Сайт Юридическая психология
Учебная литература по юридической психологии

 
Сергей Асямов
КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИЙ ПРОФАЙЛИНГ:
ПОНЯТИЕ И ИСТОРИЯ СТАНОВЛЕНИЯ

Ташкент, 2021.

 

Часть вторая. ИСТОРИЯ СТАНОВЛЕНИЯ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОГО ПРОФАЙЛИНГА

УМЕТЬ РАЗЛИЧАТЬ ЧУДОВИЩ

Хотя работа по исследованию психологии серийных убийц была важным направлением деятельности Ресслера и Дугласа, она не была основной. Она реализовывалась параллельно с основными видами деятельности – преподавательской и профилированием по различным уголовным делам. Причем с каждым годом количество запросов от местных правоохранительных органов значительно увеличивалось. Как вспоминает Дуглас, только ему лично в год приходилось делать до 150 поисковых профилей.

В отделе поведенческих наук Академии ФБР. 1978 г.
(реконструкция из сериала "Охотники за монстрами")

Была создана отдельная группа из числа профайлеров, деятельность которой была сосредоточена только лишь на практической работе по анализу преступлений и разработке криминальных профилей. Руководство этой группой было поручено Джону Дугласу.

Если Роберт Ресслер олицетворял собой холодный разум, утонченную логику, острый ум, организованность и целеустремленность, т.е. все то, что должно олицетворять настоящего ученого, то Дуглас олицетворял собой то, каким должен быть настоящий детектив. Коммуникабельность, умение располагать к себе людей, наблюдательность, аналитическое мышления, способность быстро принимать решения – вот те качества, которые позволили ему стать живой легендой ФБР.

Роберт Ресслер
Джон Дуглас

Как бы сказал поэт: «Они сошлись… Лед и пламень…».

Вот как в автобиографических воспоминаниях описывает этих двух своих легендарных сотрудников начальник Отдела поведенческих наук в 1979-1989 г.г. Роджер Депью[1]:

«Ресслер был самым настойчивым. Когда он расследовал дело, он был похож на гончую собаку, идущую по следу. Если бы вы были убийцей, вам ни за что бы не захотелось, чтобы он шел по вашему следу, так как он будет вас преследовать до самого конца. Он также ревностно охранял свое личное пространство и не желал того, чтобы кто-то еще вмешивался в его работу. Это доходило до такой степени, что мне, как начальнику подразделения, иногда приходилось говорить ему: «Эй, Боб, позволь другим ребятам принять участие в этом деле».

Дуглас, с другой стороны, был более бескорыстный и, вероятно, лучшим специалистом по профилированию в Отделе поведенческих наук. Джон, который присоединился к команде в 1977 году и затем возглавил подгруппу отдела, называемую Программой профилирования и консультаций, мог как никто другой из агентов получить важнейшую виктимологическую информацию, исследуя жизнь жертвы убийства. Дуглас обладал замечательной интуицией, но не был таким индивидуалистом, как Ресслер. Если кто-то был рядом, когда он находил что-то интересное, он, скорее всего, сказал бы: «Эй, взгляни на это» или «Мы поговорили с таким-то и таким-то, и вот что он нам сказал». Дуглас был открытым, честным парнем, может быть, даже иногда слишком открытым».

До прихода в Академию ФБР Дуглас служил в спецназе, занимался насильственными преступлениями – похищениями, вымогательствами, насильниками, убийствами, работал переговорщиком. В 1977 году Дуглас стал самым молодым преподавателем Отдела поведенческих наук, а опыт накопленный в спецназе позволил ему легко включиться в процесс обучения слушателей навыкам переговоров с преступниками, который проводил Ресслер.

Но больше всего Дугласа привлекала непосредственная работа по поиску серийных убийц. Вряд ли кто еще из профайлеров может похвастаться таким практическим опытом. В те годы, когда он работал в ФБР, не было в стране ни одного резонансного преступления, в котором он бы не участвовал в качестве эксперта. Его опыт был уникален. По пять месяцев в году он колесил по стране, оказывая помощь местным полицейским в розыске убийц и насильников. К нему за помощью обращались со всех уголков мира и он всем старался оказать помощь и поддержку.

Многие преступления, которые он раскрыл, вошли в учебники по криминалистике и криминальной психологии.

«Многие считают меня психом, - говорит Дуглас. - Скорее всего, так оно и есть, потому что нормальному человеку нелегко влезть в сознание маньяка. У серийного убийцы всегда есть хорошие шансы уйти от наказания. Человек, совершивший убийство под воздействием внешних обстоятельств, обязательно наделает кучу ошибок, пытаясь замести следы. Серийные же убийцы пунктуальны во всем. Я не верю в то, что серийный убийца может исправиться».

Джон Дуглас обсуждает ход расследования со своими коллегами

Работая в качестве специального агента и занимаясь раскрытием самых тяжких насильственных преступлений, Дуглас пытался проникнуть в подсознание убийцы, понять, что им движет, каковы мотивы его преступлений.

«Чудовища выглядят так же, как окружающие их нормальные люди, именно это позволяет им совершать злодеяния. Мы смотрим на них, но не видим их.», - писал в своих воспоминаниях Дуглас.[2]

Вот одно из дел, раскрытых благодаря помощи Дугласа. Это дело об убийстве Мэри Стоунер.

Зайдя в тупик при расследовании жестокого изнасилования и убийства 12-летней девочки, полиция небольшого южного городка обратилась к Джону Дугласу, и тот предоставил схематический анализ личности преступника: белый мужчина, разведенный, ездит на черном или синем автомобиле, занимается работой, требующей грубой физической силы, был с позором уволен с военной службы, в прошлом уже совершал сексуальные преступления, был знаком жертве.

Едва Дуглас огласил составленный профиль, один из полицейских заявил: «Вы точно описали одного подозреваемого».

Воспользовавшись этими подсказками, полиция вскоре арестовала виновника убийства Д. Девьера — разведенного белого мужчину, владельца черного «Форда-Пинто», садовника, уволенного из армии за самоволку, работавшего рядом с домом, где жила жертва, и ранее подозреваемого в изнасиловании.

Дуглас порекомендовал полицейским при допросе предъявить задержанному камень, которым он совершил убийство и заявить, что у него на руках остались следы крови убитой девочки. Эта рекомендация оказалась весьма полезной – Девьер сразу же признался в совершенном преступлении, а также признался в изнасиловании и убийстве другой 13-летней девочки, совершенного за год до этого. Дуглас выступал в суде в качестве эксперта, изобличая преступника. Через пятнадцать лет тот закончил свою жизнь на электрическом стуле.

Но Дуглас считает, что даже когда хищник схвачен и получает по заслугам, это только лишь частичная победа, но отчасти это и поражение. Ведь если полиция пошла по следу хищника, значит, что кто-то уже стал его жертвой. Настоящая победа может быть только тогда, когда полиция не позволит никакому хищнику никого превращать в жертву.

Своих новых сотрудников Дуглас учил тому, что профайлеры изучают поведение хищников и составляемые ими психологические портреты дают возможность разрабатывать эффективную тактику их поимки и изобличения. Необходимо уметь понять хищника, чтобы расставить ловушки в нужном месте.

Говоря о деятельности Отдела поведенческих наук того периода нельзя не обойти вниманием и еще одного «пионера» криминалистического профилирования – Роя Хейзелвуда, который не только внес большой вклад в научное понимание природы насильственной преступности, но также как Дуглас и Ресслер, был настоящей легендой профайлинга.

Рой Хейзелвуд

Его до сих пор считают лучшим специалистом в области расследования похищений и преступлений на сексуальной почве. За тридцать лет работы в полицейских органах и ФБР он раскрыл более двухсот запутанных дел, связанных с педофилией и киднеппингом. Он уделял большое внимание вопросам предупреждения и раскрытия сексуальных преступлений. Им была разработана психологическая классификация типов насильников, изучены психологические особенности и стили их поведения.

Хейзелвуд стал первым сотрудником ФБР, кто открыто назвал педофилов преступниками, а не больными людьми. «Сегодня в это верится с трудом, но тысячи американских правозащитников добивались права на лечение для мужчин, обвинённых в изнасиловании маленьких детей, - вспоминает Хейзелвуд. – Я не боялся открыто говорить, что педофилов нужно приговаривать к смертной казни, за что меня неоднократно называли палачом и даже фашистом».

Именно Хейзелвуду принадлежит крылатая фраза, превратившаяся со временем в популярный афоризм: «В нашем обществе нет лекарства против педофилов и сексуальных маньяков. Даже если вы его найдёте, то оно будет называться либо газовая камера, либо электрический стул».

Вокруг Дугласа, Ресслера и Хейзелвуда собрались лучшие сотрудники, пришедшие в ОПН из других подразделений ФБР и полиции, прошедшие строгий отбор и основательную подготовку. И легендарные профайлеры воспитали целое поколение новых легенд профайлинга, таких как, Марк Сафарик, Кен Бейкер, Кеннет Лэннинг, Мари О’Тулл и многих других.

Эмблема Отдела поведенческих наук

Работа профайлеров пользовалось все большим признанием со стороны практических подразделений и поддержкой со стороны руководства ФБР. Число подготавливаемых профилей к середине 80-х годов достигало 600-700 в год.

Конечно, поскольку этот метод профилирования был основан в большей степени на опыте и интуиции, в истории его применения, наряду с успехами, были и неудачи. Но как бы то ни было, проведенный руководством ФБР опрос региональных управлений показал, что в 77 % случаев составление психологического портрета личности предполагаемого преступника позволяло следствию сузить круг подозреваемых, а затем и установить виновное лицо.

Еще один пример работы сотрудников ОПН показывает то, как профилирование помогает в раскрытии преступления.

Осенью 1982 года в Отдел поведенческих наук обратились за помощью сотрудники одного из полицейских подразделений, которые расследовали убийство двадцатипятилетней замужней женщины. Информации, собранной к тому моменту, было недостаточно для составления профиля преступника и сотрудники ОПН указали полицейским детективам то, какая требуется информация и через неделю они ее получили.

Анализ всех материалов позволил воссоздать картину преступления и показал, что жертва была убита у себя дома без каких-либо признаков борьбы или попыток защититься. Она лежала лицом вверх на полу гостиной. Ее платье было задрано на бедрах, обнажая гениталии, а трусики спущены до колен. Орудие убийства (молоток), принадлежавшее жертве, было найдено в кухонной раковине, и оказалось, что кровь жертвы была смыта с молотка. Фотографии с места преступления также показали, что ящики комода и дверцы шкафа были кем-то открыты. Муж жертвы сообщил, что драгоценности, принадлежащие жене, пропали.

Жертва и ее муж прожили в этой квартире около шести месяцев, соседи и из знакомые сообщили, что они были весьма дружелюбны, не ссорились.

Судебно-медицинский эксперт сделал заключение, что не было никаких явных признаков того, что жертва подверглась сексуальному насилию. В момент нападения женщина была пьяна.

Исходя из всей этой информации, сотрудник, проводивший профилирование, сообщил полицейским, что они уже допрашивали убийцу. Удивленным полицейским был представлен следующий вероятностный сценарий преступления.

Жертва перед смертью выпивала с преступником, поссорилась с ним. Скандал достиг такого накала, что преступник не смог сдержаться, достал из кухонного шкафа молоток и вернулся в гостиную. Там он столкнулся лицом к лицу с жертвой и несколько раз ударил ее по голове. Совершив убийство, преступник понял, что полиция в первую очередь обвинит его. Поэтому он смыл в кухонной раковине кровь с рук, а также кровь и отпечатки пальцев с молотка. Он перевернул жертву лицом вверх и инсценировал преступление так, как, по его мнению, должно выглядеть преступление на сексуальной почве. Он также инсценировал поиск преступником денег и ценностей.

Услышав этот анализ преступления, один из детективов воскликнул: «Да вы только что указали нам, что убийца – муж!».

Полицейские также были дополнительно проинструктированы относительно тактики повторного допроса и последующих следственных действий. Через несколько дней они сообщили, что преступник признался в совершенном убийстве своей жены.

Таким образом, за время с начала 70-х и по середину 80-х годов прошлого века программа профилирования ФБР трансформировалась из «неформального» поведенческого анализа и профилирования в ходе занятий по криминальной психологии в Академии ФБР, проводимого некоторыми сотрудниками Отдела поведенческих наук в формализованную методику расследования уголовных преступлений, применяемую в соответствии с определенными правилами, регламентацией и процедурами.

Легендарный состав отдела поведенческих наук (начало 1980-х гг.)
(слева направо: Роберт Ресслер, Джон Дуглас, Майкл Наптер, Рой Хейзелвуд, Петер Смерик, Джеймс Райт)

Была сформирована мощная команда профайлеров, которых отбирали с учетом их профессионального опыта, достижений и успехов в области уголовных расследований, знаний и образования в области поведенческих наук, имеющих сильную профессиональную мотивацию, развитые аналитические способности и психическую устойчивость.

Даже уходя на заслуженный отдых, большинство из той легендарной команды фэбээровских профайлеров не переставали заниматься проблемами борьбы с насильственной преступностью. Они были так преданы делу борьбы со злом, которое несли миру чудовищные монстры в человеческом обличии, что уже не могли остаться в стороне. Они продолжали и продолжают, как, например, Джон Дуглас консультировать полицейские органы, организуют различные курсы по обучению сотрудников правоохранительных органов основам криминальной психологии и навыкам проведения психологического анализа при расследовании преступлений. И продолжают оказывать помощь в поиске серийных насильников и убийц. И никогда, как они сами признаются, не забывают о тех делах, которые остались не раскрытыми.

Вот один из таких характерных примеров.

Рой Хезельвуд в 80-х годах возглавил оперативную группу принимавшую участие в розыске серийного убийцы Денниса Рейдера по прозвищу BTK (по первым буквам фразы  «Bind them, Torture them, Kill them» - «Свяжи их! Пытай их! Убей их!»). Этот маньяк полтора десятилетия наводил ужас на жителей канзасского городка Уичито. Рейдер проникал в дома своих жертв, после этого практически всегда душил их: верёвкой, колготками, руками, пакетом, поясом. Он их связывал, пытал и убивал. По официальной версии он убил десять человек, но не исключено, что их было и больше.

«Это было самое сложное расследование в моей карьере, - вспоминает Хейзелвуд. – Многие из моих коллег не выдерживали того психологического напряжения, которое требовалось, чтобы вычислить маньяка. В общей сложности мы задержали несколько сотен подозреваемых, однако впоследствии каждый из них был признан невиновным. Временами мне хотелось оцепить весь город и проверить каждого взрослого мужчину на детекторе лжи».

Хейзелвуд не смог поймать Рейдера, работая в ФБР, однако именно он подготовил массу документов и собрал улики, которые помогли в 2005 году изобличить маньяка. «После выхода на пенсию меня стали мучить ужасные головные боли и бессонница, - признаётся Рой. – Я чувствовал себя виноватым в том, что не поймал серийного убийцу. Каждый день я ждал сообщения от своих коллег о том, что число жертв в Уичито увеличилось. Я настолько замкнулся в себе, что стал видеть маньяка в каждом человеке, который встречался мне на улице».

Рейдера задержали в феврале 2005 года, и Рой Хейзелвуд узнал об этом одним из первых. Ему лично позвонил директор ФБР Роберт Мюллер. «Это был самый счастливый день в моей жизни, - признается Рой. – Когда я услышал, что ВТК арестован, то закрыл глаза и подумал о том, что теперь смогу умереть с чистой совестью...».

Гением этой "троицы" профайлинг стал научным методом расследования преступлений
(слева направо: Роберт Ресслер, Джон Дуглас, Рой Хейзелвуд)

Гений, проницательность и мастерство Роберта Ресслера, Джона Дугласа и Роя Хейзелвуда позволили криминалистическому профилированию стать современной, научно обоснованной стратегией расследования преступлений базирующейся на основе психологических знаний.



[1] Depue, Roger L.; Schindehette, Susan. Between Good and Evil: A Master Profiler's Hunt for Society's Most Violent Predators. 2005. Стр. 90.

[2] Дуглас Дж., Нокс М. Я – серийный убийца. Откровения великих маньяков. М., 2017.

 



Предыдущая страница Содержание Следующая страница



НАВЕРХ