здравоохранения РФ с просьбой сообщить — какими действующими нормативными актами регулируется ныне в России применение гипноза. Заместитель начальника департамента организации медицинской помощи населению и профилактики неинфекционных заболеваний А. С. Юрьев в своем ответе сослался на вышеназванное постановление 1924 г. «О профессиональной работе и правах медицинских работников» как нормативный документ, определяющий до сих пор порядок применения гипноза в Российской Федерации [17].

Приведенное нами выше мнение А. И. Скрыпникова о правомочности гипнотизирования обвиняемых при наличии к тому их доброй воли может свидетельствовать о том, что этот автор просто не знал названных источников. Кроме того, отечественная судебная практика знает и судебный прецедент, когда энтузиаст внедрения «следственного гипноза» сам попал на скамью подсудимых. Речь идет о следователе 12 участка военного трибунала Южного округа путей сообщения Л. И. Захарове, который вел дело о получении угля посредством подложных чеков в г. Екатеринославле (нынешний Днепропетровск) [18].

Л. И. Захаров «с целью всестороннего исследования дела и ввиду того, что обвиняемые отказывались назвать своих соучастников», подверг гипнотическому усыплению обвиняемых Максима Похалюка и Александра Ходушкина в сентябре 1923 г. В приговоре Екатеринославского окружного суда картина события отражена так: «Следователь Захаров, пригласив для производства гипнотического усыпления гастролировавшего в то время в Екатеринославе специалиста по гипнотизму врача Котковского, предложил следователю Павловскому и врачу Михштейнштейну быть понятыми при гипнотическом сеансе. При этом врач Котковский перед началом сеанса предупредил обвиняемых, что усыпление возможно лишь при условии их полного согласия, которое они дали. Когда обвиняемый Похалюк стал впадать в сонное состояние, с ним произошел истерический припадок, выразившийся в сильном душевном волнении и сопровождавшийся отдельными выкриками: “я не виноват”, “губят мою молодость и честь”… При этом Похалюк судорожно бился всем телом о нары, на которых он лежал во время сеанса».

Далее был составлен акт о том, что «явления эти вызваны действием гипноза на психику Похалюка, действовавшего в силу отсутствия внутренней воли при даче согласия подвергнуться гипнотическому усыплению, и так как продолжение сеанса усыпления могло отразиться и в его дальнейшей жизни тяжелыми психическими осложнениями, сеанс был прерван, и Похалюк был приведен в нормальное состояние».. Аналогичные явления стали происходить и при усыплении обвиняемого Ходушкина, чья гипнотизация была немедленно прервана.

Суд, «имея в виду, что такое применение способа допроса подследственных является явно незаконным и противоречащим нашим уголовно-процессуальным нормам и всей нашей уголовной политике, признал Захарова виновным в том, что, будучи следователем, допустил незаконный допрос подследственных путем их гипнотического усыпления, чем причинил им душевную и физическую боль, то есть виновным в преступлении, предусмотренном 112 ст. УК» (принуждение к даче показаний при допросе путем применения незаконных мер. — Н. К.). Захаров был осужден к одному году лишения свободы условно.

О недопустимости применения гипноза при опросе подозреваемых (обвиняемых) свидетельствует текстуальное изучение резолюции № 37/194, принятой 18 декабря 1982 г. Генеральной Ассамблеей ООН. Этот документ содержит 6 принципов медицинской этики, относящихся к роли работников здравоохранения «в защите заключенных или задержанных лиц от пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания». Принцип 3-й гласит: «Работники здравоохранения, в особенности врачи, совершают нарушение медицинской этики, если они вовлечены в любые другие профессиональные отношения с заключенными, целью которых не является исключительно обследование, охрана или улучшение их физического или психического здоровья» [19].

Таким образом, резюмируя изложенное, можно с уверенностью сделать вывод: не существует каких-либо законных оснований для применения опроса под гипнозом в интересах правоохранительных органов РФ, какой бы категории участников процесса это действие ни касалось (свидетель, потерпевший, подозреваемый, обвиняемый). Все подобные разрешающие рекомендации (Л. П. Гримак, С. Г. Кехлеров, А. И. Скрыпников, В. Д. Хабалев и др.) незаконны. Подобные «гипнотические опросы», если о них станет известно адвокатам или судьям, могут опорочить всю систему доказательств, полученную на основании такого «сеанса гипноза».

Кстати, проведенное журналистами «Родной земли» расследование показало, что энтузиаст «гипнорепродукционного опроса» А. И. Скрыпников в 2004 г. уже не работал во ВНИИ МВД России, а числился «полковником в отставке» [20].

1 Гросс Г. Руководство для судебных следователей как система криминалистики. М., 2002. С. 215-227.

2 Гримак Л. П. Гипноз и преступность. М., 1997; Образцов В. А, Богомолова С. Н. Криминалистическая психология. М., 2002. С. 273-298.

3 Хабалев В. Д. Применение гипноза для активизации памяти опрашиваемых лиц в деятельности зарубежной полиции: Автореф. дис. … канд. психол. наук. М., 1997. С. 19.

4 Хабалев В. Д. Указ. раб. С. 21-22.

5 Скрыпников А. И. Получение информации посредством опросов под гипнозом // Расследование многоэпизодных убийств, совершенных на сексуальной почве. М., 2003. С. 203-212.

6 Гримак Л. П. Моделирование состояний человека в гипнозе. М., 1978.

7 Рыбьянов М. Гипнотизеры грабят банки и насилуют школьниц// Комсомольская правда. 1999. 18 июня.

8 Шахматов. А. Гипнотизеры изгнаны на пенсию // Родная земля. 2004. 1 авг.

9 Расследование многоэпизодных убийств, совершенных на сексуальной почве / Под ред. А. И. Дворкина. М., 2003. С. 105.

10 Там же. С. 205.

11 Новоселов С, Иванов Ю. Генеральная прокуратура России одобряет применение гипноза к допрашиваемым // Родная земля. 2004. 31 мая.

12 Шнейкерт Г. Тайна преступника и пути к ее раскрытию. М., 1925. С. 38.

13 Шнейкерт Г. Указ. раб. С. 39.

14 Белкин Р. В мастерской следователя // Советская милиция. 1973. № 6. С. 79.

15 Систематич. Собр. Законов РСФСР. Т. 1. М., 1929. С. 760.

16 Документ опубликован полностью в книге: Гофман Э. Руководство по судебной медицине. Ч. 2. М., 1933. С. 432.

17Архив Восточно-Сибирской транспортной прокуратуры. Письмо Минздрава РФ № 10-04/6-247 от 2 июля 2001 г.

18 Пример изложен по публикации без подписи: Дело следователя Захарова // Журнал «Суд идет!». 1927. №2. С. 93-96.

19 Названный документ ООН опубликован: Российская юстиция: 1995. № 5. С. 58.

20 Шахматов А. Гипнотизеры изгнаны на пенсию // Родная земля. 2004. 1 авг.