Сайт Юридическая психология
Учебная литература по юридической психологии

 
Мусатова О. А., Шпагина Е. М.
ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ПОРТРЕТИРОВАНИЕ.

Учебное пособие
М., 2014.

 

Глава 1. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ - АНАЛИЗ И ПРОГНОЗИРОВАНИЕ ПОВЕДЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА

§ 2. История возникновения и развития психологического портретирования в правоохранительной деятельности

Сегодня, как отмечает один из исследователей проблемы психологического портретирования А. И. Анфиногенов, не существует единого подхода к решению задачи реконструкции личности преступника по совокупности обстоятельств происшествия, нет однозначного понимания того, какая именно информация о личности подозреваемого может и должна быть включена в психологический портрет, какие методы и методики с этой целью использовать. Сам термин «психологический портрет» оспаривается такими понятиями, как «криминалистическая модель виновного», «модель личности преступника», «проспективный (обзорный) портрет личности преступника», «психологический профиль преступника» и т.п.[1]

Не существует отдельной науки, в рамках которой можно было бы дать психологический портрет человека по его результатам и эпизодам его деятельности. Только комплексный подход, основанный на использовании знаний из различных наук, позволяет приблизиться к воссозданию модели личности человека. В настоящее время нет четкой научно обоснованной теории, где показаны взаимосвязи следов, оставленных на месте преступления, результатов деятельности человека с его поведением и личностными особенностями. Подтверждением такой точки зрения может служить анализ личности и поведения преступника-маньяка Чикатило, очень характерного для действий всех преступников, совершающих серийные убийства.

Поведение преступников подобного типа необходимо рассматривать как сложнейшее психологическое явление в целом, истоки которого, тайные механизмы и пружины непонятны и самим убийцам. Объяснить этот феномен с упрощенно-детерминистических позиций невозможно. Использование результатов существующих психологических исследований личности преступника, базирующихся на выявлении и описании отдельных личностных особенностей и их совокупности - недостаточное основание для объяснения криминального события, поскольку типологические одинаковые личностные качества могут быть выявлены не только, например, у серийных убийц на сексуальной почве, но и у законопослушных граждан.

Наряду с малочисленностью научных методов создания психологического портрета, недостаточно разработаны его основные параметры и свойства. Следует отметить, что термин «психологический портрет» не исключает возможности включения в его содержание любой информации о личности преступника, обусловленной конкретными задачами правоохранительной деятельности (например, половозрастных свойств, социально-демографических данных, личной истории жизни, приоритетных межличностных контактов и т.п.). Употребляемое понятие «психологический портрет» лишь подчеркивает направленность на психологическое содержание как основной момент работы по реконструкции личности преступника, психологический подход к решению задач раскрытия и расследования преступлений. Психологический портрет выступает в роли одного из вспомогательных методов, используемых в расследовании преступлений в целях диагностики и прогнозирования поведения преступника, который не подменяет традиционных средств и методов информационно-аналитического обеспечения раскрытия преступлений, а лишь дополняет и расширяет их возможности.

Исходя из проведенного анализа возможно предложить следующее определение понятия «психологический портрет преступника».

Психологический портрет преступника - это психолого-криминалистический метод и результат познания криминального события, ориентированный на выявление комплекса сведений об индивидуальных признаках и особенностях личности субъекта преступления, проявившихся в совокупности обстоятельств преступления и следов преступной деятельности. Психологический портрет преступника нацелен на решение конкретных задач правоохранительной деятельности[2].

Составление и использование в правоохранительной деятельности метода психологического портретирования не регламентируется действующим уголовно-процессуальным законодательством и другими нормативными документами.

Вместе с тем юридическая практика применяет профилирование в особо трудных случаях, чаще всего при раскрытии неочевидных, так называемых «безмотивных» и серийных преступлений. С помощью этого метода удавалось раскрыть уголовные дела, имевшие широкий общественный резонанс. Информация, полученная с помощью психологического портретирования, не может служить доказательством по делу, но успешно используется при планировании оперативно-разыскных мероприятий и следственных действий, в поиске доказательств. Основной целью психологического портретирования является сужение круга подозреваемых лиц, реконструкция (моделирование) событий преступления в прошлом, настоящем и будущем, при выдвижении оперативных версий.

В последнее время профилирование используется в антитеррористической деятельности, при ведении переговоров с преступником, захватившим заложника, а также на объектах массового скопления людей (в транспорте, на спортивных мероприятиях) для выявления лиц, готовящих преступления.

Психологическое портретирование в правоохранительной деятельности - это описание основных психологических свойств и особенностей человека или группы лиц, совершивших преступление. При этом теоретической основой построения такого портрета является отражение многих психических, физических свойств и состояний человека в его поведении, эмоциях, в акустических характеристиках его речи и голоса.

Психологический портрет человека носит не абсолютно адекватный (как фотопортрет), а вероятностный характер (как и психологический портрет, построенный по традиционным тестам-опросникам).

За рубежом научные исследования личности преступника известны в работах таких авторов, как Ч. Ломброзо, Э. Хутона и других, которые делали попытки установить корреляции между телосложением человека, его характером и темпераментом, и преступным поведением. В основу их трудов легли идеи, предложенные в работах У. Шелдона и Э. Кречмера, Ш. Глюка и Э. Глюк. Проводимые ими в конце XIX - начале XX вв. исследования были основаны на данных эмпирики, отсутствовали теоретически обоснованные научные исследования в области генетики и психогенетики. Научный мир того времени не принял результаты практических исследований и аргументы указанной группы ученых, поэтому попытки научного исследования личности преступника закончились неудачей.

Следует отметить также и научную деятельность немецкого ученого-практика Г. Гросса, известного своими работами в криминалистике, который предпринял попытку создания методики раскрытия преступлений, опиравшейся на изучение личности преступника.

Одновременно с ним судебный медик из Сиены (Италия) профессор С. Оттоленги проводил исследования по методике А. Бертильона, суть которых заключалась в попытке создать систему уголовной регистрации и поиска преступника по психологическому признаку. Регистрации подвергались произвольные и непроизвольные виды движений преступников, а также такие приметы, как свойства памяти и другие психологические признаки. Для этих целей были изобретены специальные аппараты - динамометр и пластисмограф. Исследования не дали надежных результатов, имеющих практическую ценность. По примеру итальянца подобные исследования проводились криминалистами в Великобритании и России. Однако метод не был официально признан в криминалистической науке и постепенно был забыт.

Главными причинами неудач разработки методов расследования преступлений, основанных на познании личности, являлись в то время молодой возраст криминалистики (вследствие этого отсутствие специализированных научных криминалистических центров) и низкий уровень развития психологии как науки. Только в середине 60-х годов ХХ в. психология получила настоящее признание. В этот период появилось большое количество валидных опросников и тестов, предназначенных для оценки психических свойств личности (16PF, MMPI, CPI, EPQ и др.).

Необходимо отметить еще одно направление исследований личности преступника за рубежом в XIX-XX вв. - зарождение генетики. Обнаружение так называемого 47-го кареотипа XYY и сходных с ним кареотипов (открытых в 1961-1963 гг.) дало толчок криминологическим и криминалистическим исследованиям генетического отклонения, влекущего за собой антисоциальное поведение (работы Бартоломео, Винера, Гравена, Мергена, Сюзерленда, Фокса и др.).

Большинство работ имело криминологический характер, но были среди них и криминалистические. Так, исследователь Фокс обнаружил у преступников, имеющих 47-й кареотип, закономерности между физическими проявлениями и соматическими параметрами. В работах других криминалистов указывалось на особенности дактилоскопического узора у преступников с 47-м кареотипом (тенденция к снижению гребневого ската и учащение периодичности встречаемости дуговых узоров).

На прекращение исследований в этом направлении повлияло признание мировым научным сообществом принципов канадского психофизиолога Д. Хебба. Основополагающий принцип гласит, что на становление фенотипических признаков влияют две категории условий, одинаково необходимых, хотя и действующих различными путями. Однако сторонники исследований 47-го кареотипа не отказались от строго конституциональной детерминанты фенотипа и были подвергнуты критике, как это произошло с последователями Ч. Ломброзо. Требовалась новая эффективная методика для расследования явно немотивированных преступлений, совершаемых лицом, ведущим мобильное преступное существование. К данной группе преступников можно отнести серийных убийц, взрывателей и поджигателей, а также похитителей детей.

Наиболее известный случай составления психологического портрета неизвестного преступника при раскрытии преступления в западном мире приведен в книге американского психолога Дж. Брусселя. Эта история повествует о некоем неизвестном лице, которое в 50-е годы ХХ в. в Нью-Йорке на протяжении 8 лет совершило 32 взрыва. Расследование традиционными методами того времени не дало положительных результатов. Для активизации поиска преступника полиция обратилась к специалисту - психиатру. В результате его работы было составлено заключение, где был указан пол, возраст, семейное положение преступника, а также дано предположительное описание его внешности, что было очень важно для полиции. Впоследствии многие детали и особенности личности преступника, указанные психиатром, нашли подтверждение при его аресте.

Интерес к использованию новых методов был поддержан в Америке на официальном уровне. В Национальной Академии ФБР США в середине 70-х годов ХХ в. были открыты курсы для агентов по применению криминальной психологии (FBI Applied Criminal Psychology). Инструктор курсов, агент Дж. Дуглас, самостоятельно пришел к необходимости изучения преступников методом интервью, так как применявшийся в то время метод психологического портретирования, основанный на статистическом анализе преступлений, не устраивал его.

Не имея официального разрешения, Дж. Дуглас и его напарник агент ФБР Б. Ресслер начали использовать метод интервью в Калифорнийском государственном медицинском центре в Акавилле для получения информации о серийных преступлениях «из первых уст», что помогло им воссоздать картину преступной деятельности «серийника» его собственными глазами. Первое интервью было получено от серийного убийцы Э. Кемпера.

Необходимо отметить, что в подавляющем числе случаев информацию о тактике поведения серийных преступников получают при использовании метода интервью. Причина использования этого метода достаточно проста. Метод анкетирования и тестирования применим в тех случаях, когда исследуется явление, ранее уже исследуемое, в отношении которого уже существует значительный объем статистической информации и психодиагностических методик. Метод наблюдения более применим в лабораторных условиях. В ситуациях, в которых исследователь изучает свойство, когда не обладает достаточной информацией об объекте исследования, использование метода интервью максимально эффективно. Следует отметить, что использование метода экспертных оценок (анализ уголовных дел) применительно к раскрытию преступлений по схеме «следы преступления - личность преступника» оказалось малопродуктивным. Объясняется это тем, что в материалах уголовных дел крайне редко встречается информация, которую можно задействовать при составлении психологического профиля неизвестного преступника. Возможно, именно этим фактором руководствовался Ч. Ломброзо, когда говорил: «Изучайте личность преступника - изучайте не отвлеченно, не абстрактно, не в тиши вашего кабинета, не по книгам и теориям, а в самой жизни ... в обстановке их жизни, в условиях их материального существования»[3].

В 1979 г. руководство ФБР назначает Дж. Дугласа руководителем программы исследований «Личностно-преступное профилирование». В группу исследователей была включена профессор психиатрии Э. Буржесс из Пенсильванского университета. Национальным институтом юстиции было выделено 400 тыс. долл. на проведение исследования.

Исследователи должны были решить следующие задачи: выявить причины формирования личности и преступного поведения серийного убийцы, возможности предотвращения такого поведения; исследовать стимульные механизмы совершения преступлений; исследовать поведение жертвы и установить возможности противостояния преступнику; определить возможности социальной реабилитации серийного преступника.

В результате первого официального использования метода психопрофиля в конце 1979 г. был задержан серийный убийца Д. Карпентер. В 1983 г. Дж. Дуглас подготовил и выступил с отчетом, основанным на анализе интервью с 36 осужденными серийными преступниками и их 118 жертвами. На основании его доклада в 1984 г. руководство ФБР открыло Национальный центр изучения насильственных преступлений при Академии ФБР. Для объединения всей информации о серийных преступниках была создана единая национальная база данных - VICAP, действующая в США до сих пор. В 1988 г. вышла в печать работа группы Дж. Дугласа «Сексуальные убийства: мотивационная модель», которая положила начало признанию метода по строения психологического профиля преступника почти всеми учеными-криминалистами мира.

Рассмотрим подробнее содержание методики построения психологического профиля неизвестного преступника, который описывается в работе Р Л. Ахмедшина «Психолого-криминалистическая характеристика социально-дезадаптированной личности преступника».

В теоретическую основу метода положено утверждение, что личность преступника отображается в особенностях его поведения. Индивидуальные, но повторяющиеся способы действия доводятся до автоматизма и порой не подчинятся контролю с его стороны. По следам, оставленным на месте преступления, можно моделировать привычные способы действий, а через действие и поведение - судить о личности преступника.

Суть метода заключается в том, что на основании представленных данных работники ФБР, специализирующиеся на составлении психологического профиля, составляют примерное описание преступника, в котором указываются предполагаемый возраст, раса, пол, семейное положение, служебный статус, сексуальная зрелость, возможное криминальное прошлое, взаимоотношения с жертвой, вероятность совершения преступления в будущем.

Задача составления психопрофиля заключается в том, чтобы на основе анализа преступной деятельности сделать предположение о психологических особенностях преступника, определив предварительно его личностные характеристики.

Сфера применения психопрофиля - раскрытие преступлений, в которых субъекты индивидуализируют себя в своих преступных действиях. В основе преступления заложена реализация собственных фантазий в отношении жертвы или способа преступления. Профессор Э. Буржес отмечает, что психологический профиль составляется в случае, когда есть основания подозревать наличие у преступника какой-либо формы социопатии (форма DSM-IV по американской классификации психических болезней), определяющей специфический набор жизненных ценностей, который мало понятен для неспециалистов.

Функциональное назначение данной методики имеет следующую целевую нагрузку:

  • сужение круга подозреваемых методом исключения из их числа лиц, не подходящих под описание психологического профиля преступника;
  • обеспечение оперативно-разыскных органов информацией о личности неизвестного преступника.

Процесс построения психологического профиля состоит из пяти основных стадий.

Первая стадия - сбор информации. В основу положено тщательное документирование результатов осмотра места происшествия. Даже незначительная, на первый взгляд, деталь может помочь сужению круга подозреваемых лиц. Выделяют первичную и вторичную сцену места преступления. Изменение обстановки может привести к ложной интерпретации личности и поведения преступника. Основной источник информации - фотографии места происшествия, специально созданные анкеты, заполняемые следователем во время проведения осмотра места происшествия, подробные результаты вскрытия трупа (если он имеется), развернутая информация о жертве.

Вторая стадия - классификация неизвестного преступника, которая осуществляется по трем категориям: организованности, мотивации и цели. Ведущим классификационным признаком выступает организованность преступника. Организованность понимается как степень планирования способа совершения преступления и выбора жертвы. Второе классификационное основание - мотивация преступника. Выделяют тип-призрак (целесообразность преступления оправдывается с точки зрения каких-либо моральных или религиозных взглядов) и тип-гедонист (преступление совершается в силу желания его совершить). И третье основание, по которому классифицируют серийных преступников, - цель. Выделяют преступника, сосредоточенного на процессе, и преступника, сосредоточенного на акте.

Третья стадия - создание вероятностной модели. На основе индивидуальных особенностей преступника, выявленных по результатам первой стадии, а также информации, полученной из базы VICAP, составляется психологический профиль преступника.

Четвертая стадия - разработка стратегии захвата. На основании заключения специалиста-профайлера с определенной степенью вероятности составляется прогноз обстоятельств (место, время, жертва и т.д.) совершения следующего преступления и рекомендации по задержанию преступника.

Пятая стадия - составление рекомендаций к методике проведения допроса.

Методика психологического профилирования доказала свою эффективность при раскрытии многих сотен серийных преступников в Америке и европейских странах. Однако она имеет и недостатки, которые принято разделять на методологические недостатки самой методики и проблемы, возникающие при использовании методики на практике.

Основные методологические проблемы:

  • профили не могут указать конкретного человека, описание в профиле можно отнести ко многим подходящим личностям;
  • метод применим к расследованию отдельных видов преступлений, таких как убийства на сексуальной почве с признаками садистского истязания жертвы, безмотивные поджоги и взрывы, причинение увечий жертве, ритуальные убийства и изнасилования;
  • недостатком методики построения психологического профиля выступает крайне ограниченная возможность идентификации преступника, не принадлежащего к группе лиц, имеющих подобное психическое отклонение DSM-IV (социопаты);
  • ограниченный объем способов получения информации, который сложился исторически: интервью лица, совершившего преступление (источники информации могут быть расширены).

Проблемы, возникающие при использовании метода профилирования на практике:

  • некачественное проведение осмотра места происшествия приводит к искажению информации, которая используется специалистом;
  • некачественное заполнение анкет, предоставляемых следователю, ведет к утрате информации;
  • наличие «белых пятен» в информации о преступлениях ведет к неспособности профилера устанавливать связи между событиями; постоянное увеличение объема информации в базах данных ведет к уменьшению данного недостатка.


Сегодня в зарубежной науке и практике профилирование (портретирование) правонарушителя является инструментом, который призван помочь исследователям точно установить характеристики неизвестного преступника. При этом единого термина, обозначающего данный вид деятельности, не существует и допускается применение следующих терминов: профилирование правонарушителя, уголовное профилирование, криминологическое профилирование, поведенческое профилирование или следственный анализ, географическое профилирование. В 2008 г. англичанин Р Холмс выделил три основные цели уголовного профилирования:

  • обеспечение правоохранительных органов социальной и психологической оценкой правонарушителя;
  • обеспечение правоохранительных органов психологической оценкой вещей, найденных в распоряжении правонарушителя;
  • разработка предложений, касающихся стратегии процесса интервьюирования.

В современной зарубежной криминологической науке профилирование преступника обычно считается «третьей волной» следственных наук: первая волна состояла в изучении улик, которая зародилась в деятельности Скотланд-Ярда в Х1Х в.; вторая волна состояла в изучении самого преступления; и третья волна - это изучение психики преступника.

Практика разработки и реализации поисковых портретов серийных преступников в России имеет многолетнюю историю[4].

Длительное время составление психологического портрета не являлось предметом научных разработок, а опиралось на субъективные представления и личный опыт раскрытия преступлений или практики врача-психиатра. В СССР фундаментальное изучение психологами и криминалистами серийных убийств в целях их раскрытия началось в 70-е годы ХХ в.

В 1992 г. в МВД России была принята программа проведения научно-практической разработки поисковых психологических портретов неизвестных преступников, совершающих серийные преступления против личности. В НИИ МВД России создали отдел психофизиологических проблем раскрытия преступлений и анализа пре ступного поведения, основным объектом работы которого являются преступления, содержащие признаки серийности. Из работников ряда подразделений МВД России, сотрудников Генеральной прокуратуры Российской Федерации и научно-исследовательских учреждений Минздрава была сформирована постоянно действующая рабочая группа. В ее состав наряду с работниками упомянутого отдела НИИ вошли группы из отдела судебно-психиатрических экспертиз Федерального Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии им. В. П. Сербского и лечебно-реабилитационного центра «Феникс» (Ростов-на-Дону).

Исследования серийных убийств велись по следующим направлениям:

  • по разработке психологической и психиатрической типологии сексуальных серийных убийц;
  • определению методов выявления основных признаков личности и поведения этих преступников;
  • выяснению статистической значимости выявленных характерных признаков личности и поведения указанных правонарушителей;
  • созданию типовой информационной модели сексуального убийцы и формирование поискового портрета по конкретным делам в целях розыска.

Разработка научной базы составления психологических портретов принадлежит отечественным ученым, таким как: Ю. М. Антонян, А. И. Анфиногенов, Р Л. Ахмедшин, О. И. Бродченко, Н. Н. Богомолова, А. О. Бухановский, О. А. Логунова, Л. П. Конышева, Д. В. Миронов, В. А. Образцов, А. Р Ратинов, Е. Г. Самовичев, Г. А. Густов и др.



[1] Анфиногенов А. И. Психологический портрет преступника, его разработка в процессе расследования преступления : дис. ... канд. психол. наук. М. , 1997.

[2] Анфиногенов А. И. Психологический портрет преступника, его разработка в процессе расследования преступления.

[3] Ахмедшин Р. Л. Психолого-криминалистическая характеристика социально- дезадаптированной личности преступника : дис. ... канд. юрид. наук. Томск, 1999.

[4] Образцов В. А. Богомолова С Н. Криминалистическая психология. М. : ЮНИТИ-ДАНА, 2002.



Предыдущая страница Содержание Следующая страница



НАВЕРХ