Сайт Юридическая психология
Учебная литература по юридической психологии

 
Бараненко Б.И.
ПСИХОЛОГИЯ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ.

Учебное пособие
Киев, 2007.

 

Раздел 4. Конфликты в преступной среде и их использование в ОРД

4.2. Специфика конфликтов в организованных преступных формированиях

Известно, что межличностные отношения в организованном преступном формировании часто возникают и развиваются в обстановке противоборства двух видов сил. Одни, как утверждает В.М. Быков, направленные на интеграцию, объединение, вследствие чего и образуется собственно преступная группа, обеспечивается ее сплоченность и организованность, а другие — на дифференциацию единичных сил, то есть разобщение преступной группы.

Мы считаем, что именно в результате взаимодействия указанных сил, с одной стороны, формируется функциональная и психологическая структура организованной преступной группы или преступной организации, а с другой складываются спорные ситуации, которые и приводят к возникновению конфликтов в них.

Организованным преступным формированием, как и любым другим групповым образованием, свойственны внутриличностные, межличностные, межгрупповые и внутригрупповые конфликты. Но возникновение и развитие имеют свою специфику.

Так, среди различных общих факторов, приводящих к внутриличностных конфликтов, в организованных преступных группах и преступных организациях главным является степень вхождения (включения) участников в групповую преступную структуру, поскольку в принципе данные конфликты так или иначе является следствием подчинения членов групп групповым нормам и лидерам как выразителям последних, что является непременным условием существования самих этих групп.

Вследствие этого возможности индивидуального выбора в указанных формированиях всегда ограничены и зависят от того, насколько члены групп идентифицируют себя с ними, насколько они заинтересованы в достижении общих групповых целей и конечных результатов преступной деятельности.

Существуют две принципиально отличные ситуации относительно возникновения внутриличностных конфликтов у членов организованного преступного формирования, которые связаны с психологией вхождения лица в него.

Первая — это положение, когда сообщники находились к созданию преступного объединения в доверительных отношениях, вместе создавали его или свободно и сознательно позже вошли в него с первобытным полным восприятием ожиданий относительно будущей групповой преступной деятельности, групповой структуры, групповых норм. Понятно, что факторы возможных внутриличностных конфликтов (кстати, как и межличностных) в таких случаях чаще всего будут находиться за пределами групповой единства и сплоченности, то есть брать начало от сугубо эмоционального состояния субъекта, его личных амбиций, переживаний и тому подобное.

Дело в том, что лицо, если она полностью идентифицировала себя с групповым преступным объединением, чувствует себя в нем словно в двух ипостасях. С одной стороны, в ней превалируют корыстно-потребительские настроения, которые нередко перерастают в желание нажиться, обогатиться, за счет чего развивается, как правило, безразличие, циничное отношение к другим людям, мещанская психология и тому подобное. С другой же стороны, это лицо осознает свою преступную деятельность, опасается возможного наказания, а то и чувствует вину и раскаяние, что нередко приводит к острой внутренней борьбе мотивов, тяжелого внутриличностного конфликта, который в состоянии побудить к изменению образа жизни, отказа от дальнейшей преступной деятельности.

Вторая ситуация касается вынужденного, хотя и сознательного вхождения человека организованного преступного формирования под давлением различных обстоятельств, действий со стороны определенных субъектов и тому подобное. Специфика такого привлечения соучастников заключается в том, что их личные интересы, цели и стремления часто расходятся с групповыми.

Потому конформизм, который проявляется в групповой поведении указанных лиц, в действительности является лишь защитной оболочкой, которая не выполняет необходимой функции сплоченности, сохранения группового единства, содержание членов преступного формирования в его составе.

Осознание этого, как правило, становится причиной дисбаланса личного психического состояния, озлобленности, внутреннего протеста, что со временем превращается в затяжной внутриличностный конфликт.

Выход из него может быть найден и в межличностном столкновении разных сторон в преступном формировании, чаще всего с лидером или с другим руководителем организованной преступной группы или преступной организации.

Следует также иметь в виду, что некоторые преступники, как уже отмечалось ранее, пытаются войти в состав организованных преступных формирований, что мотивируется необходимостью получения опеки с их стороны и приобретения "легитимности" своего преступного существования. Но и в этих случаях субъекты руководствуются своими личными интересами и целями, которые могут не совпадать с групповыми, что тоже не исключает возникновения внутриличностных, а в дальнейшем и межличностных конфликтов.

Учитывая вышесказанное для оперативно-розыскной практики представляют особый интерес исследовательские данные о основания для принудительного привлечения отдельных членов организованных преступных формирований. В частности, их лидеры используют такие основания, как:

— материальная зависимость лица вследствие предварительного предоставления ей кредита или иной материальной поддержки;

— психологическая поддержка и покровительство со стороны лидера или иного члена преступного формирования от действительных или мнимых обидчиков;

— национальные чувства;

— постепенное втягивание в преступную деятельность путем периодического получения от лица частичных сведений об объекте преступления;

— отслеживание участников других преступных формирований и отдельных преступников, совершающих квалифицированные преступления, и их подчинение под страхом выдачи последних правоохранительным органам;

— угроза физической расправой, в том числе как в отношении самого лица (в случае отказа войти в преступное объединение как определенный специалист, человек со связями, творческими способностями и т. п), так и в отношении ее родственников или близких лиц.

Изложенное выше в значительной степени касается и межличностных конфликтов в организованных преступных группах и преступных организациях. В целом такие конфликты представляют собой ситуации столкновения на уровне отношений между отдельными сообщниками их противоречивых интересов, ценностей, ролей, а также норм и правил группового взаимодействия, которые могут иметь общепринятый в преступном мире характер и быть обязательными для всех членов преступных формирований (например, жизнь "по понятиям") или существовать в форме устных или письменных правил, норм, разработанных в конкретной группе или организации. Эти нормы и правила существенно значимые для каждого члена преступного формирования, они являются неотъемлемой частью и регуляторами группового взаимодействия, и нарушение их почти всегда вызывает межличностные конфликты.

Отправным моментом психологического анализа данных конфликтов является то, что в любой преступной группе или организации взаимоотношения между участниками формируются на основе, прежде всего, удовлетворение своекорыстных личных интересов и потребностей. Поэтому в преступной деятельности организованной преступной группы и преступной организации уже с самого начала заложен предмет конфликтного инцидента, поскольку одновременное удовлетворение своекорыстных личных интересов и потребностей и соответствующих групповых интересов достаточно проблематичным.

Такие межличностные конфликты в указанных преступных формированиях являются распространенными распространения, поскольку в этих формированиях постоянно имеют место такие факторы, как: преобладание собственных интересов участников над групповыми; жесткое подчинение лидерами других лиц своей воле; неверие отдельных членов в справедливое распределение преступных доходов; подозрение друг друга в сотрудничестве с правоохранительными органами; претензии относительно личных привилегий отдельных лиц; стремление отдельных членов к самоутверждению или занятие высшей ступени в групповой иерархии; ущемление достоинства отдельных участников; желание отомстить обидчикам и тому подобное.

Все это сопровождается соответствующими эмоциями: недовольством, возмущением, обидой, презрением, страхом наказания со стороны лидера и т. др. Как следствие этого возникают реальные конфликты, которые иногда перерастают в открытую острую борьбу, когда каждая из сторон считает себя правой и отстаивает свои интересы.

С предыдущим органически связан и вопрос о совместимости членов организованных преступных групп и преступных организаций. Так, с одной стороны, вполне возможно признать наличие у них совместимости почти всех членов, но это касается, во-первых, полностью контактных групп с горизонтальной организационно-психологической структурой, а во-вторых -только той сферы взаимных отношений, которая имеет четко определенный предметно-действенный характер.

Иначе говоря, речь идет о совместной деятельности, которая характеризуется согласованностью функций, ролей, отработанностью самих партнеров и тому подобное. В то же время нельзя уверенно говорить о психологическая совместимость в контексте эмоциональных отношений участников организованных преступных групп или организаций, поскольку даже возможное совпадение личностных черт, взглядов, ценностей, симпатий, взаимного притяжения этих участников утаиваются ими, потому что это в принципе не приветствуется в преступной среде. Современная практика борьбы с организованными преступными формированиями свидетельствует о том, что межличностные и внутриличностные) конфликты в них чаще всего возникают на почве недовольства:

• направлениями преступной деятельности, средствами, способами совершения конкретных видов преступлений, распределением криминальных доходов;

• стратегией и стилем руководства;

• внутригрупповыми нормами, требованиями и санкциями за их нарушение;

• ограничением эмоциональных межличностных отношений.

Это нашло свое подтверждение и в материалах конкретных исследований. Но в целом следует признать, что в организованных преступных формированиях существует существенная особенность межличностных конфликтов, которая заключается в том, что развитие их имеет нормативную зависимость и управляемость со стороны лидеров. Они могут манипулировать межличностными конфликтами в среде своих сообщников в выгодном для себя направлении, что сегодня является достаточно распространенным явлением.

По характеру возникновения, течения и разрешения близкими к предыдущим считаются внутригрупповые конфликты в организованных преступных группах и преступных организациях. Они имеют единые источники с другими конфликтами — это несовпадающие интересы, цели, ценности, потребности, мотивы, желания и т. др. Но здесь речь идет о такие противоречия, когда с одной стороны всегда противостоят целостные групповые интересы, ценности и тому подобное, а потому что под угрозу ставится дальнейшее существование самого преступного объединения.

Особое место в механизме возникновения и течения указанных конфликтов занимает борьба несовместимых мотивов. Суть ее заключается в том, что истинные мотивы поведения и деятельности одного или нескольких современников группы не совпадают с общепринятыми в данном формировании групповыми мотивами, предпосылки к этому могут сложиться еще до вхождения лица в организованную преступную группу, скажем, если она имела свою личную цель, например, отомстить с помощью группы общему врагу и тому подобное.

Как свидетельствуют научно-исследовательские данные, конфликтообразовательные факторы в системе внутригрупповых отношений в организованных преступных формированиях принципиально делятся на две категории:

1) по эмоциональному типу отношений — несовместимость личных и групповых интересов, потребностей, целей, мотивов, взглядов, убеждений и тому подобное;

2) по инструментальным типом отношений — противостояние личности и группы по поводу спорного отношение относительно деятельностного содержания взаимодействия. Такие факторы иногда еще определяют как личностно-прагматические и предметно-действенные.

Следует учесть, что конфликты предметно-действенного происхождения, как такие, что имеют целью достижение успеха преступной деятельности, могут относительно легко решаться за счет принятия необходимых конструктивных решений, то есть избрания альтернативной взаимодействия. Например, если конфликт возник по поводу разногласий в выборе путей и способов передвижения преступников к месту совершения преступления или оттуда, то этот выбор может быть конструктивно пересмотрен.

Конфликты же личностно-прагматические вызываются потребностью участников взаимодействия хотя бы одного из них в реализации эмоциональной напряженности. В этом случае они никак не направлены на достижение конкретных результатов преступной деятельности, а потому субъект (субъекты) конфликтного столкновения могут фута выведены (устранены) из группы без значительных осложнений на пути достижения цели.

Существуют убедительные практические свидетельства, что чем выше уровень развития преступного объединения, «тем реже в нем личностно-прагматические факторы приводят к конфликтам. Зато причинами их возникновения чаще становятся предметно-действенные разногласия.

Вообще же причины внутригрупповых конфликтов в организованных преступных группах и преступных организациях можно разделить на объективные и субъективные

Первые — это недостатки в организационном, (информационном, технологическом обеспечении преступной деятельности, нерациональное распределение ролей и обязанностей. Вторые же являются продуктом эмоционального происхождения, как: негативный социально-психологический климат и психологические барьеры, неприемлемые черты характера и определенные психологические особенности отдельных лиц (эгоизм, недостаток самообладания, несдержанность, завышенные самооценка и уровень притязаний, тревожность) и тому подобное.

В изучении и объяснении внутригрупповых конфликтов существенное познавательное значение имеют расхождения между групповыми объединениями, которые взаимодействуют на кооперативной или конкурентной основе, в том числе по следующим параметрам:

— коммуникация: для объединений кооперативного типа, которыми в основном являются контактные преступные группы, характерны открытые коммуникации и полный обмен информацией между участниками; в конкурентной же взаимодействия, которая чаще всего наблюдается в иерархических преступных организациях, наоборот, ощущается нехватка коммуникации между участниками, ограничения и искажения информационных потоков;

— восприятие: кооперативное взаимодействие подталкивает участников к сходству и общности интересов, ценностей, а также повышает способность к пониманию другой точки зрения; конкурентный же усиливает процесс восприятия разногласий, а также опасности, которая идет от противоположной стороны;

— установки: кооперативный процесс ведет к формированию доверительных, дружеских установок относительно друг друга, способствует взаимному принятию и ожиданию быть принятым; конкурентная же взаимодействие, наоборот, ведет к подозрения, усиливает готовность к отрицательного реагирования на просьбы и потребности других, способствует взаимному пренебрежению и т. др.

По распределению субъектов внутригрупповых конфликтов в организованных преступных формированиях ведущая роль принадлежит их лидерам. Именно обострение противоречий между ними и сообщниками зачастую приводит к таким конфликтам.

Основной причиной этих противоречий являются: недостатки в организации преступной деятельности; просчеты лидера, которые привели к неудачным преступных действий; стремление лидера к присвоению значительной доли преступного дохода; слабая сплоченность объединения; эгоистические проявления одного или нескольких его членов с целью утверждения своих мнимых преимуществ; наличие атмосферы скрытого соперничества, психологического подчинения, приспособленчества и тому подобное.

Главное же, что вызывает конфликты между лидерами и членами организованных преступных формирований, — это неравенство, информационное ограничение участников в сравнении с лидерами, а также: неравномерное распределение доходов, полученных за счет преступной деятельности.

Но это в основном характерно для преступных организаций, имеющих сложную организационно-управленческую структуру. Относительно менее развитых организованных преступных групп, то в них внутригрупповые конфликты чаще вызываются такими факторами, как ущемленное самолюбие, чувство зависти и опять же недоверие к лидерам.

Практике известны также очень острые внутригрупповые конфликты, происходящие в преступных организациях на основании различных противоречий, которые возникают между их лидерами и оппозиционерами из числа так называемых "авторитетов", что приближенные к руководящему ядру указанных организаций. Причинами здесь выступают чаще всего стремление оппозиционеров к автономизации своего положения в преступных формированиях, занятия в них ведущих ролей и тому подобное. Одновременно руководители желают подорвать их авторитет, устранить их как своих соперников. Такие конфликты происходят обычно скрыто, а их следствием нередко является физическое уничтожение друг друга, что в дальнейшем приводит к значительному расшатыванию самих организаций.

Иногда в организованных преступных формированиях происходят конфликты между основным составом этих объединений и их новыми членами. Возникают такие столкновения вследствие того, что группы ожидают от новичков активных действий и полного подчинения групповым нормам. Как правило, над новыми членами устанавливается строгий контроль, и в случае даже незначительных нарушений групповой дисциплины к ним применяются жесткие санкции.

Также конфликты возникают и развиваются между групповым большинством и отдельной скомпрометированной лицом из состава группы. Главная причина — недоверие к такой личности.

В особо острой форме происходят конфликты между организованной преступной группой или организацией и их членами, решившими прекратить преступную деятельность и выйти из объединения. Это связано, во-первых, с неприятием такого выхода по существующим в преступных группах нормам, а во-вторых, со страхом остальных участников и самого лидера о возможности быть разоблаченными и привлеченными к уголовной ответственности. Попытка выхода из таких конфликтов тоже нередко приводит к трагическим последствиям.

Вообще, как убеждают научные наблюдения, в возникновении внутригрупповых конфликтов в организованных преступных формированиях главную образовательную роль играют нарушения их участниками специфических групповых норм. Наиболее распространенными сегодня являются следующие. По инструментальным (предметно-действенной) типом отношений это нарушение;

— требований к конспирации групповой преступной деятельности, в частности принадлежности к ней отдельных членов;

— требований в отношении соблюдения субординации и подчиненности в иерархической групповой структуре;

— запрета совершения несанкционированных преступлений или применения во время осуществления преступных действий, средств, приемов и способов, которые выходят за рамки запланированного;

— требований относительно безусловного выполнения распределенных ролей, а также соблюдения принятых решений по подготовке, совершению конкретных преступных действий;

— требований в отношении соблюдения осторожности и благоразумия при совершении преступлений;

— требований о соблюдении определенного порядка распределения криминальных доходов.

Что же до невыполнения норм, которые регулируют внутригрупповые отношения эмоционального или чувственного характера, то к таковым следует отнести нарушения:

— требований относительно неразрешенности самостоятельного выхода из группы, а также; недопустимость выдачи соучастников правоохранительным органам;

— требований относительно осторожного и сдержанного поведения лиц за пределами криминальной активности группы;

— требований об обязательных "общаковых" взносах и т.п. Следует заметить, что указанные выше групповые нормы являются, как правило, обязательными для всех или абсолютного большинства членов организованных преступных групп. Исключением иногда становятся лишь приближенные к лидерам лица.

Очевидно, что по своему психологическому содержанию групповые нормы в организованных преступных формированиях имеют изначально антагонистический характер, поскольку они уже изначально предопределяют неравное положение лидеров и рядовых участников этих формирований. И хотя, на первый взгляд, противоречия по поводу упомянутых норм будто и не существуют, то есть не проявляются на поверхности, в действительности же они все время действуют на психику каждого человека, порождая в ней если не устойчивый и острый внутриличностный конфликт, то, по крайней мере, постоянный психологический дискомфорт. Это душевное состояние, подобно сжатой пружины, при определенных условиях, находит выход в внутригрупповому конфликтном взрыва.

Отметим, что групповые нормы в рассматриваемых формированиях имеют вполне реальный, а не декларируемый характер, что подтверждают очень жестокие санкции за их нарушение. Поэтому внутригрупповые конфликты, предметом которых выступают именно эти нормы, хотя и возникают довольно часто, но обречены на кратковременное существование, причем не благодаря компромиссному или другом бескровном их решению, а именно вследствие применения насильственных методов.

Для примера можно обратиться к описанию кровавой расправы со своими сообщниками лидера банды, действовавшей в регионах Винницкой, Одесской, Кировоградской, Николаевской и Херсонской областей, некоторого Ванека. За хвастливое разглашение тремя его соучастниками спьяну в одном кафе посторонним лицам определенных деталей совершенного ими недавно бандитского нападения, Ванек собрал их на окраине поселка. Предъявив обвинение в нарушении норм конспирации, он тут же вылил канистру бензина на автомобиль, в котором находились виновные, и поджег его. Все трое заживо сгорели на глазах у Ванека.

Или приведем другой пример, что касается конфликтов, которые часто возникают из причин так называемого "крысятничества" ("крысятничество" означает "брать (воровать) в своих". На Троещинском вещевом рынке в г. Киеве в течение определенного времени наблюдались случаи появления на "работе" того или другого "контролера-рэкетира" с перебитыми и загипсованными руками или ногами. Как позже выяснилось, повреждения конечностей было одним из любимых видов наказания за утаивание средств, что всегда лично осуществлял известный преступный авторитет Прыщ — лидер преступной группировки, которая "опекала" упомянутый рынок.

Конфликты в организованных преступных формированиях возникают также на почве противоречий информационного характера. Но это, скорее, касается верхушки преступной группы или организации. Суть этого заключается в практической неосведомленности или очень ограниченном осведомленности определенных лиц, окружающих лидера, например, с положения группы в общем криминальной среде, перспектив ее развития и дальнейшего функционирования, стратегии преступной деятельности.

Наиболее сложными и резонансными конфликтными явлениями в современном уголовном среде являются межгрупповые конфликты, которые возникают чаще всего между отдельными мощными организованными преступными организациями.

Вообще эти конфликты являются порождением системы межгруппового взаимодействия, которое происходит как между собственно группами людей, так и между отдельными их представителями, а также между другими участниками взаимодействия, когда стороны воспринимают друг друга как членов разных групп. Непосредственными источниками таких конфликтов, как и всех других, выступают противоречивые групповые интересы, потребности, роли, попытки. Но это главным образом столкновения в связи с распределением (перераспределением) территориальных или экономико-отраслевых сфер криминального контроля или по причинам борьбы за власть в криминальной среде и за фактическое существование каждой противной стороны. По наблюдениям ученых и практиков, в возникновении межгрупповых конфликтов, которые рассматриваются, определяющими факторами являются реальность противоречий и их значимость для конфликтующих сторон. Если столкновение признается неизбежным для организованной преступной группы, то чем значительнее групповые цели и ожидаемый выигрыш от достижения последних, тем более интенсивным будет межгрупповой конфликт.

Реальность спорных групповых интересов определяется не только их наличием в настоящее время, но и переносом из прошлого, причем это также касается определенных угроз и вражды со стороны конкурирующих сторон, что в целом имеет название "реальная угроза".

Восприятие такой угрозы конкурирующей стороной вызывает ответную враждебность. Фактор внешней угрозы для организованной преступной группы или преступной организации усиливает внутригрупповое солидарность, а также способствует более полному осознанию индивидом своей групповой принадлежности (идентичности). Угроза, кроме того, обуславливает непроницаемость групповых границ, а также уменьшает вероятность отклонения участников от групповых норм. Ошибочное восприятие членами группы внешней угрозы тоже срабатывает на повышение внутригрупповой солидарности. Характерно, что эту закономерность нередко сознательно используют лидеры организованных преступных формирований для усиления их сплоченности или даже для сохранения путем искусственного создания образа внешнего врага.

Следует заметить, что руководители указанных преступных формирований сегодня, в условиях общей активизации борьбы с организованной преступностью, в принципе не заинтересованы в обострении межгрупповых конфликтов, чтобы не привлекать к себе внимания со стороны правоохранительных органов. Но, несмотря на это, криминальные "разборки" не затухают, а, наоборот, приобретают еще большую силу.



Предыдущая страница Содержание Следующая страница



НАВЕРХ