Сайт Юридическая психология
Классики юридической психологии

 
Ганс Гросс
Руководство для судебных следователей как система криминалистики.

СПб., 1908. (в сокр.)

 


ОБЩАЯ ЧАСТЬ

ГЛАВА I. О Судебном Следователе

 

3. Задача С. С.

По вопросу о том, как должен относиться С. С. к своей задаче, мы неизбежно придем к такому убеждению; «С. С. должен в своем деле достигнуть успеха». Если С. не добивается такого результата, то работа его сводится к простой канцелярщине, к «сплавлению» дел; если же он серьезно стремится каждое следствие довести до известного результата, то работа его уже не может быть спокойной и равномерной: он должен отдаться делу всецело, вложить в него всю душу, все свои силы и не знать устали. Люди слабонервные не годятся в С. С. При этом под словом «успех» следует понимать именно то, что означает его точный смысл, т.е. «следствие должно закончиться полным разъяснением дела». Конечно, всякая задача в любой области знания должна быть приведена к такому результату, если только отнестись к ней добросовестно, но в нашем деле успех имеет иной смысл: речь идет не о естественном и само по себе в определенном направлении развивающемся движении, которое и заканчивается, раз указанные в начале данные доведены до известного итога, а о полном разрешении в каждом случае поставленной проблемы. Вот почему для С. нет половинной работы: или задача разрешена вполне, работа доведена до успешного конца, или же абсолютно ничего не достигнуто.

Не должно смешивать при этом слова «успех» и «эффект». Отнюдь не должно добиваться шума и общественного внимания или во что бы то ни стало по каждому делу находить виновного. Достигнуть успеха — это значит: С. С. должен с самого начала вести следствие гак, чтобы сделать все, находящееся в пределах человеческой возможности, и только тогда остановиться, когда все будет исчерпано. Но в той степени, в какой обыкновенно выясняются наши дела, далеко не доходят до последних границ достижимого; легко произнести фразу: «более ничего не остается делать, далее идти некуда», но если при этом сказать себе так: «должен же быть еще хотя бы один шаг», тогда, быть может, откроется не один шаг, а длинный путь, приводящий к успеху. Каждое дело свое С. С. может сравнивать с математической задачей, данные для разрешения которой он должен добывать и завоевывать с немалым трудом: он имеет против себя обвиняемого, часто свидетелей, нередко обстоятельства дела, естественный ход событий и даже само время, изглаживающее следы преступления. Если С. будет помнить слова поэта: «только сегодня не попадись, и ты имеешь уже сто шансов совсем ускользнуть», то С. откажется от утомительной борьбы при первом возникшем затруднении, затруднение он назовет невозможностью, говоря: «все исчерпано, далее идти некуда».

Мы отнюдь не желаем возобновления старого, инквизиционного процесса, но, видя, каким заслуженным успехом пользуется во всех сферах человеческого знания законченный и тщательный труд, мы желали бы такого же отношения к делу и в нашем ведомстве, так как в последнее время среди нас распространяется слишком холодное отношение к делу 1. Из высших присутственных мест и с ученых кафедр нам предписывают гуманность, от нас требуют «аристократически отдаленного отношения» к первоначальным действиям следствия, требуют, чтобы мы лишь руководили этими действиями, но не принимали действительного участия. С восторгом принималось новое направление, но к чему оно нас привело? Часто мера, гуманная для одного, оказывалась строгою по отношению к другому, «аристократически отдаленное отношение» превращалось в небрежность, недеятельное участие приводило к беспорядку, непринуждение — к весьма растяжимым «предложениям» без логической убедительности. И если ныне в столь многих уголовных делах достигают всестороннего раскрытия преступления, то ни в коем случае не вследствие этих теоретических положений, а только благодаря доброй воле С. С. и — возвращению к «устаревшим» учениям. Я держусь того мнения, что энергическое начатие следствия до сих пор является самым целесообразным, энергическое, соединенное даже с суровостью, дальнейшее ведение следствия только и приводит к получению улик, и что умение быстро оцепить и воспользоваться первоначальными данными обеспечивает надежду па «успех». Окажется ли в состоянии С. С. из собранных и установленных им данных напасть на след виновного, достигнет ли он высшего торжества правосудия, возвратив невинному честное имя, или же он ограничится только разъяснением происшествия, но так, что никаких сомнений не будет возникать о подробностях, — безразлично, но во всяком случае того или иного указанного результата С. обязан достигнуть во что бы то ни стало.

«Редко, однако, — пишет почтенный Людвиг Гюго Франц ф. Я г с м а н н, — встречается предварительное следствие, которое во всех отношениях удовлетворяло бы требованиям пауки и закона, и как редко в состоянии С. С. оправдывать свои действия, шаг за шагом, и каждое из них надлежащим образом мотивировать. Как редко по ходу дела видно соблюдение строгой системы, без каковой невозможна научная оценка труда. Большинство С. накопляют акты за актами, без разбора и порядка, затем, по своему усмотрению, сообразно минутным настроениям выбирают известные данные, на которые обвиняемый должен представить объяснения, и, наконец, когда не в состоянии более ничего придумать нового, они признают дело законченным. При таких условиях каждый успех, достигнутый следствием, является или случайностью, или естественным последствием показаний вызванных лиц (которые, к счастью, своим природным умом в состоянии были дать бездарному Следователю хороший совет) и отнюдь не составляет заслуги С., весьма часто пораженного совершенно неожиданным для него успехом следствия».

Как бы давно ни был высказан этот строгий критический отзыв о деятельности некоторых С., однако и до сего дня он сохраняет свой полный смысл и интерес.

 


1 Ср. выше цитированный архив, т. XII, стр. 191.







НАВЕРХ