Сайт Юридическая психология
Учебная литература по юридической психологии

 
Ушатиков А.И., Ковалев О.Г., Корнеева Г.К.
ПРИКЛАДНАЯ КРИМИНАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ.

Учебное пособие.
Рязань, 2012.

 

Раздел II. ЛИЧНОСТЬ ПРЕСТУПНИКА И РАЗЛИЧНЫЕ КАТЕГОРИИ ПРЕСТУПНИКОВ

Глава 7. ПСИХОЛОГИЯ РАЗЛИЧНЫХ КАТЕГОРИЙ ПРЕСТУПНИКОВ, ОСУЖДЕННЫХ ЗА НАСИЛЬСТВЕННЫЕ, КОРЫСТНЫЕ, СЕКСУАЛЬНЫЕ И ИНЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ


2. Личность осужденного за корыстные преступления (по В.П. Голубеву)

Эта категория преступников неоднородна в связи не только с особенностями характера и темперамента, но и с мотивами, которые лежат в основе их криминального поведения.

Мнение о том, что корысть всегда становится главным мотивом поведения этих преступников, обоснованно, но не следует забывать, что с позиций психологии любое преступление – это экстремальный способ разрешения проблемы. Рассмотрим два психологических типа корыстных преступников, выделенных на основе мотивации их поведения: корыстолюбивый и игровой. К корыстолюбивому типу относятся лица, смысл преступного поведения которых – утверждение своей личности не только в глазах окружающих, но и прежде всего в собственных глазах. В основе этого лежит обретение определенного материального уровня, позволяющего иметь желанный набор социальных ролей (бизнесмен, просто очень богатый человек, меценат и т. п.). Конечно, этот тип преступников напрямую связан с теми социальными предпосылками, которые существуют в обществе. В основе корыстных преступлений, на наш взгляд, часто лежит внутренняя неуверенность в себе как в личности, достойной признания со стороны других. Значит, это проблема самооценки. Образно можно сказать, что некоторые люди не могут чувствовать себя комфорт но, если не имеют овеществленных придатков, или подпорок, для своей личности (например, в виде престижного дома, автомобиля). Можно психологически понять таких людей, их представление о себе, которое сложилось у них в процессе жизни, воспитания и различных влияний, до такой степени неустойчивое и неблагополучное, что вне окружения материальных признаков могущества они просто не могут жить. Человек, который воспитывался в условиях бедности и нехватки самого необходимого, особенно на фоне сверстников из благополучных семей, бесспорно, будет обладать мотивацией достижения высокого материального уровня. Таким образом, чисто корыстные мотивы преступного поведения имеют в своей основе проблемы самооценки индивида. Сама по себе корыстная мотивация, в том числе криминальная, не является насыщаемой. По мере роста материального благосостояния уровень притязаний повышается. Очень справедливо тонкое замечание американского психолога Т. Шибутани, которая сказала, что женщина, чувствующая себя внутренне бедной, сколько бы денег ни зарабатывала, никогда не станет ощущать себя богатой. Она просто будет думать о себе как о бедной женщине, которой в настоящий момент немного повезло. И напротив, женщина, которая по своему воспитанию постоянно ощущала себя как богатая, даже если потеряет все свое состояние, не станет внутренне, психологически ощущать себя бедной. Она будет продолжать считать себя богатой, но с поправкой на то, что у нее сейчас период некоторых финансовых трудностей.

В основе поведения корыстных преступников также лежат мотивы, связанные с разрешением проблем самооценки.

В рамках рассматриваемого типа мотивации остановимся на характеристике осужденных за кражи.

Как показали исследования отечественных криминальных психологов и криминологов, на основе общих поведенческих признаков среди совершающих кражи личного имущества можно выделить две группы (подтипа) преступников. К первой относятся лица, преступления которых направлены на завладение определенными благами и материальными ценностями для разрешения своих психологических проблем. Например, таким путем они завоевывают авторитет и влияние в своей неформальной группе.

Как правило, они входят в преступные группы, которые занимаются совершением краж. В значительной степени преступления указанных лиц становятся следствием их включения в неформальные группы, в которых подобное поведение принято и одобряется. Эти группы могут быть более или менее организованными, с фиксированными ролевыми позициями.

К подтипу воров относятся и лица, не входившие в какие-либо устойчивые группы, но их преступное поведение также было связано с утверждением себя в глазах других. Похищенные ими материальные ценности идут на обеспечение определенного образа жизни, позволяющего им самоутвердиться (посещение ресторанов, покупка престижной одежды, вхождение в определенный круг общения). Однако какой-либо эталонной, референтной группы, непосредственно побуждающей субъекта к совершению краж, в рассматриваемых случаях нет. Общим для этих двух типов преступного поведения будет то, что основным личностным смыслом совершаемых ими краж выступает стремление к утверждению себя в глазах других, значимых для них людей и разрешение в результате этого психологических проблем, связанных в первую очередь с самооценкой и отсутствием внутренней уверенности в собственной ценности как личности и члена общества. Ко второй группе (подтипу) воров относятся лица, для которых способ утверждения себя – это решение внутриличностных проблем путем самого факта совершения преступлений. При этом материальные ценности нередко как бы сдвигаются на второй план, особенно в момент совершения преступления, например карманной кражи. Их преступное поведение носит явно компенсаторный характер, поскольку добытые материальные ценности не имеют первостепенного значения, хотя чаще всего используются для удовлетворения личных потребностей. Для такого рода лиц главным в совершении преступления будет преодоление негативных личностных качеств, например неуверенности, страха, подтверждение волевых качеств и повышение таким путем собственной самооценки.

Игровой тип личности корыстных преступников весьма сложен с психологической точки зрения. Объяснению «игровой» мотивации корыстного преступного поведения еще не уделено достаточно внимания в криминально-психологической литературе. Между тем, как показывают эмпирические исследования, представителей этого типа среди лиц, совершающих хищения и кражи, достаточно много, что и стало основанием для его выделения в качестве самостоятельного. Игровая мотивация относится к числу относительно распространенных стимулов корыстного преступного поведения.

Американский психотерапевт Э. Берн (1992) считает, что среди обычных преступников можно выделить два типа: тех, кто занимается преступлениями ради выгоды, и тех, кого преступление привлекает как игра. Кроме того, существует большая группа людей, которые совершают преступления и с той и с другой целью. Попадаются в основном вторые. Профессиональными преступниками Э. Берн считает тех, для кого совершение преступлений – способ материального обеспечения, а игровая мотивация нетипична.

Преступников игрового типа отличает постоянная потребность в риске, поиске острых ощущений, связанных опасностью, включение в эмоционально возбуждающие ситуации, стремление участвовать в различного рода операциях, контактах и т. д. Корыстные побуждения, как правило, действуют наряду с игровыми, поскольку для них одинаково личностно значимы как материальные выгоды в результате совершения преступлений, так и те эмоциональные переживания, которые связаны с самим процессом преступной деятельности. Особенно важно подчеркнуть последнее обстоятельство, существенным образом отличающее их от представителей иных типов, а именно то, что для них психологически важен сам процесс такой деятельности. Более того, в некоторых случаях этот процесс играл ведущую мотивирующую роль, а остальные стимулы как бы отодвигались на второй план, что особенно характерно для лиц, начинающих преступную деятельность. Многие из них стремятся в первую очередь к острым, захватывающим ощущениям. Разумеется, склонность к игре и игровая мотивация не являются чем-то присущим только преступникам. Выбор противоправной или законопослушной формы реализации игровой тенденции в решающей степени зависит от формирования личности, ее воспитания. Наличие игровой мотивации позволяет объяснить совершение многих корыстных правонарушений в течение длительного времени. Казалось бы, преступник похитил достаточно много и мог бы удовлетвориться незаконно приобретенными материальными благами, однако он продолжает участвовать в хищениях. Это обычно вызывает удивление, тем более что постоянно возрастает риск быть разоблаченным, да и наказание все более ужесточается. В некоторых подобных случаях преступная деятельность стимулируется не столько корыстью, сколько потребностью участвовать в игре и получением определенных эмоциональных ощущений.

Игровая мотивация особенно часто наблюдается в преступлениях воров-карманников и нередко тех, кто совершает кражи из квартир, складов, магазинов и других помещений. Эта мотивация ярко проявляется в мошенничестве, где можно выделить интеллектуальное противоборство, состязание в ловкости, сообразительности, в умении адекватно оценивать складывающуюся ситуацию, максимально использовать благоприятные обстоятельства и быстро принимать правильные решения. Как правило, мошенники не совершают других преступлений, а если и совершают, то почти всегда с элементами игры. Карточные шулера, например, играют как бы в двойную игру – и по правилам, и обманывая, получая от всего максимальные эмоциональные переживания. Вообще распространенность азартных игр среди преступников, в первую очередь корыстных, объяснима как раз постоянным стремлением к игре многих из них. Например, персонаж романа И. Ильфа и Е. Петрова «Золотой теленок» Балаганов, обладатель пятидесяти тысяч рублей, украл в трамвае дамскую сумочку, в которой были черепаховая пудреница, профсоюзная книжка и 1 рубль 70 копеек. О своих действиях он сказал: «Что ж это такое? Ведь я машинально», – то есть, по существу, никак их не объяснил, они для него самого были полной неожиданностью. Этот случай, как и другие, убедительно свидетельствует о том, что мотивы многих корыстных преступлений, особенно если иметь в виду их личностный смысл, функционируют на бессознательном уровне и преступник лишь в редких случаях может пояснить, для чего он их совершил. Действия Балаганова были совершенно нерациональны, а их мотивация – абсолютно некорыстна. Этим он отличается от главного персонажа романа О. Бендера, который также был, конечно, игроком, но рациональные моменты в его поведении, направленные на приобретение материальных благ, бесспорно, присутствовали. В последнем случае мы имеем дело с полимотивацией, когда сочетаются корыстный и игровой мотивы.

В отличие от профессионала корыстный преступник-игрок стремится не только к приобретению материальных благ. Для него чрезвычайно важно испытывать острые эмоциональные переживания. Он делает это потому, что таким же образом осуществлялось его участие в жизненных ситуациях, например в играх в детстве. В общем-то, игра всегда происходит в настоящем, но чем более она рискованна и азартна, тем больше захвачен ею игрок и наиболее полно включается в это настоящее, иногда забывая о прошлом и не думая о будущем. Такое поведение как бы воссоздает то восприятие, видение мира, которое было характерно для ребенка. Включаясь в подобные игровые отношения, личность, по-видимому, ощущает ту полноту жизни, которая необходима ему и которая детерминирована всем ходом индивидуального бытия.

С учетом изложенного можно оценить те случаи совершения имущественных преступлений, когда преступник действует явно непродуманно, не подготавливает преступление, чрезмерно рискует, оставляет после себя улики, чего можно было бы избежать, а также допускает действия, которые не вызываются необходимостью (например, внешне бессмысленные и нецелесообразные разрушения при квартирных кражах), и иные поступки, позволяющие его обнаружить. Конечно, во многих случаях это объясняется неопытностью, но в значительном числе случаев подобное поведение, как можно предположить, становится следствием реализации в нем игровых моментов.

Из психологического анализа мотиваций корыстных преступников становится ясным, что о воспитательной работе можно говорить лишь в аспекте использования специальных психотерапевтических методик. Практика показывает, что наиболее эффективны в этом плане методики групповой психотерапии, такие как трансакционный анализ и гештальттерапия. Воздействуя на их поведение в условиях исправительных учреждений, целесообразно использовать те рекомендации, которые даются в характерологической типологии насильственных преступников. В соответствии с выделенной мотивацией корыстного поведения любой психолог может предположить, что среди них чаще всего могут встречаться представители «упорного» и «демонстративного» типов.





Предыдущая страница Содержание Следующая страница


НАВЕРХ