Сайт Юридическая психология
Учебная литература по юридической психологии

 
Статный В.М., Юренкова В.А., Бухаров Н.Н. и др.
ОСНОВЫ ПРОФАЙЛИНГА, ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МЕТОДА ВЫЯВЛЕНИЯ ЛИЦ, ВЫНАШИВАЮЩИХ ПРЕСТУПНЫЕ ЗАМЫСЛЫ, ДЛЯ ОБЕСПЕЧЕНИЯ БЕЗОПАСНОСТИ НА ТРАНСПОРТЕ

Учебно-методическое пособие
Санкт-Петербург, 2012

 

Глава 10. Психолого-педагогические основы оперативного обслуживания территории и объектов оперативными подразделениями и тактика действий нарядов органов внутренних дел по охране общественного порядка


2. Социально-психологические процессы в обществе и правонарушаемость

Социально-психологические явления, выделяемые в группу динамических, наиболее фундаментальны с точки зрения развития общества, затрагивают процессы изменений в общественном сознании и, связанные с противоречиями между развитием производительных сил и производственных отношений, между социально сформированными потребностями людей и социально же обусловленными возможностями их удовлетворения.

Можно выделить два взаимосвязанных момента этой динамики:

а) эволюция мотивационно-волевой сферы;

б) изменения в социально-психологических связях между обществом и личностью, социальными группами различного вида и уровня.

Оба эти момента взаимосвязаны: потребности людей выражают различные способы соотнесения присущих им тенденций к индивидуальной автономии, выделению и интеграции в социальную общность, самоопределение своего места в ней. С другой стороны, содержание, интенсивность и структура социально-психологических связей индивидов определяются тем, в какой степени их собственные потребности совпадают с мотивами и потребностями социального окружения, становятся для них реальными стимулами поведения. Чем полнее совпадение групповых и индивидуальных целей, потребностей, интересов, тем полнее возможность конкретного человека в самоутверждении и самовыражении своей личности, тем крепче социально-психологические связи данной личности с общностью людей — большой или малой группой.

Наиболее полное совпадение индивидуальных мотивов с групповыми, коллективными, подчинение первых вторым достигается на основе максимально глубокого усвоения индивидом групповых морально-этических и поведенческих норм.

В такой ситуации эти нормы выступают для человека не только как внешний, но и как внутренний императив, как ведущий регулятор его мотивационно-волевой сферы. Объективной основой такой психологии является определенный тип социально групповых связей. Они, связи, весьма интенсивны, непосредственны и в то же время однозначны, монолитны, замыкаются в рамках одной и той же общности, в которую включена вся жизнедеятельность человека: труд, досуг, межличностные отношения, общение. Они многообразны и нуждаются в серьезном исследовании. Однако, опираясь на уже имеющиеся научные данные, можно выделить некоторые из них.

Во-первых, общие изменения в условиях и образе жизни людей, структуре их потребностей.

Во-вторых, умножение источников социальной информации, рост образованности, расширение когнитивных горизонтов массового и индивидуального сознания, более многообразное, разностороннее и свободное межличностное общение.

В-третьих, резкий рост всех видов социальной мобильности, усиливающийся за счет индустриализации и урбанизации, расширения системы общего и профессионально-технического образования. Все это влекло за собой маргинализацию общества.

В-четвертых, интенсивное развитие процесса индивидуализации личности как следствие ослабления роли групповых норм первичной социальной среды.

Каждая из этих тенденций в социальном и социально-психологическом развитии общества имеет свои положительные и отрицательные стороны.

Неслучайно в современных социально-психологических исследованиях в качестве особенностей самосознания, фрустрирующих проявление активности людей в социальных процессах, выделяют деиндивидуализацию, разорванность самосознания во времени, «крепостную зависимость», когда верх берет господствовавшая долгое время психология «винтика»; отнесение ответственности за развитие ситуации не к себе, а к самой ситуации; чувство невозможности изменить обстоятельства своей жизни.

С другой стороны индивидуализация влечет за собой немало тревожных и болезненных социально-психологических явлений, имеющих непосредственное отношение к деятельности органов внутренних дел.

Психологическое «освобождение» от социальных норм, «взлет» индивидуальных потребностей создает реальную угрозу утраты ясных ориентиров поведения человека в обществе, по отношению к себе и окружающим людям. «Раскованность» потребностей может привести и реально приводит к рассогласованию личных потребностей и реальных возможностей их удовлетворения обществом. Последствия такой ситуации создают почву для весьма широкого круга мотивационных тенденций, типов жизненных ориентаций личности, колеблющихся от антиобщественных до преступных или предпреступных.

Следующий важный момент. Все более широкие масштабы приобретает ориентация на «престижное» или «статусное» потребление. В основе потребительства лежат не только объективные социально-экономические факторы (неодинаковая доступность для разных групп населения), но и потребность личности в определении своей социальной идентичности, в утверждении своего места в обществе.

В данном контексте следует рассмотреть социально-психологические последствия урбанизации. Конечно, сама по себе урбанизация не причина социальной патологии. И то и другое — есть результат общественного развития с его противоречиями, диспропорциями экономического и социального развития.

Так, развитие индустрии — главного градообразующего фактора — характеризуется лучшими темпами, нежели сельскохозяйственное производство; предоставлением населению больших социальных возможностей; большим набором и социально-экономическим разнообразием социальных позиций в системе общественного производства и т.п. Вместе с тем, порождая большие возможности, а, следовательно, и надежды, город чаще, чем село, оказывается местом их крушения. Урбанизация сопровождается:

а) повышенной социальной дифференциацией населения;

б) наличием усиленных миграционных потоков, а, следовательно, и маргинальных групп, находящихся в стадии адаптации;

в) интенсификацией всех социальных процессов, а, следовательно, и ломку устоявшихся групповых морально-этических и поведенческих норм;

г) ослаблением, по сравнению с селом, привычных территориальных, соседских связей, способствующих так называемому «анонимному образу жизни»;

д) дистанционированием участников взаимодействий и стереотипизацией их представлений друг о друге, что порождает эффект «нейтрализации» социальных норм и их замену психологическими установками облегчающими совершение антиобщественных и преступных действий.

К этому необходимо добавить, что города, обеспечивая анонимность и «снабжая работой» лиц с антиобщественными установками имеют для них особую привлекательность, в связи с чем в городах всегда высока концентрация бродяг, попрошаек, проституток, мошенников и т.д.

В то же время, с индустриализацией сельскохозяйственного производства и своеобразной «урбанизацией» сельских поселений в последнее время в структуре сельской преступности все чаще стали проявляться элементы городской преступности. В частности, возрастает удельный вес автотранспортных преступлений, нарушений правил техники безопасности, хищения, должностные преступления. Все это происходит на фоне «традиционно» сельских преступлений: кражи комбикормов и иных видов сельскохозяйственной продукции, хищения скота, птицы, браконьерства, краж из мелких магазинов и др.



Предыдущая страница Содержание Следующая страница



НАВЕРХ