Сайт Юридическая психология
Учебная литература по юридической психологии

 
Ахвердова О.А., Волоскова Н.Н., Болотова О.В.
КРИМИНАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ:
теоретические и методологические аспекты науки

Учебное пособие. Ставрополь, 2009.

 


РАЗДЕЛ 1. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ КРИМИНАЛЬНОЙ ПСИХОЛОГИИ

1.2. Методология криминальной психологии

 

1.2.1. Принципы криминальной психологии.

Методология — учение о принципах построения, формах и способах познания. Всякая система знания настолько научна, насколько прочен ее методологический фундамент. Самые грубые ошибки, причем часто не замечаемые, происходят из-за нечеткости методологических позиций. Опора на методологию открывает принципиально верные пути выхода из любых умственных и практических тупиков.

Существует четыре уровня методологии в области криминальной психологии: уровень общенаучной методологии, частной методологии психологической науки, специальной методологии криминальной психологии и уровень методики юридико-психологического исследования. Общая и частная методологии — общая основа любого познания и психологического, в частности. Третий и четвертый уровни максимально отражают ту своеобразную феноменологию, которая присуща только юридико-психологической реальности и позволяют познавать и влиять на нее наиболее специфично и профессионально.

По мнению Столяренко А. М. в психологической науке общенаучные и психологические принципы разработаны в едином комплексе, и криминальная психология использует их для решения стратегических вопросов применительно к специфике юридико-психологической реальности. К. важнейшим из них относятся:

принцип объективности, обязывающий строить систему научного знания строго в соответствии с объективной реальностью, отражать в ней только то, что действительно существует. Необходимо принимать все меры для исключения влияния на научные знания пристрастий, личных взглядов, предубеждений, корпоративной солидарности, амбициозности и низкой подготовленности того (тех), кто проводит исследования и претендует на вклад в создание научной картины юридико-психологической реальности;

принцип детерминизма (причинности, каузальности), отражающий объективно существующие в мире причинно-следственные связи и предписывающий обнаруживать причины юридико-психологических явлений, а также рассматривать последние как причину тех или иных следствий в правовой сфере. Установление причин — важнейшее условие разработки конструктивных предложений по совершенствованию практики, в противном случае они будут «бить» по следствиям и ничего не улучшать;

принцип взаимосвязи и взаимодействия вытекает из факта существования изучаемых явлений в окружении других, с которыми они связаны и взаимно влияют друг на друга. Если изучаемое психологическое явление попадает в систему связей с другими психологическими или непсихологическими явлениями, то оно как-то будет изменяется под их влиянием и в то же время, изменившись, окажет какое-то обратное влияние. В юридико-психологической реальности трудно, даже невозможно найти что-то, что можно понять изолированно, вне взаимосвязей с другими явлениями, условиями или событиями. Так, возникнув, скажем, под влиянием какой-то нормы права, юридико-психологическое явление (следствие) не пассивно следует ему, а меняет регулирующую силу нормы, увеличивая или ослабляя ее. Это необходимо учитывать при изучении психологических явлений и их возможностей изменять правовые;

принцип системности развивает предыдущий и противостоит функционализму — упрощенному схематическому представлению, что психическая деятельность протекает как простая сумма отдельных, локальных психических актов (например, познавательных или эмоциональных). Между тем и сама психика системна и ее проявления системны. Так, ошибочно полагать, что наличие у человека какого-то качества (неуравновешенность, вспыльчивость, агрессивность, и др.) является причиной преступления. Преступления совершают не какие-то отдельные качества, а личности. Преступление — всегда личностный акт, в котором обнаруживается весь внутренний мир человека, санкционирующий проявление каких-то «криминогенных начал» и регулирующий их проявление. Агрессивностью, например, обладают миллионы людей, но только малый процент их совершает преступления. Никакой поступок человека нельзя также понять вне системы его жизнедеятельности — «цепочки» жизненных актов, объединенных определенной линией поведения в жизни, образа жизни, выступающих более сложными системностями и влияющих на каждый поступок;

принцип развития выражает органически присущие миру и психике динамизм и изменчивость, обнаруживающиеся в истории всего человечества, в жизни каждого человека и в каждом психологическом акте. Человек, появившись на свет, в своем прижизненном развитии (онтогенезе) проходит психологическую эволюцию, во многом повторяющую, но в миллионы раз ускоренную, историю развития психологии человека от питекантропа до современного. Только результаты психологического развития каждого человека далеко не однозначны, индивидуализированы и в решающей степени обусловлены обстоятельствами истории его жизни и его собственной активности. Это относится практически ко всем психическим процессам, состояниям и свойствам человека. Поэтому к каждому человеку нельзя подходить с однажды сложившимися мерками. Психологическую данность надо рассматривать как срез на пути непрерывного ее изменения с определенными тенденциями, идущими из прошлого в будущее. Важно раскрыть именно их, понять движущие силы, найти при необходимости способы их изменений. Принцип развития — основа научного и практического оптимизма, веры в возможность целенаправленного достижения прогрессивных изменений психологии человека при решении задач укрепления правопорядка;

принцип взаимосвязи психики и деятельности констатирует неразрывность этих двух важнейших феноменов. Деятельность — продукт психологии человека. Психическая деятельность — внутренний план, детерминанта внешней активности. Через деятельность, при оперировании с объектами мира, действуя, человек не только обнаруживает свою внутреннюю сущность, но и раскрывает их свойства, недоступные нередко пассивному созерцанию. Важно, что в деятельности психология человека не только проявляется, но и изменяется. Сознание, особенности психики человека, проявляясь и реализуясь в деятельности, испытывают обратное влияние со стороны ее характеристик и слагаемых: объектов, условий, целей, мотивов, способов и др.

Как отмечает И. А. Кудрявцев, достижение основной цели науки криминальной психологии — получения всестороннего системного знания о психике преступника и его генезе — требует применения таких способов исследования, которые могли бы обеспечить эффективное взаимодействие и правильное объединение методов и результатов комплексируемых наук: юридической психологии, судебной психологии, судебной психиатрии, криминологии и юриспруденции. К таким способам, средствам и принципам познания многокачественных явлений действительности относится системный подход, ориентирующий исследование на раскрытие целостности психического функционирования, на установление многообразных типов связей и механизмов, лежащих в его основе.

Применительно к исследованию психологии преступника и преступных групп такие связи могут быть установлены лишь путем следования ряду общих принципов системного анализа психических явлений. При этом надо иметь в виду следующие наиболее актуальные на современном этапе развития психологии принципы:

1. Необходимость всестороннего, многопланового рассмотрения объектов как систем, имеющих специфические закономерности. Главная задача здесь состоит в том, чтобы выявить «составляющие» того или иного явления и способ их организации. Результаты, полученные при исследовании каждого из выделенных аспектов, должны в этом случае взаимно дополнять друг друга.

Этот принцип предписывает психологам рассматривать человека как сложную открытую саморегулирующуюся систему, включающую в себя ряд подсистем и в свою очередь являющуюся подсистемой более широких систем — природы и общества. Учет последнего обстоятельства предполагает оценку криминальных или виктимных его деяний не самих по себе, а в неразрывном единстве с конкретной ситуацией их совершения, выступающей как условие и (или) причина интересующего суд поведения.

Правильное выделение анализируемых подсистем человека страхует от ошибочного распространения закономерностей, присущих одному из уровней структурно-функциональной организации или жизнедеятельности человека, на другие его уровни.

2. Подход к изучению психических явлений как многомерных, многоуровневых, иерархически организованных и разнопорядковых. Важным для криминальной психологии правилом, вытекающим из этого принципа, служит предписание сравнивать лишь однопорядковые данные, относящиеся к подсистемам одного уровня организации и сложности.

В согласии с названным принципом в каждой из выделенных базовых подсистем личности преступника — организменной (биологической), индивидной (психической) и личностной (социальной)— в свою очередь можно различать иерархию дробных уровней организации, «масштаб» которых во многом задан требованиями конкретной задачи, используемыми для ее решения методическими приемами, необходимой глубиной анализа исследуемого экспертами явления, события, обстоятельства.

3. Отказ от «линейного детерминизма». Многоплановость, многоуровневость и многослойность человеческого бытия требуют системного понимания детерминации психических явлений как связанных с факторами разных порядков. Принципиальное значение для криминальной психологии в этом плане имеет разрешение вопроса о роли социального и биологического в детерминации конкретного поведения человека. Имеются данные о том, что в разных условиях жизнедеятельности человека, на разных этапах его развития, относительно к разным уровням и к разным измерениям психических явлений соотношение социальной и биологической детерминации складывается по-разному. Установление перечисленных моментов, в частности «условий жизнедеятельности» и «этапов развития» применительно к уровню умственного развития подростка, — одна из основных задач криминальной психологии.

4. Необходимость рассматривать явления в развитии (принцип развития). Ни целостность, ни дифференцированность системы не могут быть поняты вне анализа ее развития. Развитие выражает суть самого существования психики как системы. Психические состояния являются лишь моментами этой динамики.

Особенно важно соблюдение правила развития при оценке пограничных состояний (психопатий, неврозов, психопатоподобных состояний и др.) в связи с большой их зависимостью от непрерывно изменяющихся внешних воздействий, легкостью наступления состояний декомпенсации и влиянием этих состояний на развитие преступной личности.


1.2.2. Категории криминальной психологии

Поведение. Определяя границы правового поступка, В. Н. Кудрявцев писал, что правовое значение имеет только то поведение человека или коллектива, которое выражено вовне, во внешней среде: «Правовые предписания, — отмечал автор, — действуют через сознание и волю, но регулируют не сами эти психические процессы, а их результаты — объективно совершенные поступки».

Указанные правовые положения ставят в центр методологии криминальной психологии проблему системной детерминации поведения. «Когда речь идет об исследовании поведенческих актов, нужно иметь в виду, что... в качестве причин того или иного поведенческого акта выступает, как правило, не отдельное событие, а система событий или ситуация»5.

Поскольку в процессе и в результате поведения и деятельности субъекта ситуация обычно непрерывно изменяется, одновременно изменяется и ее воздействие на субъект, действующего в ней, что, в свою очередь, приводит к его психологическим изменениям. Вследствие этого, согласно принципам системного подхода, ситуация должна рассматриваться в неразрывной связи с личностными особенностями и динамикой психического состояния субъекта деятельности. При этом необходимо учитывать диалектику взаимопревращений причин и следствий, причин и условий.

Системное понимание детерминации противоправного поведения предполагает учет не только непосредственной причины противоправного поступка, но и всей совокупности (цепочки) жизненных событий, подготовившей его. Истинная причина содеянного и ее следствие — поступок при этом оказываются разделенными значительным временным промежутком. По мнению Б. Ф. Ломова, в этих случаях речь идет о причинно-следственных связях, «которые можно было бы назвать кумулятивными».

Личность. Переходя к рассмотрению методологии личности, следует подчеркнуть, что эта проблема — центральная в психологии. В отечественной криминальной психологии полностью сохраняет свою силу принятый в советской психологии «личностный принцип», согласно которому любые психические процессы и состояния должны быть исследованы как процессы и состояния личности. Например, диагностика личностного развития — основа судебной экспертизы несовершеннолетних.

Положение о системном строении личности — общепринятое в советской психологии. Для методологии криминальной психологии существенное значение имеют следующие принципиальные положения, вытекающие из системного понимания личности.

1. Общественно-историческая природа личности. Представление о личности как о системном сверхчувственном многогранном социальном качестве, которое приобретается индивидом в обществе, «в совокупности отношений, общественных по своей природе», и определяется «движением» индивида в этих общественных отношениях.

2. Разграничение понятий «индивид» и «личность». Положение это означает, что личность имеет не биологическую, а общественно-историческую сущность. Она возникает только в обществе. Индивид — результат биологической эволюции, преимущественно генотипическое образование. Личность — это, по выражению А. Н. Леонтьева, относительно поздний продукт общественно-исторического и онтогенетического развития человека. Индивид — носитель социального системного качества, личность — само его выражение. Индивид не порождает личность, не является ее причиной, а представляет собой предпосылку возникновения личности и необходимое условие ее существования. Индивидные свойства в процессе развития личности в той или иной мере трансформируются, меняются, однако не уничтожаются, сохраняясь «именно как особенности индивида». Четкое разведение индивидных и личностных свойств особенно важно при исследовании индивидуально-психологических особенностей личности преступника. Оно имеет принципиально важное значение при выборе соответствующих ее задачам типологий и принципов классификации личности.

3. Необходимость выбора при анализе структуры и функций личности таких единиц, в которых бы не утрачивались свойства, присущие ей как целому. В отечественной психологии в качестве такой единицы анализа выделяются мотивы, отношения, установки, смысловые образования.

Принцип целостности единиц структурного анализа личности имеет не только общетеоретическое и методологическое значение — он непосредственно задает границы изучения личности как предмета клинической психологии, определяет методические подходы к ее исследованию в экспертной практике, очерчивает «массив» сведений, необходимых и достаточных для решения экспертных вопросов, намечает источники и средства извлечения информации о личности.

4. Выделение в личности системных родовых социально-типических проявлений и индивидуальных специфических личностно-смысловых свойств. Первые представляют собой результат процесса социализации личности как объекта общественных отношений и отражают уровень усвоенного ею нормосообразного адекватного поведения в больших и малых социальных группах. Эти свойства получают свою содержательную характеристику через систему общественных функций-ролей и выступают в качестве системных социальных качеств первого порядка. Вторые являются продуктом индивидуализации личности. Они не противостоят социально-типическим системным качествам, поскольку в развитии личности процессы социализации и индивидуализации диалектически сочетаются. Эти системно-специфические интегральные социальные качества второго порядка раскрываются через понятие «личностный смысл» — индивидуализированное отражение действительности, выражающее отношение личности к тем объектам, ради которых развертывается ее деятельность, общение.

Центральный вопрос при изучении личности — проблема ее структурно-функциональной организации. Решение этой проблемы зависит в первую очередь от того, в каком объеме понимается понятие «личность». Учитывая методологические достижения теории деятельности, можно выделить два контекста анализа и понимания категории «личность».

Личность в узком смысле отражает продуктивные проявления человека как субъекта деятельности. Под продуктивными проявлениями понимают процессы активности личности, в которых она осуществляет выбор между различными мотивами, позициями и ролями, овладевает своим поведением и своими индивидуальными свойствами, создает психологические средства и способы разрешения нестандартных, иногда внутренне конфликтных ситуаций, вносит «личностные вклады» в окружающих, в культуру, общество. Именно баланс того, что личность вносит в общество и что берет у него, по мнению Б. Ф. Ломова, наиболее полно отражает ее социальную сущность, направленность. Эта грань личности описывается через категории «доминирующая система отношений», «главные мотивационные линии». Они соотносятся с понятиями цели и смысла жизни, определяют его долговременную общую стратегию.

Личность же в широком понимании включает в себя и характер, и способности, и стиль деятельности, т.е. инструментальные ее проявления. Если продуктивные проявления личности дают представление о том, ради чего, в каком направлении действует человек, то инструментальные — обусловливают то, как, какими способами он действует (характер), с какой мерой успешности и эффективности (способности). Единицами анализа характера, определяющими «тактику поведения» личности, являются ее динамические тенденции, фиксированные обобщенные установки. «Каждое свойство характера, — писал С. Л. Рубинштейн, — всегда есть тенденция к совершению в определенных условиях определенных поступков».

Однако при обращении к анализу проявлений личности не следует ограничиваться рассмотрением соотношения личностных свойств и характерологических качеств. Можно выделить содержательно-ценностный аспект личности, который отражает содержание ценностей, высших устойчивых мотивов и смысловых образований, т.е. «направленность» личности, и структурно-динамическую ее сторону, отражающую силовые, энергетические взаимоотношения иерархизированных в определенной структуре мотивов, ценностей, смысловых образований в их становлении, динамике. В большинстве теорий личности учитываются оба аспекта в единстве (но не в тождестве). Например, в трактовке А. Н. Леонтьева анализ динамических структур — широты связей человека с миром, степени иерархизированности мотивов и общей структуры мотивационной сферы — приводит к пониманию содержания главных мотивов, жизненных целей личности. В концепции Б. Ф. Ломова направленность личности раскрывается через иерархию мотивов, целей, ценностей и субъективных отношений человека.

Разграничение продуктивных и инструментальных проявлений субъекта деятельности, с одной стороны, и содержательно-ценностного аспекта личности и структурно-динамической ее организации — с другой, очень важно. Оно позволяет исследовать личность во всей ее полноте, выделяя тот или иной аспект личности применительно к задачам экспертного исследования.

Личностно-смысловые проявления и характер личности составляют основу индивидуальности человека. Смыслы личности всегда уникальны, так как отражают в сознании человека своеобразие мотивационной сферы личности. Само слово «характер» означает «черта, особенность». Характер — уже само по себе отличие, особенность, индивидуальность.

Несмотря на безусловную теоретическую ценность выделения понятия личности в узком, специальном значении, в прикладных исследованиях удобнее все же оперировать определением личности в широком понимании, включающем как одно из своих системных свойств характер.

Деятельность. Для правильного понимания проявлений личности в поведении необходимо учитывать соотношение категорий «поведение» и «деятельность». Поведение — более широкая категория, чем деятельность. Деятельность является высшим уровнем поведения.

Важнейшей единицей анализа поведения, его ведущим элементом является поступок. Поступок подчинен высшим структурным уровням деятельности человека — мотивам и целям, в нем проявляется личность человека: его потребности, установки, отношения, характер, темперамент, находят свое выражение черты личности.

Происхождение и развитие поступка состоит из нескольких этапов. Совершению поступка предшествует психическая деятельность человека, формирующая содержание и направленность поступков. Исходя из представления, что поведение человека есть форма взаимодействия личности со средой, выделяют следующие основные этапы такого взаимодействия: 1) формирование личности с определенной социальной ориентацией; 2) формирование у субъекта конкретной мотивации; 3) планирование поступка и принятие решения о его осуществлении; 4) реализация принятого решения. Поскольку акт поведения не есть жестко запрограммированный процесс, он может претерпевать известную динамику и изменения, зависящие от самоконтроля личности, ее критичности.

Социальное и биологическое в психике человека. Как отмечал Б. Ф. Ломов, диалектико-материалистический подход требует рассмотрения биологического и социального как звеньев системной детерминации единого процесса развития человека. При этом проблема соотношения биологического и социального выступает преимущественно как проблема «организм и личность».

Взгляд на биологическое, органическое как на условия, которые лимитируют развивающиеся в социальной деятельности психические личностные качества, высказан в патопсихологии Б. В. Зейгарник и Б. С. Братусем. По их мнению, органические дефекты психики, идущие от биологических особенностей болезни, сужают, изменяют диапазон социального функционирования и тем самым трансформируют, хотя и не отменяют, общие закономерности течения психической деятельности и проявлений личности. На примере эпилепсии Б. С. Братусь показал, как психическое заболевание нарушает оптимум условий развития личности, все более сужает рамки возможностей нормального течения психических процессов. «Патология проистекает не из того, что... начинают действовать еще какие-то специфически патологические механизмы, а из-за того, что условия работы и протекания общих для любой психологической жизни механизмов искажаются особыми биологическими, физиологическими условиями».

Высказанное положение позволяет понять принципиальное единство (но не тождество!) законов психической жизни в норме и патологии. Оно заставляет рассматривать любую психическую болезнь как диалектический процесс постоянного взаимодействия нарушения, распада психики с продолжающейся в патологических условиях ее эволюцией, что приводит к аномальному развитию личности. При таком подходе всякая психическая болезнь, особенно протекающая на неглубоком, «пограничном» уровне, есть болезнь личности: выражение не столько личностного распада, сколько патологического развития личности.


1.2.3. Понятия личности преступника и криминогенной личности.

Нами под личностью преступника понимается вменяемый человек, совершивший общественно опасное деяние, запрещенное законом, уголовно наказуемое и достигший возраста уголовной ответственности; совокупность социально-психологических свойств личности, которая при определенных ситуативных обстоятельствах (или помимо них) приводит к совершению преступления. Признать человека преступником может только суд.

Сахаров А.Б. указывает на разный «удельный вес» личности на различных этапах изучения преступления. Так, на этапе расследования преступления личностные факторы принимаются во внимание для установления причастности обвиняемого к событиям (криминалистический аспект) в целях выявления субъективных факторов правонарушения, причин и условий, способствующих совершении преступления и принятия мер по их устранению (криминологический аспект). Этап судебного процесса изучает личность преступника для определения формы вины (умысел или неосторожность), степени общественной опасности виновного, правильной юридической квалификации его действий, выявления смягчающих и отягчающих обстоятельств и наиболее подходящей кары пресечения. И, наконец, на стадии наказания учет личностного фактора очень высок (исправительный аспект).

По мнению большинства юристов (Н.Ф. Кузнецова, В.Н. Кудрявцев), непосредственные причины и истоки виновного поведения всегда лежат в личности человека, совершившего преступление. В противном случае отсутствуют основания вменения в вину и, соответственно, совершенное деяние не может рассматриваться как преступление. Т.е. никакие внешние обстоятельства не могут быть определяющими причинами противоправного деяния, если они не положены одновременно на внутренние причины человеческой активности.

Таким образом, мы говорим о личности преступника в причинном аспекте. В этой связи некоторые юристы предлагают заменить понятие «личность преступника» понятием «криминогенная личность». Понятие криминогенной личности, по мнению А.И. Долговой, выражает определенный социальный тип, определяющий большую в сравнении с другими типами личности вероятность преступного поведения в соответствующих условиях. Причем такая вероятность может реализоваться только во взаимодействии с социальной средой и только после этой реализации, т.е. после совершения преступления, криминогенная личность становится преступной личностью.

Типы криминогенной личности. Систематизация индивидуальных особенностей формирования готовности субъекта к совершению преступного деяния или поддержания такой готовности при систематическом осуществлении преступной деятельности позволяет выделить ряд общих типов криминогенной личности, описать их психологические особенности.

Первый тип характеризуется тем, что готовность к совершению преступного деяния обусловливается наличием определенной криминальной потребности, предметом которой является не только получаемый результат, но и в значительной мере (а порой в определяющей) сами преступные действия — процесс их совершения. Данная потребность (криминальное влечение) может актуализироваться независимо от внешних условий и побуждать поиск объекта и возможностей для совершения преступного посягательства. Такая потребность может также проявляться при стечении обстоятельств, выступающих поводом, случайно возникшей более или менее благоприятной возможностью совершения преступных действий. Криминальное влечение нередко приобретает доминирующий характер в поведении человека, погашает иные его стремления. Трудно преодолимое влечение такого рода представляет психическую аномалию, относимую к патологии влечений, которая, тем не менее, не исключает вменяемости. Совершая преступные деяния по воле криминального влечения, преступник находит в этом неосознаваемую компенсацию чувства неудовлетворенности, разрядку внутреннего напряжения, испытывает удовольствие, чувство азарта и другие, положительные для него состояния от процесса совершения насилия или похищения, разрушения и др. Криминальное влечение носит индивидуально специфический характер, т.е. имеет индивидуально своеобразное содержание, касающееся вида и способа совершения преступного посягательства, его объекта и приемлемых условий.

Второй тип криминогенной личности преступника выражается в субъективно непротиворечивом принятии преступного способа удовлетворения некоторой потребности или разрешения проблемной ситуации как наиболее предпочтительного по сравнению с правомерным или наряду с использованием правомерного. Криминогенная потенция личности выражается в том, что индивид уже изначально привержен преступному способу действий: для него не стоит вопрос принципиального выбора. Такая изначальная приемлемость преступного способа удовлетворения потребности (разрешения проблемной ситуации) определяется преобладающе положительным отношением к нему, его освоенностью, привычностью использования, уверенностью в «благоприятном» результате, в собственных способностях совершения преступного деяния, во избежание ответственности. Приверженность преступному способу удовлетворения потребности ориентирует активность субъекта на поиск объекта и возможностей для совершения преступного посягательства при актуализации исходной потребности, которая может носить социально нормальный характер.

Третий тип личностных предпосылок преступного поведения выражается в том, что субъект принимает преступный способ удовлетворения определенной потребности лишь при исключительно благоприятных условиях, которые представляют не только достаточную возможность получения личностно ценного результата преступным способом, но и максимальную безопасность. В обычных условиях для индивида не возникает проблемы выбора способа обеспечения удовлетворения некоторой потребности, поскольку для него более приемлем правомерный способ. Принятие преступной цели и способа носит характер отклика на представившуюся исключительно благоприятную возможность ее реализации.

Четвертый тип криминогенной потенции личности преступника проявляется в вынужденном, внутренне противоречивом принятии преступного способа действий. Это происходит, например, когда субъект считает, что реально отсутствует возможность обеспечить правомерным способом удовлетворение потребности (разрешение проблемной ситуации) и в то же время невозможно оставить эту потребность без удовлетворения. Криминогенная потенция личности, проявляющаяся в данном случае, выражает приемлемость преступного способа действий лишь в связи с вынуждающими обстоятельствами, субъективно безвыходным положением. При этом преступник испытывает противоречивое отношение к преступному деянию, считает его рискованным, однако, в сложившейся ситуации допустимым.

Пятый тип криминогенной личности характеризуется наличием склонности к импульсивному совершению противозаконных действий, проявляемой в форме реакции на некоторые обстоятельства ситуации. Эта импульсивная реакция может выражаться в агрессивной «вспышке» и причинении телесных повреждений потерпевшему в конфликтной ситуации или в ответ на оскорбительное высказывание потерпевшего либо, например, в совершении карманной кражи, когда преступник внезапно воспринял благоприятную для этого возможность. Такая реакция может происходить как на фоне относительно нормального нервно-психического состояния субъекта, так и при повышенном нервно-психическом возбуждении (аффекте, стрессе) и при измененном функциональном состоянии в результате употребления алкоголя, наркотических и иных одурманивающих веществ. Она может также проявляться как эскалация опасности насильственных действий преступника в процессе обострения конфликта с потерпевшим или при усилении ответных действий потерпевшего. Психологические предпосылки такого поведения выражаются в наличии криминальных поведенческих установок и стереотипов.

Шестой психологический тип криминогенной личности преступника проявляется в принятии преступной цели-способа под решающим влиянием внешнего криминогенного воздействия иных лиц либо в результате его конформного поведения в группе, обусловленного готовностью идентифицировать с ней свое поведение. В данном типе налицо отсутствие антикриминальной устойчивости личности. Это выражается в неразвитой способности к самоопределению в группе, податливости влиянию других лиц при отсутствии решимости воспротивиться совершению противозаконных действий, несмотря на отрицательное отношение к ним.

Структура личности преступника. В.Н. Кудрявцев вводит в структуру личности преступника свойства, значимые для совершения преступления, — демографические данные о преступнике, правосознание преступника, социальная (антиобщественная) установка личности, комплекс личностных свойств преступника.

П. С. Дагель отстаивает позицию, согласно которой структура личности преступника содержит как общие с непреступниками свойства, так и специфические, характерные только для преступников. Причем под специфическими и одновременно юридически значимыми чертами личности имеется в виду то, что связано с самим преступлением: его характер, тяжесть, рецидив и пр.

А.И. Долгова, напротив, считает, что преступник от непреступника отличается не самой структурой личности, она общая для всех людей, а содержанием развитых элементов этой структуры.

Г.М. Миньковский предлагает следующую структуру личности: демографические признаки, культурно-образовательные признаки, потребности, интересы и отношения быта и досуга, эмоционально-волевые признаки, в том числе обусловленные соматически и психически.

В центре личности преступника, по мнению Г.Г. Бочкаревой, лежит искаженная потребность, которая определяет мотив преступления. Структура личности преступника может быть представлена иерархией потребностей, а типы преступников в результате определяются содержанием и степенью выраженности этих потребностей.

В структуру личности преступника включают и такие психофизиологические особенности личности, как склонность к определенному типу реакции — преодолению трудностей или уходу от них, приспособлению к обстановке или выжиданию, быстроте или замедленности в оценке обстановки и принятия решения.

Исследования преступников показали, что примерно 40% из них характеризуется стандартным и стереотипным мышлением; искаженными мотивами поведения и отрицательными чертами личности (жадность, озлобленность, слабоволие, безынициативность, индивидуализм и т.п.); для многих характерна извращенная мировоззренческая позиция, искаженные ценностные ориентации, эмоциональная неустойчивость, несформированность образа «Я».


Общепсихологические положения в анализе личности преступника

На основании анализа ряда теоретических подходов к пониманию личности преступника в психологии и криминологии нами были выделены следующие общие психологические особенности преступной личности:

1. Когнитивная сфера:

— гиперактивность и дефицит внимания

— низкий уровень интеллекта

— эгоцентризм

— неумение распознавать ситуации риска

2. Аффективная сфера:

— раздражительность, ригидность, неустойчивость, низкий самоконтроль

— фрустрация при высоком уровне, неоднократности и неожиданности фрустрации

— наличие отрицательных эмоций и «посылов к агрессии»

— отсутствие страха перед наказанием

— использование неэффективных копинг-стратегий (например, эмоциональных, связанных с самообвинением и сожалением)

3. Образ Я:

— высокая самооценка при угрозе образу Я, критике со стороны других

— низкая самооценка

— отсутствие навыков самоанализа, неумение распознавать состояние, приводящее к совершению преступлений

— деиндивидуализация — забывание социальных норм

4. Ценности и аттитюды:

— несформированность системы личных ценностей

— неосвоенность широко распространенных ценностей

— переживание бесцельности жизни

— доминирующая ориентация на настоящее

— низкий уровень морального развития (доконвенциональный для рецидивистов)

5. Отношение к жертве:

— слабая эмпатия

— появление негативных эмоций в ответ на боль другого человека

— развит когнитивный и не развит аффективный аспект

— предвзятая атрибуция враждебности

6. Личностные черты:

— агрессивность

7. Мотивационная сфера:

— удовлетворение жизненных потребностей, стремление избежать возможного наказания

— оказание помощи другим людям, самозащита

— месть

— получение эмоционального удовлетворения

— поддержание самооценки

— игровая мотивация

8. Поведенческая сфера:

— отсутствие коммуникативных навыков

— отсутствие навыков законопослушного поведения

— наблюдение за контактными видами спорта

Однако в зависимости от типа совершенного преступления, типы преступных личностей будут обладать определёнными психологическими особенностями:

1. Корыстно-насильственные преступники:

— импульсивность поведения

— слабый самоконтроль

— эмоциональная ригидность

— пренебрежение социальными нормами

— агрессивность

— низкий интеллектуальный уровень

2. Воры:

— меньшая импульсивность поведения

— меньшая эмоциональная ригидность

— низкий уровень тревоги

— хорошая социальная адаптация, хорошо развитые навыки общения

— низкая агрессивность

3. Насильственные преступники:

— импульсивность поведения

— эмоциональная ригидность

— низкий уровень эмпатии

— слабо выраженная склонность к самоанализу

— склонность к доминированию

— нарушение социальной адаптации

Психологическая структура личности преступника. Для того чтобы судить о криминогенных особенностях личности преступника, необходимо понимать роль психических свойств, образующих внутреннюю — психологическую — основу личности в порождении преступного поведения.

Методологическим основанием понимания является положение о том, что никакие внешние обстоятельства не могут являться непосредственными причинами противоправного деяния, если они не стали побуждениями воли самого человека, обладающего способностью к волевому поведению (А.Р. Ратинов, В.Н. Кудрявцев, Н.Ф. Кузнецова, Ю.М. Антонян, Е.Г. Самовичев и др.).

Генезис преступного поведения заключается в формировании у индивида состояния психологической готовности к поведенческому акту в форме общественно опасных действий либо бездействия. В процессе формирования этой готовности индивид личностно своеобразно воспринимает и оценивает внешние условия, испытывает личностно характерные для него побуждения (мотивы), определяет личностно приемлемый способ и цель действий. Принятая цель достигается им благодаря сложившимся в жизненном опыте навыкам, умениям, способностям, которые представляют собой также личностные образования. Таким образом, в процессе порождения преступного поведения особенности личности обусловливают индивидуально своеобразное восприятие внешних условий, мотивообразование, целеполагание и исполнительную регуляцию поведения.

Раскрытие психологии личности преступника как субъекта антиобщественного поведения требует комплексного подхода к изучению ее психологических свойств. Этот подход должен опираться на научно обоснованные выводы о том, какие психологические свойства личности, какую играют роль в порождении преступного поведения, т.е. необходимо составить модель психологической структуры личности преступника, выражающую суть криминогенной личности.

К психологической структуре личности преступника исследователи в различных сочетаниях относят:

• свойства потребностно-мотивационной сферы (потребности, интересы, устойчивые мотивы и др.);

• свойства ценностно-нормативной сферы (взгляды, убеждения, ценностные ориентации, установки, позиции личности и др.);

• интеллектуальные свойства (уровень умственного развития, особенности мышления и др.);

• свойства, представляющие опыт, значимый в преступном поведении (знания, умения, навыки, способности);

• эмоциональные, волевые свойства, темперамент.

Если посмотреть на психологическую структуру личности преступника с точки зрения выполняемых ею функций в порождении преступного поведения, то она должна включать свойства, обусловливающие:

• криминогенно значимое восприятие тех или иных социальных условий и ситуаций;

• мотивацию к преступному поведению;

• приемлемость преступной цели, которая как таковая определяется криминальным способом реализации мотивов;

• возможность реализации преступного способа, т.е. достижения преступной цели.

Центральным моментом в генезисе преступного поведения при этом является принятие криминальной цели и способа. Наиболее существенные психологические особенности личности преступника проявляются в особенностях принятия преступной цели и способа, в личностной обусловленности их принятия.

Также выделяют социально-демографическую и социально-психологические подсистемы личности преступника.

Социально-демографическая подсистема личности преступника. Она включает: пол, возраст, семейное положение, образование, профессиональную принадлежность, род занятий, социальное, материальное положение, наличие судимости (иных связей с криминальной средой). Сюда же относятся признаки, характеризующие личность преступника с точки зрения выполнения им определенных функционально-ролевых обязанностей.

Понятно, что все эти признаки сами по себе (пожалуй, разве только за исключением судимости) не могут характеризовать конкретного субъекта как человека, обязательно склонного к совершению преступлений. Однако в сочетании с другими особенностями его личности они позволяют сформировать о нем более целостное представление.

Наибольшая криминогенная активность лиц молодого возраста во многом объясняется не только их большей активностью, но и в значительной мере социальной незрелостью их личности, еще не завершившимся процессом социализации, низким уровнем культуры, отношений и поведения, примитивностью интересов, ценностных ориентаций, отсутствием устойчивых жизненных планов. Таких лиц отличает отрицательное или безразличное отношение к выполнению гражданских обязанностей: добросовестно трудиться, заботиться о воспитании детей и т.п. Например, низкий образовательный уровень во многом бывает связан с невысоким интеллектом человека, а трудности социальной адаптации — с низким уровнем его эмоциональной устойчивости, повышенной импульсивностью, агрессивностью и т.д. Таким образом, анализ социально-демографических признаков помогает лучше понять процесс социализации, формирования у людей под влиянием социальных условий различных психологических особенностей, на которые нужно обращать внимание в ходе расследования преступлений. Поэтому перейдем к рассмотрению второго блока в структуре личности преступника, к ее социально-психологической подсистеме.

Социально-психологическая подсистема личности преступника. В общепсихологической концепции личности была представлена признанная многими учеными психологическая структура личности в виде ее четырех основных структурных элементов:

1) подструктура направленности в виде совокупности наиболее устойчивых, социально значимых качеств личности (мировоззрение, ценностные ориентации, социальные установки, ведущие мотивы и т.д.), связанных с правосознанием человека;

2) подструктура опыта, включающая знания, навыки, привычки и другие качества, которые проявляются в выборе ведущих форм деятельности;

3) подструктура психических форм отражения, проявляющихся в познавательных процессах, психических, эмоциональных состояниях человека;

4) подструктура темперамента и других биологически, наследственно обусловленных свойств, которые, наряду с социальными факторами, влияют на формирование характера и способностей человека.

Перечисленные выше подструктуры личности во всем многообразии их содержания имеют место, разумеется, и в структуре личности тех, кого принято считать преступниками. Существенное отличие всех этих структурных образований личности преступника от структурных образований личности законопослушных граждан состоит, прежде всего, в том, что в первом случае многие составляющие черты, свойства личности (особенно те, которые сформировались под влиянием социальных условий) характеризуют личность с негативной стороны, делая ее более восприимчивой к воздействию криминогенных факторов. Справедливо считается, что основное отличие личности преступника от личности законопослушного гражданина состоит в негативном содержании ценностно-нормативной системы, некоторых устойчивых психологических особенностей, сочетание которых имеет криминогенное значение и специфично для преступников.

Типичные особенности личности преступника выражаются в дефектах его личности:

1. Дефекты индивидуального правосознания как результат недостаточной его социализации: а) социально-правовой инфантилизм; б) правовая неосведомленность; в) социально-правовая дезинформированность; г) правовой нигилизм (негативизм); д) социально-правовой цинизм; е) социально-правовое бескультурье. Исходя из дефектов правосознания, всех преступников можно разделить на две большие группы: 1) на лиц, совершивших преступления по незнанию законов, хотя незнание законов не освобождает от уголовной ответственности; 2) на лиц, знавших законы, запрещающие данное деяние, но совершивших их.

2. Патология потребностной сферы личности или дисгармония потребностей личности преступника, которая выражается в следующем:

— в нарушении равновесия (баланса) между материальными и духовными потребностями личности, в результате чего человек становится стяжателем или стремится к обогащению любыми способами;

— аморальный, извращенный характер удовлетворения многих из них. Так, насильника судят не за то, что у него есть половые потребности, а за стремление удовлетворить их способом, опасным для жертвы сексуального насилия и запрещенным законом;

— ослабление самоконтроля за удовлетворением многих из них, в результате чего человек становится рабом своих потребностей;

— большой удельный вес в структуре личности занимают квазипотребности (ложные потребности), не нужные для развития личности (алкоголизм, наркомания, чифиризм и др.).

3. Дефекты в личностных установках. Многие совершают преступления в связи с наличием в структуре личности дефектов в личностных установках. Здесь возможны следующие варианты:

— один совершил преступление потому, что у него нет твердых установок законопослушного поведения;

— другой совершил преступление, руководствуясь возникшей ситуативной установкой в благоприятной для совершения преступления ситуации;

— третий имеет твердую криминальную установку, поэтому он сам создает ситуацию благоприятную для совершения преступления.

4. Благоприятствуют совершению преступления и формированию личности преступника дефекты психического развития, которые отмечаются почти у 50% осужденных в различной степени выраженности. Сюда относятся прежде всего:

— нервно-психические заболевания (психопатия, олигрефрения, неврастения, пограничные состояния), повышенная возбудимость, не достигающие фазы невменяемости;

— наследственные заболевания, особенно отягощенные алкоголизмом, которыми страдают 40% умственно отсталых детей;

— психофизические нагрузки, конфликтные ситуации, изменение химического состава окружающей среды, использование новых видов энергии, например, атомной, повлиявшей на экологию, и как следствие приводят к психосоматическим, аллергическим, токсическим заболеваниям и выступают дополнительным криминогенным фактором.

Дефекты психического развития приводят к ограниченной вменяемости, ослабляют социальный контроль и социальные тормоза личности за своим поведением.

А. И. Долгова выделила базовые черты личности преступника, которые чаще всего представлены в личности в определенных сочетаниях:

1. негативная социальная (антиобщественная) направленность личности;

2. формирование личности в аморальных условиях;

3. отчуждение от ценностно-нормативной системы общества и государства;

4. отсутствие чувства социальной ответственности;

5. привыкание к негативной оценке своего поведения;

6. социально-психологические механизмы самозащиты и самооправдания;

7. активность в момент совершения преступления.


1.2.4. Психология преступной деятельности

Изучение преступной личности возможно только через ее проявление, получившее такую квалификацию. В. Н. Кудрявцев пишет: “структура конкретного правонарушения может быть проанализирована с разных точек зрения. Юридический подход характеризует его как деяние, состоящее из четырех элементов: объекта, объективной и субъективной сторон, субъекта. Для криминологии, социологии и психологии более продуктивен динамичный, генетический подход, позволяющий изучить видение человека в развитии. С этой точки зрения конкретное правонарушение есть процесс, развертывающийся как в пространстве, так и во времени. Более того, поскольку нас интересуют причины правонарушений, необходимо учитывать не только сами действия, образующие запрещенный законом поступок, но и некоторые предшествующие им события. Таким образом, раскрывается генезис противоправного поведения, т. е. его происхождение и развитие”.

При изучении преступной личности всегда ставились вопросы, почему человек совершает преступление, несмотря на тяжесть установленного наказания, почему не останавливается, испытав его, почему совершает корыстные преступления, не имея порой материальной нужды. В чем стержневая причина правонарушений вообще и для каждого случая в отдельности?

По-разному у личностей происходит принятие преступного умысла, разный смысл имеет совершенное деяние, как действие, так и бездействие. Преступление характеризует своеобразие замысла и способов его воплощения. Таким образом, психология преступления может быть понята через рассмотрение преступления как деятельности личности, а также через виды самоуправления в жизнедеятельности, поскольку кроме преступления, совершенного умышленно, оно может быть совершено по неосторожности или как невиновное причинение вреда.

Преступление, рассматриваемое как вид деятельности, будет иметь ту же структуру, что и любая деятельность, в которую входит потребность, цели, мотив, действия и операции (по А. Н. Леонтьеву). Преступное деяние будет побуждаться потребностью, направляться на мотив и окрашиваться им в личностный смысл. “Немотивированных”, т. е. преступлений без мотива не бывает, бывают трудности в установлении мотива, т. к. он может быть скрытым не только для окружающих, но и для субъекта преступления, поскольку не всегда осознается.

Так, например, о наличии хулиганских мотивов свидетельствует ряд признаков: вздорность притязаний к окружающим, отсутствие существенных поводов к конфликту, пренебрежение общественными нормами и принципами. В то же время в сознании хулигана его поведение представляется борьбой за справедливость, за уважительное отношение.

Человеком не всегда осознаются мотивы его поступков, смыслы принятых решений (безотносительно правонарушение это или нет), даже если он объясняет, почему действовал. Чтобы понять себя целостно, человеку необходимо ставить перед собой ряд взаимосвязанных вопросов. Что я чувствую? Что я хочу? Что я делаю? Зачем я делаю это? Что мне мешает сделать это?

Как и любая деятельность, преступная состоит из различных действий, направленных на достижение промежуточных результатов — целей. Каждое из действий может выполняться своеобразным способом — операцией. Для осуществления действий необходимы знания, умения, опыт. Если на пути проявления деятельности или действия возникает барьер, ситуация приобретает проблемный характер и должна решаться как не учебная, а жизненная задача.

При анализе преступной деятельности, чтобы определить основные элементы в ее структуре, необходимо задать вопросы. Для определения операции: каким образом выполняется действие? Для определения действий: из каких актов состоит сложная деятельность? Для определения целей: какие промежуточные результаты достигались? Для определения мотива: ради чего (зачем) человек действовал или бездействовал?

Преступный по характеру мотив делает преступной деятельность в целом. Она может быть совершена ради корысти, мести, сокрытия другого преступления. Преступными также могут быть цели действия: украсть (цель), чтобы поесть и выжить (мотив); нанести телесные повреждения (цель), чтобы защитить свою жизнь (мотив). Как видно из примеров, основу квалификации деяния составляет соотношение целей и мотива. Так, например, мотивы участия в очередном групповом преступлении у членов банды могут быть разными. У одних — завладеть чужим имуществом, у других — самоутвердиться в собственных глазах, либо приобщиться к референтной группе и жить “воровской романтикой”, у третьих — сохранить свою жизнь, боясь расправы за неповиновение.

Возможно, что в деятельности ни цель, ни мотив не являются преступными, например, испугать (цель), чтобы пошутить (мотив), но для осуществления шутки выбираются опасные способы (операции). Кроме этого, характер наступивших последствий может не вытекать из поставленной цели, а наступить как побочный результат, неожиданный для человека. Очевидно, что для понимания совершенного и правильной его юридической квалификации необходимо установить все элементы в структуре деятельности человека.

По закону в числе обстоятельств, подлежащих обязательному установлению по каждому уголовному делу, указаны мотивы преступления. В ряде статей УК РФ в качестве специальных квалифицирующих обстоятельств выступают различные побуждения, которые должны быть установлены. Например, в качестве специальных квалифицирующих признаков убийства указаны корыстные, хулиганские побуждения, мотивы национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды, кровной мести.

Некоторые побуждения учитываются судом либо в качестве обстоятельств, смягчающих наказание виновному за содеянное (например, мотив сострадания), либо отягчающих его вину (например, совершенные с особой жестокостью, садизмом, издевательствами, мучениями для потерпевшего).

Анализируя мотивообразующие силы человека, необходимо изучать его личность в целом, а затем в ее конкретном взаимодействии с условиями криминальной ситуации. Решение действовать определенным образом принимается на основе функционирования мотивационной, интеллектуальной и эмоциональной сфер психики. При принятии решения когнитивный компонент в психике должен преобладать, в этом случае, оправдывая свое предназначение, человек будет “человеком разумным”. Но не всякое побуждение конструируется человеком на сознательном уровне, оно может быть создано в континууме от осознанного до бессознательного и проявиться, например, в виде неосознаваемого влечения или установки (готовности реагировать или действовать определенным образом).

Побуждение человека может быть ситуационным проявлением и зависеть от временного психического состояния, например, патологического или эмоционального. Побуждение может быть как элементарным, непроизвольным психическим проявлением, так и результатом проявления личностных черт, мировоззрения человека, его жизненной позиции, содержания и устойчивости его ценностных ориентаций, которые либо ставят заслон преступному проявлению, либо способствуют ему. Если ценности антисоциальны, а убеждения циничны, они будут основой устойчивости преступного проявления. Личность такого рода будет способна проявлять себя преступной не только благодаря сложившейся ситуации, но и вопреки ей. Поэтому неоднократность проявления относится к квалифицирующим признакам особо опасного преступления.

Для анализа преступной деятельности необходимо определение всех ее элементов. Такое проявление, как серия ударов, выстрелов, может быть как операцией или действием, так и деятельностью, в целом, т. е. разными по психологической структуре видами активности. Например, серия ударов может проявляться как особо жестокое деяние, ради доставления жертве мучений, а может как автоматическое, стереотипное проявление в состоянии аффекта.



Предыдущая страница Содержание Следующая страница