Сайт Юридическая психология
Учебная литература по юридической психологии

 
Ушатиков А.И., Ковалев О.Г., Корнеева Г.К.
ПРИКЛАДНАЯ КРИМИНАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ.

Учебное пособие.
Рязань, 2012.

 

Раздел I. ВВЕДЕНИЕ В ПРИКЛАДНУЮ КРИМИНАЛЬНУЮ ПСИХОЛОГИЮ

Глава 2. ОТЕЧЕСТВЕННАЯ КРИМИНАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ


1. История отечественной криминальной психологии

Взгляды на человека как на врожденного преступника Ч. Ломброзо не разделяли А.Н. Радищев, В.Г. Белинский, А.И. Герцен, Н.Г. Чернышевский. Они видели причины совершения человеком преступления в социальных условиях жизни. В публикациях отечественных ученых-юристов (Н.С. Таганцева, Н.Д. Сергеевского, А.Ф. Кони и др.) прослеживается резкая критика ломброзианства, причем преимущественно с радикально-гуманистических позиций. В то же время последователями идей Ч. Ломброзо в России были юристы И.Г. Оршанский, А.Д. Киселев, психиатр И. Гвоздев, отчасти тюремный врач П.Н. Тарновская, психиатр П.И. Ковалевский. Последний считал, что существует тип прирожденных преступников и что их криминальная склонность заложена не в физических, а в душевных аномалиях индивида.

Некоторые отечественные ученые заимствовали биологизаторские идеи своих зарубежных коллег: Г. Ловерна — о наличии у убийц ярко выраженных животных стремлений, Д. Депина — о доминировании у преступников инстинктивных способностей, Б. Мореля — об унаследованном вырождении преступников.

Теоретически основополагающим (в понимании личности преступника) стал биологическо-рефлексологический подход В.М. Бехтерева, Г.И. Волкова.

Научный интерес представляют идеи С.В. Познышева (Преступные типы, 1928), который считал, что личность преступника представляет собой совокупность психологических свойств, характерных для лиц, совершающих преступление, поэтому такая личность имеет отличительные психологические особенности.

М.Н. Гернет (1930) утверждал, что какими бы ни были внешние события, для того чтобы под их влиянием произошло преступление, необходимо иметь определенный склад личности и криминальную потенцию. Личность иного склада в тех же условиях совершит другое преступление, или совсем не совершит его, или найдет какой-либо выход из создавшегося положения.

С.В. Познышев (1926) создал одну из первых психологических классификаций личности преступника. Он предлагал разделять преступников на две большие группы: эндогенных и экзогенных лиц. К эндогенным он относил импульсивных, эмоциональных и расчетливо-рассудочных преступников, к экзогенным — лиц, которые совершили преступления, поскольку не видели другого выхода из создавшейся ситуации, и лиц, видевших выход, но не обладающих достаточной энергией, чтобы им воспользоваться. Экзогенный преступник совершает преступление вследствие давления внешних условий. Эндогенный насильственный тип совершает преступление в силу внутренних побуждений и предрасположенности к насильственным действиям. Для изучения личности преступника С.В. Познышев считал необходимым использовать специальные тесты.

А.Ф. Лазурский выделял следующие типы преступников: апатичный, расчетливо-эгоистичный [заблаговременно планирующий преступление (осознанно)]; аффективно-извращенный (совершающий преступление под действием внешних факторов, носящих форму внешнего раздражителя и провоцирующих наступление криминальных последствий, к которым субъект в силу своих индивидуально-психологических особенностей был склонен первоначально).

Теория криминальной психологии основывалась на взаимодействии социальных причин преступности и психофизиологических закономерностей личности, учении И.М. Сеченова и И.П. Павлова, обосновавших рефлекторную природу психической деятельности. В условном рефлексе И.П. Павлов увидел единство психологического и физиологического. Это послужило ключом к разгадке механизмов не только психической деятельности, но и регуляции поведения личности, что до этого не получало научного объяснения. Многочисленные условные рефлексы объединили в систему, лежащую в основе мыслей, эмоциональных состояний и сложных психических действий. Таким образом, отечественная криминальная психология основывалась на социальных и психофизиологических закономерностях личности и ее криминального поведения, что послужило толчком к научной разгадке психической деятельности в регуляции поведения. В конце 30-х годов ХХ века отечественные криминологи обосновывали приоритетность социального фактора в детерминации преступности и личности преступника. Так, В.А. Внуков (1928), исходя из марксистско-ленинского «радикального подхода» к соотношению личности и среды, утверждал, что социальные условия есть необходимость, а личность в ее сочетании с характером и биологическими данными выступает как случайность.

До конца 50-х годов ХХ века проблемы криминальной психологии не изучались либо носили закрытый характер. Лишь после опубликования специального партийного решения о развитии юридической психологии в стране начали активно проводиться прикладные и криминально-психологические исследования (60–90-е годы ХХ века). Принципиальное отличие прикладных исследований отечественных криминальных психологов от зарубежной криминологии составляло включение в объект исследования феномена преступной деятельности, которая влияла на структуру личности. В связи с этим чаще изучались особенности мотивационной сферы, направленность, воля, характер, темперамент, криминальные умения, навыки, способности и т. д. (Энциклопедия юридической психологии, 2003. С. 12), проводились сравнительные исследования, например, впервые или неоднократно судимых с законопослушными гражданами и др.

Предметом пристального внимания криминальных психологов выступали, с одной стороны, истоки асоциальности преступников, их криминогенные установки, с другой — роль в преступном деянии криминогенной ситуации.

В опубликованных работах А.Б. Сахарова «Личность преступника» (1961), А.А. Герцензона «Введение в советскую криминологию» (1965), В.Н. Кудрявцева «Причинность в криминологии» (1968), А.М. Яковлева «Социальная психология и преступность» (1970) и других ученых исходным положением было понимание личности как социальной сущности в диалектическом единстве социального и психического. Ученые-криминологи считали, что прежде необходимо решить вопрос о соотношении личности и общества. При этом, по их мнению, недопустимы ни психологизация понятия личности (личность — совокупность определенных психических свойств, состояний, процессов безотносительно социального положения, функций и ролей), ни односторонняя его социализация (недооценка важности ее психического мира). Эти положения являлись исходными, когда речь шла о личности преступника.

Философы, криминологи и криминальные психологи при анализе личности преступника выделяют три уровня изучения:

  1. социально-демографическую и правовую характеристику;

  2. нравственно-психологические качества и социальную ориентацию;

  3. социальные роли и поведение в различных социальных группах.

Важнейшей чертой личности, по утверждению отечественных ученых, является направленность (Г.М. Миньковский). Для преступников характерны три типа криминогенных установок: корыстный, насильственный и корыстно-насильственный.

Многочисленные междисциплинарные дискуссии по прикладной криминальной психологии позволили установить, что биологические и социальные факторы интегрируются в личностно-психологических качествах преступника — субъекта противоправного деяния.

Научный интерес представляет теория личности преступника А.Р. Ратинова, который обосновал положение о том, что для поведения большинства преступников характерны социально-ценностная дезадаптация и дефекты саморегуляции, то есть своеобразный криминальный симптомокомплекс, отличающий их от непреступников. У криминальной личности занижен потенциал социально приемлемой регуляции. Преступник — это человек с особой жизненной философией и поведенческими стереотипами.

Ю.М. Антонян (1996) в качестве психологических предпосылок криминогенного поведения выделяет феномен отчуждения (деструктивности). Криминогенное поведение может быть обусловлено не только рассудочным отношением (умышленные преступления), но и неосознанными компонентами психики (Г. Самовичев, 1991), проявляющимися в асоциальных стереотипах — привычках, навыках, установках (М.И. Еникеев, 1996) и в ситуативно-импульсном поведении (В.Ф. Пирожков, 1994).

Следует согласиться с мнением А.Н. Пастушени о том, что преступления совершаются не из-за ситуативных обстоятельств, а благодаря устойчивым характеристикам криминогенности личности.

Достижением отечественной криминальной психологии стала разработка типологий и классификаций личности преступников различных категорий, включая неосторожных, с психическими аномалиями, женщин, несовершеннолетних.

С начала 90-х годов ХХ века в отечественной криминальной психологии активно разрабатываются психологические проблемы преступных групп (И.П. Башкатов, 1993; В.Ф. Пирожков, 2001; В.Л. Васильев, 2003; А.И. Гуров, 1990) и криминальных сообществ, психология терроризма и личности террориста (Ю.М. Антонян, Д.В. Сочивко и др., 2003).

Благодаря исследованиям криминальной психологии в Уголовный кодекс РФ были введены новые статьи об организованной преступности, терроризме, мошенничестве, компьютерной преступности и др.

Исследования отечественных криминальных психологов и криминологов (Ю.М. Антонян, Б.Ф. Водолазский, И.П. Башкатов, Ю.А. Вакутин и др.) показывают, что на поведении человека отражаются некоторые индивидуальные врожденные психологические особенности, например уравновешенность и неуравновешенность нервных процессов, их подвижность или инертность, сила или слабость.

Отечественные ученые не отрицали наличия некоторых природных задатков, в том числе хромосомных аномалий, обусловливающих психические особенности, которые предрасполагают к действиям, нарушающим нормы социального поведения. В то же время они подчеркивали, что такие особенности не имеют фатального значения и не определяют преступность. Например, отечественный генетик Н.П. Дубинин утверждал, что особых генов наследования преступности не существует.

В 70-е годы ХХ века И.С. Ной и В.П. Емельянов отстаивали отличную от марксистской доктрины идею о том, что независимо от среды человек может стать или не стать преступником, если родится с иной программой поведения. Однако этот подход подвергся критике отечественных генетиков Н.П. Дубинина и Д.Н. Беляева. По их мнению, наличие генетической программы и врожденных потенций не означает, что они обязательно сформируются в реальные свойства психики или форму поведения человека. Для этого необходимы соответствующие условия среды, жизни, под влиянием которых природные потенции человека либо разовьются, либо, наоборот, исчезнут. Эти ученые утверждали, что нет специальных генов, определяющих альтруизм, эгоизм, антиобщественное поведение, человек не получает от родителей готовых социальных программ.





Предыдущая страница Содержание Следующая страница


НАВЕРХ